WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 |

Мотив и мотивация:

восемь основных проблем

Что же приходится вводить в схему как необъяснимое в субъекте, чтобы облегчить объяснение индивидуаль­ных различий в поведении, его однородности или отсутствия таковой по отношению к ситуациям и стабильно­сти во времени Для этого привлекались всевозможные понятия, обозна­чавшие разного рода диспозиции, например: черты характера, установки, убеждения, интересы, способности, особенности темперамента и многое другое.

Возьмем для примера специфическую способность, называемую когни­тивной структурированностью [О. Har­vey, D. Hunt, H. Schroder, 1961;

Н. Schroder, M. Driver, S. Stenfert, 1967]. Она обусловливает индивиду­альные различия способности к пере­работке информации, а именно: 1) по какому числу измерений анализирует­ся информация (дифференцированность); 2) степень градаций шкалы каждого из измерений (дискриминированность) и 3) организованность и связность получающейся многомер­ной структуры (интегрированность). Так, люди с низкой когнитивной структурированностью действуют сте­реотипно, не способны гибко перестроиться на новые требования ситу­ации, склонны к широким обобщени­ям, часто оказываются зависимыми от внешних обстоятельств и т. д. Введение такого конструкта, как когнитивная структурированность, конечно, свидетельствует не только об индивидоцентристской, но и об интеракционистской трактовке. Ведь определя­ющая поведение актуальная «способ­ность к переработке информации» яв­ляется результатом двусторонней за­висимости «структурированности ког­нитивной системы» субъекта и сиюмоментной «сложности окружающего мира». "При усложнении ситуации у людей с высокой когнитивной струк­турированностью темп переработки информации будет возрастать бы­стрее, чем у людей с низкой когни­тивной структурированностью. Пер­вые сумеют справиться с более слож­ной обстановкой прежде, чем их спо­собность к переработке информации снизится или истощится [Н. Krohne, 1977].

Подобные попытки объяснения по­ведения, исходящие из способностей, установок [I. Ajzen, M. Fishbein, 1977], интересов и т. п., в этой книге рассматриваться не будут, по крайней мере сами по себе. Вместо этого в ней анализируется широкий класс подходов, привлекавшихся с незапа­мятных времен для объяснения пове­дения, в особенности его индивиду­альных различий, и объединяемых до­вольно просто обоснуемой предпо­сылкой: поведение направляется ожиданием, оценкой предполагаемых результатов своих действий и их бо­лее отдаленных последствий. Значи­мость, которую субъект при этом при­писывает следствиям, определяется присущими ему ценностными диспози­циями, которые чаще всего обознача­ют словом «мотивы».

Понятие «мотив» в данном случае включает такие понятия, как потреб­ность, побуждение, влечение, склон­ность, стремление и т. д. При всех различиях в оттенках значения этих терминов указывают на «динамиче­ский» момент направленности дей­ствия на определенные целевые состояния, которые независимо от их специфики всегда содержат в себе ценностный момент и которые субъект стремится достичь, какие бы раз­нообразные средства и пути к этому ни вели. При таком понимании можно пред­положить, что мотив задается таким целевым состоянием отношения «ин­дивид—среда», которое само по себе (хотя бы в данный момент времени) желательнее или удовлетворитель­нее наличного состояния. Из этого весьма общего представления можно вывести ряд следствий об употребле­нии понятий «мотив» и «мотивация» при объяснении поведения или, по меньшей мере, вычленить некоторые основные проблемы психологического исследования мотивации. Если пони­мать мотив как желаемое целевое состояние в рамках отношения «инди­вид—среда», то, исходя из этого, можно наметить основные проблемы психологии мотивации.

1. Существует столько различных мотивов, сколько существует содер­жательно эквивалентных классов от­ношений «индивид—среда». Эти классы можно разграничить, основы­ваясь на характерных целевых состояниях, стремление к которым часто наблюдается у людей. (Наряду с желаемыми целевыми состояниями мо­тивы в рамках некоторых отношений «индивид—среда» можно определить и через избегаемые состояния.) В данном случае мы имеем дело с проблемой содержательной класси­фикации мотивов, составления их перечня.

2. Мотивы формируются в процессе индивидуального развития как отно­сительно устойчивые оценочные дис­позиции. Необходимо выяснить на ос­новании каких возможностей и акти­вирующих воздействий среды возни­кают индивидуальные различия в мо­тивах, а также выяснить возможности изменения мотивов путем целенаправленного вмешательства. В данном случае мы имеем дело с проблемой развития и изменения мотивов.

3. Люди различаются по индивиду­альным проявлениям (характеру и си­ле) тех или иных мотивов. У разных людей возможны различные иерархии мотивов. В данном случае перед нами встают проблемы измерения мотивов.

4. Поведение человека в опреде­ленный момент времени мотивирует­ся не любыми или всеми возможными его мотивами, а тем из самых высо­ких мотивов в иерархии (т. е. из самых сильных), который при данных условиях ближе всех связан с пер­спективой достижения соответству­ющего целевого состояния или, на­оборот, достижение которого постав­лено под сомнение. Такой мотив ак­тивируется, становится действенным. (Одновременно могут активироваться и другие мотивы, соподчиненные ему или находящиеся с ним в конфликте. Но ради простоты побочными мотива­ми мы пренебрежем.) В данном слу­чае мы сталкиваемся с проблемой актуализации мотива, т. е. с пробле­мой выделения ситуационных условий, приводящих к такой актуализа­ции.

5. Мотив остается действенным, т. е. участвует в мотивации поведе­ния, до тех пор, пока либо не достигнется целевое состояние соответству­ющего отношения «индивид—среда», либо индивид к нему не приблизится, насколько позволят условия ситу­ации, либо целевое состояние не пе­рестанет угрожающе отдаляться, ли­бо изменившиеся условия ситуации не сделают другой мотив более насущ­ным, в результате чего последний активируется и становится доминиру­ющим. Действие, как и мотив, неред­ко прерывается до достижения жела­емого состояния или распадается на разбросанные во времени части; в последнем случае оно обычно спустя определенное время возобновляется. Здесь мы сталкиваемся с проблемой выделения в потоке поведения ча­стей действия, т. е. с проблемой сме­ны мотивации, возобновления или последействия уже имевшей место мотивации.

6. Побуждение к действию опреде­ленным мотивом обозначается как мотивация. Мотивация мыслится как процесс выбора между различными возможными действиями, процесс, ре­гулирующий, направляющий действие на достижение специфических для данного мотива целевых состояний и поддерживающий эту направленность. Короче: мотивация объясняет целе­направленность действия. В этом слу­чае мы имеем дело с проблемой мотивации как общей целенаправлен­ности деятельности и в особых случаях с проблемой мотивационного кон­фликта между различными целями.

7. Мотивация безусловно не явля­ется единым процессом, равномерно от начала и до конца пронизывающим поведенческий акт. Она, скорее, складывается из разнородных про­цессов, осуществляющих функцию са­морегуляции на отдельных фазах поведенческого акта, прежде всего до и после выполнения действия. Так, вна­чале работает процесс взвешивания возможных исходов действия, оцени­вания их последствий. В данном слу­чае мы сталкиваемся с проблемой аналитической реконструкции мотива­ции через гипотетические промежу­точные процессы саморегуляции, ха­рактеризующие отдельные фазы про­текания действия.

8. Деятельность мотивирована, т. е. направлена на достижение цели мо­тива, однако ее не следует смеши­вать с мотивацией. Деятельность складывается из отдельных функци­ональных компонентов—восприятия, мышления, научения, воспроизведе­ния знаний, речи или моторной актив­ности, а они обладают собственным накопленным в ходе жизни запасом возможностей (умений, навыков, зна­ний), которыми психология мотивации не занимается, принимая их как дан­ное. От мотивации зависит, как и в каком направлении будут использова­ны различные функциональные спо­собности. Мотивацией также объясня­ется выбор между различными воз­можными действиями, между различ­ными вариантами восприятия и воз­можными содержаниями мышления, кроме того, ею объясняется интенсив­ность и упорство в осуществлении выбранного действия и достижении его результатов. В данном случае мы сталкиваемся с проблемой многооб­разия влияний мотивации на наблю­даемое поведение и его результаты.

Некоторые ограничения и добавления

Таковы кратко восемь узловых проблем, распутать которые пытается психология мотивации и которыми нам предстоит заниматься далее. Как бы различно они ни выглядели, ни формулировались и ни вводились, как бы ни была запутана их история и к каким бы сильным расхождениям ни приводил теоретический поиск их ре­шения в психологии, к этим восьми проблемам можно свести все усилия в данной области исследований. Не­обходимо также сделать некоторые дополнения и предостережения.

Первое. Избранный нами способ из­ложения, например принятие в каче­стве объяснительных понятий отно­шения «индивид—среда» или мотива и мотивации, и даже наши теоретиче­ские представления, например, о кон­стантности мотивов, направленных на целевые состояния, об их активации ситуацией и влиянии на действие пос­редством изменчивого, кратковремен­ного процесса мотивации, никоим образом не будут единодушно приняты всеми исследователями мотивации. Впрочем, избранный нами способ из­ложения и наши теоретические пред­ставления сформулированы достаточ­но общо, более того, восемь основных проблем вполне четко отделены друг от друга и их можно легко соотнести с другими, способами изложения и другими теоретическими представле­ниями, не теряя при этом их специфики. Отчасти дело заключается просто в выборе терминологии. Аналогичное объяснение можно осуществить и в других понятиях. Вместо мотивов можно говорить о потребностях или установках, вместо мотивации—о на­правленном влечении, а целенаправ­ленность поведения можно отдать на откуп, как в классической теории научения, хорошо освоенным связям «стимул—реакция». Можно даже от­казаться от понятий «мотив» и «моти­вация» и положить в основу, как это делает Келли [G. Kelly, 1955, 1958], «системы личностных конструктов». Проблемы остаются в сущности те же, лишь несколько меняются подхо­ды к их решению.

Второе. Использованные форма из­ложения и теоретические представ­ления—это не более (но и не менее), чем способ осмысления проблем, ко­торые обозначались и обозначаются в наивных и научных объяснениях действий общим словом «мотивация».

Они представляют собой нечто вы­мышленное, их научную объяснитель­ную ценность еще необходимо вы­явить и доказать. Приведенные во­семь пунктов, скорее, содержат то, что нуждается в объяснении, а не то, что само претендует на объяснение. Это же верно для всех дефиниций мотивации: они описывают проблемы, нуждающиеся в объяснении, но сами ничего не объясняют. Это хорошо видно на примере такого перечисле­ния проблем:

«...как возникает поведение, как оно энерге­тически обеспечивается, поддерживается, на­правляется, прекращается и какого рода субъ­ективные реакции происходят в организме, пока все это осуществляется» [М. Jones, 1955, Р. VII].

Как мы еще увидим, принципиальная трудность состоит в том, что мотив и мотивация (или их эквиваленты) напря­мую ненаблюдаемы и тем самым недо­ступны непосредственному познанию. В качестве объяснительных понятий они являются гипотетическими кон­структами. Необходимо эмпирически доказать, что использование этих кон­структов плодотворно. Для этого тре­буются особые методологические предпосылки и экспериментальные по­строения.

Третье. Значение, которое приписы­валось тем или иным взглядам на проблему, с течением времени заметно менялось. Если, например, при зарож­дении психологии мотивации интересы были в основном сосредоточены на классификации мотивов, то теперь это считается малоплодотворным, а доста­точным считается тщательное вычленение отдельного мотива. Примени­тельно же к конкретным мотивам большое внимание привлекает седь­мая проблема, а именно анализ опосредующих мотивационных процессов саморегуляции.

Четвертое. Не только по выбран­ной проблематике, но и по уровню и дифференцированности теоретиче­ских и методических подходов психо­логия мотивации и по сей день пред­ставляет довольно пеструю и разно­родную картину. Многие исследовате­ли не идут дальше чисто описательного уровня, боясь подвергнуть теоретиче­ские конструкты опасности разбиться об эмпирию, поэтому фрагментарность подходов к психологическому исследо­ванию мотивации, скорее, является правилом, чем исключением.

Порочный круг в использовании понятия мотивации '\

Описательное, вместо объяснитель­ного, использование понятий мотива и мотивации особенно отчетливо можно продемонстрировать на примере ше­стой проблемы—общей целенаправ­ленности поведения. Легко показать, как выжимки из описаний наблюда­емых поведенческих феноменов по сути отождествляются с их объяснени­ем, что замыкает определения этих понятий в порочный круг.

Pages:     || 2 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.