WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 31 | 32 || 34 | 35 |   ...   | 53 |

Мы все, например, знаем, что, вроде бы,Земля вращается вокруг Солнца. Я даже помню, что когда-то что-то такое говорилио том, как Галилей это доказывал, и как в этом самому убедиться... но какименно, я уже не помню. Если я начну проверять на самом деле все, что я знаю,– всех земныхвоплощений не хватит на то, чтобы перепроверить все сведения, которые у менясейчас есть. Поэтому нужны какие-то путеводные нити, какие-то принципы, чтобыне скатиться в невротический перфекционизм, не начать реализовывать интроект,что-де "все надо знать на самом деле" [7].

Когда начинаешь работать с интроектами,очень важно первым делом дать себе право многого действительно не знать. Преждевсего стоит посмотреть, что в (твоей) жизни действительно важно, а что нет. Я,например, массу сведений принимаю как само собой разумеющиеся, живу с ними, какс фоном. Земля – шар(а может быть мне потом объяснят, что она вовсе и не шар, а геоид, хитрая такаягеометрическая форма), Солнце – звезда, Ельцин – демократ. Но на самом деле я про это ничего не знаю, – ни про Солнце, ни про Ельцина.

Спрашивают: "Что ты думаешь о Модильяни",– а я вродеинтеллигентный человек, в гостях у маминых друзей, и вдруг я им скажу, чтоничего не думаю о Модильяни. Зачем мне их огорчать И я стараюсь отмазатьчто-нибудь благозвучное. Но важно, чтобы сам длясебя я не почувствовал укора совести: это внешняяполитика, а сам себе я должен дать разрешение ничего про это не знать.

Примерно 90 процентов среды, в которой мыживем и с которой считаем себя обязанными обходиться, для нас реально незначимы. И чтобы действительно начать работу с интроектами, надо дать себеразрешение на это, отпустить себя: не знаю и не знаю... Не знаю я, из чегосостоит Солнце, чем хорош Модильяни, кто такой Ельцин...

Вернемся к примеру с двумя портретами– "жена и теща". Нетак уж важно, что их два на одном рисунке. Можно представить дело и так, как накартинках, которые когда-то составляли непременную принадлежность журнала"Наука и жизнь" –переплетение линий, и в нем нужно найти фигуру. Главное, что это переплетениеочерчено рамкой, и фигуру нужно найти внутри этой рамки. Новое платье нужноувидеть на короле, а что все придворные в новых (реальных).платьях – это всего лишь фон события.

Для нашего "испытуемого" экзистенциальнаяситуация состоит в том, что он говорит, будто видит некую фигуру, и пускается вразговоры о ней, а сам не видит. Он боится разоблачения, то есть в каком-тосмысле фигура для него есть, – фигура же всегда есть, когда есть хоть какой-нибудь интерес, – только иногда ее еще нужно ещесуметь увидеть, причем, может быть, не там, кудауказывает интроект.

Что же для него фигура Можно сказать, чтофигура должна оформить противоречие, возникающее из-за того, что он не видитфигуры, которую, – попринятым им условиямкоммуникации, –должен в этом местевидеть. Оформляться реальная фигура начнет для него так или иначе в зависимости от того, какон будет осознавать создавшуюся ситуацию.

1) Он может "отмотать назад" и сознаться,что соврал, а на самом деле фигуры не видит. В этом случае фигурой станет ложь, в которой нужно признаться; кактолько это будет сделано, проблема решится [8]. Хотя это может быть трудно сделать,потому что на сложных конструкциях из лжи нередко построен весь образ жизни[9].

2) Он может надеяться увидеть портрет, окотором идет речь. Гештальтпсихологи называют это "ага-эффектом": не было фигуры, а потомвдруг – "ага! вотона!" (немецко-русский вариант греческого "эврика!", с которым легендарныйАрхимед выскочил из ванны). Впрочем, увидеть портрет для нашего "испытуемого"тем труднее, чем больше он выдумывает "турусов" по поводу невидимой для негофигуры. Фактически он, опять же, формирует другую фигуру – "невидимый портрет", о которомможно так говорить, чтобы не попасться, – и наделяет эту фигуруопределенными свойствами (хотя бы в своем воображении), возможно сильноотличающимися от того, что он увидел бы, если бы произошел "ага-эффект". Еслиэта другая фигура будет имосознана, как таковая, интроекция перейдет в "нормальную" (с психологической точки зрения)внешнюю политику, вариант"Штирлиц в тылу врага". 3) Он может, наконец, захотеть выйти из коммуникации. Втаком случае фигурой становится сама опасная для него коммуникация, и онрешает, что кажется ему более дискомфортным – возможная "потеря лица" приразоблачении (которого, может быть, удастся избежать), или такая же "потерялица" (хотя бы перед собой), которой может быть чревато бегство.

Все три "продолжения" (и другиевозможности) начинаются с одного и того же "хода": с признания, что там, гдепредполагалась фигура, "испытуемый" ее на самом деле не видит.

7

В части, которая остается, и где мыдействительно собираемся работать, тоже не все доступно проверке, не вседоступно расчленению. Здесь может помочь еще один прием, который даетвозможность ассимилировать интроект в условиях, когда реальное знание предметавроде бы невозможно. Этот прием связан с понятием "ранга", которое предложил В.А.Лефевр[10].

Речь идет о схематическом представлениифразы "я знаю, что он знает". Первый ранг – это мое представление о том, какобстоит дело, то, как я это вижу, отображение некоей реальности в моемсознании. Чье-то представление о том, что у меня есть в сознании (не включающеепредставление о том, что есть в исходной реальности "на самом деле"),– это второй ранг:"он знает, что я знаю то-то и то-то". Третий ранг – это чье-то (или опять мое)знание о том, что он знает, что я знаю. И так далее. Здесь возможны игры надвоих с соответствующим накручиванием рангов, возможны игры на троих ибольше...

Чтобы стало понятно, что это не такпросто, как может показаться, напомню известный анекдот. "Хаим, куда едешь"– "В Жмеринку".– (Про себя): "Ага,он говорит, что едет в Жмеринку, чтобы я подумал, что он едет в Бердичев, ноя-то знаю, что он едет в Жмеринку, так что же он мне морочит голову"– Позиция заведомоготретьего ранга делает невозможным сказать человеку что бы то ни было: он небудет понимать меня в первом ранге, а будет полагать, что я его обманываю, и"вычислять" меня в третьем. Так ведь и живут иногда родители с детьми, мужья сженами.

К нашей теме это имеет вот какоеотношение. Учился в институте в советское время мальчик из адвентистов; мощнаябыла организация, не могли мальчика выгнать. Выгнать не могли, но моглизаставить сдавать экзамены по "общественно-политическим дисциплинам". И вотприходит мальчик сдавать философию марксизма, берет билет и чешет: "Энгельс поэтому поводу говорит то-то, Ленин по этому поводу говорит то-то и то-то..."Преподаватель пытается у него выудить, что он сам думает по этому поводу, а онв ответ: "Извините, я вам сдаю экзамен по предмету" – и все. По тем поводам, покоторым он сдает этот экзамен, ему вообще думать не надо, он и не думает; нознает, что по этому поводу думает Энгельс.

У Платона есть замечательное рассуждение омнении и знании. Он говорит, что когда я знаю дорогу в такую-то деревню, тоесть когда я там ходил, у меня не может быть мнения по этому поводу: я простознаю, как туда пройти. Авот когда я не знаю дороги, я собираю мнения, и составляю "собственное мнение",которое может быть правильным или неправильным. Мне рассказывают, как пройти;тот, кто рассказал, мог сам знать, а мог и не знать, ему мог сказать кто-тодругой, причем при передаче всего этого кто-то что-то мог перепутать.

Когда я имею мнение, но знаю, что этомнение, и знаю, от кого я его получил, – я проставляю соответствующийранг, и тем самым очищаюсебя от интроекта.

8

А вот когда нечто на самом деле ко мнеимеет отношение –это, надо сказать, довольно трудная ситуация. Когда мы начнем всматриваться вфундаментальные основания своей жизни многое может "поплыть".

К примеру, задаешь клиентке вопрос: "Зачемты ходишь на работу" – Она, конечно, сходу говорит что-нибудь вроде: "Деньгизарабатывать надо".

- Смотрим: если бы она работала в ларьке,или разносила газеты, она бы за три дня заработала эти 80 "тыср" [11], которые она получает на своейслужбе за месяц. Но она зато научный сотрудник, она не может в ларьке работать.И в конце концов оказывается, что она не знает, зачем она ежедневно лет уже 20ходит на работу. И можно обнаружить очень много таких вещей относительно того,как устроена наша жизнь.

Действительно ли ты хочешь жить с этимчеловеком Никогда в голову не приходило подумать; как же, мы уже 20 летженаты, дети, то-се... А когда начинаешь думать, то есть диссимилировать, апотом ассимилировать, когда смотришь, что же там "на самом деле" есть,– может распастьсяочень многое...

Это относится не только к быту. В концегода я посвящу специальную лекцию невротическим механизмам в так называемой"религиозной жизни".

9

Теперь я хочу, – намеренно не в начале лекции, аименно здесь, когда мы уже составили себе какое-то представление хотя бы ободном из невротических механизмов, – вернуться к важной общей теме.Невротические механизмы – это не столько про то, как устроена психика, сколько просвободу. то есть все этоимеет смысл только как указание на возможность освободиться, очиститься, снятьс себя

несколько веревочек, которыми привязана заколышки наша лодка [12].Посмотреть и увидеть, что меня держит, где тянет, от чего я могу освободиться.

Человек всю жизнь думал, что надо ходитьна работу, это вообще было для него необсуждаемой [13] вещью, а потом он остановился иподумал: "А почему, собственно, надо ходить на работу" – Задумался. Возможно, его вопросперерастет в другой: "Надо ли ходить на работу" – Он уже гораздо более свободен.Он будет ходить или не ходить на работу, как самрешит.

Или, скажем, женщина тридцати лет мается,потому что считает, что не позже 25 надо было выйти замуж. А теперь уже поздно,жизнь не удалась. Интроект у нее такой. Если она остановится и подумает, почемусобственно до 25 лет надо было выйти замуж Непонятно, а может быть, не надобыло, – и вот она ужесвободнее...

Все это имеет смысл, если вы покопаетесь всвоих интроектах, от чего-нибудь освободитесь, почувствуете, что чуть-чуть, намикрон, капельку, но стало свободнее, степеней свободы стало больше.

3-1-2. ИНТРОЕКЦИЯ ИОТЧУЖДЕНИЕ
(непростойкомментарий)

Разделение труда, определяющее жизньсовременного человечества, бесповоротно разрушает единство трехтактной схемыжизнедеятельности организма: занятый на производстве человек делает вовсе нето, что его организм может полагать имеющим отношение к его "текущейпотребности", да даже и интересу. Ему хочется пива, а приходится заворачиватьгайки на каком-то конвейере, участвуя в сборке то ли часов, то ли самосвалов,то ли боевых ракет средней дальности.

Было бы нелепо полагать, что сборка этихсамых ракет имеет какое бы то ни было отношение к воинственности. Просто "людямнадо жить", а для этого, вроде бы, нужно получать зарплату [1], а поселок городского типа Васюки (8тысяч 647 с половиной жителей) кормится в основном от завода по сборке ракет, игде же еще работать толковому, но не хватающему звезд с неба и не получившемувысшего образования Ване Иванову А его "половина" работает медсестрой (можновспомнить, что этимологически этот примелькавшийся термин происходит от "сестрымилосердия") в медпункте при том же заводе, и кричит: "Больной, пройдите кврачу в 13 кабинет!" – вовсе не тогда, когда ее охватывает острое желание помочьстрадающему человеку.

Впрочем, обезьяне из эксперимента Кёлера,который мы упоминали, тоже хочется не ящики ворочать, а банан съесть. Но она"соображает", что может достать банан с помощью ящика, если подставит его поддерево. Кёлер, и прочие психологи вслед за ним, назвали это "мышлением". Такчто когда говорится о мышлении, речь идет вовсе не о выполнении того же действия в воображении, то есть"с меньшей затратой энергии" (прежде чем гонять рояль по сцене, представитьсебе в уме, где ему лучше стоять), как по наивности мнилось Перлзу, а овыполнении другогодействия, связанного с первоначальным "интересом" лишь косвенным образом. Удержание в сознанииэтой косвенной связи и установление все более сложных связей такого рода и естьмышление (точнее, одна из его функций).

Значительная часть того, чем занят и чемживет современный человек, связано с такого рода опосредованием. Можно скольугодно сетовать по этому поводу, но, ввиду отсутствия хвоста, "обратно"повиснуть на ветке мы уже не можем. Так что если стремиться "к природе", то неназад, а "вперед к природе", то есть к приведению нашей, человеческой, многократноопосредованной жизнедеятельности в соответствие с "природой человека" (а"природа" эта, по-видимому, не сводится к происхождению от обезьяны, ибо,будучи изготовлен из этого материала, человек, как недавно стало вновь широкоизвестно, создан также "по образу и подобию Божьему").

Человек может занимать разное положениеотносительно деятельности,которая им выполняется. Трех рабочих спросили, что они делают. "Не видишь, чтоли – камни таскаю",– ответил один."Деньги для семьи зарабатываю", сказал другой. А третий остановился, вытер рукии, внимательно посмотрев на собеседника, произнес: "Я строю Домский собор".Очевидно, что эти три человека осуществляют, – психологически говоря,– разнуюжизнедеятельность.

"Зарабатывание денег" (ради которогопроисходит "таскание камней") без реальной (elephantshit не в счет) связис объемлющей ситуацией, – режим, в котором живет значительное большинство "трудящихся",– принято называтьотчуждением. Критикеотчуждения как состояния или положения современного человека посвящена огромнаялитература, от "Капитала" Маркса [2] до хайдеггеровского "Истока художественного творения"[3]. Существует идостаточное число проектов выхода из состояния отчуждения – для отдельной личности (чем изанимается экзистенциальная психотехника, так что мы еще вернемся к этой теме),частного социума [4] ичеловечества в целом [5].

Но интроекция – не отчуждение. Человек, в еготеперешнем (недочеловеческом) состоянии, психологически приспособился к жизни всоциокультурных джунглях, как когда-то приспосабливался к жизни в джунгляхприродных. По-видимому, чтобы понять, что такое невротический механизминтроекции, то есть какую реальность схватил Перлз в этом понятии, нам нужно перестать отождествлятьчеловека с не доросшей до кёлеровской обезьяны антилопой-гну и попробоватьразобраться, чем различаются "нормальное" участие в опосредованной деятельностиот того же участия, но отягощенного интроекцией.

По-видимому, речь должна идти обособенностях гомогенизации, которая, допуская предметнуюразнородность, требует при этом четкого переноса интереса.

Pages:     | 1 |   ...   | 31 | 32 || 34 | 35 |   ...   | 53 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.