WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 31 |

Я присел на кровать Питера и превратил своискорбные чувства по отношению к нему в интенсивное сосредоточение напроисходящем с ним процессе. Я смотрел на его тело, слушал его дыхание, касалсяего груди и искал самый сильный из сигналов. Дребезжание в легких и прерывистоедыхание, несомненно, и были этими главными сигналами, посылаемыми им во внешниймир.

Хотя я понимал, что прерывистое и шумноедыхание — эторезультат физических нарушений, я прислушивался к нерегулярным вдохам и выдохамкак к единственно возможной форме его общения. Я положил свои руки на его, тослегка усиливая, то ослабляя свое прикосновение в ритме его дыхания, чтобыпережить и почувствовать, где он сейчас был. Сэнди вставила в кассетный плеерлюбимую музыку Питера, сказав, что он любит октет Мендельсона, потому что этобурная музыка, напоминающая ему о ней.

Я нежно заговорил с ним в ритме его дыхания.Чтобы понять его ответы, я подсчитывал скорость вдохов и выдохов, внимательноследил за движениями одной из его бровей, слушал звуки, исходящие из легких, иследил за изменением цвета его щек и губ. Говоря с ним, я держал свои губывблизи его уха и следил за его реакциями. Я шептал, в ритме его дыхания, что-товроде следующего.

"Привет, Питер. Это я, Арни. Я снова с тобой.Я хочу взять тебя за руку, скоро я положу свою руку на твою грудь. Мне хотелосьбы, чтобы ты поверил, а раньше ты всегда верил, в то, что с тобой происходит.Что бы ни происходило, что бы это ни было, оно укажет нам путь. Оно будет нашимпроводником. Итак, продолжай чувствовать, смотреть, слушать и двигаться вместес чувствами, видениями, звуками и движениями, которые происходят внутри тебя.Да, только так. Это приведет нас туда, куда мы должны идти".

Пока я говорил, Питер лежал без движения, заисключением хрипов, неравномерного дыхания и слабого шевеления бровями, котороевозникло в связи с моими репликами. Сэнди спала. Мы с Эми разговаривали и поочереди пытались установить контакт с Питером. Атмосфера комнаты наполняласьрастущим благоговением, звуком хриплого дыхания и чувством почтения кневедомому.

Приближалось время для следующей инъекцииморфия. Я разбудил Сэнди и посоветовал ей попросить отменить эту процедуру. Онапопросила доктора больше не давать Питеру никаких болеутоляющих средств. Врачнастаивал, уверяя, что введение морфия является актом милосердия. Он сказал,что недавно уже пережил такую же ситуацию: его близкий родственник получалболеутоляющее в недостаточной мере и оттого умер мучительнойсмертью.

Я вмешался и сказал, что не сомневаюсь в егогуманности по отношению к родственнику, но Питера боль не мучает. Я пыталсяобъяснить, хотя и напрасно, что знаю, что Питер не испытывает боли, поскольку я"общался" с ним посредством минимальных, невербальных реакций на моивопросы1. Я ничего недобился. Я устал, едва стоял на ногах и не мог донести до них свою мысль.Подобно любому человеку, облеченному большой ответственностью, доктор имедицинский персонал, казалось, просто отказывались рассматривать возможностьсовершенно нового образа мышления посреди ночи. Они оставались тверды в своемрешении провести инъекцию морфия.

Именно тогда я подумал, что напишу книгу онехимических способах работы с болью. Я решил довести до сведения всех, чтосуществуют такие методы работы с болью, которые не омрачают сознания. Если этиметоды не работают, тогда болеутоляющее может стать наилучшим выходом. Однакоосознавание — этопервая из возможностей, которые следует использовать, потому что в этом случаеиндивид сам может определить, что должно происходить.

С той самой ночи я стал с большим сочувствиемотноситься к тем, кто оказывает медицинскую помощь умирающим.Медики-профессионалы обучены в возможно большей степени обходить стороной больи смерть. У большинства из них не было достаточной возможности изучитьразличные измерения боли, связанные с ней процессы и глубокую значимость смертидаже на теоретическом уровне.

Сэнди настаивала на том, чтобы доктор неназначал морфий. Он согласился отложить инъекцию на полчаса. Конфликт сдоктором сделал атмосферу напряженной и затруднительной для работы.

Я шепотом сообщил Питеру о своем конфликте сдоктором. Не обнаружив и намека на обратную связь, я предположил, что в данныймомент мои проблемы его не касались. Однако, когда доктор в очередной раз вошелв палату, сам Питер убедил его в том, что он не испытывает боли. А произошлоследующее.

Около половины четвертого утра я, чертовскиустав, решил пойти домой и соснуть пару часов. Эми не соглашалась. Она сказала,что не может объяснить почему, но чувствует, что нам следует остаться. Я решилспросить Питера, как поступить. Все еще говоря в ритме его дыхания, я спокойнои медленно сказал ему, что, если он хочет, чтобы мы остались, пусть подаст намболее сильные сигналы. Я предупредил, что слабые шевеления бровями и изменениецвета кожи не убедят меня остаться. Без более мощного сигнала мне придетсяпойти домой и лечь спать. Мы увидимся с ним завтра.

Воскресение

Мы все испытали состояние шока. Питервнезапно резко сел в кровати! Без чьей-либо помощи он оставил коматозную позу,сглотнул слюну, повернул голову ко мне, моргнул и затем повернулся всем торсомв мою сторону. На мгновение он сфокусировал взгляд на мне, наклонился ко мне ипотом снова мягко опустился на постель.

Я был в шоке, я смог только пролепетать "Эй,привет", потом меня начало трясти. Эми и Сэнди от испуга чуть не попадали состульев. Обретя наконец хладнокровие, я выпалил: "Хорошо, хорошо, я обещаю. Яне ухожу. Я останусь до рассвета. Я уже не устал!"

Когда пришли медсестры, мы им все рассказали.Одна из них несколько часов простояла около нас, наблюдая за тем, чтопроисходило. Прошли доктора, заглянули в палату и ушли. Питер сглотнул еще раз.Он был намерен жить и общаться. Он прогнал прочь нашу усталость. Сев в кровати,он "сказал" нам, что хочет, чтобы мы остались. Очевидно, у него еще были другиедела.

Вскоре Питер начал выходить из комы. Он сталшевелить губами, и теперь уже окончательно проснувшаяся Сэнди вытерла ихвлажной салфеткой. Он взглянул на нее. Мы воспроизводили разные звуки, чтобыусилить шумы в его легких, и теперь Питер начал издавать новые звуки "в ответ"на наши, он отвечал на наши шумы подобными им, и, к нашему удивлению, его звукиоказались чем-то вроде песни-игры. Он двигал руками в ритме нашей музыкальнойкакофонии, и затем, помимо прочего, он стал нашим дирижером! Он притворялся,что дирижирует оркестром!

Питер, Сэнди, Эми и я продолжали вздыхать,стонать и петь. Было, наверное, где-то около пяти часов утра. Наша вечеринкастала такой громкой, что мы заволновались, не мешаем ли мы другим пациентам. Ксчастью, нас самих больше никто не беспокоил. Мы все были рады возможностиобщаться друг с другом в такой новой и неожиданной форме.

Очень трудно передать читателю ощущениетечения времени, которое мы все испытывали. События, происходившие той ночью сПитером, Сэнди и всеми нами, были окутаны покровом тайны, так что часыспрессовывались в минуты. Когда забрезжил день, мы оказались в гущеэкстатического празднования жизни. Наше пение преобразовало напряженную ихолодную атмосферу смерти в фестиваль, в нечто вроде праздника возвращениядомой.

Питер теперь мог двигать руками, и он нежнообнимал Сэнди. Они оба плакали и без конца говорили о своей любви друг к другу.Это был такой сильный и волнующий порыв, что остальные тоже расплакались. Яспросил, не уйти ли нам, но и Сэнди, и Питер упросили нас остаться.

Видение

Теперь Питер блуждал между бодрствованием исонным состоянием. Настал момент, когда в нем что-то забулькало, и он бессвязноизложил мне следующее сновидение.

Питер: Девять. Это число. Девять.

Арни: Девять. Потрясающе.9,99,999.

Питер (взволнованно): Арни, я нашел это. Это.Я... нашел... эту... вещь... я... всегда... искал... ключ... к... жизни...ключ...

Арни: Здорово. Я все думал, чем ты тамзанимаешься в постели. Не стесняйся, рассказывай про этот ключ. Он нам всемнужен.

Питер: Ключ — это... Нет... Старый план, вот,новый план, ключ —это... новый план трамваев, трамвайные линии в Цюрихе.

Арни: Я люблю трамвайные планы. Они важны.Знать бы мне больше о них.

Питер: Эми и Хелен, две женщины на новомплане... Ух ты! Да. Ух! Они — трамвайные остановки.

Мы все окружили его кровать, взволнованнореагировали, с энтузиазмом следуя за его идеей.

Питер: Также ключ — это в-о-з-и. Номер 9.

Арни: Девять. Великолепно. 9, 99.

Питер: Арни, я нашел это. Это. Я... нашел...эту... вещь... я... всегда... искал... ключ... к... жизни...ключ...

Арни: Потрясающе, парень! У тебя есть ключ.Питер: ДА! Теперь я нашел его. В-о-з-и.

Мы повторяли это слово вместе с ним, помогаяему продолжать. Арни: Великое слово. Великий трамвайный план.

Питер: В плане есть все. Все.

Арни: Что в этом плане Что онозначает

Питер: Гммм, гмм... Что онозначает

Он перестал петь и повторил за мной вопрос. Японял, что когнитивные вопросы — путь неверный.

Арни: Как глупо с моей стороны. Давай споем"вози".

Питер: "Вози" было здесь еще до того, как тыначал работать со мной.

Теперь мы стояли вокруг кровати Питера,охваченные возбуждением и любопытством.

В этот момент Питер заснул, а мы с Эмисделали перерыв. Спустившись в кафетерий позавтракать, мы начали яростнотеоретизировать. Что могло означать это "вози" Wo — по-немецки "где", а "зи" звучиткак sie, что значит "она".Может быть, он говорил: "где она", говорил что-то о женщине, о своих чувствахИли, может, он говорил: "что она хочет", потому что "вози" напоминало фразуwott sie ("она хочет") нашвейцарском диалекте немецкого языка.

Эми вспомнила слова Питера о том, что "вози"было изначальным паттерном, он был там до того, как мы пришли. Кроме того,"вози" предварялось номером 9 и каким-то образом связано с новым планомтрамвайных линий Цюриха. Почему все это передавалось нам в форме любовной ипраздничной песни

Хотя мы не могли понять содержание, процессбыл ясен: быть ребенком, играть и петь. Мы учитывали и то, что число 9встречается в мифах, связанных с загадочными вещами из других миров; знали изсновидений Питера, что его женственная чувственность всплыла на поверхность.Возможно, ключом к жизни для Питера служил сам акт магического бытия (чемобъясняется появление девятки) и процесс соединения людей (новая трамвайнаясистема Цюриха) через чувство (трамвайными остановками были Хелен и Эми).Похоже, что его открытие представляло собой переживание вечности, выражениясамого себя открыто, экстатично и радостно, как это делает наивный ребенок, незнающий взрослых запретов.

Мне пришло на ум воспоминание из раннегодетства, которое он рассказал мне, когда я спросил, не может ли он припомнитькакой-либо из своих детских снов. Его самое раннее воспоминание былотаким:

"Воскресным утром я лежал в кровати в комнатемоих родителей. Вбежали две мои сестренки и прыгнули ко мне в постель. Какаявосхитительная атмосфера!"

Первые детские воспоминания или сновидения— это образец нашихиндивидуальных мифов. Прожить детский миф в реальности — это, должно быть, и есть новыйплан. Подруга Сэнди и Эми в его трамвайном видении служат преходящими образамиего памяти о детстве.

Я знал из своего предыдущего опыта работы сумирающими, что нередко те, кого считали клинически мертвыми, испытываливеликие видения2. Во времясна и комы эти видения раскрывали им тайны, о которых они, как правило, позднеезабывали. Почему мы забываем магические ключи

Переживание смерти кладет конец нашемуобычному мышлению. Умирая, мы приобретаем непостижимый ракурс видения— мы видим себя какбы сверху, лежащими внизу мертвыми. Это как если бы мы могли наконец сказатьсебе: " Вот лежу я, хорошая женщина или мужчина, который сделал то-то ито-то%Вот лежу я, мертвый или умирающий. А почему бы и нет Я сейчас здесь, вгуще этого нового и поразительного опыта, открываю то, что мне всегда нужнобыло знать о бытии".

Многие испытывали эти поразительныепереживания, в которых им раскрывались тайны. Это не было новой программойжизни, которую можно запомнить и которой нужно следовать. Это было неописуемоеи в некоторых случаях безусловное, но радостное чувство всеобщей взаимосвязи игармонии, которое можно только пережить. Действительно, одна из тайн жизнисостоит в том, чтобы переживать ее во всей полноте.

Наши теоретизирования и размышления внезапнорезко оборвались. Мы посмотрели на часы. Казалось, что мы проболтали всегонесколько минут, однако мы беседовали и делали записи почти целый час. Мнедумается, что мы тоже пребывали в измененном состоянии!

5. ДУХ ВБУТЫЛКЕ

Раз Питер хотел играть, мы побежали в магазинподарков (он открывался в 6.30 утра) и купили ему две игрушки — металлический грузовик ималенькую плюшевую мышку.

Придя с игрушками в его палату, мы засталиего полусонным, он кашлял. Мы не могли решить: то ли работать с ним ипробуждать его дальше, то ли дать ему подремать. Поскольку кашель не давал емузаснуть, мы стали работать с его дыханием, кашляя вместе с ним. В момент кашляна его лице появлялись слабые гримасы, и мы пытались помочь ему завершить их,строя рожи, которые, как мы представляли себе, скрываются за его сигналами илисимптомами. Поначалу мы кашляли точно так же, как он, а потом стали добавлятьнемного дополнительных звуков к его сообщению. Мы усиливали свои гримасы, покаон не стал строить гримасы в ответ. Он уловил наши попытки общаться с ним иприсоединился к нашим Духовым экспериментам. По мере того как шумы игри-масничанЦе усиливались, кашель вскоре прекратился и перешел в песню. Питерначал говорить, сказав, что здорово быть способным разговаривать. Мы предложилиему наши подарки, но пришлось подождать, прежде чем с ним стало возможноразговаривать.

Бутылка

Питер (улыбаясь): Эй, послушай, послушай.Проблема в том, что эта бутылка слишком мала для внутренней жизни! Ну простоочень мала. В два раза и еще на тридцать сантиметров меньше, чемнужно.

Я заметил, что его тело сильно отекло. Егопочки отказали, и жидкость накапливалась, не имея выхода. Я представил себе,каково ему.

Арни: Ты прав! Почему я не подумал об этомраньше Для внутреннего духа в такой маленькой бутылочке наступают суровыевремена! Ну, я не знаю, что значит "в два раза и еще на тридцать сантиметров",но я могу сказать тебе, Питер, что проблема не в размере бутылки.Отнюдь!

Питер: Нет

Арни: Нет, я знаю, как поправить дело. Мыпросто можем попробовать открыть пробку и позволить духу немноговыйти.

К моему удивлению, Питер подхватил моепредложение и с энтузиазмом ответил.

Питер: Да, давай сделаем это!

Арни: Мне хотелось бы познакомиться с этимдухом. Давай вытащим пробку.

Питер: А где пробка

Арни: Гммммм, где она Где Где она можетбыть

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 31 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.