WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 25 |

Брюс продолжал рассказывать, что в жизниего братьев и сестер фигурировали алкоголизм, наркомания и жестокость. Слушаяего, я решила, что он вот-вот расскажет, как его отец остался без денег илисерьезно заболел. Многолетний опыт научил меня, что антисоциальное поведение,которым, по словам Брюса, отличались и он сам, и его братья и сестры, частообъясняется отчаянием, которое испытывают из-за того, что нельзя помочь кому-тоиз родителей, умирающих или живущих в нищете.

— А какобстоят дела у вашего отца — спросила я.

К моему удивлению, Брюс ответил:

—Прекрасно. Он зарабатывает три сотни тысяч в год.

—Где — удивленноспросила я.

— Наработе. Он начальник отдела маркетинга в одной корпорации.

— Вы меняудивили. Значит, вам предстоит унаследовать большие деньги

Я пыталась понять, что может вытекать изэтой новой информации.

— Не думаю.Скорее, я бы написал ему: пусть забудет, что я его сын.

—Неужели — Я сновабыла удивлена, что Брюс хочет отказаться от наследства.

— Нуда, — ответилБрюс. — И, междупрочим, это он платит за мое лечение.

Деньги как средство кого-топроучить

Я почесала в затылке. Почему Брюс не хотелполучать отцовские деньги Подобный отказ можно было бы ожидать отпреуспевающего молодого человека, стремящегося показать, что может обойтись ибез помощи. Но от неудачника, преступника, торговца наркотиками Почему Блюс нехочет брать отцовские деньги Я вспомнила, как Брюс сказал, что из его братьеви сестер тоже ничего хорошего не вышло, и подумала: “Это не может быть деломрук одного поколения. Нужно не одно поколение, чтобы вырастить такихнеудачников”. Брюс в еще большей степени олицетворял экзистенциальную дилемму,чем любой персонаж Хемингуэя. Не поискать ли его прообраз в книгахСартра

Я очнулась от своих раздумий, услышав, какБрюс произнес:

— Моя женадумает, что у меня будет куча денег, потому что у моего дяди куча денег, и убабушки тоже их немало. Она много лет давала мне деньги. И отец тоже помогалмне выпутываться из всяких передряг. Он купил мне дом, и я должен был толькоопла­чивать квартирнуюплату, но я этого не делал, потому что пил и кололся. Отцу мы все простонадоели до смерти. Я всегда звонил ему, когда впутывался в какую-нибудь историюи мне нужны были деньги. И остальные делали то же самое.

“Тот факт, что этот гонщик и криминальныйтип — сын человека,преуспевшего в жизни, многое в нем объясняет”, — подумала я, а Блюс продолжалжаловаться на то, как отец всегда говорил ему, чтобы он работал в несколькихместах и зарабатывал деньги на оплату учебы в школе. Его отец воплотил в себеамериканскую мечту —выбился из бедности в богачи. При этом он был щедр и отдал немалую сумму материБрюса. Обычная дилемма для людей подобного типа: добиваясь от детей понимания,родители хотят, чтобы те на себе почувствовали, что такое бедность, настоящаяцена денег и борьба за существование. По этой причине они изо всех силстараются не баловать детей, постоянно подвергают их испытаниям и бросают имвызов, чтобы воспитать у них независимость характера. Опасность здесь состоит втом, что ребенок часто воспринимает подобное представление о воспитании какпроявление враждебности к нему и как унижение, считая такое отношениенарушением негласного договора между родителями и детьми, согласно которомуродители обязаны оберегать своих детей и помогать им: в жизни они и без тогосталкиваются со множеством препятствий.

Такой конфликт обычно достигает своейкульминации в ранней юности, когда враждебность и бунт проявляются открыто.Отец вырастил из Брюса гонщика, что само по себе ненормально: большинствородителей хотят, чтобы их дети достигли того же социально-экономическогоуровня, с которого начинали они сами, или же превзошли его, обычно не поощряязанятий подобного рода, занятий, опасных для жизни. Однако, когда отец таксурово и непоправимо наказал подростка, продав все свое гоночное снаряжение, онпревратил юношеский бунт и враждебность в перманентное состояние. Теперь Брюс водинаковой степени не мог ни участвовать в гонках, ни заняться каким-нибудьбизнесом.

Нанесение такой обиды часто приводит ктому, что вместо разрыва с родителем у подростка возникает симптом. Поэтому,когда отец подарил Брюсу дом, но с условием выплачивать квартирнуюплату — из-за чегоэто не могло служить подлинным возмещением причиненного ущерба, — Брюс не выполнил данногоусловия. Отец не сумел оказать ему помощь напрямую, а сын не знал, как об этомпопросить, и в результате Брюс обошелся отцу намного дороже, чем стоимость егообучения в колледже: отец был вынужден вносить за него залоги, оплачиватьсудебные издержки, лечение, задолженность по квартирной плате и рассрочке иосуществлять другие разнообразные платежи.

Власть бедности

Легко понять, почему деньги — это власть. Те, у кого естьденьги, обладают властью над теми, у кого их нет. Деньги позволяют не толькопомогать другим, но и подкупают их взятками, ставят в зависимость от себя ипокупают любовь и уважение. Все мы начинаем жизнь детьми, когда у нас нетничего, а у наших родителей — все. Мы полностью зависим от своих родителей. Некоторые родителипоощряют эту зависимость, чувствуя, что только с помощью денег могут сохранитьлюбовь и уважение детей. Однако большинство из нас способны найти собственныеисточники дохода и все же любят своих родителей независимо от того,обеспечивают ли они нас материально.

Но иногда ребенок чувствует себя настолькообиженным кем-то из родителей, что естественный процесс отделения отходит навторой план по сравнению с главной целью — жаждой отмщения. Причинить больродителю теперь важнее, чем все остальное в жизни. Родитель должен расплатитьсяза нанесенную обиду.

Но при этом ребенок все же любит его.Оказавшись в таком двойственном положении, подросток или юноша решает, чтосамый лучший способ причинить боль родителю — причинить боль самому себе. Еслион не сможет ничего добиться в жизни — даже прокормиться, — будет жить в постоянной нищете,сколько бы денег ни получал от семьи, это наверняка заставит родителя страдать.Кроме того, нищета позволяет сохранять те же взаимоотношения с родителем, прикоторых тот по-прежнему имеет все, а ребенок — ничего. Нищета дает ему в рукивласть: родитель обречен постоянно что-то давать ему, а ребенок благодаряснижению своего социального статуса всегда будет получать.

У каждого есть что отдавать

Обычно дети, вырастая, отделяются от семьис одобрения родителей, которые мягко, понемногу отлучают детей от дома. Когдаэтот процесс нарушается конфликтами и обидами и молодой человек сохраняет своюзависимость дольше обычного, родитель может начать сначала и проделывает все тоже самое, что мог сделать раньше, чтобы помочь молодому человеку и ободритьего. Однако, если молодой человек уже не один год находится в положениинеудачника, ему надо, прежде чем перестать получать, научитьсяотдавать.

До сих пор Брюс учился отдавать, заботясь оженщинах. Деньги переходили от отца к Брюсу, а от Брюса — к его женщинам. Он мог даватьтолько тем, кого считал ниже себя. Однако теперь ему предстояло научитьсядавать тому, кого он считает стоящим выше. Если Брюс научится это сделать ипочувствует себя равным отцу, он получит возможность от негоотделиться.

Главной заботой в жизни Брюса сталополучение помощи и денег от семьи. Теперь ему надо было почувствовать, чтоозначает давать. Но прежде, чем предпринять что-либо в этом направлении, мненужно было больше узнать о его семье.

— Есть ликто-нибудь в вашей жизни, кто всегда находится рядом с вами, несмотря ни начто, — кто-нибудьтакой, кем вы действительно восхищаетесь — спросила я.

— Чтобы ямог позвать его на помощь, кто-нибудь такой, с кем можнопоговорить — И Брюсответил на собственный вопрос так, как я и ожидала: — Ну, отец.

Но я была убеждена, что должны быть идругие.

— Ваш отецбыл с вами несмотря ни на что — спросила я.

— Ну да, ион из-за меня очень огорчается, потому что я веду себя как последнее дерьмо.Была еще тетка, была сестра, мать...

Я не ожидала, что помощников окажется такмного.

— Онахорошая мать —продолжала я расспросы. — Она всегда с вами

— Ещебабушка... Она мне как мать.

Вот оно! Я подумала, что только теперь Брюсназвал центральную фигуру.

— Бабушкапо отцу, — продолжалон. — Например, когдая попал в аварию и предстояла операция, мне было очень плохо, и со мной вбольнице находилась бабушка. Отец пойти туда не захотел. Он был на меня ужаснозол. Но бабушка всегда была со мной.

— Онавсегда была с вами, —сказала я, — изаботилась о вас всю вашу жизнь.

— Она исейчас пытается это делать. — Когда Брюс заговорил о бабушке, его голос и выражение лицасмягчились.

Не брать, а отдавать

Я подумала: “Старушке, наверное, оченьприятно, что внук ее любит, пусть даже он постоянно у нее что-то берет”. Мнепришло в голову, не удастся ли добиться, чтобы Брюс начал давать что-нибудьсвоей бабушке и тем самым стал изменять свои взаимоотношения со всейсемьей.

Но что можно дать старушке Пожилые людинередко участвуют в благотворительности и общественной деятельности. Если быБрюс помогал своей бабушке, давая что-то тем, о ком она заботится, он тем самымдавал бы и ей, и я достигла бы цели. Может быть, мне удалось бы добиться того,чтобы между ними возникла прочная связь, основанная на великодушии.

Меня ожидал сюрприз: я обнаружила, чтотакая связь уже существует.

— Можетбыть, ваша бабушка жертвует деньги или тратит свое время на благотворительныедела, скажем, на голодающих детей..

Я не успела закончить вопрос, как Брюсперебил меня:

— Онараньше ухаживала за стариками в доме для престарелых. Я постоянно ходил к ним,когда был маленький.

—Вы — удивленноспросила я. — Когдавы в последний раз там были

— Думаю,что лет в одиннадцать-двенадцать.

— Я думаю,что вам, как и вашей бабушке, свойственно чувство сострадания, — сказала я. — Она посвятила часть своей жизниуходу за стариками.

— А якогда-то работал с умственно отсталыми, — сказал Брюс.

— Вы Этопотрясающе!

— Судприговорил меня к общественным работам, и я думал, что буду просто заниматьсякаким-нибудь нудным делом, а потом мой адвокат рассказал мне проэто.

— И вампонравилось

— Нуда, — ответил Брюс, ивидно было, что воспоминания об этом доставляют ему удовольствие. — Я, пожалуй, хотел бы сноваповидаться и поработать с ними.

— Именноэто я и имела в виду.

На какое-то мгновение передо мнойприоткрылась скрытая сторона его характера: Брюс, который хочет помогатьдругим. Но это было лишь мгновение. Он не хотел оказаться в роли щедро дающего,потому что боялся лишиться того положения, которое занимал всемье, — положенияпостоянно получающего. Поэтому уже следующие его слова показали, что он сновастал прежним.

— У менянет времени, и я не могу разъезжать по городу, — сказал он. (У него отобраливодительские права.) — Но все же это было неплохо. Мне нравилось. Они были вроде как моировесники, только умственно отсталые. Физически я от них как будто неотличался, но ощущение было странное.

— Если яспрошу, какие две вещи вам больше всего нравились, что выответите — спросилая.

— Простопроводить время с ними и учить их. Они неплохие люди. — В голосе Брюса прозвучаланежность. — У меняпо-своему мягкое сердце, хотя почти никто этого не знает. Вот Дебби знает, имоя бывшая жена знает, потому что они видели, как я расстраиваюсь и плачу. Онивидели, когда меня что-то огорчало. Вы знаете, я же пытался покончить с собой.Я наделал много мерзостей; они знают, что я натворил в жизни. Есть еще параблизких друзей, но больше никому и в голову не может прийти, что я такой. Онидумают, что я просто сукин сын.

— Ну вот,опять это ключевое слово, — заметила я, вспомнив, с чего начался наш сеанс.

Не давать волю самоуничижению

Я подумала, что подобное проявлениесамоуничижения — этоспособ уйти от какой бы то ни было ответственности. Если Брюс сукин сын, то отнего и ожидать нечего. Чтобы стать ответственным взрослым человеком, Брюсдолжен был сам себя таким считать, а не объявлять сукиным сыном.

— А я иесть сукин сын, —продолжал Брюс. — Всемне это постоянно говорят, и я это признаю — согласен. Когда мне говорят, чтоя сукин сын, я отвечаю: “Ну и что Я и есть сукин сын”.

Я придвинулась к нему поближе.

— Должназаметить, что не всякий сукин сын стал бы, сидя здесь, с такой нежностьюрассказывать мне о тех людях, с которыми работал.

— Нуда, — согласилсяБрюс, — но это у менякакая-то самостоятельная сторона характера.

— Это какраз та сторона, к которой я обращаюсь, — сказала я.

И я облегченно вздохнула: теперь яобращалась к тому Брюсу, который был добр, способен на сострадание иумен.

Снова к главной дилемме

Во второй главе этой книги я говорила, чтоодна из величайших дилемм, возникающих в нашей жизни, это переход человека отзабот о нем со стороны родителей к его заботам о родителях. Чтобы совершитьэтот переход, ребенок должен иметь возможность помогать родителям. Родители, непозволяющие ребенку помогать им, становятся причиной возникновения самойсерьезной патологии. Такой отец был и у Брюса.

В начале сеанса он рассказывал, как отецоскорблял и унижал его, когда сын пытался помогать ему во время гонок. Есликто-то не имеет возможности совершить подобный переход ко взрослой жизни,помогая своему отцу, он может совершить его, помогая какому-нибудь другомустаршему члену семьи, в данном случае — бабушке.

Злоба

Отчаяние, вызванное тем, что человеканедооценивают и он не имеет возможности помогать родителям, обычно порождаетзлобу и жестокость. Брюс многократно прибегал к насилию, используя его противдругих людей и себя самого. Ему было крайне необходимо научиться сдерживатьзлобу.

— Брюс,вы, кажется, говорили о том, что вам следует сдерживать злобу, — сказала я.

— Этовсегда было для меня проблемой, даже если я один, — ответил Брюс.

— Вы обэтом ясно сказали во время нашей первой встречи. — Я хочу поговорить об этомсейчас.

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 25 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.