WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 25 |

—Спасибо, — шепотомпроизнесла мать, обращаясь к Джен­нифер.

— Выходит,у кого деньги, тот всякому мил, да — спросил отчим Дженнифер, котораяхихикнула сквозь слезы.

— Мне этоне нужно, —решительно возразила Дженнифер. Она снова и снова повторяла, что деньги неимеют для нее значения и не стоят того, чтобы целый час о нихрассуждать.

— А выможете сказать “спасибо” — спросила я отчима.

Дженнифер сказала:

— Он толькочто сделал это по-своему. Для меня это неважно.

Я подивилась тому, как члены семьи понимаютдруг друга, хотя для постороннего их сигналы совершенно непонятны. Когда отчимДженнифер произнес фразу “У кого деньги, тот всякому мил”, девушка поняла егослова так, что он хочет ее поблагодарить. Можно было бы, конечно, истолковатьих как неявное признание, как то, что он ценит ее не только за деньги, но мнебы такая интерпретация не пришла в голову. Во всяком случае, косвенногопризнания мне было недостаточно. Отчим должен был поблагодарить Дженнифернапрямик.

— Мне этогомало, — сказалая.

— Ну,извините, — сказалаДженнифер. — Я знаюсвоего отчима, понимаете Для меня это совсем неважно. Если я прямо говорю, чтодля меня это неважно, — значит, это неважно. И больше не надо об этом.

Я спросила отчима:

— Выскажете ей “спасибо”

—Пожалуйста, прекратите, — громко произнесла Дженнифер.

Отчим перебил ее, угрожающе глядя наменя:

— Не надодавить на меня. Не надо давить.

— Нет, ябуду давить, —сказала я. — Ясчитаю, что это очень важно.

Маь снова тихо произнесла:

— Спасибо,Дженнифер.

Отчим проговорил:

— Благодарютебя, Дженнифер.

На глазах у него были слезы.

—Спасибо, — сказалаДженнифер отчиму, —только, пони­маете...

— Этопрозвучало очень искренне, — перебила я.

Дженнифер продолжала, обращаясь комне:

—Понимаете, я должна вам кое о чем сказать. Вы же не слушаете!

— Сейчас яразговариваю с твоим отцом, — сказала я. — Я думаю, что очень нелегко растить детей в такие трудные времена.Я думаю, что это очень-очень нелегко. Я думаю, что у вас получилось оченьхорошо.

Теперь, когда отчим наконец поблагодарилДженнифер, я похвалила его и хотела помочь ему сохранить свое лицо послеперенесенного им унижения.

Отчим сказал:

— Если ваминтересно мое мнение, то я думаю, что получилось плохо. Я хотел бы, чтобыполучилось совсем не так, и я этому ничуть не рад. На самом деле я очень нелюблю, когда кто-то начинает говорить со мной о деньгах. Финансовыепроблемы — такаятема, которую я не хотел бы... Я намерен справиться с ними сам. И предпочел бы,чтобы Дженнифер как следует училась и ее жизнь наладилась.

Я сказала:

— Выговорите, что намерены сами справиться с финансовыми проблемами. Это целикомваше дело, и я могу вас только похвалить. Это действительно важно. Я думаю, чтовы с честью вышли из трудного положения.

Поиски работы

Неделю спустя отчим Дженнифер нашел себеработу. Он понял, что во время экономического спада иногда приходится искатьработу этажом ниже, чем обычно. Он оставил попытки устроиться управляющим исогласился занять более скромную должность. Нужно отметить, что все трое сталипрекрасно уживаться между собой, родители проявляли большой интерес к жизнидевушки и хвалили ее, а девушка держалась так, словно в их семье всегда царилилюбовь и близость.

Возможно, отчим внезапно смог найти работуименно потому, что, будучи вынужден поблагодарить Дженнифер, почувствовал, чтоутрачивает свое высшее положение в семейной иерархии. Возможно, он решилизбрать более скромную должность и отчасти лишиться более высокого положения вслужебной иерархии, чтобы сохранить его в семье.

Снова ребенок

Теперь Дженнифер опять могла относиться кродителям как к своей семье. Она вновь заняла в семейной иерархии положениедочери, вместо того чтобы играть двусмысленную роль, когда, считаясь ребенком,при этом содержала семью. Когда ее отец был жив, она, будучи ребенком, толькополучала, но потом жизнь девушки резко изменилась: став кормилицей семьи, онабыла вынуждена отдавать. Такая внезапная перемена не пошла ей на пользу. Когдабыла устранена неясность относительно того, что представляют собой этиденьги — подарок илизаем, и состоялся откровенный разговор о денежных проблемах и о благодарности,Дженнифер получила возможность снова стать ребенком.

Великодушие

На великодушие, которое проявлялаДженнифер, ее родители отвечали обидой. Когда они обратились ко мне законсультацией, у них накопилось множество жалоб на дочь, и они, по-видимому, неиспытывали к ней никакой признательности. Я сумела убедить их в великодушииДженнифер и в необходимости отвечать ей благодарностью.

Великодушие часто порождает обиды. Логичнойреакцией на великодушие, казалось бы, должна стать признательность, однако этослучается редко. Такая реакция может быть объяснена. Во-первых, у всех у насчеловек, способный на великодушие, вызывает восхищение, но многим бывает оченьтрудно восхищаться другими, потому что мы не любим признавать чье-топревосходство. И если испытывать восхищение нелегко, то испытывать завистьгораздо легче. Поэтому мы часто обижаемся на тех, кем в действительностивосхищаемся. Причина этой обиды — в великодушии.

Во-вторых, человек, получивший великодушныйдар, может почувствовать себя униженным: он часто воспринимает это как намек нато, что кто-то имеет больше, чем он сам. Такая ситуация — прекрасная питательная среда дляобиды.

По этим причинам те, кто больше отдает, чемполучает, нередко чувствуют, что их не любят. Сколько бы они ниотдавали, — ивозможно, именно потому, что они отдают, — эти люди вызывают обиду. Многиесемейные проблемы могут быть разрешены, если люди поймут, что у них нет причиндля обиды, и сумеют трансформировать свою обиду в благодарность.

Эмоциональная экономика бедности

Экономические проблемы, связанные сденьгами, бывают двух видов: финансовые и эмоциональные. Эмоциональнаяэкономика бедности во многом отличается от эмоциональной экономики богатства.Ощущение несбывшихся надежд, невеселые размышления, враждебность иобида — вот эмоции,типичные для бедных семей. Часто эти эмоции направлены не на того, на когонужно. Когда отец теряет работу, его враждебность и обида могут оказатьсянаправленными не на его нанимателя, а на ребенка (как и случилось с отчимомДженнифер).

В бедных семьях эмоции нередко оказываютсянаправленными не на того, на кого нужно, потому что взаимоотношения междучленами семьи изменяются. Считается, что родители должны содержать детей. Когдаони не в состоянии делать это, их положение в семье и в обществе ставится подсомнение.

Дети, естественно, хотят помогатьродителям, но перед ними встает проблема: если они делают это, положениеродителей оказывается еще более сомнительным; вместо того, чтобы содержатьдетей, — а это былобы нормально, —родители находятся у них на содержании. В этом и состояла проблема Дженнифер:она содержала родителей, делая вид, будто ничего подобного не происходит,утверждая при этом, что не любит их — “они не моя семья”. Родителиучаствовали в притворстве, и само оно способствовало тому, что отчим не могнайти себе работу. Когда же помощь Дженнифер была признана и оценена подостоинству, эмоциональная экономика семьи вошла в норму, отец нашел себеработу и снова начал содержать семью.

В бедных семьях существуют тайные пружины искрытые действия, связанные с деньгами. Такие же тайные, скрытые способыиспользования денег есть и в богатых семьях, о которых пойдет речь в следующейглаве.

8. ПРОБЛЕМЫ БОГАТОЙ СЕМЬИ

Переход денег от одного поколения к другомусоздает проблемы во многих семьях, особенно в таком обществе, где сравнительнолегко перейти из своего социального слоя в другой, более низкий или болеевысокий. Иногда человек выбивается из бедности и становится богатым, но егобогатства хватает лишь на одно поколение. Его дети не получают необходимогообразования, не могут сохранить свое богатство и вновь возвращаются в низшийсоциальный слой, становясь такими же бедными, каким был когда-то ихродитель.

Большинство родителей хотят, чтобы их детижили по меньшей мере так же хорошо, как они сами, и даже лучше. Однаконекоторые родители различными скрытыми способами используют деньги, наносяущерб благосостоянию своих детей. Они как будто втайне готовят почву для того,чтобы дети потерпели финансовый крах. Подобная ситуация как бы противоположнаамериканской мечте, согласно которой следующее поколение всегда живет лучше,чем предыдущее.

Как не отдавать

Давать что-то детям можно таким образом,что это будет способствовать их развитию и повысит их самооценку. Но можнодавать и таким образом, что это будет подрывать самоуважение детей, станетмешать их развитию и собьет их с правильного пути. Чем богаче семья, тем легчедавать не так, как надо.

— Я сновапоступил с женой, как последний сукин сын, — спокойно сказал Брюс, войдя комне в кабинет. Рваные голубые джинсы, старая майка и длинные волосы придавалиему неопрятный вид; он был небрит и выглядел безразличным ко всему.

Брюс был направлен на терапию решением судаза разнообразные проступки — жестокое обращение с женой, множество случаев вождения автомобиляв нетрезвом виде, хранение наркотиков с целью сбыта, уклонение от содержаниядетей и покушение на убийство. Он был профессиональным мотогонщиком и завоевалнесколько призов на национальных соревнованиях.

“Персонаж из Хемингуэя!” — подумала я про себя. За времясвоей работы в качестве терапевта я научилась спокойно относиться к большинствужизненных проблем. В этот день передо мной уже прошла обычная вереницанесчастных супружеских пар и бунтующих подростков с отчаявшимися родителями.Все это мне уже наскучило, но тут я насторожилась. Брюс показался мненестандартным пациентом.

— Мнедвадцать девять лет, — сказал Брюс.

На вид ему было далеко за сорок. Я поняла,что имею дело с особо трудным случаем. “Какие утраты, понесенные Брюсом вжизни, помимо проигранных мотогонок, так отразились на нем, что он выглядитпреждевременно состарившимся” — вот первый вопрос, который у меня возник.

Утраты

Чтобы понять чьи-то жизненные утраты, мыдолжны сначала поинтересоваться его жизненными достижениями. Утратывоспринимаются как утраты лишь в сравнении с тем, что могло быть достигнуто. Японяла, что прежде, чем говорить об утратах Брюса, следует поговорить о егодостижениях. Я подумала, что смогу истолковать его достижения как проявлениемужества.

Он был любителем риска (мне вспомнилсярассказ Хемингуэя “Убийцы”). Я знала нескольких боксеров и автогонщиков,которые были на него похожи. В тот момент я еще не знала одного: в личностиБрюса сочеталось двойственное отношение к богатым, свойственное Хемингуэю, иего восхищение теми, кто не боится риска.

Размышляя об этом, я оживилась. Брюс вызвалу меня интерес. И хотя на вид он ничем не отличался от обычного бродяги иоборванца, я высказала предположение, что он смелый человек и, наверное,совершил немало героических поступков.

— Да, мнеслучалось проявлять смелость, — согласился Брюс, польщенный моим комплиментом. — Только я всю жизнь впутывался вовсякие истории с женщинами. Как-то я поколотил одного типа и отбил у негодевчонку, — сгордостью сказал он. — Раза три-четыре она от меня уходила. Я покупал ей билет насамолет каждый раз, когда она собиралась уходить, а потом она возвращаласьобратно. В конце концов в один прекрасный день эта девчонка забрала все моиденьги и ушла совсем. А через много месяцев явилась в слезах и сказала, чтобеременна, и я опять стал жить с ней.

“Довольно сложный способ проявлениядоброты”, — пришломне в голову. Я представила себе, как Брюс покупает билет на самолет, когдадевушка выражает желание его бросить, потом опять покупает ей билет, как толькота передумает, и в конце концов снова принимает ее, беременную от другого. Чтоделал с собой этот человек

— Вы давноучаствуете в мотогонках — спросила я.

— Уж и непомню, — ответилБрюс. — Мой отец былавтогонщиком. Он брал меня с собой на гонки. У меня был дорожныйвелосипед. —Заговорив о своем детстве, Брюс словно помолодел. — Я с детства ездил на велосипедахи мотоциклах. Мой отец с самого начала хотел, чтобы я когда-нибудь сталавтогонщиком. — Вголосе Брюса прозвучала ностальгия. Он грустно продолжал: Отец участвовал вгонках до тех пор, пока мне не исполнилось шестнадцать, а потом я сбежал издома. Когда я через месяц вернулся, то узнал, что отец продал свою гоночнуюмашину и все снаряжение. — Брюс помолчал, потом продолжил: Всю жизнь на гонках он орал наменя, колотил и ругал при всех, при своих приятелях. Стоило мне подать ему нетот ключ, как он начинал ругаться и злиться.

В голосе Брюса не было злобы — только грусть.

— А потомотец продал свою машину, чтобы я никогда не стал гонщиком. Вот за что я зол наотца. Просто хочется как следует стукнуть его по башке или сделать что-нибудь вэтом роде. Я был единственный, кто хотел стать автогонщиком, как он. Мой самыйстарший брат пошел служить в армию; другой брат, мотогонщик, стал наркоманом.Оставался я. А мне это нравилось.

Из рассказа Брюса о том, как он сталгонщиком, вырисовывался характер его отца. “Еще один сукин сын — подумала я. — Что это за отец, которыйнавязывает сыну карьеру автогонщика, а потом продает свою машину и не даетсбыться мечте, которую сам породил” К этому времени я пришла к убеждению, чтоотец был еще хуже Брюса.

Семейные узы

— Выподдерживаете связь с братьями и сестрами — спросила я.

— В общем,нет. Из нас ничего хорошего не вышло, из всех до единого, кроме самого старшегобрата, а с ним я давно не вижусь.

Очевидно, преступные наклонности Брюсаявлялись общей чертой семьи, где главным сукиным сыном был отец, с которого всебрали пример. В большинстве семей роль проблемного ребенка достается кому-тоодному из детей, а остальные имеют возможность добиться успеха в жизни. Вданном случае, по-видимому, у всех детей существовали проблемы, за исключениемсамого старшего, который в шестнадцать лет пошел служить в армию.

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 25 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.