WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 27 | 28 ||

Прослушав эту историю, один из студентовдовольно сердито спросил Эриксона, почему он не пришел в больницу и неповоздействовал на сына гипнозом, "чтобы помочь ему выздороветь побыстрее".Эриксон ответила "Дети, живя со мной все время, не могли не научиться от менямногому. Я учил их, чтоболь не важна, а физический комфорт по своей ценности занимает далеко не первоеместо. Например, когда маленькая Роксана разодрала коленку, то уж она объявилаоб этом всему городу. Мама вышла посмотреть, что случилось. Я тоже вышел. Мать сказала: "Не плачь,сейчас мама поцелует тебя сюда, потом сюда, а потом вот здесь, и боль пройдет.Ты просто не представляешь себе, как мамин поцелуй снимает боль". И этодействительно так".

Эриксон имеет в виду, что при мелкихцарапинах можно утешать так, как это делает мать. Но в серьезных случаях,связанных с угрозой жизни, лучше всего оставить пациента одного, и на возможнобольшее время. Он старается развеять серьезное заблуждение относительносамогипноза, и говорит, что для достижения гипнотического состоянияритуализированная процедура индукции не нужна. Простое осознание "неважностиболи и физического комфорта" могут произвести тот же эффект, что игипнотическая индукция, когда то же самое пациенту говорит "гипнотерапевт".Иными словами, если у человека есть ценности или убеждения, то они создаютсвоего рода установку, эффект которой так же постоянен, как если бы ее"закладывал" емупсихотерапевт под воздействием гипноза.

Эриксон не просто делится своими мыслямиотносительно посещения больных - фактически он говорит, что родители или лицо,желающее помочь, должны находиться рядом, чтобы явиться по первому зову. Помощьоказывается только в той мере, в которой она нужна тому, кто в ней нуждается.Когда Роберт просил Бетти Эриксон "идти домой", она уходила.

Если мы рассмотрим этот рассказ с точкизрения внутрипсихических процессов, то увидим ту же самую картину - "ребенок"сам определяет, что для него лучше. Вмешательство взрослых просто затянуло бывыздоровление или развитие. Это затягивание дает о себе знать очень явнымобразом. Эриксон часто говорит о кровяном давлении, пульсе и частоте дыхания.Такое направление беседы является частью его техники косвенного гипнотическоговнушения. В данном случае он указывает на то, что происходит искажениеестественных физиологических реакций - естественных функций, и источником этогоискажения являются родители, переносящие свои тревожности на детей. Или этопроисходит тогда, когда в человеке начинает продуцировать тревожность"внутренний голос", исходящий из сформировавшейся в детстве родительскойструктуры личности. Когда это происходит, "ребенок начинает плакать", то есть,активизируется детская структура личности. Возникает глубинное "чувство печалиили ненависти к себе", как это состояние называла Хорни. Оно особеннохарактерно для тех, кто имеет жесткую и строгую систему ожиданий. Однако вкомментарии, в конце рассказа, Эриксон подчеркивает тот факт, что "мать" можетодним своим поцелуем добиться чудесных результатов. Иными словами, нашаспособность быть самим себе доброй матерью, любить себя, может оказать"анестезирующее" воздействие, то есть, ослабить внутреннюю боль и мукусомнений. Это перекликается с мыслями, высказанными Антонией Венкарт в еестатье о "Принятии" и Теодором Рубином в его работе "Сострадание и ненависть ксебе".

И, конечно же, психотерапевтам не следуетвмешиваться, когда их пациенты справляются успешно.

Субботние занятия повоскресеньям.

Студент-медик забывал приходить посубботам на занятия. Он всегда просыпался в субботу утром, выходил на улицу,играл в гольф, совершенно забывая, что это все еще учебный день. Такпродолжалось, пока он не попал ко мне в класс.

Я объяснил ему,что в неделе семь дней, что суббота учебный день и что я буду лично даватьуроки не по субботам, а по воскресеньям, то есть, в выходной, пока он незапомнит, что суббота - это учебный день.

Итак, я сказал: "Завтра утром, ввоскресенье, в восемь утра, приезжайте в госпиталь Уэйни, который находится вдвадцати милях отсюда и заходите ко мне в кабинет - я буду вас там ждать. Еслия на пару минут задержусь, то не думайте, что я о вас забыл, я не забуду. Вэтом случае просто делайте ваше задание, а когда вы его закончите, в четыречаса можете идти домой".

Как вы понимаете, я забыл о том, чтосказал ему это и он просидел в моем кабинете весь день до четырехчасов.

В следующее воскресенье он тоже приехал,очень прося перед этим, чтобы я не забыл о нем. Я снова забыл.

На следующее воскресенье я дал ему заданиеопросить нескольких интереснейших больных. Ему было так интересно, что в четыречаса он не хотел уходить домой. Он пробыл там до пяти. С тех пор он большеникогда не забывал ходить на занятия по субботам.

В данном случае используется тот жепринцип, что и в рассказе "Я не обязан" - роли меняются. Если студент забывает приходить назанятия в субботу, то Эриксон "забывает" приходить на назначенные встречи повоскресеньям. Но почему студент с такой обязательностью проезжал по утрам ввоскресенье двадцать миль, хотя Эриксон так и не появился Об этом мы можемтолько догадываться. Может быть, ему было приятно, что ему уделяется особоевнимание. Может быть, ему импонировал "командный" оттенок Эриксоновских"указаний". Остальные студенты, как и пациенты Эриксона, выполняли все, что онговорил. Как бы там ни было, Эриксон в конечном счете вознаградил студента, давему задание опросить нескольких интересных больных, так что этот опыт сталпозитивным. Вследствие этого студент оказался в состоянии посещать субботниезанятия и даже делать это с желанием, предвидя дальнейшие позитивные встречи сЭриксоном.

Обратите внимание, что дисциплина неиспользуется как орудие наказания или мести. Где-то в глубине студент, как иКристи, знал, что Эриксон не злится, а на самом деле помогает ему вырабатыватьсамодисциплину.

Джил и ее собственныйстиль.

Я получилписьмо от своей полуторагодовалой внучки, за которую писала ее мама. МаленькуюДжил в первый раз повели в бассейн. Она расплакалась, когда замочила ножки. Онарасплакалась и стала цепляться за маму, когда ее опустили в воду и далипобарахтать ручками. Она все плакала и плакала, продолжая цепляться, пока матьне дала Джип возможность самой определять, что нужно делать.

Теперь она планирует вторую"вылазку" в бассейн и учитсвою маму: "Я буду делать все сама,по-своему".

У каждого из моих внуков свой особыйподход к жизни, но все они очень решительны. Когда им нужно что-то сделать, ониделают это, но думают по-своему. Мать может детально описать их действия. Я сохраняю их письма, чтобы потомсоставить из них отдельный том. Я покажу его детям, когда им будет шестнадцать или семнадцать -самый возраст, когда они сокрушаются по поводу того, что их родители такиенепонятливые.

В данном случае ключевая фраза - "Ониделают все по-своему". Эриксон применяет этот ключ и к детям и к пациентам.Свое собственное решение пациент всегда принимает сам. И у ребенка и у пациентатакой подход помогает укрепить уважение к своим собственным ценностям ипрививает самодисциплину.

Шлепки.

Однажды мой сын Лапе пришел домой из школыи сказал: "Папа, все остальные дети в классе получают шлепки, а я не получал ниразу. Поэтому я хочу, чтобы меня нашлепали". "Тебя не за что шлепать", сказал я."Тогда будет за что", ответил он и, выйдя на улицу, разбил в больницеокно.

Вернувшись, он спросилменя: "Теперь ты меня нашлепаешь"

Я сказал: "Нет,потому что в данном случае требуется вставить стекло, а с помощью шлепка этогоне сделать".

Почувствовав себя обманутым, он вышел иразбил второе. "А теперь нашлепаешь" - спросил он.

"Нет, мне придется вставлять стекло",ответил я. Всего он разбил семь стекол. Когда он бил седьмое стекло, я стоял набалконе нашего дома и увидел около перил балкона семь игрушечных машинок Лайса.Это были грузовички, отлитые из металла целиком. Он вошел и заявил:"Я разбил седьмое стекло.Теперь то ты меня нашлепаешь"

"Нет, я буду вставлять стекла", сказал я.А потом добавил: "Вот на перилах ты оставил машинки. Я буду их катать по перилам и посмотрю,может быть, они не будут скатываться с перил и разбиваться внизу, а остановятсяи не упадут. Ах, какая досада. Но, может быть, второй не свалится". Семьмашинок он потерял. Через три недели он вернулся домой из школы, весь сияя.Я схватил его, положил наколено и шлепнул. "Почему ты это делаешь" - спросил он.

"Помнится, ты сам просил тебя нашлепать.Тогда я не выполнил твою просьбу", ответил я. Он сказал: "Теперь я знаю лучше".И, конечно же, я шлепнул его не сильно. Это был символическийшлепок.

Эриксон иллюстрирует принцип, который онприменяет как в воспитании детей, так и в работе с пациентами. Он различаетповерхностную просьбу и мотив, который за ней стоит. Он не дает то, что у негопросят на поверхностном уровне, а реагирует на более глубокий уровень и даетто, что необходимо, то, за чем к нему обращаются на самом деле. И делает этотогда, когда считает, что момент настал. Мы уже видели это на примере Роберта,которого он учил отвечать за свое обещание выносить мусор. Он тогда "напомнил"Роберту о его обязанностях посреди ночи, зная, что такое напоминаниедействительно запомнится. Нечто подобное мы видим и в следующем рассказе, когдаон делает напоминание человеку в неудобное для него время.

Хлопни дверью.

Мой внук Дуглас влетел ко мне в кабинет,когда я проводил обучающий семинар. Показав мне свои новые кроссовки, онскрылся. Через сорок минут он появился снова, когда я демонстрировал углублениетранса и момент был самый ответственный.

"Дуглас, уходи быстро", сказал я ему. "Неслышу", бесцеремонно переспросил он. "Уходи, беги домой", повторил я. Дугласушел, хлопнув дверью. Было видно, что ему это не понравилось. Он не должен былхлопать дверью. Если бы он был моим сыном, я бы ни с того ни с сего, безвидимой причины попросил бы его: "Пожалуйста, хлопни дверью". Я бы сделал это, когда он был быпоглощен рассматриванием картинок в книжке. Он бы удивился, но сделал это.Я поблагодарил бы его ипопросил повторить. Удивляясь, он бы хлопнул дверью снова. Я попросил бы его сделать то же самоееще раз.

Он бы сказал: "Но я хочу почитать книжку"."Ничего, хлопни еще раз", - настаивал бы я. Он стал бы хлопать и очень скороспросил бы, почему я прошу его это делать. Тогда я напомнил бы ему о том случаеи сказал: "То, как ты хлопнул дверью, заставило меня думать, что тебе этонравится".

Он бы ответил: "Но мне вовсе не нравитсяхлопать дверями"

Вы очень быстро обучаетесь в ситуациях,которые вам не нравятся.

Как и в истории со "Шлепками", Эриксоннаходит нужное лекарство. Заставив Дугласа хлопать дверями в тот момент, когдаему этого меньше всего хотелось, Эриксон привел бы его к пониманию, что ему насамом деле вовсе не "хочется" ими хлопать. До него бы дошло, что хлопаньедверями - это скорее бессознательная реакция, чем то, что он действительно"хочет" делать. В будущем он, конечно, будет лучше контролировать свои действияи делать то, что ему на самом деле "хочется". По крайней мере, он будет лучшеосознавать то, что делает.

Мы видели, что Эриксон пользовался этимметодом во многих случаях - с детьми, с невротиками и даже с больными психозом.Он либо "зеркально" подражал нежелательному поведению пациента, либо заставлялпациента повторять эти нежелательные действия, как это было в случаях с"назначением симптомов". Он никогда не опускался до сарказма, раздражения иливраждебности. Его отношение лучше всего назвать "любопытствующим": "Хотел бы язнать, что будет, если я попрошу Дугласа хлопнуть дверью"

Эриксон до самого конца сохранил этусвойственную настоящим ученым "детскую", непосредственнуюлюбознательность.

Pages:     | 1 |   ...   | 27 | 28 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.