WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 22 | 23 || 25 | 26 |   ...   | 29 |

Я знал, чтоГерберт был когда-то маленьким ребенком. Я знал, что и я был им когда-то. Всемы, люди, были когда-то маленькими детьми, и у нас у всех одна человеческаяприрода. Ее-то я и решил призвать себе на помощь. Как бы вы стали заставлятьГерберта глотать твердую пищу

Я усадилГерберта за стол и поставил перед ним полную тарелку с едой. Справа от негосидел больной, у которого уже был распад личности. И слева от него сиделбольной, у которого тоже был распад личности. Их отличало то, что они никогдане ели из своих тарелок. Они всегда ели из чужихтарелок. А Герберт знал, что тарелка, стоящая передним, это его тарелка. Ноединственное, что он мог сделать, чтобы утвердитьсвои права на нее, это съесть ее содержимое! Он вовсене собирался допускать, чтобы эти два чертовых полудурка слопали его порцию! Уж такова человеческаяприрода.

После того, как он съел в первый разтвердую пищу, я спросил его, понравился ли ему обед. Он ответил: "Непонравился, но мне пришлось его съесть. Это была моя порция".

"Герберт, я же говорил тебе, что ты можешьглотать твердую пищу".

"И ты думаешь, что ловко сработал", сказалон. "Герберт, ты уже начинаешь повторяться. Дважды я уже согласился с тобой.Соглашусь и на этот раз", сказал я ему.

Он пошел, чертыхаясь в мой адрес. Когда онвесил шестьдесят килограммов, я сказал ему: "Герберт, ты ешь твердую пищу инабираешь вес".

"Я ем только потому, что вынужден этоделать. Если я не буду есть, то меня опять посадятмежду этими двумя полудурками". "Совершенно верно", сказал я. "У меня нетаппетита. Мне не нравится то, что мне приходится есть. Но я вынужден глотатьпищу, чтобы эти два идиота не стащили все".

"Что же, Герберт, - сказал я ему, - тебепредстоит узнать, что у тебя есть аппетит и что ты на самом делеиспытываешь чувство голода. Сейчас январь и в РодАйленда стоит холодная погода. Я дам тебе теплую одежду и отправлю на больничную ферму без второгозавтрака. Там стоит дуб с очень толстым стволом, метра три в диаметре.Я хочу, чтобы ты срубилего и наколол дров. Вот за работой ты и нагуляешь аппетит".

"Не пойдет такое дело", сказал Герберт."Даже если и так, - сказал я, - но ты проведешь на ферме весь день без второгозавтрака и, вернувшись, почувствуешь, что проголодался". "Фантазер", ответилГерберт. Отослав Герберта на ферму, я пошел к шеф-повару и сказал: "МиссисУолш, вы весите сто двадцать килограмм. Я понимаю, что вы любите поесть. У меняк вам будет просьба. Мне нужно, чтобы вы пропустили первый и второй завтрак.Я хочу, чтобы выпроголодались. А к обеду приготовьте, пожалуйста, вдвое больше ваших любимыхблюд, чем вы можете съесть. Вы можете предвкушать, как вы отведете душу застолом, поедая ваши самые любимые блюда. И, пожалуйста, ни в коем случае нескупитесь. Приготовьте в два раза больше, чем вы вообще можете съесть.Я покажу вам, какой именностол надо будет накрыть".

Герберт вернулся с фермы. Я усадил его за столик в углу, которыйбыл накрыт на двоих. С одной стороны сидела миссис Уолш. С другой сидел Герберти переводил взгляд то на нее, то на сервировку стола. Миссис Уолш принесла едув больших кастрюлях и с жадностью принялась есть.

Герберт смотрел, как она ест, и голодпросыпался в нем все сильнее и сильнее. Наконец, он сказал: "Позвольте и мнетоже поесть". "Конечно", сказала она.

И Герберт ел, потому что действительно былголоден. Мои дочери, когда мы всей семьей садимся обедать, обязательно выходяти дают собакам косточки. Они всегда говорят: "Когда я вижу, как собака грызеткость, у меня самой текут слюнки. Мне даже самой хочется еепогрызть".

Бедный Герберт. У него так и текли слюнкипри виде уплетавшей за обе щеки миссис Уолш.

Уже придя в палату, Герберт сказал мне: "Аты действительно молодец".

"Наконец-то ты это понял, - сказал я ему.- А теперь, Герберт, я хочу сделать для тебя еще кое-что. Раньше ты играл вкарты. В больнице ты лежишь уже почти год, но за это время ты так ни разу и несыграл. Никто не мог тебя уговорить поиграть в карты. А вот сегодня вечером тыбудешь играть в карты".

"И не надейся, - ответил он, - сегодня тыпо настоящему спятил".

"А вот для тебя,Герберт, надежда есть, и сегодня вечером ты будешьиграть в карты", -сказал я ему. "Ну, это будет денек!" - сказал Герберт.Вечером два дюжих санитара подвели его к карточному столу, за которым сиделичетыре игрока. Это были пациенты с выраженной умственной отсталостью.Одновременно они играли в разные игры - один играл в покер, другой играл вбридж, третий вообще неизвестно во что. Они раздавали карты и каждый по очередиделал ход. Один мог сказать: "Я беру эту карту, у меня полная масть". Другой мог сказать:"Я бью это козырем". Следующий могзаявить: "Запишите мне тридцать очков". Так они играли с утра довечера.

И вот, Герберту пришлось стоять междудвумя санитарами и наблюдать за игрой. Наконец, он сказал: "Уведите меня отэтих идиотов. Я сыграю свами в покер, если вы уведете меня отсюда. Я не могусмотреть, как они издеваются над картами".

Через некоторое время в тот же вечер язашел в палату и застал Герберта за игрой в карты. "Снова ты выиграл", сказалон мне. "Это ты победил,Герберт", ответил я. Через несколько месяцев его выписали. Он набрал вес, еслине ошибаюсь, девяносто килограммов, и каждый день ходит на работу. Все, что я сним делал, было корректировкой симптомов. Я ставил егов такое положение, в котором он сам корректировал свои симптомы.

Эриксон использовал специфическоеокружение психиатрической больницы для конструирования ситуаций, повышающихмотивацию своих пациентов. Этого можно было достичь двумя способами. Либозаставив пациента застрять в ситуации, часто повторяя его же собственные слова,либо подыскав более сложные психологические приемы, как это было в случае сГербертом. Эриксон на деле доказал ему, что он мыслит неверно. Он вызвал у негоотрыжку и тем самым доказал, что желудок все-таки есть. Уложив Герберта в ваннудля гидротерапии, Эриксон доказал ему, что он может спать лежа, а не стоя.Вызвав жажду и заставив просить пить, он доказал ему, что он может глотать.Посадив его между двумя умственно отсталыми патентами, он доказал ему, что естьтвердую пищу он тоже может, поскольку не захочет, чтобы ее утащили прямо из еготарелки. А наличие у него аппетита Герберту доказала миссис Уолш, с жадностьюпоглощавшая пищу у него перед глазами. Наконец, Эриксон вызвал у Гербертажелание играть в карты, заставив смотреть на "игру" умственно отсталых игроков до техпор, пока он не пообещал: "Я сыграю с вами в покер, если вы уведете меня отсюда. Я не могу смотреть, как они издеваютсянад картами". Таким образом, он заставил его осознать, что он, Герберт, насамом деле хочет, чтобы игра в карты шла по правилам. Иными словами, Гербертпонял, что у него есть желание играть и играть правильно.

Эриксон достаточно ясно резюмирует всевышесказанное: "Все, что я с ним делал, было корректировкой симптомов".Фактически, корректируя один симптом за другим, Эриксон вызывал у него такиеповеденческие реакции, стереотипы и образ мыслей, которые, укрепляясь, шаг зашагом вели Герберта к пониманию того, что у него есть не только аппетит к еде,но и вкус к жизни. А начав играть в карты, он не мог не осознать, чтоиспытывает тягу к людям и желание с ними взаимодействовать.

Как Эриксону удавалось заставить людейреагировать нужным образом В случае с Гербертом очевидно, что онвоспользовался знанием обычных человеческих реакций - чувством соревнования ижеланием подражать (в частности, вызывая аппетит зрелищем жадно евшей миссисУолш). Он использовал и "когнитивный" подход, например, когда заставил Гербертапризнать, что у него есть желудок - непрекращавшаяся отрыжка просто исключалакакой-либо другой вывод.

Конечно, Герберт находился впсихиатрической больнице, и у Эриксона была возможность почти полностьюконтролировать его поведение. Однако несмотря на это, Эриксон демонстрируетэффективное использование психологического приема. Психологический прием, как ифизический, предполагает, что пациента ставят в такое положение, из которогоимеется только один выход: в желаемом направлении. В данном случае, Герберткаждый раз реагировал так, как и предполагалось. Получалось так, как если быЭриксон бросал игральные кости и каждый раз безошибочно называл число очков,которое выпадет. Конечно, это не могло не поразить пациента и не уверить его вспособности врача помочь ему.

В случае с Гербертом Эриксон одновременноработал только с одним симптомом. Он начинает терапию с достаточно внешнейсферы и идет от периферии к центру. Добившись изменений в периферическихпроявлениях, он переходит к работе с симптомами, имеющими отношение кцентральному ядру личности. И каждая новая победа обусловлена достигнутым ранееуспехом.

12. Манипуляция и ориентация набудущее.

Выступая на Международном Конгрессе,посвященном Эриксоновскому подходу к гипнозу и психотерапии, состоявшемся 7декабря 1980 года, Джон Холм говорил: "Эриксон действительно хорошо умелпользоваться властью. Вы знаете, что был период, когда люди сомневались в этом,однако он сам так не считал. Он не имел ничего против того, чтобы иметь властьи пользоваться ею. Мне вспоминается, как он рассказывал об одном собрании, накотором "не оказалось руководства и поэтому пришлось взять руководствособранием на себя". Имея в виду ту легкость, с которой он брал на себяруководящую роль, я думаю, нам очень повезло, что Эриксон был человеком добройволи. Если бы то влияние, которое он имел, было бы обращено на разрушительныецели, то это было бы большим несчастьем для всех нас. Он был не толькочеловеком доброй воли, он постоянно помогал людям, не ограничивая эту помощьстенами своего рабочего кабинета...

Я никогда несомневался в его честности и добрых намерениях и всегда знал, что он не станетиспользовать людей в корыстных целях".

Об этой доброй воле Эриксона следуетвсегда помнить, особенно когда мы будем вести речь о его любви к анекдотам,взятым из жизни. Анекдоты обычно используют для выражения тонко замаскированнойвраждебности, однако в тех анекдотах, которые рассказывали в семье Эриксона, и"жертва", и"преследователь)", как действующие лица истории, бывали одинаково приятноудивлены ходом воображаемых событий. "Жертве" не причиняется вред, хотя внекоторых случаях и возникает вопрос: "А кто же, собственно, остается вдураках" Но нет никаких признаков того, что шутки Эриксона были порожденывраждебностью или выражали ее в той или иной форме.

Истории, рассказанные в этой главе,представляют собой модели, в соответствии с которыми следует строить ситуациидля достижения определенной цели. Во многих случаях сюжеты анекдотов и юморесокможно рассматривать как сценарии, послужившие основой для схемы Эриксоновскойпсихотерапии. Когда Эриксон вел психотерапию, он знал, чем она кончится, какзнал окончание тех рассказов и анекдотов, которые рассказывал. Пациенту этобыло неизвестно. Эриксон начинал работу, имея вполне определенную цель -изменить реакции пациента с нездоровых и деструктивных на здоровые иконструктивные. В качестве психотерапевта он управлял ситуацией, добиваясьпоставленной цели. Для того, чтобы вызвать и поддержать интерес и высокуюмотивацию у пациента, использовались многие техники - провоцирование,стимулирование любопытства, разнообразные тактики поведения и юмор.

Главным элементом в анекдотах и шуткахЭриксона была не враждебность, а изумление. Проходя у него психотерапию,пациент часто удивлялся как необычности его "предписаний", так и своимсобственным реакциям. И так же, как слушатель испытывал облегчение, узнаваямораль запутанной истории, пациент тоже испытывал облегчение, получив ясные иточные указания.

Эриксон знал, что потрясение и удивлениеявляются очень эффективными средствам для взламывания косных психологическихустановок. Однако изумление - это не рецепт микстуры, который можно было бывыписать с умным видом. Когда я пришел к нему в первый раз, в середине нашейбеседы он выдвинул ящик стола и достал оттуда маленький рожок. Поднеся его кгубам, он несколько раз прошелся пальцами по дырочкам. "Ту-у-у-у, т-у-у-у-у-у,ту-у-у-у-у", раздалось в комнате. "Удивление всегда помогает", пояснил он. Втот момент мне это показалось детской выходкой с его стороны и не оказало, какя думал, на меня никакого особого воздействия. Однако теперь, оглядываясьназад, я понимаю, что этот эпизод в значительной мере способствовал общейатмосфере, позволившей мне войти в гипнотический транс и реагировать на еговнушения. Он помог мне выйти из равновесия и внес элемент детскости, которым,вероятно, и воспользовался для того, чтобы пробудить мои детские воспоминания,которые я безуспешно пытался у себя вызвать.

Рассказ "Ориентация на будущее" включен в эту главу по той причине,что в нем иллюстрируются планирование и "манипуляция" в том смысле, в которомЭриксон употреблял это слово.

Первый рассказ озаглавлен "Манипуляция",хотя это слово может показаться неудачным и многие, вероятно, предпочли быназвать его: "Мастерство", "Эффективное действие" или "Овладение". Позитивныйвзгляд на будущее является лучшим противоядием против депрессии илинеконтролируемого наплыва мыслей - равно как и предвосхищение изумления вразвязке анекдота или предощущение того, что течение времени приведет кличностному росту.

Манипуляция.

Меня обвиняли в манипуляции пациентами, ив ответ на это я сказал следующее: каждая мать манипулирует своим младенцем,если она хочет, чтобы он жил. Каждый раз, когда вы приходите в магазин, выманипулируете продавцом, чтобы сделать нужную покупку. И когда вы приходите вресторан, вы манипулируете официантом. А учитель в школе манипулировал вами,заставляя учиться читать и писать. Фактически, жизнь представляет собой однубольшую манипуляцию - она состоит из нее целиком. И, наконец, последняяманипуляция - отправить вас к месту вечного успокоения. Да, это тоже манипуляция.

Нужно опустить гроб, вытащить веревки -все это манипуляции.

Чтобы записать свои мысли, выманипулируете карандашом. И вы манипулируете собой, разнося и продавая орехи,сигареты или карамели. Одна из моих дочек в детстве называла нравившиеся ейконфетки "мятными перечницами". Она также в шутку говорила "автобус" и"абарбуз". Сейчас она живет в Далласе и ждет ребенка.

Я написал ейписьмо, в котором говорил, что придумать имя ребенку будет очень легко. Нужнотолько назвать его "Дэллас", если родится мальчик, или "Элис", если родитсядевочка, только и всего. Ее муж, будучи не лишен чувства юмора, ответил, что вТехасе полагается давать двойное имя. Он собирается назвать ребенка ВильямомРубином. Вы поняли Полное имя - "Вильям", а уменьшительное - "Билли". Знаете,что такое билирубин Выделение желчи! С тем же успехом он мог назвать его "ГемоГлобином".

Pages:     | 1 |   ...   | 22 | 23 || 25 | 26 |   ...   | 29 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.