WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 27 |

М. А. Хевеши.

Толпа, массы, политика.

Историко-философский очерк.

Оглавление

Введение. 2

Глава первая. Невежество толпы и ее просвещение. 3

Трактовка масс в античности и Возрождении. 3

Просветительство и его вера в разум масс. 6

Идеи просвещения народных масс в немецкой классической философии и в марксизме. 9

Глава вторая. Толпа и ее иррациональность. 13

Оценка толпы Шопенгауэром и Ницше. 14

Исследование толпы как единого образования (Лебон). 16

Толпа и публика (Тард). 21

Глава третья. Трактовка народа в русской общественно-политической мысли ХIХ начала XX века. 23

Трактовка народа славянофилами и западниками. 25

Народничество. 29

Первые попытки осмысления революции 1905 года. 35

Народные массы и Октябрьская революция. 38

Глава четвертая. Социальные катаклизмы и трактовка масс в первой половине XX века. 41

Становление “массового общества” в трактовке социально-философской мысли начала века. 42

“Восстание масс” Ортега-и-Гассета. 48

Анализ фашизма и социализма в 30 - 40-е годы. 53

Глава пятая. Массовое общество. Трактовка масс в социальной философии второй половины XX века. 60

Массофикация социальных процессов. 60

Тоталитаризм и массы (Х. Арендт). 63

Вожди и методы их воздействия на массы. 66

Трактовка свободы и ее восприятия массами (Э. Фромм). 71

Проблемы масс и вождей в работах Э. Канетти и С. Московичи. 76

Вместо заключения. 80

Библиография. 82

Российская Академия Наук

Институт философии

Москва 2001

УДК 300. 36

ББК 15. 56

Х35

В авторской редакции

Рецензенты:

доктор филос. наук Н. Н. Козлова

доктор филос. наук В. Ф. Пустарнаков

доктор филос. наук В. Г. Федотова

Х35 Хевеши М. А. Толпа, массы, политика: Ист. -филос. очерк. М., 2001.

Книга посвящена исследованию таких понятий как “толпа”, “массы” и их роли в процессе исторического развития. Показывается, что социальная философия на протяжении всей своей истории занималась не только исследованием проблем личности, индивида, но и этих субъектов исторического процесса... Речь идет о поведении масс и тех факторах, которые определяют это поведение. Подход автора связан с раскрытием того, что природа социальных конфликтов не ограничивается наличием в обществе различных материальных интересов тех или иных групп и слоев, но определяется также поведением масс, на которое оказывают весьма важное воздействие многочисленные иррациональные моменты.

Книга адресована специалистам в области истории философии, истории политических учений, политикам и политологам, а также всем, интересующимся проблемами взаимосвязи социальной философии и политики.

ISBN 5–201–02045–3 © М. А. Хевеши, 2001

© ИФРАН, 2001

Введение.

Одной из центральных проблем социально-политической философии, особенно начиная с ХVIII–ХIХ вв., была проблема человека, личности, ее свобод, прав и обязанностей. Личность выступает как критерий, мерило исторического прогресса, история человечества предстает как история человеческой индивидуализации. И одновременно выявляется, что сам этот процесс противоречив: по мере того, как индивиды обретают все большую самостоятельность, происходит процесс отчуждения человека. И многие философские течения, особенно в XX в., акцентируют внимание на том, что человеческий мир становится все более непригодным для человека, который чувствует себя в нем неуютно, одиноко, предстает анонимно. Связи между индивидом и миром как бы обрываются, индивидом все больше манипулируют. В XX веке отчуждение становится столь всеобъемлющим, что человек все чаще ощущает себя совершенно потерянным в этом мире.

Как правило, в истории социально-политической философии личность противопоставляется толпе, массе, выступает как ее антипод. Уже само такое противопоставление предполагает не просто наличие толпы, массы, но и ту или иную ее трактовку. Данная работа предлагает историко-философский очерк трактовок толпы, массы, имевших место на протяжении развития всей истории философии. При этом автор отличает понятия “толпа”, “масса” от понятия “народ”, хотя в определенном смысле эти понятия часто совпадают. Как правило, до второй половины XIX века они употреблялись как синонимы. В отличие от толпы, массы, народ — это устойчивое историческое образование, обладающее своей культурой, традициями, нравами и нормами, своим менталитетом, тогда как толпа — это временное образование, случайное скопление людей, которыми руководят страсти, очень часто негодование, иногда восхищение. Можно только согласиться с А. Брушлинским, который говорит о том, что в русском языке слово “толпа” ассоциируется со сборищем, а когда речь идет о больших общностях людей, правомернее говорить о массах1. Народ всегда более многочислен, чем народные массы. Известно, например, что народ никогда не приходит в полном составе к избирательным урнам. Сколь бы многочисленны ни были митинги, демонстрации, они никогда не охватывают весь народ.

Историко-философское исследование масс, толпы также связано с отказом от экономоцентрического анализа исторического процесса, с признанием необходимости наряду с экономическим анализом и культурно-антропологического исследования. Становилось все очевиднее, что природа социального конфликта сложнее, чем просто расхождение материальных интересов. Уже в манифесте школы “Новые Анналы” в 1946 г. фиксируется, что история и сам человек формируются в зависимости от тех мыслительных привычек и эмоциональных установок, которые наследуются людьми от прошлых поколений без ясного осознания самого этого факта. А в конце 70-х годов XX века французский историк М. Вовель говорит об истории ментальности как особом исследовательском поле, о том, что история ментальности должна излагаться в неразрывной связи с социальной историей, что они обе взаимно “освещают” друг друга2. Иными словами, в исследовании исторического процесса все большее место отводится истории коллективного поведения, пониманию того, что ментальность — это глубинный уровень и индивидуального, и коллективного сознания, включающий в себя и бессознательное, на котором пересекаются рациональное и иррациональное в коллективном поведении. Это учет того, что поведение масс, особенно в периоды кризиса, нельзя понять, принимая во внимание только рациональные моменты. Ментальность консервативна, она изменяется значительно медленнее, чем экономические отношения, социальные институты.

Понимание масс и их поведения крайне необходимо политикам. Ведь, как правило, современные политики и политологи исходят из чисто рационалистической точки зрения, согласно которой политика есть учет и представление многочисленных интересов, которые имеются в обществе. А власть как центральный момент политики нужна для претворения тех или иных интересов в жизнь. Так понимаемая политика рассматривает массу как сумму индивидов, каждого из которого можно убедить и тем самым подтолкнуть к определенным политическим действиям. Несомненно, политика самым тесным образом связана с учетом и претворением в жизнь определенных интересов, имеющихся в обществе. Но, имея дело с массами людей, она оказывается вынужденной считаться с поведением массы, с ее реакциями на те или иные политические события, с теми импульсами, которые толкают их к определенного рода поведению. И при этом выявляется, что поведение масс во многом бывает обусловлено иррациональными моментами.

Автор учитывает и высоко оценивает те многочисленные работы и достижения, которые сделаны в социальной психологии и социологии, в том числе и отечественной, в области исследования поведения толпы и масс. Предлагаемая читателю работа направлена на рассмотрение конкретной темы — выявления и анализа того, что социальная философия на протяжении всей своей истории занималась не только исследованием проблемы личности, но и масс, их места и роли в историческом процессе.

Данная работа выполнена благодаря поддержке Российского гуманитарного научного фонда.

Глава первая. Невежество толпы и ее просвещение.

Трактовка масс в античности и Возрождении.

Народные массы, толпа существуют с тех пор, как существует общество, хотя и по разному структурированными. Уже мыслители древности стремились так или иначе осознать этот факт, дать свое толкование роли масс в обществе. Солон, проведший свои знаменитые реформы в IV в. до н. э., писал, что каждый отдельно взятый афинянин — хитрая лиса, но когда они вместе собираются на собрание, то представляют собой стадо баранов. И Геродот, и Фукидид оперировали такими понятиями, как “многие”, “масса”, говорили об их “самонадеянности”, “невежестве”, “наглости”. Сократ также придерживался такой характеристики, но считал при этом, что большинство людей можно обучить, что любой раб способен к постижению самых абстрактных понятий. И лишь ненависть к людям вызывает ненависть и недоверие к логическим доказательствам. Иными словами, Сократ связывает нравственность с отношением к обучению, с готовностью обучаться. Он оценивает античную демократию как безнравственную форму политической власти именно потому, что она не желает воспринимать знания, не понимает, сколь мало знают массы. Самокритичность выступает у него не только как мудрость, но и как возможность улучшения политической жизни государства.

Для Платона основная масса населения — это человеческое стадо, с которым не очень-то и стоит общаться. Демос, толпа, чернь вульгарны, душевный склад их крайне примитивен, это сильный зверь, который наделен достаточной телесной силой, чтобы выполнять тяжелую физическую работу. Трактуя массу как человеческое стадо, Платон и искусство политического управления приравнивает к умению усмирять такое стадо. Политик подобен пастуху и его собаке, они не должны причинять овцам зла, обращаться с ними слишком сурово, они просто презирают их как низшие существа. Он не приемлет, противостоит представлениям античной демократии, согласно которым народ допускается к политической жизни, государственному управлению. Только наиболее мудрые мужи, т. е. аристократия, согласно его представлениям могут выполнять государственные функции. Разделение труда выступает у Платона основным принципом построения государства. Земледельцы и ремесленники, составляющие основную массу населения, должны быть благоразумными. Их добродетель — умеренность, послушание правителям, добросовестное выполнение своих обязанностей. Для Платона демократия предстает как осуществленная власть толпы, а тирания — как наихудшая форма государственного правления, ибо это беззаконная власть, основанная на поддержке масс. Приветствуя народного вождя как борца за свободу, массы сами оказываются порабощенными этим тираном. Платон исходит из того, что всех людей объединяет коллективное начало, и это начало всегда выше индивида и его интересов.

Взгляды Аристотеля по этим вопросам в основном совпадают со взглядами Платона. У него все люди, занимающиеся трудом, просто любой деятельностью по добыванию денег, выступают, подобно рабам, придатком государства. Это разделение заложено самой природой, согласно которой одни свободны, другие — рабы. К тому же это справедливо, ибо рабы, по Аристотелю, не обладают рассудком. В то же время он трактует массы как нормальное явление политической жизни, считает, что массы, толпа, более того, массовая история сопутствует процессам политических изменений. Как и Платон, под демократией Аристотель понимает охлократию, т. е. власть толпы. А при помощи демагогов народ можно свести до уровня охласа. Известно, что Аристотель различал три хорошие и три дурные формы управления. К хорошим он относит монархию, аристократию и “политию” — смешение олигархии и демократии. К дурным он относит тиранию, чистую олигархию и крайнюю демократию.

Политические взгляды, отражавшие отношение к массам в древнем Риме, нашли свое выражение в известном лозунге: “Черни — хлеба и зрелищ”, популярность которого не пропала и в наши дни. Цицерон воспринимал “новые толпы” как отбросы общества, считая их невежественными, глупыми, суеверными, поведение их рабским, к тому же они поддерживают демагогов. Об этом же говорил и Тацит.

Несколько иное отношение к толпе было у мыслителей эпохи Возрождения. По-прежнему толпа оценивается как невежественная. Этим объясняется ее приверженность к ярости, глупости, лени, неизменным привычкам. Например, Пико Делла Мирандола так пишет об этом: “Что такое плебс Это некий полип, т. е. переменчивое и безголовое животное”. Далее — “Глупость толпы и ее общественные бесчинства очень тяжки, ибо посреди ленивого плебса трудно и слишком тяжко сберечь размеренный порядок жизни, украшенность, покой и сладостный досуг”. Народу и толпе свойственно всегда заблуждаться и ничего не знать. При этом он ссылается на Аристотеля, говорившего, что ложь часто выглядит правдоподобнее истины.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 27 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.