WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||

Среди всех перечисленных факторов неизменно сильная приверженность делу реформирования на всех уровнях власти, по-видимому, является решающим фактором, определяющим различие между “преуспевшими” странами ЦВЕ и “менее успешными” странами СНГ (а внутри СНГ - между “лидерами”, такими, как Армения и Грузия, и всеми остальными). Прочие факторы важны каждый в своей перспективе, однако опыт прошедшего десятилетия показывает, что реформа несомненно срабатывает лишь тогда, когда налицо координированная и целенаправленная деятельность правительства. Два примера служат иллюстрацией данной точки зрения. В 1994 г. автор интервьюировал группу фермеров-индивидуалов в Тверской области, в 300 милях к северо-западу от Москвы. В ответ на вопрос автора, почему, несмотря на прогрессивные инициативы президента, реальные реформы в сельском хозяйстве не идут, один из крестьян ответил: “Да, но президент-то в Москве, а мы - здесь, с нашим губернатором.” Более близкий к нам по времени пример - Молдова, где в 1998 г. центральное правительство, при полной поддержке парламента, инициировало радикальную программу погашения долгов сельскохозяйственных предприятий одновременно с их реструктуризацией. Кабинет и парламент приняли все необходимые законодательные акты, предоставив их исполнение низшим уровням власти. Очень скоро стало ясно, что радикальная программа стоит на месте из-за позиции низших чиновников, которые не разделяли точку зрения центральных органов власти или же не до конца понимали намерения Кабинета и парламента. Потребовалось почти шесть месяцев, чтобы достичь необходимой координации политики между всеми уровнями власти, после чего вся программа, охватывавшая почти 1000 сельскохозяйственных предприятий, была выполнена в течение одного года.

* * *

Российское сельское хозяйство переживает процесс маргинализации, подобно сельскохозяйственным секторам во всех рыночных экономиках, по-видимому, в результате роста сектора услуг. Доля сельского хозяйства в экономике уменьшилась с 1990 г. от 16% до менее 6%. При этом, если взглянуть на все это с точки задействованных ресурсов, открывается поразительная картина: доля сельского хозяйства в общей занятости оставалась практически неизменной и довольно высокой (14% в 1990 г., 13,4% в 1999 г.), доля сельского хозяйства в совокупных производственных активах в реальности даже увеличилась (20% в 1989-1990 гг., 25% в 1999 г.), а сельское население, как и прежде, составляет 27% от общей численности населения России - причем большинство этих людей единственным источником существования имеет сельское хозяйство. Таким образом, сельское хозяйство сохраняет в России огромную важность, однако эффективность его, по-видимому, резко упала с 1990 г. по сравнению с остальными секторами экономики. Объем производства в сельском хозяйстве сократился в значительно большей степени, чем в каком-либо другом секторе, тогда как доля задействованых ресурсов оставалась относительно постоянной и очень высокий.

Эти негативные перемены в сельском хозяйстве объясняются критически низкой эффективностью в субсекторе “крупных хозяйств” - сельскохозяйственных предприятий, в которые были преобразованы бывшие колхозы и совхозы. Объем продукции индивидуального сектора демонстрировал в 1991-1993 гг. здоровый рост в ответ на увеличение площади приусадебных участков, а после этого первоначального периода оставался относительно постоянным. Объем продукции “коллективного” субсектора, наоборот, резко снижался и продолжает снижаться. Поскольку “коллективный” субсектор контролирует 85% сельскохозяйственных угодий в России, его недостаточная эффективность определяет продолжающийся спад в российском сельском хозяйстве.

Подобная картина лишь подтверждает актуальность главной темы настоящего сообщения: после десятилетия реформ все еще сохраняется потребность в реальной и радикальной реструктуризации крупных сельскохозяйственных предприятий. Российская (и украинская) мечта - это преобразование неэффективных крупных хозяйств в производительные крупные хозяйства. Мировой опыт показывает, что подобная горизонтальная трансформация попросту не срабатывает. Чтобы создать эффективные хозяйства, Россия должна избрать рыночный путь роста хозяйств: начать с мелких индивидуальных единиц и позволить им постепенно консолидироваться, посредством рыночных земельных сделок, до предела, определяемого в каждом отдельном случае управленческими возможностями конкретного фермера-работника. Если этого не сделать, находящиеся сейчас в пользовании крупных сельскохозяйственных предприятий 85% российских сельскохозяйственных угодий останутся непроизводительными, несмотря на отдельные анекдотические случаи “успеха”, когда промышленные корпорации забирают себе тысячи гектаров сельскохозяйственных земель, чтобы обеспечить себя источниками сырья. Подобные примеры - это капля в море, а для того, чтобы реанимировать российское сельское хозяйство в целом, необходима массовая реформа на уровне хозяйств.

Литература

Brooks, K., Krylatykh, E., Lerman, Z., Petrikov, A., and Uzun, V. 1996. Agricultural Reform in Russia: A View from the Farm Level, World Bank Discussion Paper 327, The World Bank, Washington, DC.

Csaki, C. and Nash, J. 1998. The Agrarian Economies of Central and Eastern Europe and the Commonwealth of Independent States: Situation and Perspectives, 1997, World Bank Discussion Paper No. 387, The World Bank, Washington, DC.

Csaki, C. and Tuck, L. 2000. Rural Development Strategy: Eastern Europe and Central

1Deininger, K. 1993. Cooperatives and the Break-up of Large Mechanized Farms: Theoretical Perspectives and Empirical Evidence, World Bank Discussion Paper 218, The World Bank, Washington, DC.

De Melo, M., Denizer, C., and Gelb, A. 1996. “From Plan to Market: Patterns of Transition,” Policy Research Working Paper 1564, The World Bank, Washington, DC.

Goskomstat 2000. Statistical Yearbook of Russia 1999, Goskomstat, Moscow.

Hanstad, T. 1998. “Are Smaller Farms Appropriate for Former Soviet Republics” RDI Report on Foreign Aid and Development No. 197, Rural Development Institute, Seattle, WA, February.

1Karatnycky, A., Motyl, A., and Shor, B., eds. 1997. Nations in Transit 1997: Civil Society and Markets in East Central Europe and the Newly Independent States, Transaction Publishers, New Brunswick and London.

Lerman, Z. 1999. “Land Reform and Farm Restructuring: What Has Been Accomplished to Date” American Economic Review, 89(2): 271-275.

Mathijs, E. and Swinnen, J. 2000. “Major Features of the New Farming Structures in Central and Eastern Europe,” in: C. Csaki and Z. Lerman, eds., Structural Change in the Farming Sectors in Central and Eastern Europe: Lessons for EU Accession, World Bank Technical Paper 465, Europe and Central Asia Environmentally and Socially Sustainable Rural Development Series, The World Bank, Washington, DC, pp. 22-38.

Sarris, A., Doucha, T., and Mathijs, E. 1999. “Agricultural Restructuring in Central and Eastern Europe,” European Review of Agricultural Economics, 26(3): 305-329.

Sedik, D., Trueblood, M., and Arnade, C. 1999. “Corporate Farm Performance in Russia, 1991-1995: An Efficiency Analysis,” Journal of Comparative Economics, 27: 514-533.

1Timmer, C. P. 1988. “The Agricultural Transformation,” in Chenery, H. and Srinivasan, T. N. (eds.), Handbook of Development Economics, Vol. I (Chapter 8), Elsevier Science, Amsterdam, pp. 275-331.

Wegren, S. and Belen’kyi, V. 1998. “The Political Economy of the Russian Land Market,” Problems of Post-Communism, 45(4): 56-66.

World Bank. 1982. World Development Report 1982, Oxford University Press, New York.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.