WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 |

Крайне осторожным оказался подход закона к проблеме прозрачности, решение которой в новой версии закона аналогично описанной выше ситуации с решением проблемы размывания долей (ст. 91). Право доступа к бухгалтерским документам АО и протоколам заседаний коллегиального исполнительного органа АО получили акционеры, имеющие в совокупности не менее 25% голосующих акций (ранее – 10%). Предусмотрено также обязательное ведение реестра АО специализированным регистратором при числе акционеров свыше 50.

Одним из наиболее часто используемых каналов «вывода» аутсайдеров в 1998-2001 гг. стала реорганизация. Новая версия закона предусматривает:

- акционеры реорганизуемых в форме разделения или выделения АО, которые были против реорганизации или не участвовали в голосовании, имеют право на получение акций каждого созданного общества пропорционально числу принадлежащих им акций;

- АО может быть преобразовано как в ООО и производственный кооператив, так и в некоммерческое партнерство (при единогласном решении акционеров).

Позитивное значение первой новации очень высоко. Видимо, целесообразно также внесение изменений в Гражданский кодекс РФ и/или разработка федерального закона «О реорганизации хозяйственных обществ». Вторая новация не менее актуальна, что связано с объективным процессом трансформации принудительно созданных в ходе массовой приватизации ОАО в иные организационно-правовые формы, более приемлемые для конкретных предприятий с точки зрения их размера, отраслевой специфики, функций и т.д. В перспективе необходима более развернутая правовая регламентация возможных опций, с учетом защиты интересов всех субъектов корпоративных отношений.

Определение крупных сделок и правил их осуществления не менее важно, чем упорядочение правил реорганизации. Ст. 78 впервые относит к крупным сделкам заем, кредит, залог и поручительство. При этом общее собрание и совет директоров принимают решение об одобрении крупной сделки, а не об ее совершении.

В отношении уставного капитала предусмотрено, что его увеличение путем размещения дополнительных акций может происходить за счет имущества АО (т.е. капитализация). При этом увеличение уставного капитала путем увеличения номинальной стоимости акций может осуществляться только за счет имущества АО (ст. 28).

Еще одна проблема в сфере уставного капитала - проблема дробных акций, ставших (вместе с консолидацией акций) новым инструментом вытеснения аутсайдеров в 2000-2001 гг. - не решена окончательно. Напротив, ее актуальность возросла с принятием решения о преимущественном праве акционера выкупать размещаемые обществом дополнительные акции. Новая версия закона определила, что дробная акция предоставляет права в объеме, соответствующем части целой акции, которую она составляет. Если такой подход вполне приемлем для выплаты дивидендов, то при голосовании по принципу «одна акция – один голос» трудности очевидны (хотя возможно суммирование дробных акций).

Сохраняется и дуализм в области дивидендной политики АО. Решение о выплате дивидендов может приниматься только 1 раз в год (а не ежеквартально, как раньше). Тем не менее по-прежнему общее собрание не вправе превысить размер дивидендов, рекомендованных советом директоров. Соответственно, решение общего собрания о выплате дивидендов носит чисто формальный характер.

Одной из важных задач корпоративного права (как и иных отраслей) является создание препятствий для образования АО – «однодневок», «дутых» капиталов обществ, и таким образом обеспечение реальной основы для возмещения убытков кредиторов общества, положившихся на размер уставного капитала общества. Тем самым защита интересов кредиторов как финансовых инвесторов АО повышается. Новая версия закона, видимо, делает шаг назад, поскольку с 1 января 2002 года 50% акций общества, распределенных при учреждении, должно быть оплачено в течение 3 месяцев с момента государственной регистрации (а не к моменту регистрации, как ранее).

Соответственно, уже сейчас очевидна целесообразность ряда дополнений в закон в будущем:

- запретить акционерным обществам до полной оплаты их уставного капитала учредителями совершать какие-либо сделки, не связанные с учреждением;

- ужесточить порядок оплаты акций - они должны быть полностью оплачены в течение трех месяцев после государственной регистрации общества, дополнительные акции при размещении должны быть оплачены полностью;

- ввести обязательность привлечения независимого оценщика во всех случаях оплаты акций неденежными средствами и установить ответственность учредителей, членов совета директоров и независимого оценщика за завышение стоимости имущества, вносимого в оплату акций.

Целый ряд новаций касается органов управления АО:

- введен четкий порядок приостановления полномочий генерального директора (ст.69);

- совет директоров приобрел право в ряде случаев вносить изменения и дополнения в устав АО, а также утверждать регистратора;

- право совета директоров на принятие решения об увеличении уставного капитала через размещение дополнительных акций может быть предусмотрено только уставом (причем решение должно быть единогласным);

- из компетенции совета директоров исключено право принятия решений об участии в других организациях;

- членом совета директоров может быть только физическое лицо (ст. 66), причем передача права голоса запрещена в принципе;

- «исключительная компетенция общего собрания» (ст. 48) отменена в пользу правила, согласно которому вопросы компетенции собрания не могут быть переданы совету директоров и исполнительному органу, а собрание более не ограничено запретом рассмотрения вопросов, не отнесенных к его компетенции;

- к компетенции общего собрания отнесено утверждение внутренних регламентирующих документов;

- исключена возможность смешанной формы собрания, так как закон установил два альтернативных варианта: собрание и заочное голосование.

С точки зрения защиты интересов крупных акционеров (интересы которых представлены в совете директоров) определенное значение имеет новация, касающаяся возможности временного отстранения исполнительных директоров советом директоров без проведения внеочередного собрания акционеров (ст. 69). Эта норма действует в том случае, если образование исполнительного органа осуществляется общим собранием акционеров. Если образование исполнительного органа в уставе передано в функции совета директоров, то досрочное прекращение полномочий исполнительного органа возможно по решению совета директоров в любой момент. В новой версии закона сделана также попытка урегулировать противоречия, возникающие в связи с действием устаревшего КЗоТ (и, как следствие, с решениями судов общей юрисдикции, ориентирующимися на него). В частности, установлено, что на отношения между АО и исполнительным органом (генеральным директором и др.) действие законодательства РФ о труде распространяется лишь в части, не противоречащей закону об АО.

Тем не менее проблема защиты интересов крупных акционеров в гораздо большей степени связана с процессуальными аспектами права.

В новой версии закона существует ряд ограничений для возможностей корпоративного шантажа, однако анализ законодательных возможностей защиты не выявил эффективных методов защиты25. Это не значит, тем не менее, что необходимы специальные поправки в закон. Такая защита должна опираться прежде всего на судебное разбирательство.

Одной из новаций 2000-2001 гг. стало применение ст. 49 Закона «Об акционерных обществах», позволяющей акционеру (в т.ч. владельцу одной акции) обжаловать в суде решения общего собрания акционеров, нанесшие акционеру потенциальный ущерб. Чаще всего это делается в целях запрета проведения следующего собрания акционеров (где должны быть приняты существенные для АО решения или происходит смена руководства) на основании нелигитимности созывающего собрание совета директоров. Очевидно, что такой конфликт инициируется не формальным истцом, владеющим 1 акцией, а конкурентами или одной из реальных сторон внутрикорпоративного конфликта. При этом владелец одной или нескольких акций, формально имеющий право подать иск, вряд ли может объективно понести реальный ущерб.

Среди многочисленных примеров такого рода – иски к ОАО «Кристалл» (вопрос о смене генерального директора), к РАО «Норильский никель» (по форме проведения голосования на собрании по вопросам, связанным с реструктуризацией РАО), к ОАО «Полимерстройматериалы» (попытка проигнорировать решение суда только усложнила конфликт), к РАО «Газпром», запрет ОАО «Мосэнерго» проводить внеочередное собрание (смена генерального директора), обеспечительный арест пакета акций ОАО «Северсталь», запрет ОАО «Транснефть» экпортировать нефть НК «ЛУКОЙЛ» и т.д.

В сентябре 2001 года президент РСПП А.Вольский направил в Верховный суд РФ письмо с просьбой, во-первых, ограничить возможность акционеров-физических лиц подавать иски в суды общей юрисдикции по месту жительства, перенеся разбирательство в арбитражные суды по месту регистрации АО, во-вторых, запретить судам общей юрисдикции накладывать обеспечительные аресты на активы компаний.

Формально таким образом должна быть устранена юридическая коллизия, когда арбитражный суд и суд общей юрисдикции (последний - по иску физического лица) могут принять противоположные решения. Пока происходит дальнейшее судебное разбирательство, акции находятся под арестом в обеспечение иска. С экономической точки зрения речь идет о тривиальном захвате собственности. Итогом становится неопределенность в хозяйственной деятельности АО, дестабилизация и перераспределение прав собственности. Острота проблемы очевидна, поэтому в качестве временной компромиссной меры (до введения в действие новых Арбитражного процессуального кодекса РФ и Гражданского процессуального кодекса РФ) пленум Верховного суда РФ «не рекомендовал» судам общей юрисдикции принимать решение о запрете проведения собраний акционеров по искам акционеров - физических лиц об обеспечении их требований26.

В то же время возможность фактической модификации федерального законодательства решением пленумом Верховного суда РФ по письму РСПП (как прецедент) ставит под сомнение необходимость нового АПК (принят в первом чтении весной 2001 г.) в принципе. Другая проблема тесно связана с системной коррупцией, в данном случае – простой переориентацией заинтересованных сторон в арбитражные суды с прежними целями27.

На фоне описанных новаций 2001 года и имеющегося потенциала их развития популярная идея принятия российского Кодекса корпоративного поведения (управления) не выглядит приоритетной28. Существующие Принципы корпоративного управления ОЭСР, обобщающие наилучшую практику корпоративного поведения, достаточны как некий эталон для корпораций в современных условиях России.

Формальным преимуществом для компаний, которые намерены следовать рекомендациям Кодекса, станет формирование позитивного имиджа для зарубежного инвестиционного сообщества. В этом смысле национальный Кодекс является неким привычным, хотя и формальным, сигналом для потенциальных инвесторов о ситуации в стране. По данным опроса компанией McKinsey 200 крупнейших мировых инвесторов (в совокупном управлении – активы на сумму 3,25 трлн. долл.), 75% инвесторов ставят качество корпоративного управления на один уровень с финансово-экономическими результатами, а в условиях стран с переходной экономикой отдают фактору корпоративного управления приоритет. С точки зрения стоимости акций 80% инвесторов согласны на «надбавку» за качество корпоративного управления, а вызванная последним капитализационная премия находится в пределах от 20% (страны с развитой корпоративной культурой) до 50% и более (развивающиеся рынки)29.

Многие крупнейшие российские компании в 2000-2001 гг. уже приняли собственные кодексы именно с этой целью, и принципиальных отличий, видимо, не будет. Более того, даже заимствование отдельных норм унифицированного Кодекса российскими корпорациями будет происходить лишь постольку, поскольку последние, во-первых, сами заинтересованы в них по целому комплексу самых разных причин, во-вторых, по мере консолидации корпоративного контроля. Как показывает опыт 2000-2001 гг. именно по мере консолидации контроля в целом и, в частности, активов дочерних компаний возрастали формальная прозрачность и открытость ряда компаний по отношению к мелким акционерам. Первичной здесь, безусловно, является консолидация. «Вымывание» мелких акционеров становится, таким образом, условием улучшения качества их защиты.

Единственно возможная форма такого Кодекса – рекомендательная, однако соблюдение не только рекомендательных, но и законодательных норм в компаниях, где актуальны корпоративные конфликты или сохраняется угроза враждебного поглощения, не представляется возможным. Это означает в принципе спонтанный характер процесса формирования корпоративной культуры по мере преодоления объективных издержек передела собственности в России. Данный тезис прямо связан с общей проблемой защиты прав акционеров.

С другой стороны, попытки обязательного использования норм Кодекса в качестве внешнего механизма корпоративного управления (в данном случае через рынок ценных бумаг) не станут эффективными в обозримом будущем. Например, требование допуска к листингу на фондовых биржах только при соблюдении норм Кодекса несостоятельно – как массовый, стандартный инструмент - по причине неликвидного и крайне узкого (штучного) рынка. Во-первых, явная тенденция к концентрации акционерного капитала, во-вторых, процесс «закрывания» созданных в процессе приватизации открытых АО являются для этого объективной базой.

Таким образом, очевидны объективные границы действия данного Кодекса. Можно согласиться с оценкой, согласно которой Кодекс только на 5-10% будет определять судьбу российского рынка ценных бумаг и приход на него долгосрочных инвестиций30.

Образовательное значение Кодекса, тем не менее, может оказаться полезным уже на текущей стадии, а его действенность будет зависеть от соблюдения следующих принципов:

- строго рекомендательный характер при отсутствии каких-либо санкций за невыполнение норм (в законодательстве и ведомственных актах);

- отказ от дублирования корпоративного и сопряженнного законодательства;

- отбор жизнеспособных (в российских реалиях) норм Кодекса по мере накопление позитивной практики и их внесение в законодательство.


1 Доходы от продажи акций 20 предприятий, заблокированной статьей 100, согласно обоснованию правительства предполагалось использовать для расчетов с Парижским клубом.

2 По предварительным данным за 2002 год общая сумма поступлений от продажи имушества составила около 10 млрд. рублей.

3 Проект закона см.: http://www.akdi.ru/gd/proekt/gd03.htm.

Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.