WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 21 |

Курцио Малапарте.

Техника государственного переворота.

Оглавление

I. 1

II. 4

III. 7

IV. 11

V. 14

VI. 17

VII. 20

VIII. 24

IX. 28

X. 31

XI. 35

XII. 38

XIII. 43

XIV. 47

XV. 51

XVI. 55

Перевод с итальянского Н. Кулиш.

Малапарте К. Техника государственного переворота.

М.: Аграф, 1988

Книга Курцио Малапарте, во всем мире давно ставшая классикой, но до сих пор неизвестная в нашей стране, была написана в 1931 году, в канун прихода к власти Гитлера. В ней как бы подводится итог долгой череде революций, восстаний и путчей, которые потрясали Европу в начале XX века. Малапарте выстраивает собственную теорию государственного переворота на историческом и современном материале. Но это не сухой научный трактат, а тревожные и горестные раздумья о судьбах Европы, о судьбах человечества. Автор изображает вождей и диктаторов без прикрас: одни вызывают у него ироническую улыбку, другие — дрожь отвращения и ужаса... Эта книга, написанная еще до поджога рейхстага, не утратила актуальности и по сей день.

Курцио Малапарте (настоящее имя Карл Эрих Зуккерт) родился в 1898 году. В 16 лет ушел добровольцем на Первую мировую войну; был ранен и награжден медалью. После войны был на дипломатической службе, в частности, занимал пост атташе по культуре посольства Италии в Варшаве. После возвращения на родину примкнул к фашистской партии, где сохранял известную идейную независимость. В 20-е годы Малапарте приобретает популярность как литератор и журналист, сотрудничает в крупнейших периодических изданиях Италии, часто выезжает за границу, в частности, в Советский Союз (1929) и в Китай. В 1931 году в Париже выходит "Техника государственного переворота". Книга сразу же приобрела шумную известность, была переведена на несколько языков, но запрещена в Германии и в Италии. Автор даже был отправлен в ссылку; впоследствии, однако, наказание смягчили. Во время Второй мировой войны Малапарте вступает в действующую армию в чине капитана; побывал он также и на восточном фронте, куда был направлен как военный корреспондент; однако, по мнению идеологов режима, его репортажи шли вразрез с задачами пропаганды, и он был отозван. Затем он пишет свое самое известное произведение — роман "Капут", изданный в 1945 году. Наряду с "Техникой государственного переворота", "Капут" и следующий, также основанный на военных впечатлениях роман "Шкура" (1949), остались лучшими достижениями писателя, хотя в последующие годы он написал еще немало — рассказы, повести, пьесы. Именно в жанре художественной публицистики ярче всего проявились особенности его таланта: способность холодно и бесстрастно смотреть на самые ужасные и отвратительные стороны жизни и умение создать увлекательное, захватывающее повествование, блестящая, убийственная сатира — и безмерное сострадание к человеческому горю и позору. Фигура спорная и противоречивая, трудный человек и "неудобный" писатель, Курцио Малапарте привлекает все новые и новые поколения читателей самобытностью своего мощного дарования и обаянием своей незаурядной личности.

I.

Хоть я и задался целью показать, как захватывают власть в современном государстве и как это государство защищают, нельзя сказать, что эта книга задумана как подражание "Государю" Макиавелли, пусть даже современное подражание, то есть достаточно далекое от макиавеллизма. Времена, к которым относятся темы, примеры из жизни, выводы и мораль "Государя", были временами такого глубокого упадка общественной и личной свободы, такого ущемления гражданского и человеческого достоинства, что было бы оскорблением для читателя, свободного гражданина, брать за образец трактат Макиавелли при рассмотрении важнейших проблем современной Европы.

Главное в политической истории последнего десятилетия — это не проведение в жизнь статей Версальского договора, не последствия войны в экономике, не усилия разных правительств по упрочению мира в Европе; это борьба тех, кто защищает принципы свободы и демократии, то есть защитников парламентского государства, с его противниками. Позиции различных политических партий — лишь политический аспект этой борьбы; с этой точки зрения и следует на них смотреть, если хочешь понять значение многих событий последних лет и предвидеть развитие теперешней ситуации в некоторых европейских государствах.

Почти во всех странах, наряду с движениями, объявляющими себя защитниками парламентского государства, приверженцами взвешенной, то есть либеральной и демократической внутренней политики (среди них — консерваторы всех мастей, от правых либералов до левых социалистов), существуют партии, рассматривающие проблему государства в ее революционной плоскости. Таковы крайне правые и крайне левые партии, фашисты и коммунисты, которых, по аналогии с участниками заговора Катилины в Риме, мы будем называть катилинариями. Правые катилинарии боятся хаоса, они обвиняют правительство в слабости, неспособности действовать и безответственности, требуют жесткого государственного устройства и строгого контроля за всей политической, общественной и экономической жизнью. Это фанатики Государства, сторонники государственного абсолютизма. Гарантию порядка и свободы, защиту от коммунистической опасности они видят только в централистском, авторитарном" антилиберальном и антидемократическом государстве. "Все в Государстве, ничего вне Государства, никогда — против Государства", — утверждает Муссолини. Левые катилинарии ставят себе целью захват государства и установление пролетарской диктатуры. "Где есть свобода, там не может быть государства", утверждает Ленин.

Пример Муссолини и пример Ленина оказывают большое влияние на характер и развитие борьбы правых и левых катилинариев с защитниками либерального и демократического государства. Есть фашистская тактика и тактика коммунистическая; но по этому поводу необходимо заметить, что ни катилинарии, ни защитники государства до сих пор не выказали осведомленности, в чем состоят та и другая тактики, есть ли сходство между ними и каковы их отличительные особенности. Тактика Белы Куна не имеет ничего общего с тактикой большевиков. Попытка восстания, предпринятая Каппом — это всего лишь военный путч. Государственные перевороты Примо де Ривера и Пилсудского спланированы и совершены в соответствии с традиционной тактикой, нисколько не похожей на фашистскую. Может показаться, что Бела Кун — более современный, более техничный, а потому более опасный тактик, нежели эти трое, но и он, когда ставит перед собой задачу захвата государства, словно бы не отдает себе отчета в том, что существует не только современная тактика вооруженного восстания, но и современная тактика государственного переворота. Бела Кун полагает, будто он действует как Троцкий, и не замечает, что остается на уровне правил, выработанных Марксом на примере Парижской Коммуны 1871 года. Капп думает, что переворот 18-го Брюмера можно повторить в Веймарской республике. Примо де Ривера и Пилсудский воображают, будто для захвата современного государства достаточно свергнуть конституционное правительство силой оружия.

Совершенно ясно, что ни катилинарии, ни правительства до сих пор не задавались вопросом: существует ли современная техника государственного переворота, и каковы ее основные правила. Революционной тактике катилинариев все правительства продолжают противопоставлять оборонительную тактику, которая выдает полное незнание элементарных правил искусства захватывать и защищать современное государство. Один лишь Бауэр, канцлер Германского рейха, показал в марте 1920 года, что он понимает: для защиты современного государства надо знать правила его захвата.

В ответ на развязанный Каппом мятеж рейхсканцлер Бауэр, человек заурядных способностей, прошедший школу марксизма, но в душе консерватор, как всякий немец из среднего класса, не побоялся применить оружие всеобщей забастовки: он стал первым, кто для защиты государства применил одно из основных положений коммунистической тактики. Искусство защиты современного государства основано на тех же принципах, что и искусство его захвата: это можно назвать формулой Бауэра. Система почтенного рейхсканцлера, конечно же, в корне отличается от той, что в свое время разработал Жозеф Фуше. Эта система отвергает классические полицейские меры, к которым правительства прибегают в любых обстоятельствах и для защиты от любой опасности, не делая различий между волнениями в предместье и бунтом в казарме, между забастовкой и революцией, между парламентским заговором и баррикадами. Фуше очень гордился своей системой полицейских мер: с их помощью, говорил он, можно умышленно вызвать, предупредить или подавить беспорядки любого рода. Но разве меры Фуше могли бы служить защитой от тактики коммунистов или фашистов

В этой связи любопытно отметить, что тактика германского правительства по сдерживанию и подавлению гитлеровского мятежа1 есть не что иное, как простое применение классических полицейских мер в его чистом виде. Желая оправдать политику германского правительства по отношению к Гитлеру, немцы говорят, что Бауэр, действующий против Гитлера — это было бы совсем не то, что действия Бауэра против Каппа. Конечно, разница между тактикой Каппа и тактикой Гитлера огромна, но нет лучшего знатока теперешнего положения в Германии, чем Бауэр. Именно в сравнении с его системой становится все очевиднее несостоятельность правительственной тактики по предохранению государства от всех возможных опасностей.

Но существует ли в действительности гитлеровская опасность, спрашивают себя защитники Веймарской республики. И отвечают: в Германии и в Европе существует только одна опасность — коммунистическая. Тут Бауэр мог бы возразить, что германское правительство борется с коммунистической опасностью теми же методами, которыми боролось с гитлеровским мятежом, то есть применяет классические полицейские меры. Приходится вернуться к формуле Бауэра. Чтобы защитить государство от фашистского или коммунистического восстания, необходимо применить оборонительную тактику, основанную на тех же принципах, что и тактика фашистов и коммунистов. Иначе говоря, Троцкому следует противопоставить Троцкого, а не Керенского с его полицейскими мерами. В сущности, Керенский — это своего рода либерально-демократический Фуше, не чуждый марксистских идей, Фуше на манер Вальдека-Руссо и Мильерана образца 1899 года. Не следует забывать, что в Германии у власти сейчас такие же керенские; а Гитлеру необходимо противопоставить Гитлера. Чтобы защититься от коммунистов и от фашистов, надо играть с ними на их же поле.

Если бы Бауэру пришлось 18-го Брюмера защищаться от Бонапарта, он навязал бы ему бой на его же поле: он применил бы все возможные средства, законные и незаконные, чтобы вынудить Бонапарта остаться в сфере парламентской процедуры, избранной Сьейесом для осуществления государственного переворота.

Бонапарту Бауэр противопоставил бы тактику Бонапарта.

Современные условия в Европе предоставляют много шансов на успех честолюбивым катилинариям правого и левого толка. Несостоятельность мер, принимаемых или намечаемых правительствами, чтобы предотвратить возможную попытку восстания, так вопиюща, что во многих европейских странах существует реальная угроза государственного переворота. Особенности современного государства, многообразие и сложность его функций, тяжесть политических, социальных и экономических проблем, которые оно призвано решать, превращают его в средоточие слабостей и источник тревог народа, и усугубляют трудности, связанные с его защитой. Современное государство, в большей степени, чем мы думаем, подвержено революционной опасности: ведь правительства не знают, как его защищать. И не надо успокаивать себя, говоря, что, если правительства не умеют защищаться, то катилинарии, со своей стороны, часто проявляют незнание основных элементов современной техники государственного переворота. Да, до сих пор катилинарии во многих случаях не сумели воспользоваться благоприятными обстоятельствами для захвата власти, но это не означает, что угроза миновала.

Общественное мнение в тех странах, где существует либеральное и демократическое общественное мнение, совершает ошибку, так равнодушно относясь к возможности государственного переворота. При современном положении в Европе такая возможность не исключена ни в одной стране.

Конечно, какой-нибудь Примо де Ривера или Пилсудский не имели бы никаких шансов на успех в свободной стране, в упорядоченном и, если воспользоваться очень актуально звучащим термином восемнадцатого века, просвещенном государстве. Это совершенно бесспорно, хотя как аргумент звучит как-то уж чересчур просто, чересчур по-английски. Потому что опасность государственного переворота вовсе не обязательно должна называться "Примо де Ривера" или "Пилсудский". Какова же проблема, стоящая сейчас перед правительствами всех европейских стран

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 21 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.