WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |

16.0 значении христианства в жизни европейских народов К подробнее писал в ранней статье «Взгляд на юридический быт древней России»и в «Задачах психологии»(см.: 3.626 — 628).

17. «Философии востока, — писал К в «Задачах психологии»— выражают полнейший квиетизм.... В психологическом смысле это то душевное состояние, когда человек по возможности воздер­живается от сношений, столкновений и борьбы с внешним, окру­жающим, и сосредоточен в самом себе, когда всякая внешняя дея­тельность, внешнее творчество и создаваемые ими формы пред­ставляются ему как посягательство на полноту, цельность внутренней, душевной жизни.... Оттого в восточном миросозер­цании нет движения и развития«(3.624). Слово квиетизм в 1870-е гг. широко не употреблялось и нуждалось в пояснениях: «Под этим словом подразумевается полная неподвижность, отсутствие ка­ких бы то ни было интересов и стремлений»(Парголовский мизан­троп Скабичевский А. М. Мысли и впечатления, навеваемые теку­щею литературою 03.1874. № 7. Отд. II. С. 89).

18. Ср. суждения Стасова, с сочувствием писавшего о худож­никах, у которых «всякая забота об «идеале»(фальшивом и выду­манном) оставлена в стороне (С т асов В. В. У к. соч. 1906. Т. 4. С. 84) и заменена «страстным исканием только жизненной, неподдель­ной правдивости» (Там же. С. 81).

19. Эти общезначимые рассуждения К имели и узкополеми­ческий смысл: подобно В. В. Стасову и большинству передвижни­ков, он здесь критиковал рутинную эстетическую платформу Академии художеств.

20. Речь идет об особом состоянии русского реалистического искусства 1870 — 80-е гг., когда пафос протеста против академи­ческих требований в значительной степени потерял актуаль-

200

ностъ; вместе с тем присущая шестидесятникам резкая, одно­значная оценочностъ изображаемого сменялась тяготением к объ­ективности (см.: Сарабьянов Д. В. Русская живопись XIX века сре­ди европейских школ. М., 1980. С. 117 — 128).

21. Гражданские добродетели и гражданская скорбь —ус­тойчивые словосочетания, служившие в 1860 — 70-е гг. синонимом поверхностного обличителъства, получившего столь широкое распространение в литературе и изобразительном искусстве, что даже картины В. Г. Перова казались Д. Д. Минаеву переложени­ем «граждански-обличительных стихотворений» (С невского бере­га Дело 1868. № 10. Отд. П. С. 106 - 107).

22. Речь идет о художнике В. И. Якоби, авторе исторических картин «Арест Бирона»(1870), «Шуты. Анны Иоанновны»(1872), «Волынский в заседании кабинета министров» (187 2), необычайно популярных в 1870-е гг. Предложенная Якоби трактовка личности А. П. Волынского, кабинет-министра Анны. Иоанновны, против­ника бироновщины, вызывала критику не только К. Стасов писал в 1876 г. об «апофеозе и гимне посредством кисти и красок и самодуру, «тирану и зверю.»(Стасов В. В. Ук. соч. Т. 1. Отд. II. Стб. 529 —531).

23. К имел в виду поздние, далекие от злободневных проблем повести и рассказы, Тургенева («Стук!.. Стук!.. Стук!..»1871; «Вешние воды» 1872 и др.), обычно противопоставлявшиеся «Запи­скам охотника»(1847 — 1851), «Отцам и детям»(1862), в особенно­сти роману «Новь» (1877), вызвавшему негативные отзывы боль­шинства критиков разных направлений. Однако К высоко ценил этот роман, возбудивший, по его словам, «в мыслящих русских кружках очень разнообразные суждения»(ЛН. Т. 77. С. 283).

24. Речь идет об альбомах Е. М. Бем, в то время довольно изве­стной художницы, ученицы И. Н. Крамского, — «Силуэты» (187 5) и «Силуэты из жизни детей» (1877). Ее работы, получили высокую оценку Стасова: «в большинстве случаев у нее много истинной правды, взятой с натуры, и точного изучения действительнос­ти» (С т асов В. В. Ук. соч. 1894. Т. II. Отд. II. Стб. 712).

25. Предпочитая произведения своих современников шедев­рам мирового искусства, К солидаризовался с передвижниками. «Скажите откровенно, — писал И. Н. Крамской, — реален ли Мурильо Тициан Так ли оно в натуре, т.е.... так ли вы, видите живое тело, когда па него смотрите» (Крамской И. Н. Его жизнь, перепи­ска и художественно-критические статьи. Спб., 1888. С. 475). Знаменательно, что в комментируемой статье дублируется на­бор имен, приведенных в одном из программных выступлений Крамского, утверждавшего в 1858 г.: с идеалом «вечной красо­ты» воплощенных в созданиях Рафаэля, Леонардо да Винчи, Мурильо, Корреджио, современный художник обязан расстаться (см.:

201

Там же. С. 508 —581). При этом, как и К, Крамской высоко ценил Гольбейна, «запускавшего свой щуп до дна души человека» (Там же. С. 476). «Пляска смерти»Ганса Гольбейна-младшего (другой пере­вод названия — «Образы смерти») — серия гравюр на дереве, пред­ставляющих собой жанровые сценки частью памфлетного, час­тью аллегорического содержания,

26. «Лес»(1878)И. И. Шишкина К видел, очевидно, на 6-й Пере­движной выставке. « Грачи прилетели»( 187 1) А. К. Саврасова экспо­нировались на 1-й Передвижной выставке (187 1 — 72), в 1878 г. — на выставке работ, отправляемых в Париж. В оценке пейзажа Савра­сова К вновь оказался единомышленником Крамского (см.: Там же. С. 79) и в тоже время оппонентом крайне утилитарного подхода к искусству: «Пейзаж нужен всякому рисовальщику как фон, как де­корация для картины, — писал один из критиков по поводу рабо­ты Саврасова, — но сам по себе пейзаж бесцелен» (Художник — лю­битель. На своих ногах. По поводу первой художественной выстав­ки Товарищества передвижных выставок Дело. 1871. № 12. С. 117).

27. Послание Иакова — 2. 26.

тема 4

ВЗАИМООТНОШЕНИЯ

ИДЕОЛОГИЧЕСКОЙ

И ГУМАНИСТИЧЕСКОЙ

ТЕНДЕНЦИЙ

В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ КУЛЬТУРЕ

ЧЕРНЫШЕВСКИЙ НИКОЛАЙ ГАВРИЛОВИЧ

Эстетическое отношения искусства к действительности (Диссертация). Источник: Марксистско-ленинская эстетика.

Хрестоматия. Минск: «Вышэйшая школа» 1975..—С. 164—166.

...Задачею автора было исследовать вопрос об эстетических отноше­ниях произведений искусства к явлениям жизни, рассмотреть спра­ведливость господствующего мнения, будто бы истинно прекрасное, которое принимается существенным содержанием произведений ис­кусства, не существует в объективной действительности и осуществ­ляется только искусством. С этим вопросом неразрывно связаны во­просы о сущности прекрасного и о содержании искусства. Исследова­ние вопроса о сущности прекрасного привело автора к убеждению, что прекрасное есть — жизнь. После такого решения надобно было исследовать понятия возвышенного и трагического, которые, по обыкновенному определению прекрасного, подходят под него, как мо­менты, и надобно было признать, что возвышенное и прекрасное — не подчиненные друг другу предметы искусства. Это уже было важным пособием для решения вопроса о содержании искусства. Но если пре­красное есть жизнь, то сам собою решается вопрос об эстетическом отношении прекрасного в искусстве к прекрасному в действительно­сти. Пришедши к выводу, что искусство не может быть обязано своим происхождением недовольству человека прекрасным в действитель­ности, мы должны были отыскивать, вследствие каких потребностей возникает искусство, и исследовать его истинное значение. Вот глав­нейшие из выводов, к которым привело это исследование:

1) Определение прекрасного: «прекрасное есть полное прояв­ление общей идеи в индивидуальном явлении»— не выдерживает критики; оно слишком широко, будучи определением формального стремления всякой человеческой деятельности.

2) Истинное определение прекрасного таково: «прекрасное есть жизнь» прекрасным существом кажется человеку то существо, в котором он видит жизнь, как он ее понимает; прекрасный предмет — тот предмет, который напоминает ему о жизни.

203

3) Это объективное прекрасное, или прекрасное по своей сущ­ности, должно отличать от совершенства формы, которое состоит в единстве идеи и формы, или в том, что предмет вполне удовлетво­ряет своему назначению.

4) Возвышенное действует на человека вовсе не тем, что про­буждает идею абсолютного; оно почти никогда не пробуждает ее.

5) Возвышенным кажется человеку то, что гораздо больше предметов или гораздо сильнее явлений, с которыми сравнивается человеком.

6) Трагическое не имеет существенной связи с идеею судьбы или необходимости. В действительной жизни трагическое большею частью случайно, не вытекает из сущности предшествующих мо­ментов. Форма необходимости, в которую облекается оно искусст­вом,— следствие обыкновенного принципа произведений искусства: «развязка должна вытекать из завязки»или неуместное подчинение поэта понятием о судьбе.

7) Трагическое по понятиям нового европейского образования есть «ужасное в жизни человека».

8) Возвышенное (и момент его, трагическое) не есть видоизме­нение прекрасного; идеи возвышенного и прекрасного совершенно различны между собою; между ними нет ни внутренней связи, ни внутренней противоположности.

9) Действительность не только живее, но и совершеннее фан­тазии. Образы фантазии — только бледная и почти всегда неудачная переделка действительности.

10) Прекрасное в объективной действительности вполне пре­красно.

11) Прекрасное в объективной действительности совершенно удовлетворяет человека.

12) Искусство рождается вовсе не от потребности человека восполнить недостатки прекрасного в действительности.

13) Создания искусства ниже прекрасного в действительности не только потому, что впечатление, производимое действительнос­тью, живее впечатления, производимого созданиями искусства: со­здания искусства ниже прекрасного (точно так же, как ниже возвы­шенного, трагического, комического) в действительности и с эстети­ческой точки зрения.

14) Область искусства не ограничивается областью прекрасно­го в эстетическом смысле слова, прекрасного по живой сущности сво­ей, а не только по совершенству формы; искусство воспроизводит все, что есть интересного для человека в жизни.

15) Совершенство формы (единство идеи и формы) не состав­ляет характеристической черты искусства в эстетическом смысле слова (изящных искусств); прекрасное как единство идеи и образа,

204

или как полное осуществление идеи, есть цель стремления искусст­ва в обширнейшем смысле слова или «уменья» цель всякой практи­ческой деятельности человека.

16) Потребность, рождающая искусство в эстетическом смысле слова (изящные искусства), есть та же самая, которая очень ясно выска­зывается в портретной живописи. Портрет пишется не потому, чтобы черты живого человека не удовлетворяли нас, а для того, чтобы помочь нашему воспоминанию о живом человеке, когда его нет перед нашими глазами, и дать о нем некоторое понятие тем людям, которые не имели случая его видеть. Искусство только напоминает нам своими воспроиз­ведениями о том, что интересно для нас в жизни, и старается до некото­рой степени познакомить нас с теми интересными сторонами жизни, ко­торых не имели мы случая испытать или наблюдать в действительности.

17) Воспроизведения жизни—общий, характеристический признак искусства, составляющий сущность его; часто произведе­ния искусства имеют и другое значение — объяснение жизни; часто имеют они и значение приговора о явлениях жизни.

Н. Г. Чернышевский. Поли. собр. соч., т. 2, с. 90—92.

САРТР ЖАН-ПОЛЬ

Экзистенциализм — это гуманизм

Источник: Сумерки Богов. С.— 343-344.

Меня упрекали за сам вопрос: является ли экзистенциализм гуманиз­мом. Мне говорили: «Ведь вы же писали в «Тошноте» что гуманисты не правы, вы над смеялись над определенным типом гуманизма, зачем те­перь к нему возвращаться» Действительно, слово «гуманизм»имеет два совершенно различных смысла. Под гуманизмом можно понимать теорию, которая расматривает человека как цель и высшую ценность. Подобного рода гуманизм имеется у Кокто, например, в его рассказе «В 80 часов вокруг света»где один из героев, пролетая на самолете над горами, восклицает: «Человек поразителен!». Это означает, что лично я, не принимавший участия в создании самолетов, могу воспользовать­ся плодами этих изобретений и что лично я — как человек — могу отно­сить на свой счет и ответственность, и почести за действия, совершен­ные другими людьми. Это означало бы, что мы можем оценивать чело­века по наиболее выдающимся действиям некоторых людей. Такой гуманизм абсурден, ибо только собака или лошадь могла бы дать об­щую характеристику человеку и заявить, что человек поразителен, чего они, кстати, вовсе не собираются делать, по крайней мере, на­сколько мне известно. Но нельзя признать, чтобы о человеке мог судить человек. Экзистенциализм освобождает его от всех суждений подобно­го рода. Экзистенциалист никогда не рассматривает человека как цель,

205

так как человек всегда незавершен. И мы не обязаны думать, что есть какое-то человечество, которому можно поклоняться на манер Огюста Конта. Культ человечества приводит к замкнутому гуманизму Конта и — стоит сказать — к фашизму. Такой гуманизм нам не нужен.

Но гуманизм можно понимать и в другом смысле. Человек нахо­дится постоянно вне самого себя. Именно проектируя себя и теряя се­бя вовне, он существует как человек. С другой стороны, он может су­ществовать, только преследуя трансцендентные цели. Будучи этим выходом за пределы, улавливая объекты лишь в связи с этим преодо­лением самого себя, он находится в сердцевине, в центре этого выхода за собственные пределы. Нет никакого другого мира, помимо челове­ческого мира, мира человеческой субъективности. Эта связь консти­туирующей человека трансцендентности (не в том смысле, в каком трансцендентен Бог, а в смысле выхода за свои пределы) и субъективно­сти — в том смысле, что человек не замкнут в себе, а всегда присутству­ет в человеческом мире,— и есть то, что мы называем экзистенциалист­ским гуманизмом. Это гуманизм, поскольку мы напоминаем человеку, что нет другого законодателя, кроме него самого, в заброшенности он будет решать свою судьбу, поскольку мы показываем, что реализо­вать себя по-человечески человек может не путем погружения в само­го себя, но в поиске цели вовне, которой может быть освобождение или еще какое-нибудь конкретное самоосуществление.

МАРКС КАРЛ

и ЭНГЕЛЬС ФРИДРИХ

Немецкая идеология

Источник: Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 3.— С.46.

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.