WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 20 |

его деятельности. Цивилизация имеет не природную и не духов­ную основу, а машинную основу. Она, прежде всего, технична, в ней тор­жествует техника над духом, над организмом, в цивилизации само мыш­ление становится техническим, всякое творчество и всякое искусство приобретает все более и более технический характер. Футуристическое искусство так же характерно для цивилизации, как символическое ис­кусство — для культуры. Господство гносеологизма, методологизма или прагматизма так же характерно для цивилизации. Самая идея “науч­ной” философии порождена цивилизаторской волей к могуществу, же­ланием приобрести метод, дающий силу. В цивилизации побеждает на­чало специализации, в ней нет духовной цельности культуры. Все дела­ется специалистами, от всех требуется специальность.

Машина и техника порождены еще умственным движением культуры, великими ее открытиями. Но эти плоды культуры подры­вают ее органические основы, умерщвляют ее дух. Культура обезду­шивается и переходит в цивилизацию. Дух идет на убыль. Качества заменяются количеством. Человечество духовное падает в своем ут­верждении воли к “жизни”, к мощи, к организации, к счастью, ибо без аскезы и резиньяции не может быть высшей духовной жизни. Та­кова трагедия исторических судеб, таков рок. Познание, наука пре­вращаются в средство для осуществления воли к могуществу и сча­стью, в исключительное средство для торжества техники жизни, для наслаждения процессом жизни. Искусство превращается в средство для той же техники жизни, в украшение организации жизни. Вся красота культуры, связанная с храмами, дворцами и усадьбами, — переходит в музеи, наполняемые лишь трупами красоты. Цивилиза­ция — музейна, в этом единственная связь ее с прошлым. Начинает­ся культ жизни вне ее смысла. Ничто уже не представляется само­ценным. Ни одно мгновение жизни, ни одно переживание жизни не имеет глубины, не приобщено к вечности. Всякое мгновение, всякое переживание есть лишь средство для ускоряющихся жизненных процессов, устремленных к дурной бесконечности, обращено к все­пожирающему вампиру грядущего, грядущей мощи и грядущего счастья. В быстром, все ускоряющемся, темпе цивилизации нет про­шлого и нет настоящего, нет выхода к вечности, есть лишь будущее. Цивилизация — футуристична. Культура же пыталась созерцать вечность. Это ускорение, эта исключительная устремленность к бу­дущему созданы машиной и техникой. Жизнь организма более мед­лительна, темп не столь стремительный. В цивилизации жизнь вы­брасывается изнутри вовне, переходит на поверхность. Цивилиза­ция эксцентрична. Цивилизация есть подмена целей жизни средствами жизни, орудиями жизни. Цели жизни меркнут, закры­ваются сознание людей цивилизации направлено исключительно на средства жизни, на технику жизни. Цели жизни представляются иллюзорными,

99

средства признаются реальными. Техника, организа­ция, производственный процесс — реальны. Духовная культура не реальна. Культура есть лишь средство для техники жизни. Соотно­шение между целями и средствами жизни перемешивается и извра­щается. Все для “жизни”, для ее нарастающей мощи, для ее органи­зации, для наслаждения жизнью. Но для чего сама “жизнь” имеет ли она цель и смысл На этих путях умирает душа культуры, гаснет смысл ее. Машина получила магическую власть над человеком, она окутала его магическими токами. Но бессильно романтическое отри­цание машины, простое отвержение цивилизации, как момент чело­веческой судьбы, как опыт, умудряющий дух. Невозможна простая реставрация культуры. Культура в эпоху цивилизации всегда ро­мантична, всегда обращена к былым религиозно-органическим эпо­хам. Это — закон. Классический стиль культуры невозможен среди цивилизации. И все лучшие люди культуры в XIX веке были роман­тиками. Но реальный путь преодоления культуры лишь один — путь религиозного преображения.

5

Цивилизация — “буржуазна” по своей природе в глубочайшем, ду­ховном смысле слова. “Буржуазность” и есть цивилизованное царст­во мира сего, цивилизаторская воля к организованному могуществу и наслаждению жизнью. Дух цивилизации — мещанский дух, он внед­ряется, прикрепляется к тленным и преходящим вещам; он не любит вечности. “Буржуазность” и есть рабство у тлена, ненависть к вечно­му. Цивилизация Европы и Америки, самая совершенная цивилиза­ция в мире, создала индустриально-капиталистическую систему. Эта индустриально — капиталистическая система не была только могущественным экономическим развитием, она была и явлением духовным явлением истребления духовности. Индустриальный ка­питализм цивилизации был истребителем духа вечности, истребите­лем святынь. Капиталистическая цивилизация новейших времен убивала Бога, она была самой безбожной цивилизации. Ответствен­ность за преступление Богоубийства лежит на ней, а не на революци­онном социализме, который лишь усвоил себе дух “буржуазной” ци­вилизации и принял отрицательное ее наследие. Правда, индустри­ально-капиталистическая цивилизация не совсем отвергла религию: она готова была признать прагматическую полезность и нужность религии в культуре религия была символической, в цивилизации ре­лигия была прагматической. И религия может оказаться полезной и действенной для организации жизни, для нарастания мощи жизни. Цивилизация вообще ведь прагматична. Не случайно прагматизм так популярен в классической стране цивилизации — в Америке. Социа­лизм отверг этот прагматизм религии; он прагматически защищает

100

атеизм, как более полезный для развития жизненного могущества и жизненного наслаждения больших масс человечества. Но прагмати­чески-утилитарное отношение к религии в мире капиталистическом было уже настоящим источником безбожия и духовной опустошен­ности. Бог, полезный и действенно-нужный для успехов цивилиза­ции, для индустриально-капиталистического развития, не может быть истинным Богом. Его легко разоблачить. Социализм отрица­тельно прав. Бог религиозных откровений, Бог символической куль­туры давно уже ушел из капиталистической цивилизации, и она уш­ла от него. Индустриально-капиталистическая цивилизация далеко ушла от всего онтологического, она антионтологична, она механична, она создает лишь царство фикций. Механичность, техничность и ма-шинность этой цивилизации противоположна органичности, космичности и духовности всякого бытия. Не хозяйство, не экономика — ме­ханичны и фиктивны, хозяйство имеет подлинно бытийственные, божественные основы, и есть у человека долг хозяйствования, импе­ратив экономического развития. Но отрыв хозяйства от духа, возве­дение экономики в верховный принцип жизни, предание всей жизни вместо органического характера технический, превращает хозяйст­во и экономику в фиктивное, механическое царство похоть, лежащая в основе капиталистической цивилизации, создает механически фиктивное царство. Индустриально-капиталистическая система ци­вилизации разрушает духовные основы хозяйства и этим готовит се­бе гибель. Труд перестает быть духовно-осмысленным и духовно-оправданным и восстает против всей системы. Капиталистическая цивилизация находит себе заслуженную кару в социализме. Но соци­ализм так же продолжает дело цивилизации, он есть другой образ той же “буржуазной” цивилизации, он пытается дальше развивать ци­вилизацию, не внося в нее нового духа. Индустриализм цивилизации, порождающей фикции и призраки, неизбежно подрывает духовную дисциплину и духовную мотивизацию труда и этим готовит себе крах.

Цивилизация бессильна осуществить свою мечту о бесконеч­но возрастающем мировом могуществе. Вавилонская башня не бу­дет достроена. В мировой войне мы видим уже падение европей­ской цивилизации, крушение индустриальной системы, изобличе­ние фикций, которыми жил “буржуазный” мир. Такова трагическая диалектика исторической судьбы. Ее имеет культура, ее имеет и цивилизация. Ничего нельзя понять статически, все должно быть понять динамически. И лишь тогда обнаруживается, как все в исторической судьбе имеет тенденцию переходить в свою противоположность, как все чревато внутренними противоречия­ми и несет в себе семя гибели. Империализм — техническое порож­дение цивилизации. Империализм не есть культура. Он есть ого­ленная воля к мировому могуществу, к мировой организации жизни.

101

Он связан с индустриально-капиталистической системой, он техничен по своей природе. Таков — “буржуазный” империализм XIX и XX века, империализм английский и германский. Но его нужно отличать от священного империализма былых времен, от священной Римской Империи, от священной Византийской Импе­рии, которые символичны и принадлежат культуре, а не цивилиза­ции. В империализме видна непреодолимая диалектика историчес­кой судьбы. В империалистической воле к мировому могуществу различаются и распыляются исторические тела национальных го­сударств, принадлежащих эпохе культуры. Британская империя есть конец Англии как национального государства. Но в пожираю­щей империалистической воле есть семя смерти. Империализм, в безудержном своем развитии, подрывает свои основы и готовит себе переход в социализм, который так же одержим волей к миро­вому могуществу и мировой организации жизни, который означает лишь дальнейшую ступень цивилизации, явление нового ее образа. Но и империализм и социализм, столь родственные по духу, озна­чают глубокий кризис культуры. В индустриально-капиталистическую эпоху саморазлагающегося империализма и возникающего социализма торжествует цивилизация, но культура склоняется к закату. Это не значит, что культура умирает. В более глубоком смысле — культура вечна. Античная культура пала и как бы умер­ла. Но она продолжает жить в нас как глубокое наслоение нашего существа. В эпоху цивилизации культура продолжает жить в каче­ствах, а не количествах, она уходит в глубину. В цивилизации начи­нают обнаруживаться процессы варваризации, огрубения, утраты совершенных форм, выработанных культурой. Эта варваризация может принимать разные формы. После эллинской культуры, по­сле римской мировой цивилизации началась эпоха варварского раннего средневековья. Это было варварство, связанное с природ­ными стихиями, варварство от прилива новых человеческих масс с свежей кровью, принесших с собой запах северных лесов. Не тако­во варварство, которое может возникнуть на вершине европейской и мировой цивилизации. Это будет варварство от самой цивилиза­ции, варварство с запахом машин, а не лесов, — варварство, зало­женное в самой технике цивилизации. Такова диалектика самой цивилизации. В цивилизации иссякает духовная энергия, угашает­ся дух — источник культуры. Тогда начинается господство над че­ловеческими душами не природных сил, сил варварских в благо­родном смысле этого слова, а магического царства машинности и механичности, подменяющей подлинное бытие. Цивилизация ро­дилась из воли человека к реальной “жизни”, к реальному могуще­ству, к реальному счастью в противоположность символическому и созерцательному характеру культуры. Таков один из путей, ведущих

102

от культуры к “жизни”, к преображению жизни, путь техниче­ского преображения жизни. Человек должен был пойти этим путем и раскрыть до конца все технические силы. Но на пути этом не достигнется подлинное бытие, на пути этом погибает образ человека.

6

Внутри культуры может возгореться и иная воля к “жизни”, к преоб­ражению “жизни”. Цивилизация не есть единственный путь перехода от культуры, с ее трагической противоположностью “жизни”, к пре­ображению самой “жизни”. Есть еще путь религиозного преображе­ния жизни, путь достижения подлинного бытия. В исторической судь­бе человечества можно установить четыре эпохи, четыре состояния: варварство, культура, цивилизация и религиозное преображение. Эти четыре состояния нельзя брать исключительно во временной по­следовательности; они могут сосуществовать, это — разные направ­ленности человеческого духа. Но одно из этих состояний в ту или иную эпоху преобладает. В эллинистическую эпоху, в эпоху господства римской мировой цивилизации, должна была родиться из глубины во­ля к религиозному преображению. И тогда в мир явилось христианст­во. Оно явилось в мир прежде всего как преображение жизни, оно ок­ружено было чудом и совершало чудеса. Воля к чуду всегда связана с волей к реальному преображению жизни. Но, в исторической судьбе своей, христианство прошло через варварство, через культуру и че­рез цивилизацию. Не во все периоды своей исторической судьбы хри­стианство было религиозным преображением. В культуре христиан­ство было, по преимуществу, символично, оно давало лишь подобия, знаки и образы преображения жизни; в цивилизации оно стало, по преимуществу, прагматичным, превратилось в средство для возрас­тания процессов жизни, в технику духовной дисциплины. Но воля к чуду ослабела и начала совсем угасать на вершине цивилизации. Хри­стиане эпохи цивилизации продолжают еще исповедовать тепло-про­хладную веру в былые чудеса, но чудес более не ждут, не имеют веру­ющей воли к чуду преображения жизни. Но эта верующая воля в чудо преображения жизни, не механико-технического преображения, а органически-духовного, должна явиться и определить иной путь от угасающей культуры к самой “жизни”, чем тот, который испробован цивилизацией. Религия не может быть частью жизни, загнанной в да­лекий угол. Она должна достигать того онтологически-реального пре­ображения жизни, которое лишь символически достигает культура и лишь технически достигает цивилизация. Но нам предстоит еще, быть может, пройти через период воздушной цивилизации.

Россия была страной загадочной, непонятной еще в судьбе сво­ей, страной, в которой таилась страстная мечта о религиозном преоб­ражении жизни. Воля к культуре всегда у нас захлестывалась волей

103

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 20 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.