WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |

Привлекательной стороной "зеркала" в микроструктурном тренинге является как раз то, что за счет дробности, капилляр­ности рассматриваемых в нем проявлений, дозы получаемых о своем поведении знаний делаются переносимыми. Своеобра­зие нашей ситуации создается и тем, что групповым "зерка­лом" принимается, пробуется и примеряется любое – даже мельчайшее, даже случайное–движение каждого. Такое вни­мание без искажении и без оценок в значительной степени снимает ощущение потенциальной опасности узнать о себе что-то "не то", поскольку снимается и сама постановка вопро­са, подразумевающая существование в человеческом поведе­нии "лица" и "изнанки". Каждый зеркальный шажок, будучи малым, постепенно приучает к нормальности, "законности" обращения к оттенкам проявлений, не наблюдаемых и как бы не существующих для обыденного сознания и самовыражения. Часто оказывается, что Двойник по-настоящему страшен только до тех пор, пока сидит под замком впотьмах и объявлен несуществующим (а у кого бы не испортился характер в таких условиях!). Когда он получает разрешение проявляться ма­ленькими "порциями" то здесь, то там, картина меняется. Какие-то его качества остаются нелюбимыми, неприятными, но о них уже можно думать и даже говорить; можно почувст­вовать их связи с другими свойствами и, приняв как часть себя, найти для этих "изгнанников" какие-то более достойные фор­мы существования.

На конечное решение проблем такого масштаба "зеркало", разумеется, не претендует – но с его помощью создается сво­его рода оптика, позволяющая все легче и точнее "влезать в шкуру" другого человека и без страха всматриваться в мелочи собственного поведения. Многие явления перестают настора­живать и отторгаться, получают "место под солнцем" в кон­тексте индивидуального почерка, принадлежащего в равной мере телесной и психологической сферам.

В микроструктурном тренинге создается возможность ща­дящего, дозированного контакта с тем страшноватым, что "ме­рещится в зеркалах" (кстати, было бы наивно полагать, что там водится один Двойник: зазеркальное общество гораздо раз­нообразнее). Групповая работа, подобная той, которая взята здесь в качестве примера, достаточно безопасна и обычно не вызывает разрушительно-сильных защитных реакций – в от­личие, скажем, от упомянутой во второй части методики "зер­кального автопортрета", где встреча с образами самого себя происходит в гораздо более жестких условиях (из-за длитель­ности, "концентрации", всеобщего внимания и неигрового ха­рактера ситуации) и часто становится нелегким испытанием. А при использовании технических средств обратной связи про­блема психологической защиты может вставать еще острее.

Кстати, иногда нам задавали вопрос: не является ли "зер­кало" своего рода "фанерным самолетом" – вынужденным следствием недостаточного технического обеспечения При всем глубоком почтении к возможностям, например, видео­тренинга ответ будет отрицательным (хотя сочетания микро­структурной работы и технических средств обратной связи возможны, интересны и в ряде случаев нами применялись). Однако никакая аппаратура, даже при самом профессиональ­ном ее использовании, сама по себе не заменяет того особого резонанса, который возникает в живом "зеркале", превращает обмен информацией в нечто большее, развивается и придает общению участников новое качество, новую глубину.

Подлинное знакомство с любыми своими особенностями, видимо, возможно только в процессе активного сравнения раз­личных их аспектов с аналогичными проявлениями у других людей. Этот механизм одновременно является действенным противоядием чрезмерной эгоцентрической увлеченности со­бой и собственными проблемами, что бывает вовсе не чуждо участникам тренинговых и психокоррекционных групп и име­ет свой мифологический прообраз (предупреждение!) – неве­селую историю Нарцисса, который предпочел свое отражение всему и всем на свете. Множественный и постоянный обмен позициями "я как я" – "я как зеркало другого" помогает развеивать бледный и холодный призрак Нарцисса, нередко витающий над человеческим общением. Между тем, опыт пребывания "в чужой шкуре" и "отдавания своей" взаимосвязан, и именно эта связь позволяет говорить о самоанализе в процес­се зеркального взаимодействия. Если бы мальчик из рассказа Эдгара По захотел лучше узнать, что происходит в его собст­венной голове, ему понадобился бы второй, пользующийся тем же методом, что и он.

В группе микроструктурного тренинга возникают специфи­ческие благоприятные условия, облегчающие этот процесс и придающие ему новое качество – равновесия между получе­нием знания о себе и вглядывания в другого, дополнительности и взаимной необходимости обоих явлений. Живое групповое "зеркало" справедливо, но не бесстрастно – это не только инструмент познания, но, прежде всего, форма человеческого взаимодействия, диалога каждого участника со всеми осталь­ными, с "хором". При большой точности отражения "зеркало" может одновременно сострадать, любоваться, сердиться, иро­низировать – ведь в "хоре" отчетливо выделяются лица и их отношения.

* * *

Эти свойства происходящего на занятиях взаимодействия принципиально важны; велико искушение углубиться в тему "зеркала" как группового механизма, опосредующего отноше­ния и формирующего атмосферу... но все это далеко выходит за пределы, поставленные темой и задачами главы. Обещанная развернутая иллюстрация с подробным комментарием дана – что делать, если ее рамки не вмещают ни других проблем, ни множества других методик, техник и форм микроструктурного тренинга общения. Система пластических "зеркал", которую мы попытались описать и проанализировать, составляет лишь одну из линий работы и выбрана в качестве удобного примера, на котором можно было показать специфику микрострук­турного подхода, дать читателю возможность заглянуть в его "кухню"19.

В этой "кухне" есть еще много разного: целое занятие на 2-3 часа может быть построено вокруг... ну, скажем, всего того, что бывает в общении со спиной (а ей, конечно же, есть что сказать, только обычно никто не слушает). Случается и рисовать, и рассказывать истории, и двигаться (много!), и ме­дитировать... Или, к примеру, немного угадывать мысли – они отлично угадываются при сильной настройке на телесно-пластический почерк другого человека; такие вещи быстро перестают удивлять (и в самом деле, что особенного). Угадываются и другие обстоятельства: мы не раз видели на заня­тии, как "вошедшая в резонанс" группа рассказы­вала то, чего знать из житейских источников никак не могла. Случалось, это были до странности точ­ные описания комнаты, в которой живет кто-то из участников... или особенного душевного состоя­ния, в котором здесь его никто не видел и которое, возможно, не посещало его давно... или чьего-то смирно висящего в шкафу любимого платья... или чужого сна...

Вот такая, не вдруг открывающаяся, возмож­ность выходить за границы стертого, автоматиче­ского восприятия других людей и столь же автома­тического общения с ними – это и есть волшебное вознаграждение за терпеливое внимание к "мело­чам". Как всякое творчество, оно содержит в себе и "кухню" (технику), и тайну, которую ни через ка­кие технические описания передать нельзя, да и незачем.

Премудрый Бальтасар Грасиан, конечно, знал, что в "ис­кусстве обхождения" описать и, тем более, регламентировать можно не все. Есть у него изящный пассаж, посвященный вот этому таинственному качеству общения, которое авторы все пытались назвать то "невидимой нитью", то "атмосферой", то "почерком" – он же прямо и без затей именует его "не знаю что":

«Без него все мертво на свете происходит, и самыя лучшия вещи ничто <...> оное лучше чувствовать, нежели узнать можно, и ежели б люди знали, что оно, то уж не было бы "не знаю что", ему надобно быть непостижну и несказанну..; "Не знаю что" есть вид и приятность с природы любезная, которая ме­шается во всякие дела, в слова, в поступки, в речи, в смехи и в малейшие взоры человеческие, так что всякое рассуждение и слово о себе превозвышает».

Может быть, эту загадочную суть живого общения – "не­постижну и несказанну" – мы и искали в нашей книге

ВМЕСТО ЭПИЛОГА

Коща писалась эта книга, еще существовал СССР и жанр политического анекдота, еще не торговали у метро Фрейдом, Юнгом и Кастанедой, еще можно было поехать в отпуск в Юрмалу и даже в Пицунду, еще не каждый второй знакомый был генеральным директором чего-нибудь, а словом "мафия" просто ругались.

Совсем недавно это было...

Удивительно не то, что жизнь быстро меняется, а то, что при разительных внешних переменах человек сохраняет какой-то только ему одному присущий способ думать, общаться с ребен­ком или собакой, запоминать и забывать свои сны.

Смиренные по своей малости черточки уникального чело­веческого существования оказываются жизнеспособнее импе­рий. Почерк друга или походка старушки-соседки реальнее раздувающихся и лопающихся социальных институтов.

Любовь к ближнему по-прежнему начинается с интереса и внимания к тому, каков этот ближний.

Диалог – с желания и умения слышать и видеть.

Наша книга и сегодня об этом.

Л. Кроль, Е. Михайлова. Октябрь 1992, Москва

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

Несколько выдержек из работ разной степени популярно­сти могут послужить примерами того, как обычно построены руководства по "правильному" или "хорошему" общению, по­ниманию других людей и т.д.

А. При признаках перенапряжения, то есть нарушенном режиме, скорости и протекании движений: нервозность, вы­шедшее из-под контроля расстройство или возбуждение, "сда­ют нервы", "поиски опоры".

При уравновешенном напряжении, равномерно-уравнове­шенной скорости и ритмически ненапряженном протекании: стоит "над делами", не захвачен ими полностью.

При недостатке напряжения, то есть при слабых, вялых движениях: в глубине души не вовлечен, равнодушие, незаин­тересованность.

При подчеркнуто вялом характере, демонстративности, например, барабанит пальцами по столу: демонстрация незатронутости, незаинтересованности. Воспринимается как невежливость или невоспитанность.

Движения рук, закрывающие лицо или его часть: сильное чувство стыда или глубокая печаль, стремление погрузиться в себя.

Скрыть, спрятать, утаить, часто при злобно превосходящей критике, закрыть выдающий подлинную сущность внутренне­го рот ("смеяться в кулак"). Задумчивость или затруднения; часто с какими-нибудь движениями по лицу ("схватиться за голову"). В зависимости от особенностей ситуации и характера есть и другие возможные объяснения.

Стирающее движение по лбу. действительное стирание не­хорошей мысли, плохих представлений; совсем медленно и задумчиво: концентрация на размышлениях.

Раскрытая ладонь гладит что-нибудь, приятное на ощупь (мягкий материал, или же, напротив, другую свою ру­ку) : образ жизни, наполненной тонкими чувствами и наслаж­дениями, мягкий нрав. Часто у женщин, наблюдается почти исключительно у культурных людей. Если объектом служит свое тело, то это происходит из глубинной приверженности своему Я, наслаждения собой. Особенно при прикрытых глазах и расслабленной посадке головы.

Б. Самоощущение или самосознание.

Характерно, что язык тела в этом, обычно упускаемом из виду отношении, в высшей степени информативен. Надо толь­ко быть знакомым с основными актами самоощущения и его непреходящим значением для человеческой жизни. Каждый, кто судит о людях, должен овладеть немногими "психологиче­скими механизмами", имеющими к этому отношение и совер­шенно простыми по своей сути.

Сильное самоощущение, самосознание, доверие к себе, уве­ренность в себе, соответствующая убежденность (истинное са­мосознание – лишь при равновесии напряжения): хорошая, непринужденная осанка, при этом свободно опущенные плечи, полностью выпрямленная голова, посадка нога на ногу, ясное направление движений вверх, спокойные, широкие движения, рукопожатие, твердый взгляд, оживленная быстрая речь, не­нарушенный ритмический речевой поток, ритмические коле­бания мелодии.

Наивно-первичное самоощущение: однозначная расслаб­ленность, истинная естественность, беспечность, непринуж­денность, свобода; непосредственная самоотдача.

Переоценка себя, высокомерие, чванство: расправленные назад плечи, раздутая грудная клетка, слишком высокая по­садка головы, при ходьбе и стоя покачивания вверх, полуприкрытые глаза, взгляд сверху вниз, односторонние горизонталь­ные складки на лбу, временами совершенно закрытые глаза, иногда – отворачивание лица от собеседника, взгляд сбоку с поднятой одной бровью и горизонтальными складками, оцени­вающий прямой взгляд, кривая улыбка, косая односторонняя улыбка, оттенок голоса.

В. Открытый смех: собственно смех с широко раскрытым ртом. Полные люди (пикники в кречмеровском смысле), весе­лые по натуре, смеются всем телом, женщины – особенно ритмично.

При более сильной степени напряжения заметна глубоко врезающаяся длинная носогубная складка: в основе – реши­тельность, активность.

При расслабленном смехе: скорее неопределенность, пас­сивность.

Смех на -а (ха-ха): совершенно открытый, идущий из сер­дца смех, облегчающий, полный согласия с окружающим ми­ром, незамутненной радости, неусложненный, беззаботный, наивно-веселый нрав.

Смех на -е (хе-хе): не слишком симпатичный, имеющий что-то блеющее, вызывающее, дерзкое, завистливое, чем бо­лее открыта гласная – тем больше злорадства, хамства, пре­зрения. Здесь всегда сохраняется известная дистанция.

Смех на -и (хи-хи): хихиканье, уходящее вглубь себя, это не облегчающий смех изнутри наружу: одновременно скрыт­ный, хитрый, смесь иронии и злорадства, с собственным под­текстом, умыслом (типичен для молодых девушек).

Смех на -о (хо-хо): звучит хвастливо-угрожающе, с неко­торым сомнением, критическим удивлением, протестом, в ос­нове – издевательский и протестующий.

Смех на –у (ху-ху): собственно говоря, это уже не настоящий смех: скрытый страх, боязливость, например, у людей с пред­рассудками, боящихся привидений.

Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.