WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 30 |

Разделяется и мораль различных политическихфункций, как, например, моральная ответственность политики и власти. Такнесомненно моральная власть может быть вынуждена проводить неморальную политикуили, наоборот, нравственно порочная власть по воле истории берется заосуществление нравственной политики, – что, как правило, не ведет к ее торжеству. Этому мы бывалисвидетелями не один раз в нашей новейшей истории.

Обычно уязвимое соотношение средств и целейполитического процесса при их взаимном несоответствии порождают, вместе сполитическими дисфункциями, и нравственные аномалии: безнравственность инеэтичность попыток достичь цели негодными средствами равно как и выборнедостижимых целей. Безнравственность таких несоответствий не только вневозможности результатов политики (неисполнении политического долга, которыйстановится нравственным делом). Она может выразиться в напрасных жертвах,неоправданных ожиданиях, затратах времени и в ближайших и отдаленных негативныхпоследствиях – неудаче илидискредитации политического проекта, например. Всякие иные несоответствия впарных политических и нравственных действиях и состояний сознания также,несомненно, безнравственны: расхождения слова и дела, запроса и отклика нанего, надежды и обещания и т.д.

Нравственно уязвимы не только эти, но ивообще любые внутренние структурные несоответствия политического процесса:напряженные отношения власти и общества, между властями разных уровней и типов,внутри аппаратов и институтов и между ними и т.д. Ошибки, неправота одной илиобеих сторон того или иного конфликта, особенно когда конфликт отягченсоображениями практики, уязвленного самолюбия, соображениями карьеры, чувствомобиды, легко принимают характер нравственных коллизий. Не менее специфичнанравственная модальность отношений политики с экономикой, областью права,культурными, идеологическими и другими организационными системами. Неверная,неадекватная целям общества и требованиям времени экономическая, экологическая,научная и иная прикладная политика неморальна или просто безнравственна. Ееморальная оценка не менее существенна, чем нравственная квалификация личногоповедения политического лидера либо политической организации, ибо речь идет обответственности и долге общественных и исторических масштабов, выходящих зарамки текущей политики и ее внутренних структур и достигающих континентальногои общемирового уровня, а значит, и планетарной ответственности и ее абсолютныхморальных норм. В эпоху глобальных проблем, быстрой, порой молниеноснойуниверсализации политических, промышленных, экологических кризисов политическаянравственность уже давно стала общемировой проблемой. О ее смысле и значениинетрудно судить хотя бы по результатам безответственной научно-техническойполитики в области атомной энергетики, которая привела к Чернобыльскойкатастрофе, безграмотной экологической политики – уничтожению Аральского моря иразрушению природы на обширных пространствах евроазиатскогоконтинента.

Существует также постоянная непреходящаякачественная основанравственности в политике, т.е. то минимальное качество деятельности, снижениекоторого само по себе, а не только по ее результатам безнравственно.Необязательность, недобросовестность и просто некомпетентность ибезграмотность, неадекватная квалификация поэтому безусловно аморальны. Нетпричин особо подчеркивать безнравственность политической преступности,коррупции, тем более, что перечисления явно отклоняющегося от норм и принциповполитических деяний и помыслов невозможно остановить, ибо политика всегда была,есть и будет сферой особенно значимой моральности и особенно опасной социальнойбезнравственности.

Мысль о нераздельности политики и морали ио том, что ее не опровергает макиавеллизм, нуждается, надо признать, вдополнительном объяснении, помимо уже приведенных доводов и общихпринципиальных положений об отношениях больших социальных систем. Суть этогообъяснения заключена в специфике самой морали: ее делении на позитивную инегативную формы (или на позитивную мораль и ее негативную антиформу).Негативная мораль структурно сложнее позитивной и может быть разделена нагруппу отрицательных качеств, противоположных положительным (бесчестие - честь,зло - добро, бессердечие - сердечность и т.п.) и группу специфических качеств,не имеющих определенных антонимов: лицемерие, коварство, вероломство, демагогияи пр. Различие между этими группами не слишком существенно, однако перваяоставляет возможность выбора оценочных суждений, вторая - нет. Если быкакая-либо политика или какая бы то ни было власть решилась открыто признатьсвою приверженность к негативным моральным установкам или заявить о своейморальной нейтральности (что равносильно отказу от позитивной моральности), тодоказывать связь политики и морали и какой выбор политикой сделан, более непотребовалось бы. Все было бы достаточно просто. Однако мораль - исключительносильный легитимирующий аргумент политики и потому даже самые бесчеловечные,полностью погруженные в омут негативной моральности режимы вынужденымаскироваться и прибегать к самой изощренной и даже квазинаучной защитенегативных норм, чему все мы стали свидетелями в XX веке. Политический цинизм ицинизм моральный в неравной борьбе или в борьбе с презираемым противником приэтом отнюдь не исключен. Но особым исключением, или вернее сказать, правилом,санкционирующим негативную моральность, служат так называемые особыеобстоятельства, в особенности обстоятельства вооруженной борьбы, когдапресловутые “военные хитрости” или, попросту говоря, коварство, блеф,мистификация, подлог, шантаж и пр. становятся, как говорили, делом чести,подвига и геройства. Принцип “на войне все средства хороши” может бытьраспространен и на невооруженную политику. В этом пункте и намечается подлинныйсмысл негативной морали: превращение позитивных моральных норм в санкциюнегативных политических идей, решений, действий. Негативная моральностьобразуется, тем самым, из превращенных позитивных форм. Отсюда и загадкаМакиавелли и трудности в разгадке истинной моральности конкретнойполитики.

Если моральная модальности политики(позитивная - негативная) - вопрос произвольного или непроизвольного выбора, тотакие отношения этих систем следует признать вполне иррациональными. Тем болееиррациональными представляются попытки дать рациональную оценку этойиррациональности и скрытой в ней моральности.

В то же время подлинная моральностьполитики и власть идентифицируется хотя и субъективно, но сравнительно просто иточно. Если политика, власть, режим, какая-либо партия или лидер сталкиваютчеловека с проблемами его совести, значит их моральность сомнительна. Есличеловек оказывается перед выбором: либо сделка с собственной совестью, либопроигрыш в какой-то жизненной ситуации, значит негативная моральность этихинстанций очевидна. возникают конфликтные (а может быть иногда и консенсусные)моральные отношения между индивидом и политическими силами. Если моральныеоценки и эти отношения становятся массовыми, то моральные оценки исоответствующие отношения становятся объективными. Далее все остальное -характеристики политики, оценка собственного положения и понимание ситуациизависит от индивидуального и коллективного самосознания, его зрелости испособности воплощаться в действии.

Проблема эта имеет не только политическийсмысл, а часто и вообще неполитический, а моральный, идеологический, правовой,культурный, религиозный, –социальный в самом общем значении. Она имеет много измерений, большая частькоторых дифференцирует отношения политики и других организующих обществосистем, но есть одно измерение, общее им всем, интимное, кроющееся вподсознании человека и многое объясняющее: и общение людей, и возникновение вэтом общении особого качества – конфликта или согласия и значительных политических и другихобщественных событий и явлений. Речь идет об одном из применений фрейдовскойконцепции психоанализа и связано с анализом морали и ее политическихперспектив, но имеет, как мы только что отмечали, более общийсмысл.

Начала политического иморального
сознания вподсознании

Отношения морали и политики имеютисторическое и антропологическое измерение, которые в свою очередь связаны другс другом. Трудно утверждать, что политическая нравственность совершенно явноэволюционировала в истории к какому-либо бесспорно положительному состоянию.Однако их взаимоотношения развивались и развиваются не сами по себе, онинаправляются, регулируются другими организационно-контрольными системамиобщества, о которых уже шла речь, – экономической, правовой, культурной, религиозной, идеологической,в которых также действуют представления о долге, границах свободы, нормахповедения и т.д., а также такие нравственные качества, как обязательность,верность слову, преданность делу, исполнительность,добросовестность, – вообщесоставляют необходимое условие функционирования этих систем (например,экономической деятельности). Их историческое развитие тем самым должнообусловливать и развитие морали и зависимость от нее функций политики. Этотпроцесс может быть обобщен в представлении об эволюции культуры и цивилизации,которые и образуют тот канал, стены которого, образно говоря, постепенностановятся все более прочными, суживаются и вынуждают мораль и политику всеболее сближаться.

Этот процесс неоднократно привлекалвнимание политических мыслителей как переход от естественного (ничем нескованного природного) состояния общества и человека, в котором егопервозданные инстинкты и страсти не сдерживаются никакими общественными нормамиили моральными соображениями, – к культуре, цивилизации и политике, т.е. к гражданскому иполитическому обществу, в котором властьxcii и государствоxciii способныобуздать распущенные или нецивилизованные нравыxciv. Переход от дикости кцивильности, о котором писал, которого желал Гоббс, и каждая последующаякритика общества, каждый переход к более развитой цивилизации как и весьцивилизационный процесс означали для моральной и политической мысли процесснравственного совершенствования человека, общества и его политической жизни. Еедемократизация имеет бесспорное моральное измерение, возникающее вместе среализацией, хотя бы неполной и относительной, фундаментальных социальных иэтических ценностей –справедливости, свободы, права. Если демократический процесс действительносоставляет одну из основ современной цивилизации и сама она имеет реальныеперспективы стать господствующей в мире наших дней, то имеет перспективы ипроцесс морального опосредования политики. Более того, он окажется одним изглобальных процессов, определяющих будущее человечества.

Однако обоснование этого процесса однимиглобальными, цивилизационными или даже культурными, т.е. внешними по отношениюк человеку, аргументами –лишь одно из его объяснений. Оно к тому же наводит на мысль о репрессивном,принуждающем характере культуры, цивилизации и самой истории. Эта их функция,действительно, налицо, она важна и хорошо известна. Но одной ее было бынедостаточно для нравственной реорганизации общества, политики и самогочеловека, если бы у него не было интимного человеческого измерения. Еще Гоббсобратил внимание на чувственную жизнь политики, ее психологические основы,направляющие поведение, чувства желания, стремления, страха и показал логику ихсобственного регулирования: ограничения беспредельной свободы одного человека,которая несовместима с такой же свободой других людей, их неизбежногостолкновения, которое превращает ее в свободу вредить другому (отсюда изнаменитая формула Гоббса –“война всех против всех”)xcv. Позднее Кант развил идеюГоббса в концепцию добровольного самоограничения свободы, позволяющее непереходить границ свободы другого, разделяющих Мое и Твое во взаимоотношенияхлюдейxcvi,т.е., добавим мы, и в политике, и в политических отношениях всамом широком смысле. Таким образом, логика нравственности оказываетсямеханизмом или логикой цивилизационного процесса. На глобальный нравственныйсмысл этого процесса (сам по себе отнюдь не бесспорный – отметим это еще один раз) и егопозитивное направление (если оно реальноxcvii) объясняет далеко неполно отношение политики и морали. Движение от общих, исторических,коллективных или макроуровней этих отношений к конкретно политическойморальности – это лишь одинпуть взаимодействия моральных и политических начал. Оно имеет имикропроцессуальное измерение. Оно и определяет ближайшим образом конкретноеполитическое сознание и поведение, моральное качество политическогочеловека – от рядовогоучастника массовых политических событий до политических лидеров, открытие концаXIX – начала XX вв. сложнойпсихологической структуры личности позволило глубже проникнуть к индивидуальнымистокам политической нравственности, чем это могла до того осуществитьморальная философия или, скажем, литературный, культурно-исторический анализвнутреннего мира человека.

Моралисты знали давно, что сам этотмеханизм формируется и определяется волевыми и психологическими процессами икоренится в глубинах человеческой натурыxcviii, где природные влеченияи инстинкты сталкиваются с осознанием пределов возможного, наложенных внешнимиобстоятельствами – нормами,правами, культурой, цивилизацией и политикой, логическим расчетом и пределамисамого человека. Не случайно Гегель называл моральность развитием воли исамоопределением субъективностиxcix. Уже в XX в. З.Фрейдпопытался объяснить внутреннюю борьбу противоположных начал, биологического идуховного, инстинктивного, импульсивного и разумного условия ее разрешения впользу моральности. Исход этой борьбы и моральность сталкивающихся в ней сторонсами по себе весьма спорны: ничто еще не предопределяет непременнуюнеморальность инстинктов и моральность разумных, рациональных решений, какдумали когда-то. Рациональный контроль безотчетных чувств может привести вполитике как раз не к нравственным поступкам. Тем не менее проникновение вобласть сознания и в глубины подсознательного приводит к истокамнравственности, где начинается путь к моральности больших событий в политике ив судьбах стран и народов. Талейран не случайно советовал политикам неследовать их первому побуждению – оно бывает искренним. И может быть, добавим, более нравственным,чем то, что называется “зрелым размышлением”. Первый порыв, эмоциональный,может быть бурный, необдуманный, может вызвать самые нежелательные, опасные инеожиданные события, от которых, поразмыслив, человек должен был бы или мог бывоздержаться. Аморальность импульсивных действий в самом деле возможна, в томчисле и в политике. Не случайно чрезмерно возбудимые и несдержанныеполитики – это особенностьавторитарных режимов (монархических или диктаторских) и квалифицируется каксамодурство, своеволие и т.п. (вспомним знаменитый “волюнтаризм” Н.С.Хрущева).Однако первичные побуждения могут быть и вполне добродетельными, а самыезловещие и безнравственные политические действия, в том числе и преступные,планируются, а не импровизируются и делается это именно в результате “зрелогоразмышления”.

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 30 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.