WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |   ...   | 30 |

Особое значение имеет субъективнообусловленная причинная типология политической утопии. С этой точки зренияполитическая утопия может быть подразделена на:

1) непреднамеренную, возникающую на стадииидеального замысла как максималистский проект. Она связана с формированиеммодели проектируемого объекта, его идеального состояния (всеобщее равенство,преодоление пределов развития и т.п.). Такая утопия может быть преодолена приразработке плана и его реализации;

2) непреднамеренную, но и не устраненнуювследствие незнания закономерностей данного явления, неполноты информации,неопределенности будущих состояний объекта и т.п. Она может быть отражена изакреплена в прогнозе, в проекте и плане его реализации и способна сделать этотпроект неосуществимым. Такая утопия устойчива, она имеет тенденцию определятьидеологию субъективированного целеполагания, волюнтаристского проектирования.Эта утопия чрезвычайно распространена в политике, в социально-политическомпрогнозировании и проектировании, особенно там, где имеет место субъективизациявходной информации, целей, методов, задач и т.д.;

3) преднамеренная, идеологическисанкционированная, разрешенная и сознательно примененная утопия. Такая утопияпризнается основой отношения к действительности, исходя из представлений о ееидеальном образе и ее конструктивного, с точки зрения тех же идеалов,преобразования. Она сопоставляет существующее и желаемое, как бы преодолеваетначала неопределенности и вероятности. Такая утопия, с точки зрения ееприверженцев, будто бы дополняет научную теорию и восполняет ее недостатки, посути же дела она вводится вместо нее и считается созидательной, превращаемой вреализуемый проект;

4) преднамеренная утопия деконструктивногоплана, отвергающая рациональное начало в познании, проектировании ипрогнозировании, порывающая с объективными законами функционирования и развитияобщества – крайняя формапроявления утопического сознания.

Оправдан, таким образом, вопрос обутопической природе всякого неполного, незавершенного несостоявшегося,минимизированного знания. Утопия соответственно этому рассматривается какнеобходимый объективный элемент (эпизод) теории и практики.

С подобных позиций объективнымипредставляются и утопические трактовки предельных, максимальных идеализаций,обобщений и допущений в политической науке, представлений о предельновозможном: эти допущения утопичны, потому что отклонения от них неизбежны, нопотому-то согласно логике утопического сознания неизбежна и необходимаутопия.

Утопия, если исходить из стремления креализации идеального замысла (идеальной теории, возможности) в такой системеотсчета рассматривается как масштаб и эталон, идеальная норма. Она и связываетдействительность и идеальную цель, служит обоснованием веры в нереальное, нокопируется действительным. Известно отличие такой веры от веры, основанной наобоснованном доверии, без мифического связующего элемента. Различие этопринципиально и крайне важно, но внешние признаки его распознать, какпредставляется, не всегда легко, тем более, что аргументация веры и самойутопии легко рационализируется, превращается в формально непротиворечивое,последовательное рассуждение с одним лишь допущением не поддающегося при данныхобстоятельствах полной оценке события, факта, явления, то есть того самого незавершенного, не достигнутого, не познанного, которое присуще всякому научному,политическому и любому другому проекту. В такой ситуации весьма сложно решать,какова природа веры в осуществимость поставленной задачи.

Сознание безграничных возможностей,характерное для рационалистического мироощущения, возникшего в новоевропейскойкультуре, оказывает двойственное воздействие на утопическое сознание. С однойстороны, оно изгоняет утопию, позволяя превращать утопические идеи вдействительность и заменять их научным постижением мира, раздвигая тем самымпределы возможного. С другой стороны, оно же порождает иллюзию бесконечногоудаления, утраты этих пределовlxxiv. На этой почве возникаютутопические и антиутопические движения сознания, в том числе и требованияосознанного установления пределовlxxv.

Широко распространена апология позитивныхфункций утопии, ее вдохновляющего и ориентирующего начала. “...Утопизм кактенденция, – пишут Б.Гудвини К.Тэйлор, – это ключеваясоставляющая всего процесса современной политики, начиная с теоретическойконцепции и кончая плодами политической практики”lxxvi. Мы видели, однако, что вполитическом процессе, в политическом целеполагании сама идеализация иидеальный замысел отнюдь не равнозначны утопии и никакой утопии не порождаютпри соблюдении последовательной антиутопической процедуры реализацииполитического процесса. Утопия, – подчеркнем это лишний раз, – лишь может возникнуть в политикеlxxvii, онаотнюдь не имманентна ей. Для критики действительности и создания альтернативныхей идеалов вовсе не требуется “утопическая фикция” с ее “латеральнымивозможностями” – созданием“контекста, уводящего за пределы действительности”lxxviii.

Рациональность ииррациональность
в утопиии в политике

Существуют, как мы видели, две возможныхориентации рациональности: (1) преодоление и вытеснение утопии, если познание идействие рационализируются с целью ограничить сферу непознанного инепредсказуемого, а критика действительности органически связана сконструктивным проектированием общественно-политического процесса; (2)порождение утопии, если критицизм и скепсис по отношению к действительностирационализируют представление о закономерности незнания, социально-политическоепознание и поведение власти трактуется как “открытие тайны”, необходимовключающей “последний” непознаваемый компонент.

Рациональность этого второго типа имееттенденцию трансформироваться в иррационализм: политика и власть превращаются в“тайну”, действия власти –в тайнопись, проблема доверия к власти преобразуется в проблему веры в нее и вутопические и мифологические компоненты, которые она включает. Вера такого родаможет трактоваться как рационально признанная необходимость действовать,признавая неразрешимость соответствующих проблем или разрешимость на деленеразрешимых проблем данного общества (этапа, события и т.д.). Утопия и мифоказываются организующими общество или часть общества (класс, группу) началами.Утопия приобретает свойства рациональности, в превращенной, специфической форме“рациональной утопии”. Так называемые полезные функции утопии – критика действительности и ориентацияв будущее, идеализация на ее основе цели политики и т.п. предстают какрациональные установки. “Рациональная утопия”, о которой упоминалось в началеглавы, оформленная как конкретный, конструктивный проект – явление весьма распространенное вполитикеlxxix.

Рационализация утопии способствует еезакреплению в политическом сознании. Существует, несомненно, и ряд объективныхи субъективных причин устойчивости утопических явлений: инерция сознания,весьма важный фактор надежды, действие сложившихся социальных, политических,идеологических связей в рамках политического процесса и т.д. Нередко явная, ужеобнаруженная утопия сохраняется в силу жесткости социального порядка,функциональной устойчивости политической (военной, административной,экономической) организации, под воздействием эмоциональных факторов, ложноистолкованных чувств долга, ответственности и т.п., логики потока событий. Однаиз важнейших причин устойчивости политической утопии заключается в ееконкретности. Актуальнаяутопия всегда конкретна. Это не просто детальность проекта, которая отличаласоциальную утопию прошлого. Это конкретность проекта, плана действий, силвласти, призванной эти действия осуществить, обычно также и конкретность цели.Конкретность – не простовнешний облик, мимикрия утопии, ее превращенная форма, в которой она живет направах реального проекта. Вероятность реализации некоторых (названных выше)видов утопии, возможность взаимных переходов осуществимого плана в утопию иобратно придает конкретной утопии статус особого потенциального бытия,вынуждает ждать условий ее осуществления (распознана она или нет), бороться заих созданиеlxxx. Не сама утопия – утопическая цель, утопическое средство, утопическийпроект – оказываетсяцентральной проблемой утопического сознания, а условия, в которых (с точкизрения этого сознания или в действительности) утопия, может быть, станетреальностью. Утопическое конкретизируется тогда в проекте создания такихусловий. Образ условий, их план всегда конкретнее самой цели. Возникает как бывторичная утопия, новая надежда, кажущаяся более близкой и реальной. Первичнаяутопия мистифицируется новыми расчетами, она представляется вполне реальной,лишь отделенной рубежом условийlxxxi.

Можно предположить, что метаутопия можетбыть протяженной, состоящей из цепочки последовательно порождаемых утопическихзвеньев: временных средств, частных целей. Поскольку не исключена, a priori,реализация некоторых из них, укрепляется иллюзия возможности достиженияконечной цели, заслоняющая действительные утопические измеренияпроектаlxxxii.

Мы рассматривали до сих пор схемуполитического процесса и политической утопии в рамках деятельности политическойвласти, а еще точнее –правящей, государственной власти. Этими рамками актуальная утопия, политическаяв частности, конечно, не ограничивается. Она может возникнуть и, действительно,возникает при соответствующих условиях во всех других видах политическогопроцесса и политического проектирования: либо не связанных с какой-либоинституционализированной властью, либо связанных с функционированиемнеправительственных, негосударственных разновидностей власти. К первым,по-видимому, можно отнести разного рода стихийные, организационно слабооформленные, не имеющие самоуправления движения – народные, специфические движения “adhoc”, по поводу каких-либо актуальных событий (антивоенные, за или противкаких-то аспектов жизни, политики, экономики и т.п.), а также всяческиенеоформленные маргинальные, групповые. Наличие лидерства, инициативных групп,руководящих комитетов подобных движений, несомненно, не исключается в качествезачаточных форм властиlxxxiii. Но они могут быть ивполне развитыми в неправительственных формированиях второго рода – в неправящих политических партиях,профсоюзном движении, организованных массовых движениях и т.д.

Политический процесс, организованный такогорода политическими силами, может быть противопоставлен процессу, образованномуправящими силами, который может содержать альтернативный проект, иметь другие(революционные, реформаторские) цели. Но его основные элементы, принципыцелеполагания, проектирования и реализации не должны, по-видимому, отличатьсяот описанных выше. Соответственно и потенциальные утопические “точки” этогопроцесса не будут иными. Лишь содержание утопического сознания, конкретнаяспецифика его формирования и способ проявления могут быть другими. Поскольку внем отражены интересы и надежды общественных групп, слоев, масс, в утопиях,возникающих в этом сознании, очень часто мелиористского характера, особенносказывается расхождение между целями и средствами, для них типичнонезавершенное и несовершенное проектирование вплоть до мечтательности,мифомании и прожектерства.

Итак, конкретная, рациональная, актуальнаяи политическая утопия глубоко и органично входит в общественные и политическиенауки и в политическую практику. В скрытой, рационализированной форме утопияприсутствует в социально-политических построениях любого масштаба, и прежде чемобратиться к конкретной политической утопии, мы кратко остановимся наутопических явлениях в общественной теории. Они создают общее умонастроение,предрасположения к мифотворчеству и утопизму.

Помимо уже отмеченных факторов, порождающихутопическое начало в политике и науке, здесь надо отметить еще два. Первый изних – механизм образованияи смены общественной теории на рынке идей. Обычный путь создания новойконцепции, новой теории –формирование какой-либо одной, определяющей концептуальной доминанты средукцией к ней понятий, представлений, категорий, закономерностей, всего тогокомпендиума идей, которые могут составить содержание данной теории. Этойдоминантой и служит, как правило, некая утопическая гипотеза.

Основной метод доминантной ведущей идеи,формирующей теорию, –абсолютизация отдельных сторон действительно протекающих в обществе процессов,разрушение реальной системы причин и следствий, существующих в обществе, ивыделение из нее одного отношения, может быть, важного, но не единственноважного, а главное – необладающего системообразующими функциями. Система взаимосвязей достраиваетсяуже на основе выделенной таким образом ведущей идеи и оказывается, естественно,в той или иной степени (обычно в основном и в главном) мистификаторской. Утопиязанимает в построенной подобным методом концепции ведущее место, посколькуутопичен сам метод создания всеобъемлющей теории на базе одного из аспектовсложного, многоаспектного явления и к тому же аспекта не главного. Неудивительно, что основная утопическая концепция порождает новые, производные истоль же утопические, вторичные идеи и теории. Некоторое время доминантная идеяэксплуатируется, на ее основе образуются разновидности исходной концепции. Такиз концепции технического детерминизма возникает идея всеобщего материальногоизобилия в супериндустриальном обществе, достигнутого с помощьютехникиlxxxiv. Появляется идеал “фиксированного социального универсума,упорядоченного, уравновешенного... И мифического”lxxxv. Отсюда – целая гамма идей – консенсуса, социального партнерства,гармонических социальных отношений, поиски стабилизации, статус кво, порядкаи т.п. Пример экономической утопии называет М.Гийом – это теория всеобщего равновесия исовершенной по типу конкуренции, которая, как известно, играла и играетпо-прежнему главенствующую роль в доктрине экономическоголиберализмаlxxxvi.

Утопические аберрации и ошибки в политикеприводят к проблемам моральности в политике. Известна античная традициясвязывать политику и мораль, то, что мы называем политической и моральнойфилософией. Критерий добродетели значил в оценке политики чрезвычайно много.Вспомним о функциональной роли морального начала в политических отношенияхромано-средневековой и феодальной эпохи, когда моральные категории(преданность, честь, верность, клятвы) имели важное инструментальное значение воформлении политической системы сюзерена. Истина и иллюзия, действительность иобман в этой системе тесно сосуществовали.

Не будем забывать, что формированиеправосознания в обществах самых разных культурно-исторических и национальныхвидов длительное время сталкивалось с конкуренцией традиционных представлений оправде с универсальнойобъективностью закона, который и сам поныне оценивается понятиямисправедливости, равенства, добра и зла. И все это движение сознания, эмоций,действий, добавили еще раз, рискуя проявить назойливость, не уходит отутопических коллизий рационального и иррационального, истинного ииллюзорного.

Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |   ...   | 30 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.