WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 30 |
Она переводилась на болеевысокий уровень (утопии тотальной победы, мирового господстваи т.д.).

Управление ирегулирование
вполитическом процессе

Цель управления, преследующего в какой-томере общезначимые позитивные задачи (вспомним проблемуперфекционизма) – переводуправляемой системы в более высокое упорядоченное состояние. В этом случаевзаимодействие систем происходит как регулирование извне исамовоздействие –саморегулирование в самой управляемой системе.

Поскольку объект регулирования в социальнойсфере – сознательно-волеваядеятельность людей, управление осуществляется нормативными средствами ипроявляется как планирование и программирование поведения. С учетом этогоформулируется известный принцип: ни одна сложная система не может бытьуправляемой только посредством предписываемых извне правил. Упорядочивающеедействие регулятора дополняется в таких случаях действием внутри самойсистемы –саморегулированием, что означает необходимость интерьоризации управляющихвоздействий, превращающихся в принципы поведения объектауправления.

В процессе интерьоризации внешнихуправляющих воздействий они превращаются во внутренние убеждения,трансформируются в ценностные ориентации. Они, как и знания, не остаютсяпостоянными, напротив, значительная часть их может сравнительно быстроменяться, устаревать, заменяться другими, поэтому позитивно – с точки зрения власти – ориентированные убеждения нуждаются впостоянной поддержке, обновлении.

Идеи, внесенные в сознание людей,становятся благоприятными внутренними условиями, определяющими эффективностьуправления. Полнота перехода знаний и полученных извне импульсов в убеждения вомногом определяется действенностью власти и умением использовать ее каксредство успешного управления.

Интерьоризация осуществляется, однако, наоснове все того же воздействия извне, т.е. регулирования. К средствам этоговоздействия, к которым прибегают различные эшелоны власти, относятся правилаповедения (правовые, нравственные, обычаи, политические убеждения, нормыобщежития и др. указания, направленные на упорядочение поведения объекта втипичных ситуациях). Правила соблюдаются либо в силу убежденности, либо в силувыбора, который убеждает в целесообразности следованиям им, либо посредствомнавязывания (принуждения) плана и программы поведения, связанных с определениемцелей и потребностей объекта и субъекта управления.

Соотношение регулирования исаморегулирования можно рассматривать как фактор упорядочивающих воздействий натот или иной социальный процесс в целях реализации политической программы и какмеру эффективности власти, направления политического проекта к определеннойцели и поддержания его в определенных границах.

Действительно, исследование индивидуальногои группового поведения показывает, что внешнее регулирование его осуществимолишь в той мере, в какой возможно непосредственное контролирование различныхэлементов поведения объекта управления. Однако значительная часть последнихнеизбежно скрыта от внешнего контроля. Чем сложнее система, тем меньшевозможности охватить контролем поведение всех ее элементов – индивидов, малые и большие группы ивоздействовать на него. Отсюда и эмпирический вывод, что наиболее эффективнымметодом управления является организация такой системы воздействия, котораяведет к превращению общественных норм в органически усвоенные принципыповедения людей.

Проблема эта известна политическойфилософии. Ее интерпретировал Гегель в терминах дуализма государства игражданского общества и затем реинтерпретировал Маркс в “Критике гегелевскойфилософии права” “как конфликт общества и власти”. В этой связи мы остановимсяна проблеме политической нормы, на основании которой осуществляется управлениеи определяется должное поведение.

Как известно, “гражданское общество” Гегеляобладает реальностью конкретного бытия, но именно поэтому присущее емусознание, “публичное сознание” народа, или практическое сознание, оказываетсялишь эмпирической реальностью государственного сознания. Это последнее и толькооно поднимается до сознания всеобщего интереса, знания того, чего хочет сущая всебе и для себя воля, разум, до подлинно всеобщего, которое не имеет ничегообщего с эмпирической реальностью и не является делом народаliv. Поэтомусобственно политическим (государственным) является только сознание,обособившееся от гражданского общества, функционирующее как продуктобособленных от общества носителей государственного сознания (жречества,бюрократии, идеологов правящего класса и т.п.).

Маркс показал, что отношения этих двух формсознания в действительности обратное, что из двух противоположных друг другусознаний одно отражает общенародные и соответствующие сущности подлинногогосударства интересы, другое – интересы неподлинного, отчужденного государства, функционирующегов абстрактно-всеобщем виде. В конфликте общества и власти выявляетсяполитическое самосознание гражданского общества. Абстрактно-всеобщая(превращенная) форма государства, неподлинное выражение его общественнойсущности функционирует как особая, отделенная от общества сфераlv.

Здесь мы вернемся к проблеме нормативногоуправления. Мы уже отмечали абстрактную возможность превращения нормы в утопию.Такого исхода, естественно, избегает любое общество – это стремление проявляется как желаниедобиваться исполнения решений и реализации всего того процесса интерьоризации,о котором говорилось перед этим.

Иная нормативность порождается той самойсферой “государственного формализма”, воплощенного в бюрократии, котораясоздает свои нормы, согласно которым осуществляется деятельность власти иуправляется общество. “Бюрократия считает самое себя конечной цельюгосударства. Так как бюрократия делает свои “формальные” цели своимсодержанием, то она всюду вступает в конфликт с “реальными” целями. Онавынуждена поэтому выдавать формальное за содержание, а содержание за нечтоформальное. Государственные задачи превращаются в канцелярские задачи, иликанцелярские задачи – вгосударственные”lvi.

“Для бюрократа, – писал Маркс, – мир есть просто объект егодеятельности”lvii. Но утопия целей неиррациональна, как и вообще политическая утопия, она рациональна, и Маркс этопоказал: “Бюрократия есть круг, из которого никто не может выскочить. Ееиерархия есть иерархиязнания. Верхи полагаются нанизшие круги во всем, что касается знания частностей; низшие же круги доверяютверхам во всем, что касается понимания всеобщего, и, таким образом, они взаимновводят друг друга в заблуждение”lviii. Это взаимное заблуждениеотносительно целей и средств проекта и его истинных результатов основано нанежелании открывать истинное их соотношение: “Всеобщий дух бюрократии естьтайна,таинство”lix. Утопия подлинности власти, которая скрыта в этой тайне, отнюдьне прерогатива бюрократического сознания, какой-либо политической архаики. Неслучайно же П.Рикёр определяет политику как “чистую дезабсолютизированнуюобщественную службу”, как “искусство управлять и выступать арбитром вконфликтах”lx.

Глубоко преображается в этой утопическойситуации и весь процесс интерьоризации норм: норма оказывается утопической.Между тем нормативная политика призвана служить антиутопической мерой,повышающей эффективность власти. В принципе норма должна быть равнозначназакону данной политической системы или одной из ее частей, функции и т.д. Так ибывает в политической действительности, если она не трансформирована утопией.В этой связи следует рассеять одно недоразумение.

Существует мнение (идущее отпостпозитивистской критики утопии), что утопия в принципе неверифицируема, но сэтой точки зрения неверифицируема и нормативная политика, коль скоро норма, каки утопия, представляет собой абстракцию действительности, выведенную из еекритики, идеал, который сам критике не подлежитlxi (этот взгляд на нормативнуюполитику известен уже Гоббсу). Действительное существование нормы в политикеиное, на деле и она, и политическая утопия верифицируются теорией и практикой.И эта верификация выявляет утопизм политической нормы, возникающий приопределенных общественных условиях, что и показал Маркс.

Вопрос об эффективности власти отнюдь неисчерпывает анализ ее функционирования в политическом проекте, еевзаимодействия с обществом. Мы еще не называли некоторые вещественные иэнергетические факторы развертывания политического процесса (его оснащениетехникой, связи с материальными видами деятельности), а также весьма важныеэкологические аспекты политики. Взаимосвязь с естественным и искусственнымприродным окружением играет немалую и, по-видимому, постоянно возрастающую рольв осуществлении многих, особенно крупномасштабных политических проектов.Наличие или отсутствие сырьевых и энергетических ресурсов определяет многиевнешнеполитические замыслы (политику сближения между странами, соперничестваиз-за ресурсов, внешнюю экспансию, изоляционизм и т.п.). Но и относительноболее элементарные проявления власти могут в значительной мере зависеть от ихматериального (технического) обеспечения. Здесь, как нетрудно убедиться,кроется богатый источник утопических явлений политического сознания иутопических решений в политической практике. Достаточно напомнить о проблеметехнической компетенции (как власти, так и исполнителей) – она вполне аналогична политическойкомпетенции власти. Все, что зиждется в политическом проекте на неоправданныхнадеждах, легко превращается в утопическую веру. Природа (естественная) в этомотношении особенно коварна, особенно потому, что знание природы для исполненияцелого ряда политических проектов необходимо, но именно оно и оказываетсяслишком неполным. К таким проектам относятся, например, решения, связанные свыбором приоритетов, организации и размещения промышленности, при перемещениинаселения, определении технической политики, проведении военных действий и т.п.С политическими проектами связаны надежды на технические революции в областиэлектроники и быстродействующей связи (микропроцессорная революция,телематическая и т.п.). Утопия силы может принимать и научно-технический иэкономический варианты, если властвующие силы видят в них инструмент гегемониии делают ставку на них в политических проектах и действиях, которых те не могутобеспечить, например, в расчете на монополию знания, технического новаторства,производственных возможностей и т.п. Общественна и роль географического фактораполитики – и внутренней ивнешней. С ним связано возникновение особого вида утопии – утопии географического пространства.В цели политики всегда входила проблематика территории – своей, чужой, спорной, бесспорной, ееохрана, расширение, освоение и т.д. Утопия пространства порождается, какпредставляется, попыткой заменить решение политических, социальных,экономических и иных проблем изменением пространственных измерений(политического пространства) подвластной или подконтрольной территориизавоеванием, колонизацией, подчинением. На решениях такого рода построенынекоторые концепции геополитики. Она не является непременно и всегданегативной, но в недавнем прошлом эта наука послужила созданию нацистскойутопии жизненного пространства, на котором должны были быть решены проблемыгитлеризма.

Эффективность политическогопроцесса.
Реальность ииллюзии

Политический процесс и проблемы властиможно анализировать лишь в очень широком контексте множественных процессов,изменений, в “мегасистеме” общественных отношений, связей, взаимосвязей. Такойанализ необходимо должен быть многоаспектным, так же, как и анализ политическойутопии, который здесь был начат с наиболее общих категориальных схем, затемвключил системный и проблемный обзор.

Постараемся осветить хотя бы бегло вопрос,который возникает при анализе только что рассмотренного процесса управления: отчего зависит его эффективность, а следовательно, и эффективность власти.О некоторых условиях ее уже шла речь выше. Но есть еще одно, главное: этоэффективность всего политического процесса в целом и всех его слагаемых вотдельности, гомогенность этого процесса, его непротиворечивость. И если можнополагать, что это условие обеспечивается действием власти, то не менеесправедливым будет сказать, что это действие, его количество и качество в своюочередь зависит от развития, функционирования управляемого властью объекта.Если им является общество, то мы снова должны повторить то, что уженеоднократно говорили: взаимодействие и взаимное соответствие политическойвласти и общества обеспечивают успешное протекание политическогопроекта.

Есть, стало быть, основание говорить обэффективности общественногопроцесса как общего условия эффективного функционирования власти иосуществления политики. Это центральная проблема и идея общественного развития,и к ней привлечено внимание общественной, экономической и политической теории.Эффективность общественного процесса – залог предотвращения утопии, спокойного отношения к ней исвоевременного изживания, понимания того, как в действительности живет утопия вобществе, из которого она в принципе не может быть изгнана. Но преждеостановимся еще на одном виде утопии, лежащей в области теории, но имеющейотношение к непосредственному политическому процессу: утопии времени, илиутопии будущего.

Власть обращена к настоящему и к будущему,к тому, что требуется выполнить в данный момент и что должно принести своиплоды в каком-то близком или отдаленном времени. Политика в этом смысле сроднипрогнозированиюlxii, но и на примерепрогностического процесса мы можем еще раз рассмотреть и проверить сказанноевыше о политическом проекте и его рационализации. Это тем более имеет смысл,что прогнозировать можно и политические события, и политическое поведение самыхразличных объектов – отиндивидов, групп до классов и общества, государства, группгосударств, – словом, тотили иной политический процесс. Не обращаясь, впрочем, к его конкретнымпримерам, остановимся вкратце на некоторых принципах и характерных аспектахпрогнозирования.

Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 30 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.