WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 40 |

Однако сказки и легенды отражали такжепредставления людей о природе, окружающих предметах и о себе, связанные ссущественными новыми завоеваниями, достижениями в об­ласти труда, в хозяйственнойжизни.

Так, в народном сознании с деяниями богаСварога - небесного бога, который бросил на землю кузнечные клещи, отраженоначало железной эпохи, пришедшей на смену «брон­зовой». Стали изготовлять железноеоружие и орудия труда (топоры, плуги, серпы и пр.) [72].

Эпоха освоения железа (которую относят натерритории восточных славян к XI-Х вв. до н. э.) породила легенду о кузнецах -змееборцах Кузьме и Демьяне: «Кузьма - Демь­ян, говорят старые люди, был первымчеловеком у бога, ког­дасоздавался мир. Этот Кузьма - Демьян был первым в ми­ре кузнецом и сделал первый в миреплуг» [71. С. 489].

Божественные кузнецы делали первые орудия дляземле­дельцев - серпы,плуги, могли выковать меч и, обладая ог­ромной силой, убили Змея. Подробнеелегенда о кузнецах-змееборцах выглядит так: «Когда-то давно, когда еще малобыло людей, повадился в одну страну летать страшныйЗмей и брал себе по очереди людей на съедение. Дошла очередь докняжеской дочери. Бежит она мимо кузницы, где куют Кузьма и Демьян. Кузнецыспрятали ее в своей кузне с же­лезной дверью. Прилетело ужасное чудовище и стало требо­вать выдачи княжеской дочери.Кузнецы предложили Змею пролизать языком железную дверь, обещая посадить наязык его жертву. Змей пролизал дверь, а Кузьма схватил его рас­каленными клещами за язык. ЗатемЗмея впрягли в специаль­но скованной для этой цели плуг и пропахали на немогром­ную борозду(«Змиев вал») от Днепра до самого Черного мо­ря. Борозда эта в высоту была 3сажени. Змей просил пить, когда на нем пахали, но пить ему не давали, а кормилисо­леными коржами. КогдаЗмей дорвался до моря, то пил и пил до тех пор, пока не лопнул. Когда же онлопнул, из его тела разметались во все стороны различные змеи, гадюки, черви,мухи, комары. Вот за это-то и почитают Кузьму и Демь­яна, что они уничтожили Змея» [71.С. 490J. Как показали исследования [71], эта легенда отражает реальные боипраславян, живших на Приднепровье в IX-VIII вв. до н. э., кото­рые отразили набеги киммерийцев,благодаря освоению же­леза, развитию кузнечного ремесла, изготовлению железных орудий длятруда и битв. Кроме того, в эту эпоху действи­тельно были построены огромные посвоим масштабам (вы­сотеи протяженности) оборонительные сооружения, остатки которых сохранились до сихпор в виде земляного вала. Куз­нечное ремесло, железоделательный промысел на многие ве­ка определил успехи в земледелии.Зерно выращивали на экспорт. Кузнецов почитали как людей сильных, которыеуп­равляются с огнем,загадочным материалом - железом, та­инственным образом выплавляемым из болотной земли. Поэ­тому кузнецов считали людьми в то жевремя и опасными (ведунами, колдунами), у них просили благословения на свадьбахи защиты от болезней.

Культ кузнецов-змееборцев был настолько силенв сла­вянском язычестве,что христианская религия оставила их на­роду, обратив в святых Кузьму иДемьяна - покровителей кузнечного дела и свадеб.

Б. А. Рыбаков доказал, что освоение железабыло широко распространено в лесостепи и лесной зоне Восточной Европы, ибозапасы болотной руды - основного источника железа были повсеместны. Речь идетименно о болотной руде, имею­щей относительно низкую температуру плавления. Железо можно быловыварить в глиняном горшке. Тем самым ему удалось опровергнуть существовавшеемнение о том, что Древ­няя Русь пользовалась только привозными металлическими изделиями.Да, так было во времена бронзового века, ибо ближайшие месторождения меди иолова - в Приуралье и Закавказье. Поэтому бронзовые изделия приходилось везтиза тридевять земель, ехать за ними как за «жар-птицей».

Не случайно именно с освоением варки железа икузнеч­ного дела особоевнимание было привлечено к «силе» ветра, воздуха, дыма. Ведь и варка железа иособенно кузнечный процесс требовали нагнетания воздуха в горн мехами.Имен­но кислород воздухаобеспечивал более высокую температуру в горне и успех в изменении свойствметаллических изделий, придании им нужной формы и последующей закалке ввоз­душной струе воздуха[71]. Этот производственный трудовой процесс, его мифологизация, обожествлениеспособствовали развитию определенной формы анимизма - представлений о«воздушной» природе души живых и мертвых.

Обрядовые хозяйственные ритуалы ежегодноповторялись, так как воспроизводилась потребность в такого родадейст­виях, имевшихобщественно значимую ценность.

В разные годы погодные условия в наших широтахсущест­венно меняются,весна могла быть ранней, поздней, сухой, с повышенной влажностью, заморозками ипр. Поэтому важно было ориентироваться не столько на календарь, сколько напризнаки погодные, на поведение животных, диких растений и пр. Поэтому вобрядах сельских работ нет жестких кален­дарных сроков. Моменты началапахоты, сева, жатвы, сеноко­са начинались по решению общины, ее старейшин. Так, вКа­лужской губернии (XIXв.) зачин делался по решению общины при пахоте, севе и жатве, первом выгонескота в поле весной [22]. В Белоруссии в некоторых местах начала XX в.сохра­нились старыеобряды, в частности, связанные со сменой вре­мен года и ожидаемыми работами: вконце зимы, когда солн­це поворачивает на лето, в обряде «рождественской коляды» делаюттак: «Хозяин берет горшок с кутьей (кушанье из варе­ных зерен), это первобытное блюдоотносится к тем време­нам, когда еще не умели размалывать зерен, обходит с ним 3 разакругом двора и 3 раза стучит в окно. Хозяйка спра­шивает: «Кто там стукае» Хозяинотвечает: «Сам бог стукае с цеплою, мокрою вясною, с горячим небурливым летом,с сухой и корыстною (прибыльною) осенью». Хозяйка: «Про­симо же до хаты» [51. С. 28]. В хатузовут далее Мороз есть кутью, чтобы он не морозил огородных посадок, посевов впо­ле, зовут «Ржу» и«Бель», портящие колосья, чтобы они при­шли теперь, а не летом,приговаривая: «Хлеба нашего не уби­вайте, а на моховом болоте перебывайте, а коли приедете к нам улетку железными метлами очи выцарапаем» [51. С. 29]. Весной обрядность - самаяяркая и живучая. В древности весну видели в форме перелетных птиц (жаворонков,аистов, ласточек и др.). Чтобы весна не запоздала, еще в марте ее начиналикликать, звать: «Вылети сизая галочка, вынеси золоты ключи, замкни холоднуюзимоньку, отмкни теплое летечко»[51. С. 29].

На масленицу, обозначавшую конец проводовзимы, уст­раивалисьхороводы, песни, «верчения» - танцы, и торже­ственно сжигали соломенное чучело -«Зиму».

Весной зародился и до сих пор жив обряд - печьпироги в виде птиц-жаворонков и съедать их. Смысл этого обряда состоит в том,что лучшим средством овладения благодетель­ной силой священного существаявляется его съедение. По­этому приношение жертвы (едят своих тотемов, в данном случае пирогив виде птиц) означало поедание Весны. Мо­мент спаривания домашних животныхвесной («Великоидный цикл весенних обрядов») тоже выбирался не случайно, но пообщему решению. Перед этим ответственным событи­ем селяне выгоняли злых духов изизбы, хозяйственных по­строек, устраивали очищение, мытье, бани, окуривали дом и постройкидымом можжевельника, ударяли по домочадцам и животным веником из вербы [51. С.31].

Весенние обряды требовали привлеченияволхвов, умев­шихвступать в общение со злыми и добрыми духами посред­ством «вертимого плясания» [51. С.32]. Именно весной рас­пространялись эпидемии и эпизоотии, что отражалось в на­родном сознании в форме оживаниязлых духов. И именно весной нужно было установить добрый контакт с полезнымитайными силами, от которых зависит хороший урожай. Поэ­тому духов кликали, жгли на нарах«калиновые вогнища», чтобы душистым дымом привлечь хороших духов [51. С.32]*.

* Вероятно, калина была священным растениемсо времен охоты на мамонтов.

В конце весенних полевых работ устраивалибогатый жертвенный пир, посвященный богу хлеба. Перед жатвой праздновалипраздник Купалы - старого языческого боже­ства, бога земных плодов. В началежатвы ему приносили жертвы в виде сыра и хлеба [51. С. 33]. В XIX в. для началажатвы русские крестьяне выбирали женщину, обычно ста­рушку-вдову, «известную своей тихойи безупречно нравствен­ной жизнью». Ее просили от всего мира начать жатву. Она отвечаланеопределенно: «Добрые люди найдутся - за­жнут». В вечер зажина в деревненикто не работал. Создава­лась напряженная и торжественная обстановка ожидания важногособытия. Избранная женщина зажигала у себя в доме свечу перед иконами и,положив несколько земных по­клонов, отправлялась жать, пробираясь к своей полосе так, чтобы ееникто не заметил. В поле, положив опять земные поклоны, она делала три снопа,складывала их крестообраз­но друг на друга, возвращалась домой, молилась и гасила свечу. Этобыло сигналом о том, что зажин состоялся, сигнал распространялся по деревне. Аутром все женщины шли на жатву [22. С. 121].

И наконец, по окончании сбора урожая в началеосени, в сентябре, устраивался праздник, уходящий корнями в эпоху язычества,жертвенный пир в честь божества Рода и Рожаниц, пир во славу урожая собранногои урожая будущего го­да.При этом устраивались «бесовские» пляски, пение, с ко­торым христианские миссионеры долгоне могли справиться и оставили этот праздник как «Рождество Богородицы» [72;51].

Одним из способов фиксации некоторых отношенийк про­цессу и результатутруда являются «профессиональные», на­пример строительные, обряды. Припостройке (закладке) до­ма в жертву приносился петух или даже конь. Полагают, что этажертва имела значение оберега дома и жильцов от злых духов и, что интересно,служила «выкупом» за срубленные для постройки деревья (своего рода«экологическая идея» - фиксация аналога современной идеи долга«производствен­ника»перед природой) [27. С. 20].

В отличие от коллективных форм земледельческихобря­дов широкоераспространение в хозяйственной мифологии имели индивидуальные формы -заговоры, обереги как эле­мент словесного сопровождения языческого заклинательного,магического обряда. Заговоры существовали на все случаи жизни, и в том числе наудачную охоту, на охрану скота от лесных зверей, от болезней. Основа «силы»заговора состоя­ла всвязи с носителями зла («упырями», «вампирами») или «берегинями», если речь шлаоб охране добра. Сами дейст­вия, сопровождающие заговор, осуществлялись в местах, где водилисьнужные «тайные силы»: в лесу, у могил, и пр. Действия человека, проводящегозаговор, носили характер, противоположный обычным действиям его в быту: «Стану,не благословясь, пойду, не перекрестясь, не воротами - собачь­ими дырами, тараканьими тропами, нев чисто поле, а в тем­ный лес...» [72. С. 1361. «Умоюсь не водою, не росою, утрусь нетканым, не пряденым - утрусь кобыльим хвостом...» [26. С. 6; цит. по: 72. С.1361 Такое поведение вполне сочеталось с противопоставлением правильного,доброго начала в жиз­ни- злому, опальному, коварному.

Для магических действий (заговоров, оберегов,обрядов) характерна обязательность выполнения всех элементов этой процедуры.Сценарий магического обряда оберега скота при первом весеннем выгоне в полеприводит Е. Н. Елеонская [26. С. 136]: «Канун Егорова дни в ночь скотине вохлеве не клади ничего. Добуди косача (тетерева), да с косачем куриче яйцо; дасвечу без огне с вечера положи пред Егоря. Как лю­ди уснут - один или два человека вас(как ко Егорю приде) - трижды поклон. Да возьми топор, да косача и яйцо и свечювозьми и зажги, то же в руки подними и неси на посо­лонь; а топор в правой руке по землитяни, а в другой руке свечю отнеси и косача за горло и яйцо да поди трижды иго­вори: «Пусть околомоего скоту железный тын стал от земли до небеси от зверя и от волку и отвсякого зверя, по земле ходящего, и от леса». И обойди трижды. Пришед к Егорю,свеча с огнем поставить и яйцо по сторому, а косача убить ножыком тылем иговорить: «Тебе, святый Егорий, черной баран от меня и от моего скота и ты,святый Егорий, стере­гии береги мой скот...» [26. С. 136].

По описаниям белорусских обрядов начала XX в.перед выгоном скота в поле весной его окуривали священным рас­тением - можжевельником, ударяливербой (тоже имев­шейособую «силу») и заклинали, обращаясь к солнцу и месяцу с просьбой сохранитьскот «от стрелы вогненной, от зверя бегучего, от гада ползучего, от змеипопилухи», от по­левых,лесных и водяных духов [51. С. 31].

В заговоре охотника от лихих людейперечислялись все возможные способы навредить охотнику вредоносноюспособ­ностью «товарищеймысли» и «завидливого глаза»: «И втай смотрящих, и въявь смотрящих, и с хвостасмотрящих, из избы смотрящих, из окна смотрящих... И чтобы меня раба божияникто не мог ни поткнуть, не испортить, ни думою по­думать, ни мыслию помыслить...» [12.С. 37; цит. по: 72. С. 141].

Такого рода перечисления были накопленным вистори­ческом опыте«репертуаром» возможных вредных действий, источников опасности, а особый обряд,реквизит, место долж­ныбыли создать особое эмоциональное состояние крестьяни­на (ибо он взаимодействовал смогучими тайными «силами»), и это особое состояние способствовало запоминанию«репер­туара опасностей»и действий против них, которые полезно было хранить в народной памяти ипередавать новым поко­лениям. Более тщательный анализ содержания оберегов и заговоровпозволил бы, вероятно, выделить среди псевдоопас­ностей и реально существовавшиепричины несчастий и хо­зяйственных бед.

Материалом для такого анализа могли быпослужить эт­нографические описания хозяйственных обрядов XIX - нача­ла XX в. и старинные руководства почерной магии XVI - XVIII вв., содержащие подробные сценарии самыхразнооб­разныхмагических действий [12; 26; 48 и др.].

* * *

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 40 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.