WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 43 |
На практике часто бывает трудно решить, насамом ли деле истерики ничего не знают, или не могут и не хотят говорить.Каждый, кто привык точнее исследовать случаи раннего слабоумия, знает, какоготруда часто стоит добиться правильного ответа; порой мы уверены, что больныедействительно не знают, иногда это «блокировка», производящая впечатлениенепроизвольной, и, наконец, бывают случаи, когда мы вынуждены говорить об«амнезии», точно так же, как при истерии, где только один шаг от амнезии донежелания говорить. Наконец, опыт ассоциаций доказывает нам, что эти явления вобщих чертах существуют и у нормальных людей.

По Масселону, расстройство памятипроистекает из того же источника, что и расстройство внимания, неясно только,из какого источника. До некоторой степени в противоположность этому авторуказывает на представления, которые упорно держатся; он определяет их следующимобразом: некоторые воспоминания, ранее более тесно связанные с аффективнойличностью больного, стремятся постоянно повторяться и постоянно заниматьсознание — упорноповторяющееся воспоминание делается стереотипным — мысль как бы свертывается,«коагулирует» /25- S.69,281,236/. Не приводя, впрочем, никаких доказательств,Масселон заявляет, что стереотипные идеи (иначе говоря, идеи безумные)представляют собой ассоциации комплекса личности. Жаль, что автор неостанавливается подробнее на этом вопросе, так как было бы очень интересноузнать, каким образом, например, ошибочно составленные неологизмы или «смешенияслов», часто представляющие единственный остаток, который указывает нам насуществование представлений, являются ассоциациями к комплексу личности. Тотфакт, что свертывается духовная жизнь пациентов с диагнозом раннего слабоумия,представляется мне отличной аналогией постепенного окоченения при этомзаболевании; он точно определяет впечатление, знакомое каждому внимательномунаблюдателю данного заболевания. Из этих предпосылок автору, несомненно, легкоудается вывести фактор автоматического повиновения. У Масселона встречаютсялишь робкие предположения о происхождении негативизма, хотя, казалось бы,французские исследования навязчивых явлений должны были бы дать автору материалдля аналогичных объяснений. Масселон подверг экспериментальным исследованиям иассоциации; он нашел много повторений слов-раздражителей и часто повторяющиесямысли-наития. По его мнению, эти опыты показывают, что больные неспособнысосредоточить внимание. Заключение правильное, однако Масселон недостаточноакцентировал «причудливые фантазии».

Итак, главный результат работы Масселоназаключается в том, что и этот автор, подобно упомянутым выше, склоненпредполагать существование центрального психологического дефекта [Впрочем,Сегла (Seglas) говорит в 1895 г.: «В этом нет ничего удивительного, принимая вовнимание, что всякое движение требует предварительного синтеза множествапредставлений и что именно способность осуществлять этот синтез отсутствует урассматриваемых индивидов».], возникающего в источнике всех духовных функций,иными словами, в области познания, чувства и желания /28/.

Давая ясную картину психологии слабоумия приdementia praecox, Вейгандт (Weygandt) называет конечный процесс болезни, потерминологии Вундта, отупением способности восприятия (apperceptivedeterioration) /29- S.613/; как известно, понятие апперцепции, по Вундту, оченьшироко; оно охватывает не только понятия Бине и Масселона, но и понятие Жане о«функции реального» [Fonction du reel. (Obsessions et la psychastenie. I, p.433). Это выражение можно определить иными словами как психологическоеприспособление к окружающим условиям. Оно соответствует «адаптации» Бине,представляющей особую сторону восприятия.], к которому мы еще вернемся. Широтувундтовского понятия в указанном смысле можно видеть из следующих дословных еговыражений: «Вниманием мы называем состояние, характеризуемое особым чувством исопровождающее ясное понимание психического содержания; единичный процесс,путем которого какое-либо психическое содержание становится понятным, мыназываем апперцепцией (восприятием)» /30- S.249/. Но кажущаяся противоречивостьпонятий «внимание» и «восприятие» сглаживается: «Из вышесказанного следует, чтовнимание и восприятие суть выражения одного и того же содержания. Первымвыражением мы пользуемся для обозначения «субъективной» стороны исопровождающих ее чувств и ощущений; вторым — мы обозначаем, главным образом,«объективный» результат изменения содержания сознания» /31- S.341/.

Определением, согласно которому восприятие(апперцепция) есть «единичный процесс, посредством которого какое-либопсихическое содержание приводится к ясному пониманию», сказано, в немногихсловах, очень многое. Судя по этому, восприятие есть: воля, чувство, аффект,внушение, навязчивое явление и т. д., ибо все это процессы, «приводящиепсихическое содержание к ясному пониманию». Этим мы не высказываем критикипонятия восприятия (апперцепции) по Вундту, но хотим только указать нагромадный его объем; оно включает в себя всякое положительное психическоеявление и вообще, всякое прогрессивное приобретение новых ассоциаций; такимобразом, не более и не менее, как все тайны психической деятельности, каксознательной, так и бессознательной. Понятие Вейгандта «отупение восприятия»(апперцептивное отупение) выражает то, о чем Масселон лишь неясно думал. Однакоэто дает лишь общее выражение психологии раннего слабоумия, слишком общее,чтобы с уверенностью вывести из него все ее симптомы.

Мадлен Пеллетье (Madeleine Pelletier)исследует в своей диссертации ход представлений при маниакальной летучестимыслей и умственной слабости /32/, под которой подразумеваются случаи раннегослабоумия. Теоретическая точка зрения исследовательницы соответствует, в общем,точке зрения Липмана (Liepmann) /33/, работа которого, как я полагаю, известначитателю.

Пеллетье проводит параллель междуповерхностным ходом ассоциаций при раннем слабоумии и летучестью мыслей. Длялетучести мыслей характерно «отсутствие управляющего принципа». То же самоенаблюдается при ассоциациях в раннем слабоумии: «направляющей идеи несуществует, и состояние сознания остается неясным, его элементы не упорядочены.Единственная форма психической деятельности нормального состояния, которуюможно сравнить с манией, это состояние мечтательности; при этом мечты являютсяформой мысли, скорее, слабоумных, нежели маньяков» /32- pp.116,123,118/.Пеллетье правильно находит большое сходство между состоянием нормальноймечтательности и поверхностными ассоциациями маньяков, конечно, в том случае,когда мы видим эти ассоциации на листе бумаги; клинически маньяк совсем непохож на мечтателя. Автор, очевидно, чувствует это и находит, что сходство,скорее, подходит к состоянию при раннем слабоумии, состоянию, которое современи Рейла часто сравнивалось со сновидением /34/. Богатство и ускорениепредставлений при маниакалькой летучести мыслей резко отличается от частопрерывающейся медленной фазы ассоциаций сновидения, особенно от бедности имногочисленных персевераций кататонических ассоциаций. Аналогия эта верна лишьпостольку, поскольку во всех этих случаях недостает направляющего представления(directing idea); при мании это объясняется тем, что все представления сбольшим ускорением и усиленным чувством врываются в сознание [Ашаффенбургнашел, правда, у маньяков известное продление ассоциационного времени. Но неследует забывать, что при разговорно-слуховом эксперименте внимание и формаречи играют очень большую роль. Мы наблюдаем и измеряем лишь речевые выражения,а не связи представлений.], чем, по-видимому, может объясняться отсутствиевнимания. [Ускорение эмоциональной интенсивности представлений мы, по крайнеймере, определили благодаря наблюдениям. Но это не исключает того, что неизвестные нам пока факторы тоже должны приниматься во внимание.] Примечтательности внимание отсутствует с самого начала, а там, где нет внимания,ход ассоциаций принимает характер мечтательности, то есть принимает медленное,согласное с законами ассоциаций, течение, главным образом по сходству,контрасту, сосуществованию и по разговорно-моторной связи. Мы находимдостаточно примеров, подтверждающих это, в наблюдениях над собой или привнимательном слежении за обычным разговором. Пеллетье показывает, что ходассоциаций при раннем слабоумии основан на той же схеме, что хорошо видно наследующем примере: «Je suis l'ktre ancien, le vieil Hktre [ассонанс], que l'onpeut ecrire avec une H. Je suis universel, primordial, divine, catholique,Romaine [смежность], l'eusse-tu cru, 1'ktre tout cru, suprumu [ассонанс],1'enfant Jesus [ассонанс]. Je m'appelle Paul, c'est un nom, ce n'est pas unenegation [ассонанс], on en connait la signification [ассонанс]. Je suiseternel, immense, il n'y a ni haut ni bas, fluctuat nec mergitur, le petitbateau [Слово immence (огромный) вызывает представление об океане, затем олодке и об афоризме, входящем в герб города Парижа.], vous n'avais pas peur detomber». /32- p.142/

Этот прекрасный пример весьма яснопоказывает тип хода ассоциаций при раннем слабоумии; ход этот совершенноповерхностный и развивается среди многочисленных звуковых ассоциаций. Норасщепление при этом настолько сильно, что его можно сравнить лишь сосновидением, а не с мечтательностью нормального состояния, так как разговоры,которые мы ведем в сновидениях, имеют примерно такой же характер. [На этоуказывали также Kraepelin: Archiv f. Psych. Bd.XXVI. p.595 и Stransky /19/]Большое число подобных примеров мы находим в книге Фрейда «Толкованиесновидений».

В работе «Диагностические исследованияассоциаций» было доказано, что ослабление внимания вызывает ассоциацииповерхностного типа (разговорно-моторные сочетания, звуковые ассоциации и т.д.) и что, наоборот, когда ассоциации приобретают поверхностный характер, можнос уверенностью говорить о расстройстве внимания. Итак, согласно полученнымэкспериментальным данным, Пеллетье права, соотнося поверхностный тип раннегослабоумия с известным ослаблением внимания; она дает этому ослаблению название,которое предложил Жане: «понижение умственного уровня». Здесь мы снова видим,что она в своем труде соотносит отмеченные ею нарушения с центральной проблемойапперцепции.

Подробно разбирая труд Пеллетье, следуетзаметить, что она не обратила внимание на персеверации; зато мы обязаны ейценными замечаниями о символах и символических отношениях, столь частовстречающихся при раннем слабоумии: «Надо заметить, что символ играетзначительную роль в бреду пациентов; у страдающих манией преследования и услабоумных он встречается постоянно вследствие того, что символ является низшейформой мысли. Символ можно определить как ошибочное ощущение тождественностиотношения или весьма значительного сходства между двумя предметами, имеющими вдействительности сходство весьма отдаленное».

Из сказанного следует, что Пеллетьесопоставляет кататонические символы с расстройством внимания. Правильностьэтого взгляда подтверждается тем, что символ есть обыкновенное и давно знакомоеявление при мечтательности и сновидениях.

Особого внимания заслуживает психологиянегативизма, которому посвящены многочисленные труды. Можно с уверенностьюговорить о неоднозначности симптома негативизма. Существует много форм истепеней последнего, клинически еще не изученных и не проанализированных сдостаточной точностью. Нетрудно понять разделение негативизма на формы активнуюи пассивную, причем форма активного негативизма включает сложнейшиепсихологические случаи. Если бы в этих случаях был возможен анализ, то частоможно было бы найти вполне определенные поводы для сопротивления, которыепозволили бы усомниться в возможности говорить в подобных случаях онегативизме. При пассивной форме также встречается немало труднообъяснимыхслучаев. Однако во многих случаях ясно видно, что больные постоянно придаютобратный смысл даже простым волевым процессам. По нашему мнению, негативизм вконце концов всегда основан на соответствующих ассоциациях. Я не знаю,существует ли негативизм, разыгрывающийся в спинном мозгу. Наиболее широкойточки зрения на негативизм придерживается Блейлер /35/, который в своем трудедоказывает, что «отрицательная внушаемость», то есть навязчивое стремление кконтрастным ассоциациям, является не только составной частью нормальнойпсихики, но часто и механизмом патологических симптомов при истерии, навязчивыхсостояниях и раннем слабоумии. Механизм контрастов является функциейнезависимой от нормальной ассоциативной деятельности, и основан онисключительно на «аффективности»; поэтому такой механизм приводится в действие,главным образом, представлениями, связанными с сильными чувствами, при принятиирешений и т. д. Этот механизм должен оберегать от опрометчивых поступков изаставлять взвешивать все «за» и «против». Механизм контрастов Блейлерпротивопоставляет суггестивности (внушаемости). Суггестивность есть способностьвосприятия и реализации представлений, окрашенных интенсивным чувством,механизм же контрастов действует противоположным образом. Поэтому Блейлер оченьметко называет его «отрицательной суггестивностью». Тесная связь обеихуказанных функций объясняет их совместное клиническое существование.(Внушаемость наряду с непреодолимыми противоположными самовнушениями приистерии, негативизм, автоматическое повиновение, эхопраксия при раннемслабоумии.)

Чрезвычайная важность отрицательнойсуггестивности при обыденных психических явлениях объясняет необыкновенночастое появление контрастных ассоциаций: эти ассоциации наиболее близки междусобой [To же самое говорит и Паульхан /36/; Жане /37/; Пик /38/; и Свенсон/39/. Интересный пример рассказывает Дж. Ройс /40/.].

Мы замечаем нечто подобное в разговоре:слова, выражающие обычные контрасты, весьма тесно связаны между собой иотносятся поэтому большей частью к устойчивым разговорным связям (белый— черный) и т. д. Напервобытных языках иногда даже существует одно лишь слово для противоположныхпонятий. Итак, на основании заключений Блейлера, сравнительно легкоерасстройство чувств способно вызвать явления негативизма. Как отмечает Жане, улюдей, подверженных навязчивым представлениям, довольно «упадка умственногоуровня», чтобы вызвать игру контрастов. Чего же нам в таком случае следуетожидать от отупения восприятия при раннем слабоумии! Действительно, мывстречаем здесь игру положительного и отрицательного, которая представляетсявполне беспорядочной и часто прекрасно выражается в ассоциациях речи. [Ср.анализы Пеллетье и исследования Странского /19/] Итак, в вопросе о негативизмемы вполне обоснованно можем допустить предположение, что и этот симптом тесносвязан с «отупением способности восприятия»: центральный проводник нашейпсихики ослаб настолько, что психика оказывается уже не в состояниисодействовать положительному процессу и противодействовать отрицательному илинаоборот. [Дальнейшие труды о негативизме уже подвергнуты критикеБлейлером.]

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 43 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.