WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 27 | 28 || 30 | 31 |   ...   | 49 |

Я увидел себя в каком-то грязном изакопченном городе. Стояла темная зимняя ночь, шел дождь. Это был Ливерпуль. Сполудюжиной швейцарцев я шагал по темным улицам. По-моему, мы удалялись от моряи поднимались вверх —сам город стоял на скале. Он чем-то напомнил мне Базель: внизу находился рынок,от которого подымались крутые улочки к собору и площади св. Петра. Поднявшись,мы увидели перед собой широкую слабо освещенную площадь, с множеством выходящихна нее улиц. Город имел радиальную структуру, с площадью в центре. Посредиплощади находился круглый пруд, а в центре пруда — маленький остров. В то время каквсе вокруг скрывала густая пелена дождя и тумана, островок сверкал в солнечныхлучах. На нем росло единственное дерево — усыпанная розовыми цветамимагнолия. Казалось, что дерево не просто залито светом, но само излучает свет.Мои спутники сетовали на погоду, совершенно не обращая внимания на дерево. Ониговорили о каком-то другом швейцарце, жившем в Ливерпуле, и удивлялись, почемуон выбрал именно этот город. Я же был так заворожен красотой цветущего дерева исолнечного острова, что подумал: «Я знаю зачем». И в этот момент япроснулся.

Следует упомянуть еще об одной немаловажнойдетали: часть городских кварталов тоже была выстроена радиально вокругмаленькой открытой площади, освещенной одним большим фонарем; эта площадьпредставляла собой маленькую копию острова. И я почему-то был уверен, что тот«другой швейцарец» жил рядом с этим вторым центром.

Сон был отражением моего тогдашнегосостояния. Я и сейчас, будто наяву вижу свой серо-желтый дождевик, мокрый искользкий; все вокруг мрачно, темно и мутно — именно так я себя тогдачувствовал. И все же мне открылось нечто прекрасное, благодаря чему я вообщемог жить. Ливерпуль (Liverpool) — это «бассейн жизни», «pool of life». «Liver» — печень, считавшаяся у древнихсредоточием жизни.

Это сновидение оставило у меня ощущениенекой окончательности, завершенности. В нем выражалась цель — тот самый главный путь, которогомне не избежать. Сон объяснил мне, что самодостаточность, самость, — архетипический смысл и принципопределения себя в этом мире. В том сновидении была целительная сила, и тогдако мне впервые пришло предчувствие моего мифа.

После этого я перестал рисовать мандалы.Сон открыл мне душевное состояние и стал таким образом высшей точкой моегосознательного развития, принес покой и уверенность в себе. Хотя я верил вполезность моих занятий, мне тогда не хватало собственного пониманияпроисходящего, а среди знакомых не было никого, кто был бы способен мне помочь.Сновидение же позволило взглянуть на себя со стороны.

Без этого я, скорее всего, окончательнозапутался бы и, возможно, отказался бы от дальнейших экспериментов сбессознательным. Но сновидение открыло мне смысл и значение происходящего.Расставаясь с Фрейдом, я знал, что вторгаюсь в неизведанную область, и все жерешился шагнуть в темноту. И, когда этот сон явился мне, я принял его как actusgratiae (благодать. —лат.).

Мне понадобилось сорок пять лет, чтобыоблечь в строгие научные формы все, что я тогда пережил и записал. В молодостия мечтал о научной карьере, но этот пламенный поток, эта страсть захватилименя, преобразив и переплавив в своем огне всю мою жизнь. Именно страстьоказалась первоэлементом, и все мои работы — лишь более или менее удачнаяпопытка сделать ее достоянием современников, частью их мировидения. Первыевпечатления и сны были как раскаленный поток базальта — из него выкристаллизовалсякамень, который я уже мог обрабатывать.

Годы, когда я следовал своим внутреннимобразам, я считаю самыми важными в моей жизни. Они определили ее смысл, ееоснову, а последующие частности — это только дополнения и уточнения. Вся моя дальнейшаядеятельность была посвящена последовательной разработке того, что в те годыпрорвалось из бессознательного. Это стало первоосновой моей работы и моейжизни.

Происхождение моихсочинений.

Встреча с бессознательным была переломнымсобытием в моей жизни. Лишь спустя двадцать лет после долгой и упорной работы яначал что-то понимать в содержании моих видений.

На первоначальном этапе необходимо былоопределить некий исторический ряд, предварявший мои внутренние опыты, то естьпо сути ответить на вопрос: кто мои исторические предшественники Иначе мненикогда не удалось бы найти ничего подтверждающего мои идеи. Встреча с алхимиейв этом смысле была решающей, только благодаря ей я получил недостающие мнеисторические основания.

Аналитическая психология по существуотносится к естественным наукам, хотя она как никакая другая наука, зависит отсубъективных предпосылок исследователя. Именно поэтому — чтобы исключить вероятностьгрубых ошибок в оценках и суждениях — она в гораздо большей степени,чем другие науки, нуждается в документально-исторических аналогиях.

С 1918 и по 1926 год я серьезноинтересовался гностиками, которые тоже соприкоснулись с миром бессознательного,обращаясь к его сути, явно проистекавшей из природы инстинктов. Каким образомим удалось прийти к этому — сказать сложно, сохранившиеся свидетельства крайне скупы, к томуже исходят большей частью из противоположного лагеря — от отцов церкви. Сомневаюсь,чтобы у гностиков могли сложиться какие-либо психологические концепции. В своихустановках они были слишком далеки от меня, чтобы можно было обнаружитькакую-либо мою связь с ними. Традиция, идущая от гностиков, казалась мнепрерванной, мне долгое время не удавалось навести хоть какой-нибудь мостик,соединяющий гностиков или неоплатоников с современностью. Лишь приступив кизучению алхимии, я обнаружил, что она исторически связана с гностицизмом, чтоименно благодаря ей возникла определенная преемственность между прошлым инастоящим. Уходящая корнями в натурфилософию средневековая алхимия и послужилатем мостом, который, с одной стороны, был обращен в прошлое — к гностикам, с другой же— в будущее, ксовременной психологии бессознательного. Основоположником последней являлсяФрейд, который обратился к классическим мотивам гностиков: сексуальности, содной стороны, и жесткой отцовской авторитарности — с другой. Гностические мотивыЯхве и Бога Творца Фрейд возродил в мифе об отцовском начале и связанном с нимсверх-эго. Во фрейдовском мифе сверх-эго предстает как демон, породивший мириллюзий, страстей и разочарований. Правда, материалистическое начало в алхимии,проникновение ее в тайны материи и т. д. заслонило для Фрейда другой важныйаспект гностицизма —первичный образ духа как некоего другого, высшего божества. Согласногностической традиции, это высшее божество послало людям в дар так называемый«кратер» — «сосуддуховной трансформации». «Кратер», чаша — женственный принцип, которому ненашлось места во фрейдовском патриархальном, мужском, мире.*

10 И Фрейд был не одинок в своих предрассудках. В католическом миреБогоматерь и невест Христовых лишь недавно допустили в Телемскую обитель и темсамым, после многовековых колебаний, частично их узаконили, У протестантов ииудеев, как и прежде, во главе остается Бог Отец. В изотерической философииалхимиков, напротив, доминирует женское начало. Важнейшее место в «женской»символике алхимиков отводилось чаше, в которой происходило превращение иперерождение субстанций. В моих психологических концепциях центральным такжеявлялся процесс внутреннего перерождения — индивидуации.

До того как я открыл для себя алхимию, мнеприснилось несколько снов с одинаковым сюжетом.

В снах я увидел рядом с моим домом другой— неизвестную мнепристройку или какой-то флигель. И каждый раз меня удивляло, почему этот доммне не знаком, ведь я несомненно бывал там. Наконец мне приснился сон, вкотором я зашел туда и обнаружил прекрасную библиотеку, в основном книги XVI иXVII веков. Толстые фолианты в переплетах из свиной кожи стояли вдоль стен, внекоторых из них я нашел странные гравюры с изображением диковинных символов,каких прежде не видал. Тогда они были для меня загадкой, и только много позже яузнал, что это были алхимические символы. Во сне я лишь ощутил таинственноеочарование, исходящее от библиотеки в целом, представлявшей собой средневековоесобрание инкунабул и рукописей.

Неизвестная часть дома была частью моейличности, моего «я», она являлась чем-то принадлежавшим мне, но мною неосознанным. Флигель и, в первую очередь, библиотека указывали на алхимию, окоторой я ничего не знал и которую вскоре начал изучать. Лет через пятнадцать ясам собрал такую же библиотеку.

В 1926 году я увидел потрясающий сон,предвосхитивший мои занятия алхимией.

Дело происходило на юге Тироля. Шла война.Я находился на итальянском фронте и пробирался в тыл вместе с каким-тоневысоким крестьянином в его телеге. Кругом рвались снаряды, и я понимал, чтонужно ехать как можно быстрее, поскольку оставаться там опасно. Нам предстоялопреодолеть мост через туннель со взорванными сводами. В конце туннелянеожиданно открылся освещенный солнцем пейзаж, и я узнал окрестности Вероны.Внизу раскинулся сияющий солнечный город. Мне сразу стало легко. Дальше мыдвигались по зеленой, цветущей ломбардской равнине, через рисовые поля ивиноградники. В конце дороги я увидел огромных размеров господский дом— по-видимому, замоккакого-то итальянского аристократа. Он представлял собой типичное поместье смножеством хозяйственных строений. К замку через обширный двор вела аллея. Моймаленький возница и я, въехали в одни ворота, а затем, наткнулись на другие:справа от нас был фасад господского дома, слева — хозяйственные пристройки,конюшня, амбар и т. п. Когда мы оказались посреди двора, прямо перед главнымвходом, все ворота вдруг с грохотом захлопнулись. Возница спрыгнул с телеги икрикнул мне: «Теперь мы заперты в XVII веке». «И вправду, — подумал я. — Но что мы будем здесь делать Мыоказались в плену на целый год». И тут же явилась спасительная мысль: «Ничего,ведь через год мы отсюда выберемся».

Не теряя времени, я сразу кинулсяперелистывать толстые тома по истории религии и философии, хотя и не надеялсяпрояснить что-либо. Но через некоторое время выяснилось, что и этот сонуказывает на алхимию, ее расцвет как раз приходился на XVII век. Удивительно,но я совершенно забыл все, что написал об алхимии Герберт Зильберер. Когдавышла его книга, я воспринимал алхимию как нечто чуждое и курьезное, хотясамого автора чрезвычайно ценил, его взгляд на вещи я считал вполнеконструктивным, о чем и написал ему. Но, как показала трагическая смертьЗильберера, конструктивность не обернулась для него благоразумием*

11. Он в основном использовал позднийматериал, в котором я плохо ориентировался. Поздние алхимические тексты— барочные ифантастические, их следовало сперва расшифровать, и только после этого можнобыло определить их подлинную ценность.

Мало-мальски удовлетворительноепредставление о природе алхимии позволило мне получить знакомство с текстом «Золотого цветка», китайскимтрактатом, который прислал мне Рихард Вильгельм в 1928 году. Тогда у меняпоявилось желание узнать об алхимии как можно больше. Я попросил одногомюнхенского книготорговца сообщать мне обо всех книгах по алхимии, которыебудут попадать к нему в руки. Вскоре я получил первую такую книгу «ArtisAuriferae Volumina Duo» (1593), являющуюся собранием классических латинскихтекстов.

Книгу я продержал два года. Рассматриваярисунки в ней, я каждый раз удивлялся: «Боже правый, какая чушь! Понять этоневозможно». И все-таки то и дело обращался к ней, решив в конце концовзаняться ею более обстоятельно. Я посвятил книге целую зиму, и вскоре чтениеувлекло меня. Причем текст по-прежнему казался мне абракадаброй, но иногдапопадались фразы и целые абзацы, вполне доступные и вразумительные, до менядошло, что все дело в символах, что это именно те символы, смысл и значениекоторых служили основой моей работы все предыдущие годы. «Да это же фантастика,— думал я.— Я простообязан научиться пониматьэто». Теперь я с головой ушел в алхимию, и садился за книгу, едва только у меняпоявлялась свободная минута. Однажды, когда я сидел над текстами, мне внезапновспомнился сон о «ловушке в XVII веке». Наконец-то его значение прояснилось.«Так и есть. Теперь я обречен штудировать алхимию».

Но прошло достаточно времени, прежде чем яотыскал путь в алхимическом лабиринте, у меня, увы, не было Ариадны, котораявручила бы мне клубок. Как-то, читая «Rosarium», я обратил внимание, чтонекоторые странные выражения и обороты встречаются гораздо чаще других, как-то:«solve et coagule», «unum vas», «lapis», «prima materia», «Mercurius» и т. д.(«разлагать и соединять», «сосуд», «камень», «первичная материя», «Меркурий».— лат.).Я видел, что эти выражения повторялись вновь и вновьи с определенным смыслом. Но поскольку окончательной уверенности у меня небыло, я решил составить своего рода глоссарий. Со временем в него вошлинесколько тысяч ключевых слов, одними выдержками из текстов я исписал целыетома. Я работал как филолог, так, будто я расшифровывал неизвестный язык. Нотаким образом мне стал постепенно открываться смысл алхимических текстов, яначал понимать эту специфическую манеру выражения. Правда, на это ушло 10 летжизни.

* * *

Довольно скоро я обнаружил поразительноесходство аналитической психологии с алхимией. Опыты алхимиков были в каком-тосмысле моими опытами, их мир — моим миром. Открытие меня обрадовало: наконец-то я нашелисторический аналог своей психологии бессознательного и обрел твердую почву.Эта параллель, а также восстановление непрерывной духовной традиции, идущей отгностиков, давали мне некоторую опору. Когда я вчитался в средневековые тексты,все встало на свои места: мир образов и видений, опытные данные, собранные мнойза прошедшее время, и выводы, к которым я пришел. Я стал понимать их висторической связи. Мои типологические исследования, начало которым положилизанятия мифологией, получили новый толчок. Архетипы и природа их переместилисьв центр моей работы. Теперь я обрел уверенность, что без истории нет психологии— и в первую очередьэто относится к психологии бессознательного. Когда речь заходит о сознательныхпроцессах, вполне возможно, что индивидуального опыта будет достаточно для ихобъяснения, но уже неврозы в своем анамнезе требуют более глубоких знаний;когда врач сталкивается с необходимостью принять нестандартное решение, однихего ассоциаций явно недостаточно.

Pages:     | 1 |   ...   | 27 | 28 || 30 | 31 |   ...   | 49 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.