WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 26 |

Целью моего комментария была попытка перекинуть мост внутреннего, душевного понимания между Востоком и Западом. Основой любого подлинного взаимопонимания является человек, и потому я должен был говорить о вещах человеческих. Этим можно извинить то, что я сосредоточил внимание только на общих вопросах, не вдаваясь в специальные, технические подробности. Технические инструкции хороши для тех, кто знает, что такое фотоаппарат или бензиновый мотор; но они бессмысленны для того, кто не имеет о таких устройствах ни малейшего представления. А ведь именно в подобном положении и находится западный человек, которому я адресую написанное. Поэтому мне казалось, что самое важное – подчеркнуть согласованность психических состояний и символики, ибо через эти аналогии открывается доступ во внутренние пространства восточного духа, доступ, не требующий от нас приносить в жертву наше своеобразие и не грозящий нам лишением собственных корней; но не интеллектуальный телескоп или микроскоп, открывающий перед нами вид, который нас, в сущности, не касается, потому что нас не захватывает. Это, скорее, присущая всем людям культуры атмосфера страдания, поиска и стремления, это претерпеваемый человечеством чудовищный естественный эксперимент, суть которого – становление сознания, эксперимент, связывающий самые изолированные друг от друга культуры воедино как их общее задание.

Западное сознание ни при каких обстоятельствах не есть сознание вообще. Это, скорее, исторически обусловленная и географически ограниченная величина, представляющая лишь часть человечества. Влияние нашего сознания не должно возрастать за счет других типов сознания, но должно осуществляться путем развития тех элементов нашей психики, которые аналогичны свойствам чужой психики, так же как и Восток не может обойтись без нашей техники, науки и промышленности. Европейское проникновение на Восток было огромных масштабов насилием. Оно оставило нам после себя – noblesse oblige* – обязательство постичь дух Востока. Возможно, это нам более необходимо, чем мы теперь думаем.

* Положение обязывает (фр.)

ПРЕДИСЛОВИЕ К "И ЦЗИН" [1]

Я с удовольствием иду навстречу желанию переводчицы вильхельмовского издания "И Цзин" получить от меня предисловие, ибо этим могу выразить свои благоговейные чувства по отношению к моему покойному другу Рихарду Вильхельму. Он глубоко сознавал культурно-историческое значение обработки и изложения "И Цзин", которым нет равных на Западе, – и я испытываю в отношении к этому творению чувство долга, побуждающее меня по мере сил и возможностей способствовать его передаче англоговорящему миру.

Если бы "Книга перемен" была популярным произведением, то она не нуждалась бы во введении. Однако она менее всего популярна, но, напротив, вызывает подозрения в том, что является сборником древних заклинаний и потому, с одной стороны, трудна для понимания, а с другой – не обладает никакой ценностью. Перевод Легга в серии Макса Мюллера Sacred Books of the East мало содействовал тому, чтобы сделать эту книгу достаточно доступной западному складу ума [2]. Тем большими были старания Вильхельма открыть путь к пониманию часто весьма темной символики этого текста. Это получилось у него вполне хорошо, ибо он в течение многих лет практически занимался своеобразной техникой этой гадательной книги, что, конечно же, предоставило ему дополнительную возможность развить у себя ощущение живого смысла текста – в сравнении с тем, что можно было сделать при помощи лишь более или менее буквального перевода.

Я обязан Вильхельму ценнейшими разъяснениями сложной проблемы "И Цзин", а также практического применения полученных результатов. Я и сам уже более двух десятков лет занимался этой гадательной техникой, которая показалась мне весьма интересной с психологической точки зрения, и ко времени нашей первой встречи с Вильхельмом в начале двадцатых годов я уже довольно хорошо изучил ее. Однако несмотря на это я оказался под сильны впечатлением от работы самого Вильхельма, собственными глазами наблюдая за тем, как он на практике получает результаты. К своему великому удовлетворению я смог констатировать, что мои познания в области психологии бессознательного оказались мне очень и очень полезны.

Поскольку я не владею китайским языком, то, естественно, мог подходить к "И Цзин" только с практической стороны, а единственным, о чем я мог спрашивать, были применимость и пригодность метода. Запутанная символика этих "заклинаний" мало могла заинтересовать меня при моем полном незнании синологии. Моей заботой были не филологические трудности текста, а единственно и исключительно психологическая эксплуатация применяемого в "И Цзин" метода.

Когда Вильхельм в свое время был у меня в Цюрихе, я попросил его проработать гексаграмму о положении нашего психологического общества. Ситуация была мне известна, он же не имел о ней ни малейшего представления. Получившийся диагноз оказался обескураживающе верным – так же как и прогноз, в котором речь шла о событии, наступившем гораздо позднее; предвидеть это событие я не мог. Правда, для меня самого этот результат был не столь уж удивителен, потому что я уже и раньше провел ряд примечательных опытов по этому методу. Вначале я применял более сложную технику 49 стеблей тысячелистника [3], позднее, получив кое-какое представление о том, как работает метод, я удовольствовался так называемым гаданием на монетах, которое я часто применял впоследствии. Со временем выяснилось, что между запрашиваемой ситуацией и содержанием гексаграммы существуют, так сказать, некоторые регулярные взаимосвязи. Следует признать, что это странно и по нашим общепринятым понятиям происходить не должно, если не считать так называемых случайных попаданий. Должен, однако, заметать, что несмотря на нашу веру в закономерность природы мы слишком либерально обходимся с понятием случайности. Как много психических явлений, например, мы называем "случайными", хотя знатоку совершенно ясно, что речь идет менее всего о случайности! Достаточно вспомнить только обо всех этих случаях оговорок, очиток, ошибок памяти, которые уже Фрейд толковал как совсем не случайные. Поэтому в отношении так называемых случайных попаданий "И Цзин" я склонен к скепсису. Мне даже кажется, что число явных попаданий достигает такого процента, который выходит за пределы всякой вероятности. Думаю, что речь в принципе идет не о случайности, а о закономерности.

Тем самым мы оказываемся перед вопросом: как доказать то, что объявлено закономерностью Тут я должен разочаровать читателя: такое доказательство крайне затруднительно, если вообще возможно, причем последнее я считаю менее вероятным. С рационалистической точки зрения эта констатация – полная катастрофа, и я ожидаю упрека в том, что сделал необдуманное утверждение, высказавшись о регулярности соответствия ситуации и гексаграммы. На самом деле я сам должен был бы выдвинуть этот упрек, если бы из большого практического опыта не знал, как трудно, т.е. как невозможно, доказать что-либо в определенных психологических ситуациях. Когда речь идет о несколько более, чем обычно, сложных обстоятельствах практической жизни, мы улаживаем эти ситуации, руководствуясь воззрениями, чувствами, аффектами, интуициями, убеждениями и т.д., "научное" доказательство оправданности или даже пригодности которых попросту невозможно, и тем не менее все заинтересованные лица могут быть довольны тем, как решен вопрос. Встречающиеся в практике психологические ситуации, как правило, настолько сложны, что их удовлетворительное с "научной" точки зрения исследование просто невозможно. В лучшем случае можно говорить об известной вероятности, да и то лишь тогда, когда заинтересованные лица проявляют не только максимальную честность, но еще и, помимо этого, добросовестность. Но когда мы бываем абсолютно честны, и когда – совершенно добросовестны Мы в состоянии достичь максимума честности и добросовестности лишь до той отметки, до которой доходит наше сознание. А то, что мы представляем собой при этом на уровне бессознательного, ускользает от нашего контроля, т.е. наше сознание думает, что оно честно и добросовестно, но бессознательное, может быть, гораздо лучше знает, что именно наши мнимые честность и добросовестность суть фасад, прикрывающий нечто противоположное. Поскольку существует бессознательное, никакой человек и никакая психологическая ситуация не могут быть описаны и осмыслены без остатка, а потому и ничто подобное не может быть достоверно доказано. Некоторые строго определенные феномены, правда, еще можно доказать статистически в качестве вероятностных на основе чудовищного эмпирического материала [4]. В индивидуальных, уникальных, в высшей степени сложных психологических ситуациях доказывать в общем нечего, ибо в соответствии со своей природой они не содержат в себе ничего такого, что годилось бы для экспериментальной проверки. К таким-то уникальным и не поддающимся повторению ситуациям принадлежит и оракул "И Цзин". Как и во всех подобных ситуациях, здесь все зависит от того, выступает ли нечто в качестве вероятного или невероятного. Если, например, некто после долгих раздумий принимает решение исполнить задуманное, но при этом внезапно осознаёт, что этим шагом будут затронуты определенные интересы других, и теперь, в такой подвешенной ситуации запрашивает оракул, то среди прочих он, возможно, получит следующий ответ (гексаграмма 41):

Когда все дела сделаны,
Быстро уйти не грех.
Но следует обдумать,
Насколько можно убавить других.

Никак невозможно доказать, что это высказывание – несмотря на его недвусмысленное соответствие – имеет что-то общее с психологической ситуацией запрашивающего. Последнему предоставлено либо удивляться тому, что высказывание гексаграммы столь замечательно согласуется с его ситуацией, либо отмахнуться от этой мнимой согласованности как от смехотворной случайности, либо вообще не признавать такую согласованность. В первом случае он обратится ко второму стиху, гласящему:

Предпринять что-либо –
К беде.
Не убавляя себя,
Можно умножить других.

Возможно, он признает мудрость этого заключения – или останется равнодушным к ней как к ничем не подтвержденной. В первом варианте он обнаружит, что тут не может быть никакой случайности, во втором же – что речь должна идти о случайности, либо даже, в конце концов, что это не имеет никакого значения. Но доказывать тут нечего. Поэтому я пишу свое предисловие лишь для того, кто склонен проявлять некоторое доверие к этой своеобразной процедуре.

Несмотря на то что такие "буквальные" соответствия отнюдь не редки, за ними нет и численного перевеса. Часто связи весьма зыбки и косвенны и потому требуют еще большего доверия. Это чаще всего бывает тогда, когда исходная психологическая ситуация понята не слишком ясно (т.е. остается темной) или однобоко. В таких обстоятельствах, если запрашивающий готов рассматривать свою ситуацию в другом свете, то может быть нащупана более или менее символическая связь с гексаграммой. Я выражаюсь намеренно осторожно, дабы не сложилось впечатление, будто следует a tout prix* установить какую-нибудь взаимосвязь. Подобные искусственные построения не имеют никакого смысла и ведут лишь к нездоровым спекуляциям, Этот метод допускает любое злоупотребление. Поэтому он пригоден не для людей незрелых, ребячливых и игриво настроенных и, конечно, не для интеллектуалов и рационалистов, а, скорее, напротив, для натур медитативных и рефлексивных, любящих поразмыслить над тем, что они делают и что с ними происходит, – а это не имеет ничего общего с ипохондрическим самокопанием. Последнее представляет собой болезненное злоупотребление раздумьем. "И Цзин" предлагает свои услуги без всяких доказательств и результатов, но не рекламирует себя и неохотно идет навстречу; он, как частица природы, ждет, когда его разбудят. Он не преподносит знание и могущество, а, видимо, является подходящей книгой для любителей самопознания и мудрости мышления и деяния, если уж таковые имеются. Он ничего не обещает, а потому ему незачем что-то хранить, и он никоим образом не несет ответственности в случае, если кто-то сделает неверные выводы. Этот метод требует в обращении с собой некоторой интеллигентности. Чтобы быть глупым, не нужно, как известно, никакого искусства.

* Во что бы то ни стало (фр.)

Согласимся в виде гипотезы считать, что написанное в этой книге не чистая бессмыслица, а то, что приходит в голову запрашивающему – не простое самовнушение, – и вот уже наш западный, философски и естественнонаучно образованный ум всерьез обеспокоен эмпирическими фактами, несмотря на всю свою готовность к доверию. Ведь если имеется хоть малейшая склонность относиться к этому серьезно, то следует разобраться с тем несносным фактом, что психологическая ситуация может выражаться в случайном распределении 49 стеблей тысячелистника либо в столь же или еще более случайном выпадении монет, и притом настолько полно, что становится очевидной даже смысловая взаимосвязь. Такая логика – все-таки что-то неслыханное для нашего западного рассудка, привыкшего мыслить совсем иначе. Поэтому, конечно, неудивительно, что наш ум отвергает ее как немыслимую. Правда, на худой конец еще можно представить себе, что человек хорошо знаком с гексаграммами и "бессознательным образом" оперирует так ловко, что стебли распределяются как надо. Но при гадании на монетах не срабатывает, разумеется, эта и без того призрачная вероятность, ибо тут в действие вступает так много других внешних условий (материал, на который падают монеты, их качение и т.д.), что психическая тенденция – во всяком случае по нашему представлению – проявиться не в состоянии. Но если с методом все в порядке, то следует предположить, что существует неожиданный параллелизм психических и физических событий. Хотя эта мысль и "шокирует", она, безусловно, не нова, ибо является гипотезой, при которой только и возможна астрология, а в особенности современная характероскопия, хотя последняя ориентирована больше на время, чем на актуальное расположение созвездий: ведь и время определяется и измеряется физически. Если характероскопия в общем и целом верна (а некоторая вероятность этого есть), то это должно поражать не больше, чем способность хорошего знатока вин по свойствам вина точно определять, из какой оно местности, с какою виноградника и какого года урожая, что поначалу кажется профану сомнительным. Но точно так же и хороший астролог может сказать мне без подготовки, в каком знаке стояли Солнце и Луна в день моего рождения и каков мой асцендент.

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 26 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.