WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 37 |

С. Л. Уошбэрн и Ирвэн Деворе, наблюдаяпавианов на свободе, установили, что стадо управляется не одним вожаком, а"коллегией" из нескольких старейших самцов, которые поддерживают своепревосходство над более молодыми и гораздо более сильными членами стада за счеттого, что всегда держатся вместе — а вместе они сильнее любого молодого самца. В наблюдавшемся случаеодин их трех сенаторов был почти беззубым старцем, а двое других — тоже давно уже не "в расцветелет". Когда однажды стаду грозила опасность забрести на безлесном месте в лапы— или, лучше сказать, впасть — ко льву, тостадо остановилось, и молодые сильные самцы образовали круговую оборону болееслабых животных. Но старец один вышел из круга, осторожно выполнил опаснуюзадачу — установитьместонахождение льва, так чтобы тот его не заметил, — затем вернулся к стаду и отвел егодальним кружным путем, в обход льва, к безопасному ночлегу на деревьях. Всеследовали за ним в слепом повиновении, никто не усомнился в егоавторитете.

Теперь оглянемся на все, что мы узнали вэтой главе — изобъективных наблюдений за животными — о пользе внутривидовой борьбы длясохранения вида. Жизненное пространство распределяется между животными одноговида таким образом, что по возможности каждый находит себе пропитание. На благопотомству выбираются лучшие отцы и лучшие матери. Дети находятся под защитой.Сообщество организовано так, что несколько умудренных самцов — "сенат" — обладают достаточным авторитетом,чтобы решения, необходимые сообществу, не только принимались, но и выполнялись.Мы ни разу не обнаружили, чтобы целью агрессии было уничтожение сородича, хотя,конечно, в ходе поединка может произойти несчастный случай, когда рог попадаетв глаз или клык в сонную артерию; а в неестественных условиях, непредусмотренных "конструкцией" эволюции, — например в неволе, — агрессивное поведение можетпривести и к губительным последствиям. Однако попробуем вглядеться в нашесобственное нутро и уяснить себе — без гордыни, но и без того, чтобы заранее считать себя гнуснымигрешниками, — что бы мыхотели сделать со своим ближним, вызывающим у нас наивысшую степеньагрессивности. Надеюсь, я не изображаю себя лучше, чем я есть, утверждая, чтомоя окончательная цель — т.е. действие, которое разрядило бы мою ярость, — не состояла бы в убийстве моеговрага. Конечно, я с наслаждением надавал бы ему самых звонких пощечин, вкрайнем случае нанес бы несколько хрустящих ударов по челюсти, — но ни в коем случае не хотел бывспороть ему живот или пристрелить его. И желаемая окончательная ситуациясостоит отнюдь не в том, чтобы противник лежал передо мною мертвым. О нет! Ондолжен быть чувствительно побит и смиренно признать мое физическое,— а если он павиан, тои духовное превосходство. А поскольку я в принципе мог бы избить лишь такоготипа, которому подобное обращение только на пользу, — я выношу не слишком суровыйприговор инстинкту, вызывающему такое поведение. Конечно, надо признать, чтожелание избить легко может привести и к смертельному удару, например, если вруке случайно окажется оружие. Но если оценить все это вместе взятое, товнутривидовая агрессия вовсе не покажется ни дьяволом, ни уничтожающим началом,ни даже "частью той силы, что вечно хочет зла, но творит добро", — она совершенно однозначно окажетсячастью организации всех живых существ, сохраняющей их систему функционированияи саму их жизнь. Как и все на свете, она может допустить ошибку — и при этом уничтожить жизнь.Однако в великих свершениях становления органического мира эта силапредназначена к добру. И притом, мы еще не приняли во внимание, — мы узнаем об этом лишь в 11— и главе, — что оба великих конструктора,Изменчивость и Отбор, которые растят все живое, именно грубую ветвьвнутривидовой агрессии выбрали для того, чтобы вырастить на ней цветы личнойдружбы и любви.

4. Спонтанностьагрессии.

С отравой в жилах ты Елену

В любой увидишь, непременно.

Гете

В предыдущей главе, я надеюсь, достаточноясно показано, что наблюдаемая у столь многих животных агрессия, направленнаяпротив собратьев по виду, вообще говоря, никоим образом не вредна для этоговида, а напротив —необходима для его сохранения. Однако это отнюдь не должно обольщать насоптимизмом по поводу современного состояния человечества, совсем наоборот.Какое-либо изменение окружающих условий, даже ничтожное само по себе, можетполностью вывести из равновесия врожденные механизмы поведения. Они настольконеспособны быстро приспосабливаться к изменениям, что при неблагоприятныхусловиях вид может погибнуть. Между тем, изменения, произведенные самимчеловеком в окружающей среде, далеко не ничтожны.

Если бесстрастно посмотреть на человека,каков он сегодня (в руках водородная бомба, подарок его собственного разума, ав душе инстинкт агрессии — наследство человекообразных предков, с которым его рассудок неможет совладать), трудно предсказать ему долгую жизнь.

Но когда ту же ситуацию видит сам человек— которого все этокасается! — онапредставляется жутким кошмаром, и трудно поверить, что агрессия не являетсясимптомом современного упадка культуры, патологическим по своейприроде.

Можно было бы лишь мечтать, чтобы это так ибыло!

Как раз знание того, что агрессия являетсяподлинным инстинктом —первичным, направленным на сохранение вида, — позволяет нам понять, насколькоона опасна. Главная опасность инстинкта состоит в его спонтанности. Если бы онбыл лишь реакцией на определенные внешние условия, что предполагают многиесоциологи и психологи, то положение человечества было бы не так опасно, как вдействительности. Тогда можно было бы основательно изучить и исключить факторы,порождающие эту реакцию. Фрейд заслужил себе славу, впервые распознавсамостоятельное значение агрессии; он же показал, что недостаточностьсоциальных контактов и особенно их исчезновение ("потеря любви") относятся кчислу сильных факторов, благоприятствующих агрессии. Из этого представления,которое само по себе правильно, многие американские педагоги сделалинеправильный вывод, будто дети вырастут в менее невротичных, болееприспособленных к окружающей действительности и, главное, менее агрессивныхлюдей, если их с малолетства оберегать от любых разочарований (фрустраций) и вовсем им уступать. Американская методика воспитания, построенная на этомпредположении, лишь показала, что инстинкт агрессии, как и другие инстинкты,спонтанно прорывается изнутри человека. Появилось неисчислимое множествоневыносимо наглых детей, которым недоставало чего угодно, но уж никак неагрессивности. Трагическая сторона этой трагикомической ситуации проявиласьпозже, когда такие дети, выйдя из семьи, внезапно столкнулись, вместо своихпокорных родителей, с безжалостным общественным мнением, например припоступлении в колледж. Как говорили мне американские психоаналитики, оченьмногие из молодых людей, воспитанных таким образом, тем паче превратились вневротиков, попав под нажим общественного распорядка, который оказалсячрезвычайно жестким. Подобные методы воспитания, как видно, вымерли еще неокончательно; еще в прошлом году один весьма уважаемый американский коллега,работавший в нашем Институте в качестве гостя, попросил у меня разрешенияостаться у нас еще на три недели, и в качестве основания не стал приводитькакие-либо новые научные замыслы, а просто-напросто и без комментариев сказал,что к его жене только что приехала в гости ее сестра, а у той трое детей—"бесфрустрационные".

Существует совершенно ошибочная доктрина,согласно которой поведение животных и человека является по преимуществуреактивным, и если даже имеет какие-то врожденные элементы — все равно может быть измененообучением. Эта доктрина имеет глубокие и цепкие корни в неправильном пониманииправильного по своей сути демократического принципа. Как-то не вяжется с нимтот факт, что люди от рождения не так уж совершенно равны друг другу и что невсе имеют по справедливости равные шансы превратиться в идеальных граждан. Ктому же в течение многих десятилетий реакции, рефлексы были единственнымиэлементами поведения, которым уделяли внимание психологи с серьезнойрепутацией, в то время как спонтанность поведения животных была областью"виталистически" (то есть несколько мистически) настроенных ученых.

В исследовании поведения Уоллэс Крэйг былпервым, кто сделал явление спонтанности предметом научного изучения. Еще донего Уильям Мак-Дугалл противопоставил девизу Декарта "Animal non agit,agitur", который начертала на своем щите американская школапсихологов-бихевиористов, свой гораздо более верный афоризм — "The healthy animal is up anddoing" ("Здоровое животное активно и действует"). Однако сам он считал этуспонтанность результатом мистической жизненной силы, о которой никто не знает,что же собственно обозначает это слово. Потому он и не догадался точнопронаблюдать ритмическое повторение спонтанных действий и измерить порогпровоцирующего раздражения при каждом их проявлении, как это сделалвпоследствии его ученик Крэйг.

Крэйг провел серию опытов с самцами горлицы,в которой он отбирал у них самок на ступенчато возрастающие промежутки времении экспериментально устанавливал, какой объект способен вызвать токование самца.Через несколько дней после исчезновения самки своего вида самец горлицы былготов ухаживать за белой домашней голубкой, которую он перед тем полностьюигнорировал. Еще через несколько дней он пошел дальше и стал исполнять своипоклоны и воркованье перед чучелом голубя, еще позже — перед смотанной в узел тряпкой; инаконец — черезнесколько недель одиночества — стал адресовать свое токование в пустой угол клетки, гдепересечение ребер ящика создавало хоть какую-то оптическую точку, способнуюзадержать его взгляд.5 В переводе на язык физиологииэти наблюдения означают, что при длительном невыполнении какого-либоинстинктивного действия — в описанном случае токования — порог раздражения снижается. Этоявление настолько распространено и закономерно, что народная мудрость уже давнос ним освоилась и облекла в простую форму поговорки: "При нужде черт мухуслопает"; Гете выразил ту же закономерность словами Мефистофеля: "С отравой вжилах, ты Елену в любой увидишь непременно".

Так оно и есть! А если ты голубь— то в конце концовувидишь ее и в старой пыльной тряпке, и даже в пустом углу собственнойтюрьмы.

Снижение порога раздражения может привести ктому, что в особых условиях его величина может упасть до нуля, т.е. приопределенных обстоятельствах соответствующее инстинктивное действие может"прорваться" без какоголибо видимого внешнего стимула. У меня жил много летскворец, взятый из гнезда в младенчестве, который никогда в жизни не поймал ниодной мухи и никогда не видел, как это делают другие птицы. Он получал пищу всвоей клетке из кормушки, которую я ежедневно наполнял. Но однажды я увидел егосидящим на голове бронзовой статуи в столовой, в венской квартире моихродителей, и вел он себя очень странно. Наклонив голову набок, он, казалось,оглядывал белый потолок над собой; затем по движениям его глаз и головы можнобыло, казалось, безошибочно определить, что он внимательно следит за каким-тодвижущимся объектом.

Наконец он взлетал вверх к потолку, хваталчто-то мне невидимое, возвращался на свою наблюдательную вышку, производил вседвижения, какими насекомоядные птицы убивают свою добычу, и что-то как будтоглотал. Потом встряхивался, как это делают все птицы, освобождаясь отнапряжения, и устраивался на отдых. Я десятки раз карабкался на стулья, дажезатащил в столовую лестницу-стремянку (в венских квартирах того времени потолкибыли высокие), чтобы найти ту добычу, которую ловил мой скворец. Никакихнасекомых, даже самых мелких, там не было!

"Накопление" инстинкта, происходящее придолгом отсутствии разряжающего стимула, имеет следствием не тольковышеописанное возрастание готовности к реакции, но и многие другие, болееглубокие явления, в которые вовлекается весь организм в целом. В принципе,каждое подлинно инстинктивное действие, которое вышеописанным образом лишеновозможности разрядиться, приводит животное в состояние общего беспокойства ивынуждает его к поискам разряжающего стимула. Эти поиски, которые в простейшемслучае состоят в беспорядочном движении (бег, полет, плавание), а в самыхсложных могут включать в себя любые формы поведения, приобретенные обучением ипознанием, Уоллэс Крэйг назвал аппетентным поведением.

Фауст не сидит и не ждет, чтобы женщиныпоявились в его поле зрения; чтобы обрести Елену, он, как известно,отваживается на довольно рискованное хождение к Матерям!

К сожалению, приходится констатировать, чтоснижение раздражающего порога и поисковое поведение редко в каких случаяхпроявляются столь же отчетливо, как в случае внутривидовой агрессии. В первойглаве мы уже видели тому примеры; вспомним рыбу-бабочку, которая за неимениемсородичей выбирала себе в качестве замещающего объекта рыбу близкородственноговида, или же спинорога, который в аналогичной ситуации нападал даже не толькона спинорогов других видов, но и на совершенно чужих рыб, не имевших ничегообщего с его собственным видом, кроме раздражающего синего цвета. У цихлидсемейная жизнь захватывающе интересна, и нам придется еще заняться ею весьмаподробно, но если их содержат в неволе, то накопление агрессии, которая вестественных условиях разряжалась бы на враждебных соседей, — чрезвычайно легко приводит кубийству супруга. Почти каждый владелец аквариума, занимавшийся разведениемэтих своеобразных рыб, начинал с одной и той же, почти неизбежной ошибки: вбольшой аквариум запускают нескольких мальков одного вида, чтобы дать имвозможность спариваться естественным образом, без принуждения. Ваше желаниеисполнилось — и вот увас в аквариуме, который и без того стал несколько маловат для такогоколичества подросших рыб, появилась пара возлюбленных, сияющая великолепиемрасцветки и преисполненная единодушным стремлением изгнать со своего участкавсех братьев и сестер. Но тем несчастным деться некуда; с изодраннымиплавниками они робко стоят по углам у поверхности воды, если только не мечутся,спасаясь, по всему бассейну, когда их оттуда спугнут. Будучи гуманнымнатуралистом, вы сочувствуете и преследуемым, и брачной паре, которая темвременем уже отнерестилась и теперь терзается заботами о потомстве. Вы срочноотлавливаете лишних рыб, чтобы обеспечить парочке безраздельное владениебассейном. Теперь, думаете вы, сделано все, что от вас зависит, — ив ближайшие дни не обращаетеособого внимания на этот сосуд с его живое содержимое.

Но через несколько дней с изумлением иужасом обнаруживаете, что самочка, изорванная в клочья, плавает кверху брюхом,а от икры и от мальков не осталось и следа.

Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 37 |





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.