WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 33 |

Современный механизм администрирования вздра­воохранениисмертелен для психотерапии. Рассмотрим его заповеди: 1) терапия должна бытьнеправдоподобно короткой, в основном сосредоточенной на внешнихсимп­томах, а не навнутренних конфликтах, породивших эти симптомы, 2) терапия должна бытьнеоправданно деше­вой(что ударит и по специалистам, которые посвятили многие годы глубиннойподготовке, и по пациентам, ко­торым придется обращаться к слабо подготовленным те­рапевтам), 3) терапевты должныподражать медицин­скиммоделям и проходить сквозь шарады формулирова­ния точных медико-подобных целей ипроцедуры их еженедельного оценивания, 4) терапевты должны рабо­тать только с эмпирическиподтвержденными техниками (ЭПТ), таким образом, отдавая предпочтение кратким,скорее всего педантичным, когнитивно-бихевиоральным моделям, которыедемонстрируют угасание симпто­мов.

Но из всех этих ошибочных и дажетрагических ультиматийных установок по отношению к психотерапии, ни одна неявляется более зловещей, чем ориентация на протокольную терапию. Так, некоторыеоздоровитель­ныепрограммы и НМО15 требуют от терапевтапридер­живаться вкурсе психотерапии предписанного плана, иногда даже списка тех тем, которыенеобходимо под­нять наследующих сессиях. Жадное до прибыли меди­цинское руководство и ихдезинформированные про­фессиональные советники считают, что терапия функционирует успешноблагодаря получению и распределе­нию информации, а не является результатом взаимоот­ношений терапевта и пациента. Аэто печальная ошибка.

Из восьмидесяти мужчин и женщин,переживших утрату, случаи которых я изучил в процессе моего исследо­вания перед работой с Ирен, ниодин не был похож на нее. Никто не переживал подобного созвездия идущих одна задругой (и практически равнозначных) потерь: муж, отец, мать, друг, крестник.Никто в такой мере не был травмирован ранней потерей горячо любимого брата. Ниу кого не было таких взаимозависимых отно­шений с мужем, как у нее. Никомуиз них не приходи­лосьнаблюдать угасание супруга, постепенно пожирае­мого раком. Никто не был врачом,так ясно понимав­шимприроду патологии мужа и ее последствия.

Нет, Ирен была уникальна и требовалауникальной терапии, такой, какую мы должны были построить вмес­те. Но это не значит, что мысперва создали терапию, а затем работали согласно ей, — все наоборот: проект со­здания новой, уникальной терапии и был самой терапией.

Я посмотрел на часы. Где же Ирен Яподошел к две­рямкафе, выглянул наружу и увидел ее. Она шла рука об руку с мужчиной, вероятно,это и был Кевин. Ирен дер­жит за руку мужчину! Возможно ли такое Я вспомнил бесконечныечасы, потраченные на то, чтобы убедить ее, что она не проклята и не обречена наодиночество, что в конечном счете в ее жизни появится другой мужчина. Господи,какая же она была упрямая! Ведь была тысяча возможностей: когда она толькостала вдовой, вокруг нее было множество привлекательных и подходящихпо­клонников.

Она быстро отказывала любому мужчине поодной или нескольким причинам из своего, по-видимому, бес­конечного, списка. “Я не посмеюлюбить снова, я не смогу пережить еще одну смерть” (эта установка, верхняя изсписка, заставляла ее отказывать любому мужчи­не хоть немного старше ее илинаходящемуся не в луч­шем физическом состоянии). “Я не хочу, чтобы из-за моей любвикто-то оказался обреченным”. “Я не хочу предавать Джека”. Каждого мужчину онасравнивала с Джеком, который был безупречен и брак с которым был предопределен(он был знаком с ее семьей, был близким другом ее брата и олицетворял собойпоследнее связую­щеезвено с ее умершим братом, ее отцом и умирающей матерью). Поэтому Ирен былаубеждена, что не сущест­вовало ни одного мужчины, который смог бы понять ее, никого, ктоне занес бы грязь на кухню, подобно ферме­ру Фросту. Наверное, единственнымисключением были члены общества переживших утрату, люди, которые точно понималисвое окончательное предназначение и ценность жизни.

Требовательность и еще разтребовательность. От­личное здоровье. Сильный. Стройный. Младше ее. Не­давно потерял любимого человека.Хороший художест­венный и литературный вкус, философский взгляд на вещи. Моянетерпимость по отношению к Ирен и неве­роятным запросам, которые онаустановила, росла. Я вспоминал других вдов из числа своих пациентов,ко­торые были бы радымалейшему вниманию со стороны любого мужчины, которым Ирен коротко отказывала. Я старался держать своичувства при себе, но от Ирен нельзя было ничего скрыть, даже невысказанныемысли и растущее нетерпение от желания, чтобы она с кем-ни­будь познакомилась.

Возможно, она также чувствовала моюобеспокоен­ность тем,что она никогда не позволит мне уйти. Я был убежден, что ее привязанность комне была основной причиной отказа встречаться с другими мужчинами. Господи,неужели эта ноша навсегда Скорее всего мне приходилось расплачиваться за то,что я преуспел в том, чтобы стать значимым для нее.

Затем в ее жизнь вошел Кевин. С самогоначала она знала, что это и есть мужчина, которого она так долго искала. Япоражался ее уверенности. Я все думал о ее немыслимых, нелепых эталонах. Ну аон подходил под каждый. Молодой, здоровый, восприимчивый — он даже был членом обществалюдей, переживших утрату. Его жена умерла год назад, и они с Ирен полностьюпо­нимали исочувствовали горю другого. Все произошло внезапно, и я был рад за Ирен— и рад своейсвободе. Перед тем как она встретила Кевина, она полностью восстановила своеположение во внешнем мире, но ос­талась глубокая необъяснимая внутренняя тоска. Теперь и она быстроиссякала. Последовало ли улучшение после того, как она встретила Кевина Илиспособность раскрыться мужчине стала результатом улучшения Что было первымЭтого я никогда не узнаю.

А теперь она вела Кевина на встречу сомной.

Вот они вошли в кафе. Они направляются комне. Неужели я нервничаю Посмотрите на этого мужчину: он великолепен— высокий, сильный,похоже, он каж­дыйдень занимается триатлоном перед завтраком, и этот нос... невероятно... и гдеони берут такие носы До­статочно, Кевин, отпусти ее руку. Да хватит же! Неужели нет хотьчего-то, что может не понравиться в этом парне Ого, я собираюсь пожать емуруку. Почему мои руки такие влажные Заметит ли он Ну и что, чтозаме­тит

— Ирв,— услышал я голосИрен, — познакомься,это Кевин. Кевин, Ирв.

Я улыбнулся, протянул руку и сквозь зубыпоздоро­вался.Проклятие, думал я, лучше бы ты позаботился о ней как следует. И, черт тебяпобери, лучше бы тебе не умирать.

Глава 5. Двойноеразоблачение.

И поэтому, доктор Лэш, я чувствую, чтосдаюсь. Во­круг менянет мужчин. А если они еще не женаты в свои сорок, то с ними, очевидно, что-тоне так — ихот­вергли или онибольны — какая-тодругая женщина уже отвергла их. И обчистила. У последних трех мужчин, скоторыми я встречалась, не было пенсии. Кто их будет уважать Вы будете Ядумаю, вы достаточно отклады­ваете на свою пенсию, а Но не беспокойтесь, я знаю, что вы несобираетесь отвечать. Мне тридцать пять. Я просыпаюсь с мыслью, что это много.Почти полпути пройдено. Чем больше я думаю о своем прошлом, тем больше понимаю,что оно убило меня. Загублено десять лет моей жизни — самые важные десять лет. Десятьлет — подуматьстрашно. Это похоже на дурной сон, а когда он уходит, я просыпаюсь, оглядываюсьвокруг — мне тридцатьпять, мне осталось жить не так уж много, и все порядочные мужчины ужеразобраны. (Несколько минут молчания.)

— О чем тыдумаешь, Мирна

— Я думаюо том, что попала в ловушку, думаю о по­ездке на Аляску, где отношениямежду мужчиной и жен­щиной гораздо лучше. Или о бизнес-школе — там тоже хорошиеотношения.

— Останьсяздесь, со мной, в этой комнате, Мирна. На что похоже твое сегодняшнеепребывание здесь

— Что тыимеешь в виду

— То же,что и всегда. Попытайся поговорить о том, что происходит здесь, междунами.

—Разочарование! Еще сто пятьдесят долларов уплыли, а я нисколько не чувствуюсебя лучше.

— Значит,сегодня я опять не оправдал ожиданий. Взял твои деньги и не помог. Скажи-камне, Мирна, что, если, например...

Резко затормозив, Мирна уклонилась отгрузовика, выехавшего на ее полосу. Она прибавила скорость, обо­гнала его и прокричала:“Осел!”

Выключив кассету, она сделала несколькоглубоких вдохов. Несколько месяцев назад ее новый терапевт, доктор Эрнст Лэш, ккоторому она сейчас ехала, начал записывать их беседы, а затем давал ейпрослушать до следующей недели, когда она придет на очередную встречу. Каждуюнеделю она возвращала кассету и он делал новую запись поверх старой. Хорошаявозмож­ность, сказалон, использовать время в пути от Лос-Альтоса до Сан-Франциско. Но она не была вэтом уверена. Эти встречи сами по себе были разочарованием, и про­ходить через это вторично было ещебольшим разочаро­ванием. Грузовик нагнал ее и ослепил светом фар. Ее машину вынеслос полосы, и она крепко обругала води­теля. Может быть, это случилосьиз-за того, что она от­влеклась, слушая кассету Могла бы она предъявить иск своемупсихотерапевту Притащить его задницу в суд Эта мысль вызвала улыбку на еелице. Наклонясь, она промотала кассету немного назад и снова включилаза­пись.

“— То же, что и всегда. Попытайсяпоговорить о том, что происходит здесь, между нами.

—Разочарование! Еще сто пятьдесят долларов уплы­ли, а я нисколько не чувствую себялучше.

— Значит,сегодня я опять не оправдал ожиданий. Взял твои деньги и не помог. Скажи-камне, Мирна, что, если, например, мы могли бы вернуться на час назад и передтобой стоял вопрос: что я могу сегодня сделать

— Откуда язнаю. И за это ты получил плату, не прав­да ли И к тому же хорошуюплату.

— Японимаю, Мирна, — тыне знаешь, но попробуй пофантазировать. Как бы я мог помочь тебесегодня

— Ты могбы познакомить меня с кем-то из своих одиноких богатых пациентов.

— Тывидишь на моей майке надпись “Бюро зна­комств”

— Ах ты,ублюдок, —пробормотала она, останавли­вая кассету. — Я плачу тебе сто пятьдесят в час за это хитрожопое дерьмо. Онаопять перемотала назад и про­слушала их обмен репликами.

“—... Как бы я мог помочь тебесегодня

— Ты могбы познакомить меня с кем-то из своих одиноких богатых пациентов.

— Тывидишь на моей майке надпись “Бюро зна­комств”

— Несмешно, доктор.

— Тыправа. Извини. Я хотел сказать, что ты нахо­дишься далеко от меня — далеко от того, чтобы сказать,что ты чувствуешь в отношении меня.

— Ты, ты,ты. Почему у меня должны быть чувства только к тебе Ты не предмет беседы. Я несобираюсь идти с тобой на свидание — хотя из этого я могла быиз­влечь больше, чемиз того, что мы делаем сейчас.

— Давайеще раз обсудим это, Мирна. Ты пришла сюда, ко мне, сказав, что хочешь изменитьчто-то в своих отношениях с мужчинами. На самой первой встрече я сказал тебе,что смогу лучше изучить твои от­ношения с другими, сосредоточившись на наших отношениях здесь, вэтом офисе. Это пространство в моем кабинете является, или должно являться,безопасным местом, где, я надеюсь, ты можешь говорить свободнее, чем где бы тони было еще. И в этом защищенном месте мы сможем изучить способ отношения другк другу. Не­ужели этотрудно понять Итак, давай еще раз взглянем на твое отношение комне.

— Я ужесказала —разочарование.

—Постарайся сделать это более личным, Мирна.

—Разочарование и есть личное.

— Да, посути это личное, это говорит мне о твоем внутреннем состоянии. У тебя головаидет кругом, я знаю. Когда ты здесь, все вокруг тоже перемешивается. С тобой иу меня голова начинает кружиться. И я чувст­вую твое разочарование. Но словоразочарование ничего неговорит мне о нас. Подумайо пространстве здесь, между нами. Постарайся остаться в нем хотя бы нами­нуту или на две.Каково сегодня это пространство Не­сколько минут назад ты сказала, что больше получила бы от свиданийсо мной, чем от психотерапии, — рас­скажи об этом.

— Я ужевсе сказала, между нами нет ничего. Пустое пространство. Сплошноеразочарование.

— Это то,что происходит сейчас, в данный мо­мент —-как раз то, что я имею в виду, говоря, что ты из­бегаешь контакта сомной.

— Я сбитас толку, запуталась.

— Нашевремя почти закончилось, Мирна, но поста­райся сказать что-нибудь, преждечем мы остановим­ся,— об этом же я просилтебя пару недель назад. Ми­нуту-две подумай о том, что мы могли бы делать вместе. Закройглаза; позволь возникнуть какому-нибудь обра­зу, любому. Опиши, чтопроисходит.

(Тишина.)

— Что тывидишь

—Ничего.

—Постарайся. Сделай так,чтобы что-нибудь случи­лось.

— Ладно,ладно. Я вижу, как мы идем вместе. Разго­вариваем. Радуемся друг другу.Какая-то улица в Сан-Франциско, может быть, Честнат. Я беру тебя за руку и ведув один бар. Ты не хочешь, но все же идешь со мной. Ты хочешь увидеть это...увидеть это место... увидеть своими глазами, что там нет ни одного подходящегомужчины. Это то ли бары для встреч, то ли служба зна­комств по Интернету, о которой тыупоминал на про­шлойнеделе. Интернет хуже, чем бары. Обезличенность! Я поверить не могу, что тыдействительно посоветовал мне это. Ты ждал, что я построю взаимоотношения,глядя на экран монитора, даже не видя другого челове­ка... даже не...

— Вернисьобратно в свою фантазию. Что ты еще ви­дишь

— Всепочернело —исчезло.

— Такбыстро! Что остановило тебя от продолжения

— Не знаю.Почувствовала холод и одиночество.

— Ты быласо мной. Ты держала меня за руку. Какие чувства возникли у тебя

— Ничегонового, по-прежнему одиночество.

— Мызаканчиваем, Мирна. Последний вопрос. От­личались ли последние минуты нашейвстречи от ее на­чала

— Нет, всебыло таким же. Разочарование.

— Япочувствовал, что пространство между нами со­кратилось. Ты почувствовалачто-нибудь подобное

— Можетбыть. Я не уверена. Но мне до сих пор не­понятна цель того, что мыделаем.

—Почему-то мне кажется, что в тебе что-то проти­вится разглядеть цель. Итак, вчетверг, в то же время

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 33 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.