WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 41 | 42 ||

— Думаю, ядолжна была иметь что-то,что хотел Марвин. Во многих других отношениях он очень самодостаточен. Я часточув­ствую, как мало ямогу ему предложить. Я не смогла иметь детей, я боюсь людей, я никогда неработала вне дома, у меня нет ни та­лантов, ни способностей.

Она остановилась, вытерла глаза и сказала,обращаясь к Марвину:

— Видишь,я могу плакать, еслиразрешу себе. Потом Филис снова повернулась ко мне:

— Марвинсказал Вам, что говорит со мной о том, что вы здесь обсуждаете. Так что я тожеучаствую в терапии. Некоторые темы потрясли меня, они относятся больше ко мне,чем к нему.

—Например

—Например, сожаление. Это как раз про меня. Я часто сожа­лею о том, что сделала со своейжизнью, или, точнее, чего не сде­лала.

В этот момент мое сердце наполнилосьсимпатией к Филис, и я во что бы то ни стало захотел сказать ей что-нибудьободряющее.

— Если мыслишком глубоко заглядываем в прошлое, легко переполниться сожалением. Носейчас самое главное — обернуть­ся к будущему. Мы должны подумать о переменах. Нельзядопус­тить, чтобыследующие пять лет Вы прожили так же, как те про­шедшие пять лет, о которыхсожалеете.

После короткого раздумья Филисответила:

— Я хотеласказать, что слишком стара, чтобы что-то менять. Я чувствовала это последниетридцать лет. Тридцать лет! Вся моя жизнь прошла с чувством, что уже слишкомпоздно. Но то, как изменился Марвин за последние несколько недель, потрясломеня. Может быть. Вам это непонятно, но одно то, что я сегодня здесь, вкабинете психиатра, рассказываю о себе, — это уже огромный, ог­ромный шаг вперед.

Я помню, что подумал, как удачно, чтоизменения Марвина побудили к изменениям и Филис. В терапии нередко происходитобратное. Фактически терапия часто вызывает напряжение в бра­ке: если пациент изменяется, а егосупруг остается в прежнем сос­тоянии, то динамическое равновесие в браке нарушается. Пациентвынужден либо отказаться от развития, либо развиваться и риско­вать союзом. Я был оченьблагодарен Филис за проявленную гиб­кость.

Последнее, что мы обсуждали, быловозникновение симптомов Марвина. Я объяснял себе символическое значениеотставки —экзистенциальную тревогу, лежащую в основе этой важной жизнен­ной вехи, — как причину появления симптомов.Но Филис пред­ложиладополнительное объяснение.

— Яуверена, что Вы знаете, о чем говорите, и что Марвин, дол­жно быть, расстроен своейотставкой больше, чем подозревает. Но, сказать по правде, больше всего егоотставкой расстроена я — а когда я чем-либо расстроена, Марвин тоже огорчается. Такустро­ены нашиотношения. Если я грущу, даже тайком, он чувствует это и расстраивается. Иногдаон таким образом берет на себя мою грусть.

Филис сказала это с такой легкостью, что яна минуту забыл, в каком она напряжении. Раньше она поглядывала на Марвина,про­износя каждую своюфразу. Я не знал точно: для того ли, чтобы получить его поддержку, или чтобыубедиться, что он выдержит то, что она собирается сказать. Но сейчас она былазахвачена тем, что говорила, и держалась совершенно свободно.

— Чем Васрасстроила отставка Марвина

— Ну,во-первых, для него уход на пенсию означает возможность путешествовать. Я незнаю, много ли он говорил Вам о моем отно­шении к путешествиям. Я этим вовсене горжусь, но мне тяжело покидать дом и пускаться в странствия по миру. Потом,мне не нравится, что Марвин будет теперь "хозяйничать" в доме.Послед­ние сорок летон был хозяином в своем офисе, а я — в доме. Те­перь я знаю, что это и его домтоже. Главным образом, это ведь его дом — он заплатил за него деньги. Номне обидно слышать его разговоры о том, как он реконструирует дом, чтобыразместить свои разнообразные коллекции. Например, сейчас он пытается найтикого-то, кто сделает ему стеклянный обеденный стол, на котором он разместитсвои политические листовки. Я не хочу есть на по­литических листовках. Я боюсь, чтомы начнем ссориться. И... — она остановилась.

— Высобирались сказать что-то еще, Филис

— Ну, этотруднее всего сказать. Я чувствую себя смущенной. Я боюсь, что когда Марвинбудет оставаться дома, он увидит, как мало я каждый день делаю, и потеряет комне уважение.

Марвин просто взял ее за руку. Казалось,это было правильно. На протяжении всего сеанса он слушал с большим сочувствием.Никаких отвлекающих вопросов, никаких плоских шуток, никакого стремленияудержаться на поверхности. Он заверил Филис, что путешествия важны для него, ноне настолько, чтобы он не мог подождать до тех пор, пока она не будет готова кним. Он открыто сказал ей, что самая важная в мире вещь для него — это их отно­шения и что он никогда нечувствовал к ней такой близости.

Я встречался с Филис и Марвином ещенесколько раз. Я под­держивал их новый, более открытый тип общения и дал имне­сколькорекомендаций относительно сексуального поведения: как Филис может помочьМарвину сохранить эрекцию или избежать преждевременной эякуляции, как Марвинуотноситься к сексу менее механически и как он может довести Филис до оргазмамануально или орально, если потерял эрекцию.

Она была затворницей многие годы и редковыходила одна. Мне показалось, что пришло время разрушить эту схему. Я полагал,что смысл — покрайней мере, один из смыслов ее агорафобии — утра­тил актуальность и можновоздействовать на нее с помощью пара­докса. Вначале я получил согласиеМарвина, что он обещает по­следовать любому моему совету, чтобы помочь Филис преодолеть еестрах. Затем я велел ему говорить ей каждые два часа одни и те же слова (еслион в это время на работе, то звонить и говорить по телефону): "Филис,пожалуйста, не уходи из дома. Мне нужно знать, что ты все время здесь, чтобызаботиться обо мне и защищать меня от моих страхов".

Глаза Филис расширились. Марвин посмотрелна меня недовер­чиво.Я что, серьезно Я сказал, что понимаю, как идиотски это зву­чит, но убедил их добросовестнопоследовать моим инструкциям.

Первые несколько раз, когда Марвин просилФилис не поки­датьдом, оба были смущены; это звучало искусственно и нелепо — она месяцами не выходила издома. Но вскоре смущение смени­лось раздражением. Марвин был раздражен тем, что я взял с негообещание повторять эту дурацкую фразу. Филис знала, что Mapвин следует моиминструкциям, но тоже была раздражена его при­казаниями оставаться дома. Черезнесколько дней она пошла одна в библиотеку, потом за покупками, а на следующейнеделе отпра­виласьдальше, чем отваживалась за многие годы.

Я редко прибегаю к таким манипулятивнымметодам в психо­терапии; обычно цена слишком высока — нужно жертвовать под­линностью терапевтическогоконтакта. Но парадокс может быть эффективным в тех случаях, когдатерапевтические основания проч­ны и предписываемое поведение разрушает смысл симптома. В данномслучае агорафобия Филис была не ее, а ихсимптомом и служила сохранению супружеского равновесия: Филис всегда была враспоряжении Марвина; он мог совершать вылазки в мир, обес­печивать их безопасность, но самчувствовал себя в безопасности, только будучи уверенным, что она всегда ждетего дома...

Была определенная ирония в моемиспользовании этой инструк­ции: экзистенциальный подход и манипулирование парадоксами— довольно странноесочетание. Но здесь последовательность выгля­дела естественной.

Марвин использовал в своихвзаимоотношениях с Филис те прозрения, которые он получил, столкнувшись сглубинными ис­точниками своего отчаянья. Несмотря на свою растерянность(про­явившуюся всновидении в виде неспособности перестроить дом среди ночи), он, тем не менее,добился радикальной перестройки своих отношений с женой. Оба — и Марвин, и Филис — теперь так заботились о развитиидруг друга, что могли полноценно сотруд­ничать в деле искоренениясимптома.

Изменение Марвина запустило спиральадаптации: освобожден­ная от своей ограничивающей роли, Филис буквальнопреобрази­лась занесколько недель и продолжила укреплять свои изменения в индивидуальной работес другим терапевтом в следующем году.

Мы с Марвином встретились еще толькодважды. Довольный достигнутым прогрессом, он понял, как он выразился, чтополучил хороший доход от своих инвестиций. Мигрени, которые былипри­чиной егообращения за помощью, больше никогда не возвраща­лись. Хотя у него еще случалиськолебания настроения (и они по-прежнему зависели от секса), их интенсивностьзначительно уменьшилась. Марвин считал, что теперь колебания настроениянесравнимо меньше, чем все предыдущие двадцать лет.

Я тоже чувствовал удовлетворение от нашейработы. Всегда есть что-то еще, что можно было бы сделать, но в целом мывыполни­ли гораздобольше, чем я предполагал в начале работы. Тот факт что кошмары Марвинапрекратились, тоже был благоприятным. Хотя я больше не получал посланий отсновидца, я по ним не ску­чал. Марвин и сновидец слились воедино, и я говорил теперь с нимикак с одним человеком.

Следующий раз я встретился с Марвином годспустя: я всегда назначаю пациентам встречу через год — как для их пользы, так и вличных познавательных целях. У меня есть привычка проигры­вать для пациентов кусочек нашегопервого сеанса, записанного на магнитофон. Марвин десять минут слушал с большиминтересом, потом улыбнулся и сказал:

— Господи,кто этот осел

Достижения Марвина были серьезными.Наблюдая подобную реакцию у многих пациентов, я начал рассматривать ее какнадеж­ный показательизменений. Фактически Марвин говорил: "Сейчас я другой человек. Я с трудомузнаю того Марвина, которым был год назад. То, что я делал тогда — отказывался взглянуть правде вгла­за, пыталсяконтролировать или запугивать других, старался по­трясти других своим интеллектом,добросовестностью, своими схе­мами, —все это прошло. Я больше этого не делаю".

Это немалые достижения, они указывают насущественную пе­рестройку личности. Но они столь тонкие по своему характеру, чтообычно ускользают от исследовательских опросников.

Со своей обычной добросовестностью, Марвинявился с гото­вымотчетом, в котором оценивались задачи и достижения тера­пии. Вердикт был смешанным: внекоторых областях ему удалось сохранить изменения, в других он отступил назад.Во-первых, со­общил онмне, у Филис все хорошо: ее страх выходить из дома значительно уменьшился. Онаучаствовала в женской терапевти­ческой группе и работала над своим страхом социальныхконтак­тов. Возможно,самым потрясающим было ее решение конструк­тивно бороться со своим смущениемпо поводу отсутствия образо­вания —она записалась в колледж на несколько курсов для пожи­лых людей.

А что же Марвин У него больше не быломигреней. Его коле­бания настроения сохранились, но были умеренными.Периодичес­ки у негослучались эпизоды импотенции, но он не так беспокоился об этом, как раньше. Онизменил свое мнение об отставке и теперь работал неполный день, но поменялсферу деятельности на более интересную для себя. У них с Филис по-прежнемуочень хорошие отношения, но иногда он чувствовал себя заброшенным из-за ееновой деятельности.

А что мой старый друг, сновидец Что с нимстало Было ли у него сообщение для меня Ночные кошмары у Марвина больше неповторялись, но в ночь накануне нашей встречи он увидел корот­кий и очень загадочный сон.Казалось, сон пытается ему что-то сказать. Возможно, предположил он, я смогупонять его.

Моя жена передо мной. Она раздета и стоит,расста­вив ноги. Ясмотрю вдаль через треугольник, образован­ный ее ногами. Но все, что мнеудается увидеть, далеко-далеко, у самого горизонта, — это лицо моейматери.

Последнее послание сновидца:

"Мое зрение ограничено женщинами,существующими в моей жизни и в моем воображении. Тем не менее, я все еще могувидеть на большом расстоянии. Возможно, этого достаточно ".


1 Более детальное обсуждение этого экзистенциального подхода иоснованных на нем теоретических и практических положений психотерапии см. вмоей книге: Exis­tential Psychotherapy (N.Y., Basicbooks, 1980).

2 В русском языке это значение слова "решить" сохранилось вуголовном жарго­не("порешить"). —Прим. перев.

3 Речь идет об одном из авторов нашей серии — выдающемся американскомпси­хологе ипсихотерапевте, классике экзистенциально-гуманистической психологии (см. РоллоМэй "Искусство психологического консультирования", М.: "Независимая фирма"Класс", 1994). —Прим. ред.

4 Эти различные точки зрения были затем опубликованы в книге "Скаждым днем все ближе: терапия, рассказанная дважды" (New York: Basic Books,1974).

5 Вуайеризм — страсть к подглядыванию. — Прим.ред.

6 Voibeireden (нем.) — говорить, перебивая (не слушая) друг друга. — Прим.ред.

Pages:     | 1 |   ...   | 41 | 42 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.