WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 37 |

Подготовка к настоящей жизни, когда бы она ниожидалась, манит человека, который "покупает фальшивые акции" на светлоебудущее. Он платит за будущее счастье, уничтожая или отвергая то, чтопроисходит сейчас. Но даже когда он достигает "земли обетованной", оказывается,что у этой выгодной сделки есть нежелательный побочный продукт. Он заключаетсяв том, что человек привык занижать важность актуальных переживаний настоящего.И вот тогда , когда онможет наконец начать жить ,в соответствии с его социальным контрактом, он все еще оглядывается назад! Онодурачен игрой в "это хорошо для тебя".

Наше время готово к переменам. Магнетическуюсилу непосредственного опыта трудно победить. Обещание успехов или наград вбудущем может соперничать с большой притягательностью непосредственныхпереживаний и активных действий. Еще не так давно непосредственным переживаниямуделяли мало внимания. Предполагалось, что личная вовлеченность в процессобучения нарушает объективность мышления. А ведь обучение требует чувства личногонепосредственного участия так же, как и теоретические изыскания. Ясно, какдважды два, что эти процессы нераздельно связаны.

В настоящее время в лексиконе психологовпоявилось слово "причастность", которое стало почти кодовым для соединениявоедино всех жизненных впечатлений в центральной точке. Однако раньшепсихотерапевты были просто мастерами по части непричастности: сидели всобственных кабинетах, изолированные от жизни общества. Они читали лекции,давали консультации, выпускали объемистые книги, предназначенные в основном дляспециалистов.

С появлением экзистенциализма и признаниемобщности человеческих проблем уровень причастности психотерапевта к жизнивозрос.2 Люди стали заботиться не о том, больны они или нет, а о том, какразвивать свои силы, как испытывать чувство значимости, как соответствоватьтому, что хочется, как создавать такую окружающую среду, в которой они могутжениться, рожать детей и все остальное. Более того, они стали ждать отпсихотерапии ответов на многие жизненно важные вопросы. Впоследствии, срасцветом гуманистических направлений психотерапии все эти вопросы сталипредметом пристального внимания.

Сегодня многие люди оказались во взвешенномсостоянии. Их волнует свежесть непосредственных жизненных переживаний, ноим необходимо и то связующее звено, которым могла быстать теория, придающая смысл и перспективу тому, что они делают ичувствуют. Теория и знания остаются непонятными из-заих традиционной отстраненности от реальной жизни.

До 1950-х годов такой связующей силой былпсихоанализ. Он создал законченный "портрет" человеческой природы и дал толчокразвитию новых представлений о человеке, которые прежде считалисьнепостигаемыми. Психоанализ оказал настолько сильное влияние на развитиесоциальных идей, что мимо него не прошла ни одна психотерапевтическаятеория.

Сам же Фрейд защищал незыблемость своихвзглядов и был нетерпим к любым отклонениям от них. Чтобы сохранить своюсистему целостной, он отрицал теоретические новации, даже если они исходили изего собственных постулатов. Любое отклонение от его принципов он воспринималкак угрозу конечной истинеи не допускал даже блестящих идей развития своей теории.

Однако эти идеи все же сохранились– как любая теория,которая отвечает нуждам общества. Они и стали основой для многих современныхвоззрений. И, несмотря на то, что отклонения от теории Фрейда оказали меньшеевлияние, чем его собственные взгляды, их существование нельзя непризнать.

Новые теоретические перспективы

Очевидно, что ни одна теория не можетпретендовать на конечную истину. Но в когда психоаналитическая теория была впервыесформулирована, тем, кто не разделял взгляды Фрейда, было трудно отстаиватьсвои собственные идеи, так же, как поначалу и самому Фрейду. ОттоРанк3, который смог преодолеть узость взглядов Фрейда,писал:

"... Психологические теории меняются, какмода, и неизбежно вынуждены меняться, чтобы стать доступными и выразитьсуществующий тип человека в его динамической борьбе за выживание ибессмертие".

С этой точки зрения новые теоретическиеизыскания не должны ожесточаться в полемике и самоутверждении. Они могутпоходить на живопись, которая выражает взгляд и чувства одного толькохудожника. Наконец, они являются его взглядом, а не рассматриваются как жизнь сама по себе. Теориисоздают ясность. Они нужны нам, чтобы увязать воедино наши взгляды и поступки,чтобы то, что мы делаем сегодня, имело смысл и будущем. Но теории не являютсяконечной истиной. Халл иЛиндзей4 дают такое

определение теории:

"... Теории не предопределены природой,условиями или любым другим конкретным процессом. Как один и тот же опыт илинаблюдение может вдохновить поэта или писателя сочинить произведения вразличных жанрах, так и данные исследований можно объединить во множестворазличных теоретических схем. Теоретик выбирает одно конкретное мнение,представляя факты, которые его интересуют, пользуясь свободным творческимвыбором. Этот выбор отличается от выбора в искусстве только ясностью, покоторой можно будет судить о плодотворности теории".

То, что люди перестали восприниматьустановленные теории всерьез, как это было раньше, – здоровый знак. Тем не менеесегодня по-прежнему не достает теории, которая могла бы отразить практическиеинтересы. Человеку нужны способы, чтобы хорошо ориентироваться в своейреальности, мыслях, чувствах, желаниях. Гештальт-терапия дает такую ориентацию.Это творческое течение объединило всех, даже малоизвестных фрейдовскихотступников в рамках гештальт-направления.5 Егоосновная идея состоит в том, что терапевтический опыт не простоподготовительный этап, а он является самоценным perse6, не требующим никакого внешнего подтверждения своейуместности в жизни пациента.

Гештальт-терапия не ограничиваетсятолько истинами сегодняшнего дня, которые нужны только сейчас и отвечают толькосиюминутным витальным потребностям. Если мы скажем, что гештальт-терапиядействительна только на сегодняшний день, значит признаем, что содержание этойкниги и многих других ей подобных через 40 лет будет уже не актуально. Пожалуй,через 40 лет наши взгляды могут и устареть. Рассмотрим, например, сутьпсихоаналитической концепции трансфера (переноса). Это была замечательная идея,пролившая свет на наши представления об психических нарушениях. Однако впредставлении многих психотерапевтов эта теория уже устарела. Она указывает накачество "как будто"психотерапевтических отношений, но этого недостаточно, чтобы обойти моментдеперсонализации, широко распространенной в наше время. Сегодня нужно нечтобольшее, чем понимание, что многие актуальные отношения являются повторениемважных детских отношений. Чувства, которые возникают между психотерапевтом ипациентом самоценны, и в психотерапевтической работе нужно отдавать им должное.Слишком просто думать обо всем, что с нами происходит, как об элементарномвоспроизведении отношений с родителями.

Каковы бы ни были подражания,гештальт-терапия фокусируется на актуальных отношениях как таковых. Если пациент злится натерапевта, это может быть важно, например, с той точки зрения, как пациентвоспринимает эти чувства сейчас или что он собирается с этим сделать.Интерпретация переноса отвлекает пациента от целостности его опыта, замутняясилу актуальных чувств и поведения, заменяя "сейчас" на "давным-давно". Это незначит, что концепция переноса вовсе не имеет значения для людей, живущих внастоящем, в частности в контексте их отношений с родителями. Просто она большене является предметом нашего интереса. Современный художник может считатькартину Рембрандта великолепной, но ему не придет в голову самому писать такиеже картины. Серьезно изучая живопись Рембрандта, он будет следоватьсобственному видению мира, в котором он живет, своей манере изображать этотмир.

Новые представления, лежащие в основе вгештальт-терапии и большей части гуманистических подходов, таковы: 1) источниксилы – в настоящем;2) опыт важнее всего; 3) сам терапевт является инструментом терапии; 4) терапияслишком хороша, чтобы ограничиваться лечением.

Источник силы – в настоящем

Только настоящее существует в данный момент.Эту истину усвоить труднее всего. Игнорировать ее – значит отказаться от ценностипроисходящего. Это кажется очевидным и широко распространилось среди психологовтак называемой третьей волны.

Однако вызывает удивление, что акцент нанастоящем, при всей его громадной терапевтической силе, энергично отрицаютбольшинство психотерапевтов. Два основных парадокса тормозят развитие идеинастоящего как определяющей основы жизни. Первый парадокс заключается в том,что гештальт-терапия признает воспоминание и планирование как функциинастоящего, даже если они относятся к прошлому или будущему. Второй парадокссостоит в том, что, имея дело с вопросами, связанными с прямой межличностнойконфронтацией, мы соприкасаемся со многими важными явлениями жизни людей– войны, расизм,экология и др.

Эти парадоксы стали основным источникомпутаницы в вопросе о силе настоящего времени. Но говорить о них необходимо,чтобы прояснить и расширить наше понимание настоящего. Многие уже не разделяютвзгляды на настоящее как на буквальные актуальные переживания. События, которыеслучились или могли случиться вне "здесь и сейчас" можно игнорировать только висключительных случаях. Некоторые из таких событий касаются самых захватывающихи драматических эпизодов человеческого существования. И если они являются"запретной зоной", то это большая потеря – как для говорящего особытиях, так и для слушателя.

Прошлое и будущее. Прошлое и будущее содержат то, чтооднажды произошло, и то, что когда-то может случиться. Они определяютпсихологические границы актуального опыта и психологического контекста. Этотконтекст поставляет материал для выделения новых фигур из фона, в котором онисуществуют сейчас. Парадокс в том, что взаимодействие прошлого или будущего снастоящим является центром психологической жизни. Однако многие относятсяк этому так, словно прошлое или будущее существуют отдельно, тем самымигнорируя живые возможности существования. Сенсорные и моторные системычеловека могут работать только в настоящем, и благодаря их работе актуальныйопыт становится живым и наполненным переживаниями.

Например, когда пациент "застревает" навоспоминаниях об отцовской порке, он относится к этому лишь как к событиюпрошлого и погружен в свои воспоминания. В этом случае затронута лишь маленькаячасть происходящего в настоящий момент. Если же он захочет осознать своителесные ощущения в тот момент, когда его избил отец, ему следует усилить своиактуальные переживания, чтобы преобразовать свой телесный зажим в реальноечувство. Тогда он сможет рассказать эту историю с яростью, давая слушателямпроникнуть в существо своих переживаний. Напряжение, которое возникает в такихслучаях, имеет свою собственную направленную силу и с помощью воспоминаний иличего-то другого переносится в настоящее и выражается со слезами, криками,ударами, бранью и т.п. То, что было вытеснено раньше, возрождается сейчас, спомощью воспроизведения текущих сенсорных и моторных проявлений. Процесспродолжается благодаря распознаванию, усилению и концентрации до тех пор, поканапряжение не иссякнет. Лишь тогда, будучи значимым только в настоящем, событие из далекогопрошлого окончательно осознается человеком.

Некоторым людям, нуждающимся в определеннойдисциплине. Было бы полезно предложить говорить только в настоящем времени. Этоможет быть интересным упражнением, но злоупотребление "правилами грамматики"обедняет человеческие отношения. Люди, которые слишком стилизуют свою жизнь,принимая романтические настроения за истинные переживания, могут в конце концовпотерять способность испытывать настоящие чувства, заменяя ихстилизацией.

По иронии судьбы увлечениерекомендациями, как людям надо говорить друг с другом, представляет опасность длягештальт-терапии. Ведь это полная противоположность той ориентации на"анти-долженствование" (anti-should), которую отстаивает гештальт-терапия.Человеку, который только осваивает искусство жить в настоящем, бессмысленнопредлагать пребывать в настоящем до тех пор, пока он сам не научится делатьэто. Будучи приговорен к настоящему грамматическими правилами или другиминавязанными формами, он может уступить, но это будет пустая формальность, а недействительная жизнь в настоящем.

Эбаутизм7 Второй парадокссосредоточивается вокруг того, как говорить очем-то, не теряя при этом непосредственностипереживаний. Проблема эбаутизма заключается в том, что он может стать пагубнойзависимостью, в нем можно застрять, как во вращающейся двери.

Человек, естественно, заинтересован в том, что простирается запределами случайного "здесь и сейчас". Он будет говорить о том, что его волнует.Тем не менее, даже такие темы могут быть попыткой уйти от того, что волнует изатрагивает. Порой они являются не более чем способом поддержать разговор,отвлечь от чувства недоверия, выставить напоказ свои знания изаинтересованность, желанием избежать столкновения, сексуального контакта илисмятения. Эти и многие другие маневры делают жизнь безопасной, нонеинтересной.

Настойчивое требование пребывать в узкоограниченном мире "здесь и сейчас", как реакция на такого рода деперсонализациюобщения, тоже не полезно. Многие люди, особенно те, кто посещаюттерапевтические группы или группы встреч (encountersgroup), скажут, что отвлеченные темы – политика, общественная жизнь,культура и т.д. – не "групповой материал". Это очевидный абсурд, потому чторабота внутри таких ограничений уплощает сущность человеческойжизни.

В одной из групп заговорили об отношении кстарости в нашей культуре, и одна женщина начала рассказывать о том, как онапоместила свою мать в дом престарелых вместо того, чтобы забрать к себе домой.Вскоре обсуждение вылилось в воображаемый разговор женщины с матерью, и онавысказала то, что никогда не могла бы произнести в реальности. В результатеэтого диалога она осознала свои приоритеты и освободилась от привычныхпредставлений о том, как должна была вести себя с матерью.

Для людей, заинтересованных с личностномросте и сотрудничестве, важно научиться выбирать из потока информации нечтоличностное и волнующее. К сожалению, до сих пор основной способ передачиинформации при обучении служат лекции. Недостатки этой формы обученияобщеизвестны, но ее по-прежнему продолжают использовать. Еще не изобрели такихформ коммуникации, которые могли бы объединить получение информации поактуальной теме с активным участием слушателей. Однако попытки предпринимаются.Все больше и больше преподавателей и студентов стремятся к активному процессуобучения. "Контактное образование" является одним из примеров того, как педагоги студент разрабатывают индивидуальные планы и обсуждают программу обучения.Рабочие проекты и индивидуальные планы придают процессу обучения ощущениенепосредственного участия.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 37 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.