WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 51 |

Все это время она стояла, вцепившись вспинку сту­ла. Садясь,она добавила более спокойно: «Как вы може­те себе представить, три недели,проведенные мной в Та­утенберге с Ницше и его сестрой, были очень сложными. Когда намудавалось остаться наедине, это было божест­венно. Прекрасные прогулки иглубокие беседы обо всем на свете: иногда его здоровье позволяло емуразго­варивать пошесть часов в день! Вряд ли когда-нибудь между двумя людьми существовала стольже полная фи­лософскаяоткровенность. Мы обсуждали относительность добра изла, необходимость освободиться от обще­ственной морали с тем, чтобы житьпо законам нравст­венности, говорили о религии вольнодумцев. Слова Ниц­ше казались абсолютной правдой: мыдействительно бы­лиинтеллектуальными близнецами — мы практически все понимали с полуслова, нам не нужно былодоговари­ватьпредложения до конца, мы могли общаться одними лишь жестами. Но в этой бочкемеда была своя ложка дегтя, ведь постоянно нас преследовало недремлющее око егоковарной сестры — язнала, что она подслушива­ет нас, перевирает наши слова, плетет интриги».

«Скажите, зачем Элизабет было возводить навас по­клеп»

«Затем, что она сражалась за свою жизнь.Это ведь ог­раниченная, духовно бедная женщина. Она не может по­зволить себе уступить своего братадругой женщине. Она отдает себе отчет в том, что Ницше был и всегдаостанет­сяединственным, за что ее можно ценить».

Она бросила взгляд на часы, а затем назакрытую дверь.

«Меня беспокоит, что я занимаю ваше время,так что окончание истории будет кратким. Всего месяц назад, невзирая навозражения Элизабет, Ницше, Поль и я провели три недели в Лейпциге с матерьюПоля, где мы опять посвящали свое время серьезным философским беседам, побольшей части — оразвитии религиозных верований. Мы расстались лишь две недели назад.Ниц­ше был еще уверен,что мы проведем весну все вместе в Париже. Но этого никогда не случится, теперья знаю точно. Его сестрице все же удалось настроить его против меня, и недавноПоль и я начали получать от него пол­ные ненависти и отчаянияписьма».

«А как обстоят дела сейчас, на данныймомент, фройлен Саломе»

«Все разрушено. Поль и Ницше стали врагами.Поль впадает в бешенство всякий раз, когда читает письма, которые Ницше пишетмне, когда слышит о том, что я испытываю к Ницше нежные чувства».

«Поль читает вашу переписку»

«Да, почему нет Наша дружба стала болеетесной. Мне кажется, мы всегда останемся близкими друзьями. У нас нет секретовдруг от друга: я даже разрешаю ему читать мой дневник, а он мне — свой. Поль умолял меня порватьотношения с Ницше. В конце концов я не вы­держала и написала Ницше письмо, вкотором говори­лось,что я всегда буду дорожить нашей дружбой, но со­жительство троих большепродолжаться не может. Я на­писала, что это было слишком мучительно, что пришлось испытыватьслишком сильное разрушительное влия­ние — состороны его сестры, его матери, его с Полем ссор».

«И какова была его реакция»

«Дикая! Пугающая! Он засыпал меня безумнымиписьмами, в которых оскорбления и угрозы уступали место глубокому отчаянию.Вот, посмотрите, что я полу­чила на прошлой неделе!»

Она протянула ему два письма, одноговзгляда на ко­торыехватило для того, чтобы понять, в каком смятении находился человек, писавшийих: неровный почерк, многие слова сокращены или подчеркнуты несколько раз.Брейер попытался вчитаться в обведенные Лу Сало­ме абзацы, но не смог разобрать ипары слов и вернул ей письма.

«Я забыла, — сказала она, — насколько трудноразби­рать его почерк.Давайте, я расшифрую вам одно, адре­сованное нам с Полем: «Пусть мои приступы мании ве­личия или оскорбленного тщеславиявас не особенно беспокоят, и если я однажды в состоянии аффектанало­жу на себя руки,переживать будет не о чем. Что для вас мои фантазии!.. Я смог трезво взглянутьна вещи, при­няв— в отчаянии— огромную дозуопиума...»

Она замолчала. «Этого достаточно, чтобыпонять, в каком отчаянии он пребывает. Я уже несколько недель живу в именииПоля в Баварии, так что вся моя коррес­понденция приходит туда. Польуничтожает самые жес­токие письма, стараясь огородить меня от боли, так что я смоглаполучить только это: «Я отлучаю вас от себя, я выношу обвинительный приговорсамому вашему суще­ствованию... Вы причинили вред, вы принесли зло — ине только мне, но и всем, кто любил меня: этот меч ви­сит над вами».

Она посмотрела на Брейера: «Теперь, доктор, вы по­нимаете, почему я так настойчивосоветую вам не стано­виться на мою сторону»

Брейер глубоко вдохнул дым своей сигары. ЛуСаломе заинтриговала его, он был увлечен трагической исто­рией, рассказанной ею, но сомненияне отступали. Ра­зумноли было с его стороны ввязываться в это В эти джунгли Какие примитивные имощные взаимоотно­шения: дьявольская троица, разрушенная дружба Ницше и Поля, теснаясвязь Ницше с сестрой. И злоба, царящая между ней и Лу Саломе. «Я долженприложить все уси­лия,— сказал он себе,— чтобы не оказатьсяна линии огня». Самую разрушительную силу, несомненно, несла в себе отчаяннаялюбовь Ницше к Лу Саломе, теперь превратившаяся в ненависть. Но пути назад небыло. Он связал себя обязательствами своим беспечным заявлени­ем в Венеции: «Я никогда неотказываю больному в по­мощи».

Он повернулся к Лу Саломе: «Эти письмапомогли мне понять вашу тревогу, фройлен Саломе. Я разделяю вашуобеспокоенность состоянием вашего друга: его не­поколебимость внушает опасения,нельзя исключать ве­роятность самоубийства. Но ведь теперь вы вряд ли об­ладаете влиянием на профессораНицше — как же высможете убедить его обратиться ко мне»

«Вы правы, проблема именно в этом — я уже долго бьюсь над этим. Одно моеимя для него теперь —нож по сердцу, и мне придется действовать через посредников. Это, разумеется,значит, что он никогда, никогда не дол­жен узнать о том, что я с вами встречалась. Вы ни в коем случае недолжны рассказывать ему об этом! Но теперь я знаю, что вы хотите с нимвстретиться...»

Она поставила чашку на стол и такпристально посмотрела на Брейера, что он был вынужден быстро отве­тить: «Разумеется, фройлен. Как яуже говорил вам в Ве­неции, я никогда не отказываю больному в помощи».

Эти слова заставили Лу Саломе расплыться вширо­кой улыбке. О, ейпришлось пережить больше, чем он думал.

«С этого заявления, доктор Брейер, яначинаю нашу кампанию, цель которой доставить Ницше в ваш каби­нет так, чтобы он не могзаподозрить мое участие в этом. Он находится сейчас в таком бедственномположении, что, я уверена, все его друзья встревожены и будут толь­ко рады оказать содействие любомуразумному плану оказания помощи. Завтра я возвращаюсь в Берлин и за­держусь в Базеле, чтобы посвятитьв наш план Франца Овербека, давнишнего друга Ницше. Ваша репутация прекрасногодиагноста должна сыграть нам на руку. Я уверена, что профессор Овербек сможетубедить Ниц­шепроконсультироваться с вами по поводу состояния своего здоровья. Если у менявсе получится, я дам вам знать письмом».

Она торопливо убрала письма Ницше обратно ври­дикюль, вскочила,подхватила свою длинную плиссиро­ванную юбку, лисий палантин с кушетки и протянула доктору Брейеруруку. «А теперь, мой дорогой доктор Брейер...»

Когда она накрыла его руку своей, сердцеБрейера за­колотилось.«Не будь старым идиотом», — сказал он себе, но позволил себе раствориться в тепле ее рук. Онхотел рассказать ей, какое удовольствие доставляли ему ее прикосновения.Возможно, она знала об этом, так как она не отпускала его руку, пока говорила:«Я надеюсь, мы будем поддерживать тесный контакт. Не только из-за моих глубокихчувств к Ницше и моего страха, что я ста­ла невольной виновницей егостраданий. Здесь есть кое-что еще. Я также надеюсь, что мы с вами станемдрузья­ми. Как вызаметили, у меня множество недостатков: я импульсивна, я вас шокирую, мне чуждыусловности. Но У меня есть и сильные стороны: я обладаю безошибочным чутьем налюдей с благородством духа. И когда мне доводится встретить такого человека, ястараюсь его не терять. Так что, мы будем переписываться»

Она отпустила его руку, направилась кдвери, но вне­запноостановилась. Она достала из сумки два неболь­ших томика.

«Ой, доктор Брейер, совсем забыла. Думаю,вам стоит иметь две последние книги Ницше. Они помогут вам по­нять его. Но он не должен знать,что вы их видели. Это наведет его на подозрения, ведь таких книг былопрода­но слишкоммало».

Она снова коснулась руки Брейера. «И ещекое-что. Хотя сейчас у Ницше так мало читателей, он уверен, что к нему придетслава. Он сказал мне, что послезавтраш­ний день принадлежит ему. Так чтоне говорите никому о том, что помогаете ему. Не называйте никому его имя. Есливы это сделаете, а он узнает, он будет рассматри­вать это как великоепредательство. Ваша пациентка, Анна О., — это ведь не настоящее ее имя Выиспользуе­тепсевдоним»

Брейер кивнул.

«Я советую вам поступать так и с Ницше.AufWiedersehen, доктор Брейер», — и она протянула руку.

«AufWiedersehen, фройлен», — сказал Брейер, кланя­ясь и прижимая ее руку кгубам.

Закрывая за ней дверь, он бросил взгляд надве то­ненькие книги вмягком переплете, отметив их странные названия: «DieFrohliche Wissenschaft» («Веселая наука»), «Menschliches, Allwmenschliches»(«Человеческое, слишком человеческое»), прежде чемположить их на стол. Он по­дошел к окну, чтобы еще раз напоследок посмотреть на Лу Саломе.Она раскрыла зонтик, сбежала по ступень­кам и, не оглядываясь, села вожидающий фиакр.

Глава 3

отвернувшись от окна, Брейер потряс головой, от­гоняя образ Лу Саломе. Затем ондернул висящий над его столом шнурок, давая фрау Бекер сигналпригла­шать пациента,ожидающего в приемной. Герр Перлрот, сутулый человек с длинной бородойеврея-ортодокса, неуверенно вошел в кабинет. Как вскоре узнал Брейер, пять летназад герр Перлрот перенес травму — тонзиллэктомию, ему удалили минда­лины. Память об этой операции быластоль ужасной, что он до сих пор не хотел обращаться к врачам. Даже всло­жившейся ситуациион откладывал визит до тех пор, по­ка «безнадежное состояние», как он выразился, не оста­вило ему иного выхода. Брейернемедленно отбросил все свои врачебные замашки, вышел из-за стола и сел на стулрядом, как только что с Лу Саломе, чтобы просто побол­тать со своим новым пациентом. Онипоговорили о по­годе,о новой волне еврейских иммигрантов из Галиции, о подстрекательствеантисемитских настроений Австрий­ским Союзом Реформаторов, об их общих корнях. Герр Перлрот, как ипочти все члены еврейской общины, знал и уважал Леопольда Брейера, отца Йозефа,и через не­сколькоминут доверие к отцу перешло и на сына.

«Итак, герр Перлрот, — начал Брейер, — чем я могу вампомочь»

«Я не могу мочиться, доктор. Весь день ивсю ночь. Мне нужно в туалет. Я бегу туда, но ничего не получает­ся. Я стою, стою, в конце концовпадает несколько ка­пель. Через двадцать минут — опять. Мне опять хочется втуалет, но...»

Задав еще несколько вопросов, Брейер ужеточно знал, в чем причина мучений герра Перлорта. Судя по всему, предстательнаяжелеза пациента перекрыла урет­ру. Оставалось выяснить только одно: было ли это доб­рокачественное увеличение простатыили же это был рак. При ректальном пальпировании Брейер не обнару­жил твердых раковых узелков,вместо этого он нащупал рыхлое доброкачественное увеличение.

Услышав, что признаков рака нет, reppПерлрот рас­плылся вликующей улыбке, схватил руку Брейера и впился в нее поцелуем. Но егонастроение вновь омрачи­лось, когда Брейер объяснил, какой курс лечения ему придетсяпроходить, стараясь, насколько это возможно, обнадежить своего пациента:мочеиспускательный канал следовало расширить посредством введения в пениска­либрованныхметаллических стержней, «зондов». Сам Брейер не занимался такими процедурами,поэтому он направил герра Перлрота к своему шурину Максу, уро­логу.

Когда герр Перлрот ушел, было шесть снебольшим. В это время Брейер выезжал к пациентам на дом. Он со­брал свой вместительный черныйкожаный докторский саквояж, надел отороченное мехом пальто и цилиндр и вышел наулицу, где его ждал кучер в запряженном дву­мя лошадьми экипаже. (Пока онобследовал герра Пе­рлрота, фрау Бекер подозвала с ближайшего перекрестка Dienstman 'a — красноглазого, красноносого посыльного, который носил огромнуюформенную бляху, остроко­нечную шляпу и армейское пальто цвета хаки с эполета­ми, которое было ему явно велико,— и дала емукрей­цер, чтобы онсбегал за Фишманом. Брейер, который был богаче большинства венских терапевтов,предпочи­таларендовать экипаж на год, нежели нанимать его каж­дый раз понеобходимости.)

Как обычно, он дал Фишману списокпациентов, ко­торыхнадо было объехать. Брейер обслуживал пациен­тов на дому два раза в день:сначала рано утром, после легкого завтрака, состоящего из кофе и хрустящихтреугольничков Kaisersemmel3, а потом в конце рабочего дня, после приема пациентов в кабинете,как было и се­годня.Как и большинство венских терапевтов, Брейер направлял пациентов в больницутолько в самых экс­тренных случаях. Не только потому, что дома больные получалилучший уход, но и потому, что так они не рис­ковали подхватить инфекционныезаболевания, которые так часто свирепствовали в общественныхбольницах.

Как следствие, запряженный двумя лошадьмиэки­паж Брейера редкопростаивал без дела; на самом деле это был передвижной кабинет, набитыйспециализиро­ваннымижурналами и справочниками. Несколько не­дель назад он пригласил своегознакомого молодого те­рапевта Зигмунда Фрейда провести с ним весь свой ра­бочий день. Возможно, это былоошибкой! Молодой человек пытался определиться с выбором специализа­ции, и этот день мог отпугнуть егоот общетерапевтичес­кой практики. По той простой причине, что, по подсче­там Фрейда, Брейер провел в своемэкипаже шесть ча­сов!

Итак, посетив семь пациентов, три изкоторых были неизлечимо больны, Брейер завершил свой трудовой день. Фишманповернул к кафе Гринстейдл, где Брейер обычно пил кофе с компанией терапевтов иученых, ко­торые напротяжении пятнадцати лет каждый вечер встречались в одном и том же заведении,где для них был зарезервирован столик в самом уютном уголке кафе.

Но сегодня Брейер изменил своей привычке:«Отвези меня домой, Фишман. Я слишком устал, да и промок, чтобы сидеть вкафе».

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 51 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.