WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 38 |

Официальная "неназываемость"содомии не исключала наличия обширной художественной литературы, прямо иликосвенно посвященной "мужской любви" Кроме творчества Кристофера Марло, этимотивы рельефно выступают в пасторалях Ричарда Барнфилда (1574-1627) и ЭдмундаСпенсера (1552-1599). Пасторальный жанр открывал большие возможности дляописания нежных отношений между мужчинами, которые в обыденной жизни вызвали бынасмешки или подозрения.

Больше всего споров вызывает,разумеется, Шекспир. Биографы до сих пор спорят о характере взаимоотношенийдраматурга с его знатным покровителем, молодым красавцем графом Саутхэмтоном,которому предположительно посвящены многие шекспировские сонеты. Посколькудостоверных данных о жизни Шекспира нет, биографы стараются извлечь максимумвозможного из его произведений. Если принять шекспировские сонеты, написанныеот первого лица, за личную исповедь, то поэт явно бисексуален:

На радость и печаль, по волерока,

Два друга, две любви владеютмной:

Мужчина светлокудрый, светлоокий

И женщина, в чьих взорах мракночной

(сонет 144, пер С. Маршака)

По мнению шекспироведов, первые126 сонетов адресованы молодому, моложе автора, мужчине благородногопроисхождения, а последние 28 - черноволосой женщине, возлюбленной автора. Этараздвоенность не переживается как нечто трагическое, непреодолимое, две любвипросто существуют в разных плоскостях:

Тебя природа женщиною милой

Задумала, но, страстью пленена,

Она меня с тобою разлучила,

А женщин осчастливила она.

Пусть будет так. Но вот моеусловье:

Люби меня, а их дари любовью

(сонет 20, перевод Маршака)

Веселая содомия и бисексуальностьшироко представлены и в английской культуре эпохи Реставрации и первой половиныXVIII в Лондон конца XVII в. был европейской столицей мужской проституции. Приэтом рисуются два совершенно разных типа содомитов: бисексуальные,агрессивно-маскулинные либертины, которым все равно, кого трахать, лишь быпобольше, и женственные, пассивные "молли" (один из многочисленных жаргонныхтерминов, обозначавших проституток), носящие женское платье обитатели мужскихборделей, имеющие женские клички, собственный диалект и т.д. "Молли" былипервой в новое время городской гомосексуальной субкультурой, а точнее -подпольем.

"Любовь, не смеющая назвать себя"

"Любовь, которая не смеет назватьсебя"

в этом столетии - то же самоевеликое

чувство старшего мужчины кмладшему,

какое было между Давидом и

Ионафаном, которое Платон положилв

основу своей философии и котороевы

найдете в сонетах Микеланджело и

Шекспира. Эта глубокая духовная

привязанность столь же чиста,сколь и

совершенна... Она красива,утонченна,

это самая благородная форма

привязанности. В ней нет ничего

неестественного.

Оскар Уайльд

С переходом правосудия из рукцеркви в руки государства костры инквизиции постепенно затухают. За весь XVIIIвек во Франции сожгли только семерых содомитов, причем пятеро из них обвинялисьтакже в изнасиловании или убийстве. Содомия превратилась из религиознойпроблемы в социальную, стала из "порока" преступлением.

Многие философы эпохи Просвещенияотносились к этим законам критически. Монтескье (1689-1755) считал опасность"преступлений против естества" сильно преувеличенной: "Не создавайтеблагоприятных условий для развития этого преступления, преследуйте его строгоопределенными полицейскими мерами наравне с прочими нарушениями правилнравственности, и вы скоро увидите, что сама природа встанет на защиту своихправ и вернет их себе". Дени Дидро (1713-1784) говорил, что если нет"естественного сосуда" и нужно выбирать между мастурбацией и однополым сексом,то второй способ предпочтительнее, и вообще "ничто существующее не может бытьни противоестественным, ни внеприродным". Итальянский юрист Чезаре Беккариа(1738-1794) в знаменитом трактате "О преступлениях и наказаниях" (1764) писал,что законы против содомии можно вообще отменить, потому что она безвредна ивызывается неправильным воспитанием; кроме того эти преступления труднодоказуемы, а их расследование порождает много злоупотреблений. По мнениюКондорсэ (1743-1794), "содомия, если она не сопряжена с насилием, не может бытьпредметом уголовных законов. Она не нарушает прав никакого другого человека".Убежденным сторонником полной декриминализации однополой любви был английскийфилософ Иеремия Бентам (1748-1832): "Чтобы уничтожить человека, нужно иметьболее серьезные основания, чем простая нелюбовь к его Вкусу, как бы этанелюбовь ни была сильна". Но опубликовать эти мысли при жизни Бентам, как иДидро, не решился.

Тем не менее законодательствопостепенно смягчается. В Австрии смертная казнь за содомию была отменена в 1787г., в Пруссии - в 1794. Решающий шаг в этот направлении сделала Французскаяреволюция. В соответствии с принципами Декларации прав человека, французскийуголовный кодекс 1791 г. вообще не упоминает "преступлений против природы".Кодекс Наполеона (1810) закрепил это нововведение, сделав приватные сексуальныеотношения между взрослыми людьми одного пола по добровольному согласию уголовноненаказуемыми. По этому образцу были построены и уголовные кодексы многихдругих европейских государств. В России, Пруссии, Австро-Венгрии и Тосканеуголовное преследование гомосексуальности продолжалось.

Самой консервативной оказаласьВеликобритания. В качестве реакции на свободолюбивые идеи Французскойреволюции, английские власти в конце XVIII в. даже ужесточили уголовныерепрессии. В первой трети XIX в. по обвинению в содомии в Англии было казненосвыше 50 человек. В отличие от прежних времен, когда высокое общественноеположение давало иммунитет против судебных преследований, во второй половинеXVIII в. обвинение в "неназываемом пороке" стало опасным для людей любогосоциального статуса. Основанное в 1691 г. Общество для реформы нравов, котороеподдерживали влиятельные церковные деятели и несколько монархов, за 46 летсвоего существования сумело "разоблачить", обвинив во всевозможных сексуальныхгрехах, свыше 100 тысяч мужчин и женщин. Тем же занималось созданное в 1802 г.Общество для подавления порока. Смертная казнь за содомию была в Англиизаменена 10-летним тюремным заключением только в 1861 г. (в 1841 г. парламентэто предложение отклонил).

Драконовские законы и ханжескоеобщественное мнение делали жизнь гомосексуальных англичан невыносимой. Самыйбогатый человек в Англии, талантливый 24-летний писатель Уильям Бекфорд,обвиненный в 1784 г. в сексуальной связи с 16-летним Уильямом Куртенэ, былвынужден на десять лет покинуть Англию, а по возвращении пятьдесят лет жилзатворником в своем поместье Фонтхилл. В 1822 г. бежал из Англии застигнутый наместе преступления с молодым солдатом епископ ирландского города Клогер ПерсиДжослин. Гомосексуальному шантажу приписывали и самоубийство в августе того жегода министра иностранных дел лорда Кэстльри.

Те же причины удерживализаграницей лорда Байрона (1788-1824). Любовная жизнь Байрона была оченьзапутанной и сложной. Наряду с увлечением женщинами, с которыми поэт обращалсяжестоко (по собственному признанию, его единственной настоящей любовью быладвоюродная сестра Августа ), он еще в школе испытывал нежные чувства кмальчикам. Страстная любовь 17-летнего Байрона к 15-летнему певчему изцерковного хора Джону Эдлстону, которому он посвятил свои первые стихи, былаодной из самых сильных привязанностей поэта. Ранняя смерть юноши была дляБайрона тяжелым ударом. Посвященные Эдлстону элегии он зашифровал женскимименем Тирзы. В произведениях Байрона есть и другие гомоэротические намеки иобразы. Неудачный брак и слухи о его гомосексуальности сделали Байрона парией ввысшем свете и заставили покинуть Англию. В Греции он чувствовал себя во всехотношениях свободнее. Его последней любовью был 15-летний грек Лукас, о которомБайрон всячески заботился, хотя не видел с его стороны взаимности. После смертипоэта его друзья и душеприказчики сожгли некоторые его личные документы, тем неменее некоторые реальные гомоэротические приключения Байрона использованы вопубликованной под его именем в якобы автобиографической поэме "Дон Леон"(автор подделки до сих пор неизвестен).

Почему же, несмотря налиберализацию законодательства, буржуазное общество оказалось в этом вопросестоль нетерпимым В отличие от феодального общества, оно держится не насословных привилегиях, а на одинаковом для всех праве. Само по себегомосексуальное желание не зависит от классовой принадлежности, но оправдатьего могли только стоявшие выше закона аристократы либо, наоборот, самые низы, укоторых закона вообще не было. Для среднего класса рафинированный гедонизмаристократии и неразборчивая всеядность низов были одинаково неприемлемы, темболее, что те и другие были его классовыми врагами.

Воспитанному в духе сословныхпривилегий аристократу чужда идея равенства: я буду делать, что хочу, а другимэтого нельзя. Буржуа спрашивает: "А что, если так будут поступать все" и,естественно, приходит в ужас: люди перестанут рожать детей, исчезнут брак исемья, рухнет религия и т.д. и т.п. До признания индивидуальных различий,которые, не будучи сословно-классовыми, могут, именно в силу своейиндивидуальности, относительно мирно сосуществовать с другими стилями жизни,буржуазному обществу XIX в. было еще очень далеко. Его сексуальная мораль былапрокрустовым ложем для всех, но особенно плохо приходилось тем, кто"отличался".

Христианское противопоставлениевозвышенной любви и низменной чувственности, в сочетании с разобщенностьюнежного и чувственного влечения, в которой Фрейд видел общее свойство мужской(и в особенности подростковой) сексуальности, было возведено в абсолют.Утратившая невинность женщина переставала быть не только уважаемой, но зачастуюи желанной. Один английский пастор рассказывал, что когда однажды мальчиком онподумал, что невинная чистая девушка станет его женой, он испытал невожделение, а чувство жалости по поводу ее унижения. С однополыми отношениямибыло еще хуже. Ради сохранения самоуважения, люди вынуждены были обманывать нетолько других, но и самих себя, представляя свое влечение духовным ибестелесным. Однополая любовь была обречена оставаться неназываемой, выступатьпод чужим именем.

XVIII век называют веком дружбы.Но сентиментально-романтическая дружба очень часто, особенно у молодых мужчин,имеет гомоэротическую подоплеку. Дружеские письма немецких романтиковнеотличимы от любовных. Клемент Брентано и Людвиг фон Арним, Фридрих Шлегель иФридрих Шлейермахер даже называли свои отношения "браком". Вплоть до серединыXIX в., когда такие чувства стали вызывать подозрения, философы не боялисьговорить даже, что дружба между мужчинами имеет не только духовный, но ителесный характер. Эта эпоха была по-своему наивной и целомудренной. В первойполовине XIX в. друзья могли жить в одной комнате, даже спать в одной постели,и их никто не в чем не подозревал. Иногда это способствовало сексуальномусближению. Другие этот соблазн героически преодолевали. А третьи ни к чему"этакому" и не стремились, мужское тело их просто не возбуждало. Разбираться вовсех этих случаях спустя сто или двести лет - дело столь же безнадежное, скольи бесполезное.

Вторым способом оправданияоднополой любви была ее эллинизация. Не имея идейной опоры в христианскойкультуре, люди искали и находили ее в античности. Примеры мужского воинскогобратства были веским аргументом против представлений о "женственности"однополой любви, а достижения античной культуры, считавшей мужскую любовьнормальной, доказывали ее нравственное величие и творческий потенциал. Особенноважную роль в этом деле сыграл знаменитый немецкий археолог и историк искусстваИоганн Иоахим Винкельман (1717-1768), который сделал греческий канон мужскойкрасоты достоянием своих образованных современников.

Хотя классическая филология иистория искусства сделали "греческую любовь" респектабельной, они быливынуждены, вольно или невольно, интеллектуализировать и десексуализировать ее.Образованные европейцы охотно идентифицировались с античными образами, сплошь ирядом не понимая их действительного смысла. Греческие и римские тексты,изучавшиеся в английских школах и университетах, подвергались жесткой цензуре ифальсификации. Слово "любовник" переводилось как "друг", "мужчина" - как"человек", "мальчик" как "молодой человек". "Пир" Платона не изучали вовсе.Цензурные ограничения создавали у юношей ложные, идеализированные представленияоб античной культуре и одновременно стимулировали интерес к тому, что от нихтак тщательно скрывали.

Еще труднее было осознатьсобственные чувства и склонности. Отпрыски аристократических фамилий, гдегомосексуальность была семейной традицией, рано научались жить двойной жизнью,понимая, что если ты сумеешь избежать скандала, делать можно, что угодно.Выходцам из среднего класса и духовного сословия, которые принимали внушенныеим ценности и нравственные принципы всерьез, было гораздо труднее. Многие изних не могли ни лицемерить, ни принять, ни подавить собственную сексуальность.Отсюда - трагическая разорванность и противоречивость их самосознания иповедения.

Половая сегрегация в школе ещебольше усугубляла эти трудности. Знаменитые английские мужскиеаристократические школы (Итон, Харроу и другие) были интернатами, мальчики нетолько учились, но и жили вместе. Раздельное обучение, тем более вразновозрастных интернатах, всегда благоприятствует однополым влюбленностям исексуальным контактам. В этих, по определению одного историка, "сексуальныхконцлагерях", гомоэротические традиции и нравы передавались из поколения впоколение.

Первый приказ, который получил отодного из своих соучеников в 1817 г. будущий писатель Уильям Теккерей, кактолько он появился в школе, был: "Приди и трахни меня". Жалобы на "грубость иживотность в спальнях" - общее место многих школьных воспоминаний. ПисательРобин Моэм (1916-1981) рассказывает, что едва он устроился в своей комнате вИтоне, как пришел одноклассник, спросил, мастурбирует ли он, ощупал его половыеорганы, объяснился в любви и мгновенно уговорил отдаться; связь этапродолжалась два года.

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 38 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.