WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 33 |

Короче говоря, Америка занимает доминирующие позиции в четырех имеющих решающеезначение областях мировой власти: в военной областиона располагает не имеющими себе равных глобальными возможностямиразвертывания; в области экономики остается основной движущей силой мировогоразвития, даже несмотря на конкуренцию в отдельных областях со стороны Японии иГермании (ни одной из этих стран не свойственны другие отличительные чертымирового могущества); в технологическом отношении она сохраняет абсолютноелидерство в передовых областях науки и техники; в области культуры, несмотря наее некоторую примитивность, Америка пользуется не имеющей себе равныхпритягательностью, особенно среди молодежи всего мира, — все это обеспечивает СоединеннымШтатам политическое влияние, близкого которому не имеет ни одно государствомира. Именно сочетание всех этих четырех факторов делает Америку единственноймировой сверхдержавой в полном смысле этого слова.

Американская глобальная система.

Хотя американское превосходство вмеждународном масштабе неизбежно вызывает представление о сходстве с прежнимиимперскими системами, расхождения все же более существенны. Они выходят запределы вопроса о территориальных границах. Американская мощь проявляется черезглобальную систему явно американского покроя, отражающую внутреннийамериканский опыт. Центральное место в этом внутреннем опыте занимаетплюралистический характер как американского общества, так и его политическойсистемы.

Прежние империи были созданыаристократическими политическими элитами и в большинстве случаев управлялись посути авторитарными или абсолютистскими режимами. Основная часть населенияимперских государств была либо политически индифферентна, либо, как совсемнедавно, заражена имперскими эмоциями и символами. Стремление к национальнойславе, “бремя белого человека”, “цивилизаторская миссия”, не говоря уж овозможностях персонального обогащения, — все это служило для мобилизацииподдержки имперских авантюр и сохранения иерархических имперских пирамидвласти.

Отношение американской общественности квнешней демонстрации американской силы было в значительной мере двойственным.Общественность поддерживала участие Америки во второй мировой войне в основномпо причине шока, вызванного нападением Японии на Перл-Харбор. УчастиеСоединенных Штатов в холодной войне первоначально, до блокады Берлина ипоследующей войны в Корее, поддерживалось очень вяло. После окончания холоднойвойны статус Соединенных Штатов как единственной глобальной силы не вызвалширокого торжества общественности, а скорее выявил тенденцию к болееограниченному толкованию американских задач за рубежом. Опросы общественногомнения, проведенные в 1995 и 1996 годах, свидетельствовали о том, что в целомобщественность предпочитает скорее “разделить” глобальную власть с другими, чемиспользовать ее монопольно.

В силу этих внутренних факторовамериканская глобальная система уделяет гораздо больше особого внимания методамкооптации (как в случае с поверженными противниками — Германией, Японией и затем дажеРоссией), чем это делали прежние имперские системы. Она, вероятно, широкополагается на косвенное использование влияния на зависимые иностранные элиты,одновременно извлекая значительную выгоду из притягательности своихдемократических принципов и институтов. Все вышеупомянутое подкрепляетсяшироким, но неосязаемым влиянием американского господства в области глобальныхкоммуникаций, народных развлечений и массовой культуры, а также потенциальновесьма ощутимым влиянием американского технологического превосходства иглобального военного присутствия.

Культурное превосходство являетсянедооцененным аспектом американской глобальной мощи. Что бы ни думали некоторыео своих эстетических ценностях, американская массовая культура излучаетмагнитное притяжение, особенно для молодежи во всем мире. Ее привлекательность,вероятно, берет свое начало в жизнелюбивом качестве жизни, которое онапроповедует, но ее притягательность во всем мире неоспорима. Американскиетелевизионные программы и фильмы занимают почти три четверти мирового рынка.Американская популярная музыка также занимает господствующее положение, иувлечениям американцев, привычкам в еде и даже одежде все больше подражают вовсем мире. Язык Internet — английский, и подавляющая часть глобальной компьютерной“болтовни” — также изАмерики и влияет на содержание глобальных разговоров. Наконец, Америкапревратилась в Мекку для тех, кто стремится получить современное образование;приблизительно полмиллиона иностранных студентов стекаются в Соединенные Штаты,причем многие из самых способных так и не возвращаются домой. Выпускниковамериканских университетов можно найти почти в каждом правительстве на каждомконтиненте.

Стиль многих зарубежных демократическихполитиков все больше походит на американский. Не только Джон Ф. Кеннеди нашелстрастных почитателей за рубежом, но даже совсем недавние (и менеепрославленные) американские политические лидеры стали объектами тщательногоизучения и политического подражания. Политики таких различных культур, какяпонская и английская (например, японский премьер-министр середины 90-х годовР. Хасимото и британский премьер-министр Тони Блэр — и отметьте: “Тони” — подражали “Джимми” Картеру,“Биллу” Клинтону или “Бобу” Доулу), находили весьма уместным копироватьдомашнюю манеру, популистское чувство локтя и тактику отношений собщественностью Билла Клинтона.

Демократические идеалы, связанные самериканскими политическими традициями, еще больше укрепляют то, что некоторыевоспринимают как американский “культурный империализм”. В век самого широкогораспространения демократических форм правления американский политический опытвсе больше служит стандартом для подражания. Распространяющийся во всем миреакцент на центральное положение написанной конституции и на главенство законанад политической беспринципностью, неважно, насколько преуменьшенное напрактике, использует силу американского конституционного образа правления. Впоследнее время на признание бывшими коммунистическими странами главенствагражданских над военными (особенно как предварительное условие для членства вНАТО) также оказывала сильное влияние американская система отношений междугражданскими и военными.

Популярность и влияние демократическойамериканской политической системы также сопровождаются ростом привлекательностиамериканской предпринимательской экономической модели, которая уделяет особоевнимание мировой свободной торговле и беспрепятственной конкуренции. По меретого как западное государство всеобщего благосостояния, включая его германскийакцент на “право участия в решении вопросов” между предпринимателями ипрофсоюзами, начинает терять свой экономический динамизм, все больше европейцеввысказывают мнение о том, что необходимо последовать примеру болееконкурентоспособной и даже жестокой американской экономической культуры, еслине хотят, чтобы Европа откатилась еще больше назад. Даже в Японии большийиндивидуализм в экономическом поведении признается как необходимоесопутствующее обстоятельство экономического успеха.

Американский акцент на политическуюдемократию и экономическое развитие, таким образом, сочетает простоеидеологическое откровение, применимое во многих случаях: стремление к личномууспеху укрепляет свободу, создавая богатство. Конечная смесь идеализма иэгоизма является сильной комбинацией. Индивидуальное самовыражение, какговорят, это Богом данное право, которое одновременно может принести пользуостальным, подавая пример и создавая богатство. Это доктрина, котораяпритягивает энергетикой, амбициями и высокойконкурентоспособностью.

Поскольку подражание американскому путиразвития постепенно пронизывает весь мир, это создает более благоприятныеусловия для установления косвенной и на вид консенсуальной американскойгегемонии. Как и в случае с внутренней американской системой, эта гегемониявлечет за собой комплексную структуру взаимозависимых институтов и процедур,предназначенных для выработки консенсуса и незаметной асимметрии в сфере властии влияния.

Американское глобальное превосходство,таким образом, подкрепляется сложной системой союзов и коалиций, котораябуквально опутывает весь мир.

Организация Североатлантического договора(НАТО) связывает наиболее развитые и влиятельные государства Европы с Америкой,превращая Соединенные Штаты в главное действующее лицо даже вовнутриевропейских делах. Двусторонние политические и военные связи с Япониейпривязывают самую мощную азиатскую экономику к Соединенным Штатам, причемЯпония остается (по крайней мере, в настоящее время) в сущности американскимпротекторатом. Америка принимает также участие в деятельности такихзарождающихся транстихоокеанских многосторонних организаций, какАзиатско-Тихоокеанский форум экономического сотрудничества (АРЕС), становясьглавным действующим лицом в делах региона. Западное полушарие в основномзащищено от внешнего влияния, позволяя Америке играть главную роль всуществующих многосторонних организациях полушария. Специальные мерыбезопасности в Персидском заливе, особенно после краткой карательной операциипротив Ирака в 1991 году, превратили этот экономически важный регион вамериканскую военную заповедную зону. Даже на бывших советских просторах нашлираспространение различные поддерживаемые материально американцами схемы болеетесного сотрудничества с НАТО, такие как программа “Партнерство во имямира”.

Кроме того, следует считать частьюамериканской системы глобальную сеть специализированных организаций, особенно“международные” финансовые институты. Международный валютный фонд (МВФ) иВсемирный банк, можно сказать, представляют глобальные интересы, и их клиентамиможно назвать весь мир. В действительности, однако, в них доминируютамериканцы, и в их создании прослеживаются американские инициативы, в частностина конференции в Бреттон-Вудсе в 1944 году.

В отличие от прежних империй, эта обширнаяи сложная глобальная система не является иерархической пирамидой. Напротив,Америка стоит в центре взаимозависимой вселенной, такой, в которой властьосуществляется через постоянное маневрирование, диалог, диффузию и стремление кформальному консенсусу, хотя эта власть происходит в конце концов из единогоисточника, а именно: Вашингтон, округ Колумбия. И именно здесь должны вестисьполитические игры в сфере власти, причем по внутренним правилам Америки.Возможно, наивысшим комплиментом, которым мир удостаивает центральное положениедемократического процесса в американской глобальной гегемонии, является степеньучастия самих зарубежных стран во внутриамериканских политических сделках.Насколько это возможно, правительства зарубежных стран стремятся привлечь ксотрудничеству тех американцев, с которыми у них имеются общие этнические илирелигиозные корни. Большинство иностранных правительств также нанимаютамериканских лоббистов, чтобы продвинуть свои вопросы, особенно в конгрессе, вдополнение к приблизительно тысяче иностранных “групп интересов”,зарегистрированных и действующих в американской столице. Американскиеэтнические общины также стремятся оказывать влияние на американскую внешнююполитику, причем еврейское, греческое и армянское лобби выступают как наиболееэффективно организованные.

Американское превосходство, таким образом,породило новый международный порядок, который не только копирует, но ивоспроизводит за рубежом многие черты американской системы. Ее основные моментывключают:

  • систему коллективной безопасности, в том числе объединенноекомандование и вооруженные силы, например НАТО, Американо-японский договор обезопасности и т.д.;
  • региональное экономическое сотрудничество, например АРЕС, NAPTA(Североамериканское соглашение о свободной торговле), и специализированныеглобальные организации сотрудничества, например Всемирный банк, МВФ, ВТО(Всемирная организация труда);
  • процедуры, которые уделяют особое внимание совместному принятиюрешений, даже при доминировании Соединенных Штатов;
  • предпочтение демократическому членству в ключевыхсоюзах;
  • рудиментарную глобальную конституционную и юридическую структуру(от Международного Суда до специального трибунала по рассмотрению военныхпреступлений в Боснии).

Большая часть этой системы возникла впериод холодной войны как часть усилий Соединенных Штатов, направленных насдерживание своего глобального соперника — Советского Союза. Таким образом,она уже была готова к глобальному применению, как только этот соперник дрогнули Америка стала первой и единственной глобальной державой. Ее суть хорошоизложена политологом Дж. Джоном Айкенберри:

“Она была гегемонистской в том смысле, чтобыла сконцентрирована вокруг Соединенных Штатов и отражала политическиемеханизмы и организационные принципы американского образца. Это был либеральныйпорядок в том, что он был законен и характеризовался обоюдным взаимодействием.Европейцы (можно добавить, и японцы) смогли перестроить и объединить своиобщества и экономики таким образом, чтобы они соответствовали американскойгегемонии, но также и оставили место для эксперимента со своими собственнымиавтономными и полунезависимыми политическими системами... Эволюция этойкомплексной системы служила для “одомашнивания” отношений среди ведущихзападных стран. Время от времени между этими странами возникали напряженныеконфликты, но суть в том, что конфликт вмещался в рамки незыблемого,стабильного и все более красноречивого политического порядка... Угрозы войныбольше не существует”4.

В настоящее время эта беспрецедентнаяамериканская глобальная гегемония не имеет соперников. Но останется ли онанеизменной в ближайшие годы

Глава 2. Евразийскаяшахматнаядоска.

Главный геополитический приз для Америки— Евразия. Половинутысячелетия преобладающее влияние в мировых делах имели евразийские государстваи народы, которые боролись друг с другом за региональное господство и пыталисьдобиться глобальной власти. Сегодня в Евразии руководящую роль играетнеевразийское государство и глобальное первенство Америки непосредственнозависит от того, насколько долго и эффективно будет сохраняться еепревосходство на Евразийском континенте.

Очевидно, что это условие временное. Но егопродолжительность и то, что за ним последует, имеют особое значение не толькодля благополучия Америки, но и в общем плане для мира во всем мире. Внезапноевозникновение первой и единственной глобальной державы создало ситуацию, прикоторой одинаково быстрое достижение своего превосходства — либо из-за ухода Америки измира, либо из-за внезапного появления успешного соперника — создало бы общую международнуюнестабильность. В действительности это вызвало бы глобальную анархию.Гарвардский политолог Сэмюэль П. Хантингтон прав в своем смеломутверждении:

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 33 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.