WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 22 | 23 || 25 | 26 |   ...   | 50 |

Подлинная социология, согласно Шелеру,должна иметь дело с реальными факторами и она основывается на теориичеловеческой мотивации и представляет собой субструктуры содержаниячеловеческой жизни, где Шелер имел в виду прежде всего структуру человеческихинстинктов. Так, голод и связанные с ним инстинкты дают возможность определитьспецифику хозяйства, без полового инстинкта нельзя понять института брака, абез инстинкта власти —государство и подобные ему социальные образования. Таким образом у Шелера врамках реальной социологии, которая опирается на знание инстинктов, можнообъяснить своеобразие социальных институтов. Эту реальную социологию он ещеименовал «социологией базиса».

Культур-социология же занимается идеальнымифакторами и основывается на теории человеческого интеллекта и представляетсобой, используя терминологию Шелера, «социлогию надстройки».Культур-социология должна затрагивать идеальные схемы (ценности), согласнокоторым люди стремятся действовать и которые, естественно, различны в различныхкультурах. Эти идеи были им высказаны в работе «формы знания иобщество».

Различая социологию «базиса» и социологию«надстройки», Шелер стремился утвердить самостоятельность тех сфер жизни идуховной культуры, с какими каждая из них имеет дело. Если «логика»витально-инстинктуальной человеческой деятельности — это «логика» судьбы (порядокрождения и смерти, развития и старения, которому починено все живое), то закон,господствующий в идеальной сфере это «логика смысла». В соответствии с этимидвумя полюсами и должны, как считает Шелер, строиться «типологическиехарактеристики» явлений социальной жизни. Касаясь Шелера, нельзя не сказать онем как о исследователе, предопределившим развитие в Германии социологиизнания.

В своей социологии знания Шелер подвергкритике «закон трех стадий» Конта, согласно которому из трех высших рядовзнания (религии, метафизики и науки) первый и второй неизбежно должны отмереть.В этой же связи он выступал с критикой Вебера, который исключал из этого рядаметафизику, растворяя ее в религии.

Шелер выступал за признание всех рядовзнания и подчеркивал возможность их неравномерного развития, обусловленногосочетанием различных факторов. Теоретико-методологические принципы Шелераоказали значительное влияние на развитие германской социологии.

Как часть культур-социологии можнорассматривать и социологию знания. Идеи социологии знания, заложенныеДюркгеймом во Франции, на иной гносеологической основе поставленные Шелером,стали предметом интенсивной разработки и исследования К. Мангейма(1893—1947).

Взгляды Мангейма сформировались под влияниемРиккерта, Вебера, Шелера, а в целом — в рамках неокантианства,феноменологии и марксизма.

Свою научную деятельность он начал еще вВенгрии, опубликовав в 1918 г. работу «Душа и культура». С 1925 г. он— приват-доцентфилософии Гейдельбергского университета, с 1929 г. профессор социологии инациональной экономики во Франкфурте. В первый период своего творчества онзанимался проблемами интерпретации «духовных образований» теорией познания ифилософией культуры, а затем стал разрабатывать методологию социологии познанияили социологии мышления:

«Историзм» (1924 г.); «Проблемы социологиизнания» (1925 г.);

«Идеологическая и социологическаяинтерпретация духовных образований» (1926 г.); «Идеология и утопия» (1929 г.) идр.

С 1933 г. он эмигрировал в Англию, где читаллекции по социологии в Лондонской школе экономики и политическойнауки.

Заимствовав марксистское положение озависимости общественного сознания от общественного бытия и социальнойобусловленности познания, Мангейм вслед за Шелером считал, что общественноебытие не сводится только к экономическим отношениям производства. «Социальноебытие», по Мангейму, —это исторический жизненный процесс, который порождает из себя разные эпохи сразными жизненными доминантами, которые могут носить не только экономический,но, как, например, в средние века, религиозный или иной характер, определяя стиль эпохи.

Определяя задачу социального знания, онписал: «Основной тезис социологии знания заключается в том, что существуют типымышления, которые не могут быть адекватно поняты без выявления их социальныхкорней. Верно, что мыслить способен только индивид. Нет такой метафизическойсущности, которая, подобно некоему групповому духу, мыслит, возвышаясь надотдельными индивидами, и чьи идеи индивид просто воспроизводит. Однако невернобыло бы вывести из этого умозаключение, что все идеи и чувства, движущиеиндивидом, коренятся только в нем самом и могут быть адекватно объяснены толькона основе его жизненного опыта».23 :

В этой связи он подчеркивает, что«социология знания стремится понять мышление в его конкретной связи систорической и социальной ситуацией, в рамках которой лишь постепенно возникаетиндивидуально-дифференцированное мышление.- Таким образом, — заключает Мангейм, — мыслят не люди как таковые и неизолированные индивиды осуществляют процесс мышления, мыслят люди вопределенных группах, которые разработали специфический стиль мышления в ходебесконечного ряда реакций на типичные ситуации, характеризующие общую для нихпозицию».24

Короче говоря, специфическая задачасоциологии познания —соотнести «духовные образования» с социальными позициями их носителей.Социология познания, как считает Мангейм, должна отбросить иллюзию овнеисторическом субъекте познания и признать тот факт, что различное положениепознавательных субъектов в социально-историческом пространстве обуславливает ихпознание, а тем самым создает односторонность, «релятивность» их познавательныхперспектив, относительную ложность их точки зрения.

Если правящий класс выдает свою«перспективу» мышления за единственно ценную и пытается ее теоретическиобосновать, то, по Мангейму, налицо «духовное образование», которое на^зывается «идеологией». Любая идеология у Мангейма — это апология существующего строя,попытка сохранить status quo своего господствующего положения.

Идеологиям, как считает немецкий социологвсегда противостоят утопии — духовные образования, порожденные сознанием оппозиционных,угнетаемых классов, слоев, групп и т. д., которые стремятся к социальномуреваншу, а потому столь же субъективно-пристрастны как и идеологии 134 'k

В сущности, по Мангейму, утопии ничем неотличаются от идеологий, поскольку также стремятся выдать «часть за целое, своюодностороннюю точку зрения за абсолютную истину».25

Мангейм называл свою социологическуюметодологию или свой подход «реляционизмом» и пытался доказать, что его точказрения не тождественна социальному релятивизму. Поскольку, по его мнению,существует особая социальная группа, потенциально способная вырваться изпорочного круга «связанности бытием» — творческая, «свободно парящая»интеллигенция. С интеллигенцией он связывал надежды на сохранение демократии вэпоху «массовых обществ», подверженных опасности установки тоталитарныхрежимов.

Хотя у Мангейма не было последователей, егоконкретные историко-социологические исследования признаны классическими.Мангейм в этом плане продолжал традиции, заложенные исторической социологиейВебера. В целом, его научная деятельность оказала значительное влияние назападную теоретическую социологию.

В русле культур-социологии и историческойсоциологии написан ряд работ А.Вебера (1868—1958), например, «Идеи социологиигосударства и культуры» (1927 г.).

Хотя термин «культур-социология» не особенноудобен, он все-таки отражает общую тенденцию, связанную с этим. направлениемисследований, посвященных анализу различных культурных тенденций историческогоразвития различных народов.

А. Вебер пытался создать науку об«историческом мире», позволяющую исследователю ориентироваться относительносвоего прошлого, настоящего и будущего. Несмотря на то, что его концепциякультурно-исторического развития построена под влиянием идей Шпенглера, А.Вебер все же больше ориентировался не на метафизические принципы, а насоциологию истории.

Подобно Шпенглеру, А. Вебер разлагал историюна ряд всемирно-исторических культур, развивающихся по биологическому принципу:молодость, зрелость и упадок. Вместе с тем, в отличие от Шпенглера, онрассматривал культуру и цивилизацию не как две противоположные фазыкультурно-исторических ценностей, а как два относительно самостоятельныхаспекта каждой из них —собственно духовный (религия, философия, искусство) и научно-технический. Крометого А. Вебер выделял еще и третий аспект-социальный. Процесс развития каждойиз выделенных Вебером культурно-исторических ценностей рассматривался какрезультат взаимодействия трех сторон: культурной, цивилизационной и социальной,где каждая из сторон играет «соопределяющую» роль в развитии двухдругих.

Культурно-исторические ценности воплощаютсяу А. Вебера в жизненных единствах, называемых им «народами», которые являютсяреальными носителями всемирно-исторического процесса. В этих единствах,толковавшихся А. Вебером как «тотальность естественных человеческих сил,влечения и воли», социология рассматривая «общественные тела», несущие«всемирно-исторические культуры», стремится выделить в этих телах типическиетенденции формообразования и развития. Здесь нельзя не заметитьметодологических заимствований А. Вебера у своего брата М. Ве-бера.

Начиная с работы «История культуры каккультур-социология» (1935 г.) и заканчивая книгой «Третий или Четвертыйчеловек» (1953 г.) А. Вебер все более определенно проводил в качестве целисвоей социологии социологический анализ истории, предполагающий социальнуюструктуру всемирно-исторических народов в качестве основополагающей схемы.Причем он отводил в ней определенное место «генерализирующей» тенденциицивилизации, с одной стороны, и «индивидуализирующей» тенденции культуры— с другой.Историческую культур-социологию А. Вебера в этом плане рассматривают в качественекоей формы онтологизации методологической дихотомии номотетического иидеографического подходов.26

Период 1933—1945 гг. в Германии—это период господства фашистскойидеологии (нацизма), где социология не играла никакой роли. Переход к идеологиизанял место социологического «релятивизма», народная позиция германской нации и«героическая» раса были сделаны абсолютными ценностями жизни и науки.Практически сразу после прихода нацистов к власти были уничтоженыорганизационные формы существования немецкой социологии и многие социологипокинули страну. Многие из оставшихся ученых в Германии, образно говоря,«эмигрировали» в нейтральные сферы научной деятельности: этнографию, фольклор ит. п., где политический контроль был не столь жестким.

На «трон научной деятельности» былавозведена политическая евгеника. Следует отметить, что вообще в Германииинтерес к евгенике27 имелдолгую и отнюдь не просто дилетантскую традицию, восходящую к социал-дарвинизмуконца XIX века и социальной биологии начала XX века. Работы социал-дарвинистовпользовались большой популярностью в Германии, а такие социологи как Турнвальди Фиркандт сотрудничали в журнале «Архив биологии расы и общества», основанныйв 1904 г. А.Плёцом, в частности, еще в 1910 г. с ним дискутировал М. Вебер.Затем связь между евгеникой и социологией ослабла и вина лежит на обеихсторонах. Когда в 1933 г. Гейгер пытался соединить два подхода: биологический исоциологический и дать им научное объяснение, это никого уже не интересовало.Поскольку чисто политико-идеологический момент в этот период уже начиналпревалировать в этой проблеме и деятели нацистского государства были твердоуверены, что они знают больше ученых. <

Реанимировались и были возведены в абсолюттакие понятия как «раса» и «народ», а вместо понятия «общество» на переднийплан выдвинулось понятие «общины», которое во многом потеряло свойпервоначальный тённисовский смысл и было превращено в пропагандистский лозунг,смыкающийся с мистически ассоциированным термином «народ», который такжеукладывался в романтические схемы.

Новый период немецкой социологии началсяпосле 1945 г. Это был период как реабилитации, реорганизации социологи^, так иопределенного возрождения былых традиций немецкой социологии. Здесь огромнуюроль сыграли не только свежие силы в лице американизированных социологов,внесших значительную эмпирическую струю, но и деятельность «великих старцев»«золотого века» Веймаровской республики. Так, Л. Визе в 1946 г. воссоздалНемецкое социологическое общество, которое хотя и не было единственнойорганизацией немецких социологов, но именно оно задавало ведущую роль в делевозрождения и подъема социологии в Германии.

Он принял также участие в воссозданиисоциологических журналов и. начал издавать «Кельнский журнал социологии»,который в 1955 г. перешел к одному из ведущих социологов Германии Р.Кёнигу(1906 г. р.) издателю словарей по социологии и разработок по руководству ипроведению эмпирических социологических исследований.

Область основного интереса Р. Кёнига— эмпирическое изучениесоциальных институтов, базирующееся на структурно-функциональном подходе ксоциальной реальности.

Как уже отмечалось, восстановление немецкойсоциологии после 1945 г. произошло благодаря огромным усилиям «великихстарцев», прежде всего Л. Визе, который кроме организационной деятельностипостоянно обосновывал, совершенствовал и излагал свои социологические взгляды.Если теория социальных отношении, изложенная в его ранних работах, выгляделаслишком формальной, то уже в «Этике в отношении к науке о человеке и обществе»(1947 г.) дается больше возможностей понять личностные предпосылки этойтеории.

Вместе с тем, несмотря на рольвышеупомянутых авторов, основные тенденции развития послевоенной немецкойсоциологии шли в совершенно ином направлении — направлении эмпирическойсоциологии или социографии, с явным уклоном в прикладнуюсоциологию.

Это вызвано двумя основнымифакторами:

1) необходимостью восстановления иреорганизации экономики и социальной структуры общества;

2) созданием новых методовэмпирико-социологической работы, где сказалось значительное влияниеамериканской социологии.

Pages:     | 1 |   ...   | 22 | 23 || 25 | 26 |   ...   | 50 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.