WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 50 |

Все это говорит о том, что в конфуцианствебыло соединено два начала: этически-рациональное и рационально-магическое. Какпоказывает Вебер, рационализм здесь носит характер существенно отличный отзападного типа рационализма, ибо китайский рационализм был объединен с магией итрадиционализмом. Поэтому, по Веберу, здесь не могла возникнуть та форма науки,которая развивалась на западноевропейской почве, а также не мог сложитьсясходный с западным тип рационального хозяйствования и формально-рациональныйтип управления.

Рассматривая далее индивидуальный обликдругих мировых религиозно-этических систем, Вебер дает их классификацию, всоответствии с тем, какие именно социальные слои явились их главныминосителями. Вот эта, ставшая уже классической, схема:

— носителемконфуцианства является организующий мир бюрократ;

— индуизма— упорядочивающий мирмаг;

— буддизма— странствующий по мирумонах-созерцатель;

— ислама— покоряющий мирвоин;

—христианства — бродячийремесленник.

Особое внимание уделил Вебер так называемой«религии париев», то есть групп, стоящих на низшей ступеньке и даже внесоциальной иерархии. По его мнению, если для наиболее привилегированных,аристократических слоев, как правило, характерен интерес к посюстороннему миру,то в «религии париев» ярко выражены эсхатологические мотивы, устремления кпотустороннему.

Анализируя религиозную «этику париев»,прежде всего на материале иудаизма, особенно «религию пророков», а такжеразличных внутрихристианских течений и сект, Вебер показывает, что носителями«религии париев» никогда не были рабы или свободные поденщики. Исключение здесьне составляет, по его мнению, и современный ему пролетариат. Наиболее активнымив религиозном отношении среди непривилегированных слоев являются, как считаетВебер, мелкие ремесленники, обедневшие выходцы из более привилегированныхслоев. В этой связи Вебера интересовал тип миросозерцания русскихразночинцев.

При рассмотрении «религиозности париев»,которая, как отмечалось, ориентированна на эсхатологизм и потусторонний мир,Вебер отмечает, что эта направленность не исключаетинтеллектуализма.

Вебер классифицирует религии также и наосновании различного отношения к миру. Так, для конфуцианства характернопринятие мира; напротив отрицание и неприятие мира характерно для буддизма.Индия, по Веберу, является колыбелью религиозно-этических учений, теоретическии практически отрицающих мир. Некоторые религии принимают мир на условиях егоулучшения и исправления. Таковыми являются христианство, ислам, зороастризм.От' того, принимается ли мир и в какой мере, зависит отношение религиознойэтики к сфере политики, вообще к насилию. Так, религия, отвергающая мир, какправило, аполитична. Здесь наиболее последователен буддизм, хотя идеи ненасилияхарактерны также и для христианства. Там, где мир полностью принимается,религиозные воззрения, по Веберу, легко согласуются со сферойполитики.

Мировые религии 'носят, как правило,сотерический характер (Сотер — в пер. с греч. — спаситель). Проблема спасения — одна из центральных в религиознойэтике. Пути решения этой проблемы внутри той или иной религии, в большойстепени определяют образ жизни исповедующих ее. И здесь Вебер анализируетрелигиозно- этические установки в зависимости от того, какие пути спасения онипредполагают. Возможны, прежде всего, два варианта: спасение человека черезсобственное действие (в буддизме) и с помощью посредника-спасителя (иудаизм,христианство, ислам). В первом случае методами спасения являются либоритуальные культовые действия и церемонии, либо действия социальные (любовь кближнему, благотворительность, забота о близких — в китайской религии), либосамоусовершенствование. Что касается второго случая, здесь также возможнонесколько вариантов спасения. Например, спасение через институционализа-цию, тоесть принадлежность к церкви как условие спасения. Это характерно длякатолицизма, православия. Другой вариант — спасение через веру (иудаизм,лютеранство). В-третьих — спасение через милость предопределения (ислам,кальвинизм).

Вебер различаетпути спасения, зависящие уже не столько от выполнения заповедей и от ритуальных действий верующих,сколько от внутреннейустановки. Здесь он также обнаруживает два разных типа:

1) спасение через активное этическоедействие;

2) через мистическое созерцание. В первомслучае верующий осознает себя как орудие божественной воли, а необходимымусловием этического характера его деятельности является аскеза. Причем возможныдва варианта: если целью является бегство от мира, тогда аскетизм есть средствоосвобождения от всех уз, связывающих человека с миром, если же целью являетсяпреобразование мира, как это имеет место в кальвинизме, то аскеза служит целямвнутримирской экономической деятельности.

Второй путь спасения — созерцательный, и этот путь имеетцелью достижение состояния мистического просветления, покоя вбожественном.

Как видим, метод сравнения и классификации,к которому прибегает Вебер, требует различения и' противопоставления феноменоврелигиозного состояния. В «Протестантской этике» это сравнение шло главнымобразом по схеме: магическое — рациональное, в дальнейшем Вебер вводит ряд других оснований длясравнения.

Католицизму, как традиционной формерелигиозности, противопоставляется протестантизм. Протестантизм, по Веберу,антитрадиционная религия, возлагающая на самого индивида без посредников и безмагического элемента его общение с Богом. Традиционализм, а это, по Веберу,прежде всего несамостоятельность индивида и магизм, выступает какиррациональное начало. Напротив, антитрадиционализм, по Веберу, этоосвобождение от непроясненных сознанием и разумом отдельного индивида элементоврелигиозности, в том числе культово-внешней стороны и от посредничествасвященства, что превращает действие индивида в рационально-этическое. Отсюдаосновное религиозное требование заключается не в том, чтобы выполнятьтрадиционные заповеди, а в том, чтобы совершать действия в соответствии ссобственным разумом, делать «добрые дела».

Вместе с тем у Вебера разум (рациональность)и добро (этическое) не были тождественными понятиями. Понятия рационального иэтического оказались совпадающими только в одном отношении и расходящимися вдругом. А именно, они совпадали только в том плане, что этическая установкатакже требовала опосредования через сознание индивида, 'как и рациональная. Вдругом же отношении они разошлись. Это расхождение проявляется в том, чторациональное действие может быть и не ориентированно этически, то есть ненаправлено к благу других индивидов. И, напротив, этическое действие можетоказаться и нерациональным.

Вместе с тем одна из главных трудностейвеберовской позиции состояла в том, что эти два момента, рациональный иэтический, нигде до конца им не были разведены. •

Точно также, как рационально-этический типсознания раздвоился у Вебера на формально-рациональное начало и «этику братскойлюбви», магически-традиционное сознание раздваивается на «иррациональнуюхаризму» и «относительно-рациональную» традицию. И подобно тому как «формальноерацио» становится в сущности враждебным к «евангельской этике», подобно этому«харизматически одаренная личность» потенциально становится силой, которая всостоянии разрушить традицию, поскольку харизматически — революционное начало оказываетсяпроивопо-ставленным консервативно-традиционным установкам.

Таким образом можно выделить три основныхмомента или «центра», вокруг которых концентрировалась веберовскаямысль:

1) «этика братской любви» («добро», «чистыйсмысл»);

2) освобожденный от всяких ценностей иставший чисто функциональным «разум», формальная рациональность;

3) стихийно-экстатическое начало, харизма,основа магических религий (иррациональная сила, стихийная «мощь»).

Ясно, что все эти три начала — идеальные типы, которые вэмпирической реальности в чистом виде не выступают. Вместе с тем нет сомнения ив том, что все три типа представляют собой основные ценности, которые вмировоззрении Вебера так же тяготеют друг к другу и друг другу противостоят,как сконцентрированные в соответствии с ними идеальные типы.

Для прояснения ситуации можновоспользоваться изречением Ф. Ницше: «Мы знаем сегодня не только то, что нечтоможет быть прекрасно, хотя оно не является добрым, но и то, что оно прекрасноименно в том, в чем оно не добро». В этом плане политеизм, «вечная борьбабогов» —мировоззренческая основа М. Вебера. Примирение враждующих ценностей, по Веберу,невозможно. Он отмечает, что никакое научное мышление, никакой философскийанализ не смогут найти достаточно оснований для предпочтения одной группыценностей другой.

Вебер писал: «Как мыслят себе возможность«научного» выбора между ценностями французской и немецкой культур — этого я не знаю. Тут тоже спорразличных богов, и спор вечный... А над этими богами и их борьбой господствуетсудьба, но отнюдь не наука». Продолжая свои рассуждения, Вебер задаетсявопросом: какой человек отважится «научно опровергнуть» этику Нагорнойпроповеди, например, заповедь «не противься злу» или притчу о человеке,подставляющем левую и правую щеку А между тем ясно, что здесь, если взглянутьна это с мирской точки зрения, проповедуется этика, требующая отказа от чувствасобственного достоинства. Нужно, подчеркивал Вебер, выбирать между религиознымдостоинством, которое дает эта этика, и мужским достоинством, этика которогопроповедует нечто совсем иное: «Противься злу, иначе будешь нести свою долюответственности, если оно пересилит». В зависимости от конечной установкииндивида одна из этих этических позиций исходит от дьявола, а другая— от бога, и индивиддолжен решить, кто для него — бог и кто — дьявол. Так заключает св.ою мысль Вебер.

Следует отметить, что этот политеизм науровне «последних ценностей» Вебер унаследовал от Ницше, унаследовал кактребование сурового и мужественного стремления к познанию истины, какова бы тани была. Именно к этой традиции, как считают исследователи, восходит такжеглубокое убеждение, что истина скорее всего страшна и жестока, чем утешительна.Отсюда веберовская своеобразная «любовь к судьбе», как бы ни была жестокапоследняя.

Нельзя не видеть и того, что у Вебера«раздор и борьба» —исходное и первичное состояние, примирение — условно и вторично. Эта установка,глубоко коренящаяся в духе большинства протестантских мыслителей, составляетфундамент также и вебе-ровского мировоззрения. Как отмечалось современникомВебера, немецким философом М. Шелером (1874—1928), веберовскому мышлениюсвойственно отсутствие «среднего термина», момента опосредования, который могбы смягчить крайности. Он писал:

«Характерно, что среди всех категорийдуховного отношения к миру этому мыслителю, создавшему такое богатствокатегорий, наименее знакома одна — я имею в виду категорию мудрости...» «Мудрость, — продолжал свою мысль М. Шелер,— не только чуждабурной, героической, всегда жаждущей максимума «напряженной» внутренней жизниего личности, тип мудреца и способ познания, свойственный мудрости, остался длянего незамеченным также и в истории». По Шелеру, в своем исключении мудрости, вкоторой душа обретает осмысленное, подвижное равновесие своих сил, он столь жеистинный немец, сколь и истинный протестант.

Конечно, значение Вебера, как одного изкрупнейших социологов XX века, невозможно было бы объяснить, если бы мыостановились только на фиксации того обстоятельства, что он по духу своемупротестант. Здесь, видимо, необходимо признать, что тот тип отношения кдействительности, который характерен для протестантизма, и та социальнаяреальность, которая этим типом деятельности формируется, оказались бы дляЕвропы гораздо более универсальными, чем можно было бы предполагать. Развитиекапитализма сделало универсальной жизненную установку протестантизма. Можно суверенностью сказать, что огромное значение работы Вебера «Протестантская этикаи дух капитализма» состоит в том, что он первый зафиксировал универсальноезначение протестантизма для капиталистического развития Запада. Кроме того, онодновременно через сравнение с протестантизмом выявил характер рациональностикак фундаментального принципа индустриального общества. Таким образом, именнопротестантизм мышления Вебера дал ему установку и специфическое видениесовременной ситуации в развитии западного общества. Это же видение явилось; каксчитают П. П. Гайденко и Ю. Давыдов, границей веберовского мышления, поскольку,радикально разведя противоположности, он не нашел между ними соединительногомоста, а, следовательно, и выход из кризиса.

К этому еще следует добавить слова Р. Аронао том, что сегодняшнее индустриальное общество не то, какое знал Вебер. Оно ужене сугубо буржуазное, не чисто капиталистическое, если последнее определятьпрежде всего характером собственности и инициативой индивидуальногопредпринимателя. Именно из этих соображений, как пишет французский социолог иодин из аналитиков творчества Вебера, «я попытаюсь высказать критику в адресВебера — он был слишкоммарксистом в своей интерпретации современного общества, то есть излишнепессимистическим; он не смог точно уловить перпективу благополучия, котороенесет массам рост производства, и не увидел вероятности смягчения классовых и,возможно, национальных конфликтов...»18

Вместе с тем, по Р. Арону, «личность,философия, политические взгляды Вебера показывают..., что Макс Вебер— наш современник. Онявляется им прежде всего потому, что его творчество, как и всех великихмыслителей, настолько богато и двусмысленно, что каждое новое поколениепрочитывает его, изучает и истолковывает по-разному».19 :

В заключении изложения теоретическихвоззрений М. Вебера приведем полную глубокого смысла выдержку из речи К.Ясперса, произнесенную перед студентами Гейдельбергского университета натраурном заседании 17 июля 1920: «Нельзя понять Макса Вебера, прочтя одну изего работ, а, тем более несколько характеризующих его формул; понять его можно,если познакомиться со всеми принадлежащими ему фрагментами, научными работами,журнальными статьями, записями, письмами и с его наследием, а также с простыми,скупыми сообщениями о его жизни и деятельности, его манере поведения. В этойсовокупности фрагментов, без сомнения, окажется" единство не сформулированное ине рациональное, но данное в созерцании: идея философской экзистенции. Этуидею, абсолютную, всеобщую и вневременную, какой она является в последнейглубине бытия, он показал нам в современном мире в ее особенном, оригинальномпроявлении».20

5. М. Вебер и некоторые тенденции развитиясоциологии в Германии

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 50 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.