WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 22 |

Общая реакция во вторую половину царствования Александра I и особенно во времена Николая I отражается крайним усилением цензурного гнета. По цензурному уставу 1826 года, цель цензуры состоит в том, "чтобы произведениям словесности, наук и искусств... дать полезное или, по крайней мере, безвредное для блага отечества направление". В чем же этот вред и польза Запрещаются "всякие частных людей предположения о преобразовании какихлибо частей государственного управления или изменении прав и преимуществ" разных сословий и состояний. "История не должна заключать в себе произвольных умствований, которые не принадлежат к повествованию"; запрещается описывать бывшие в разных странах возмущения, если сочинитель "всех горестных последствий возмущения не представляет в спасительное поучение современникам и потомкам". Философские книги, "наполненные бесплодными и пагубными мудрствованиями новейших времен, вовсе печатаемы быть не должны". "Отнюдь не должны быть одобряемы к напечатанию сочинения о правах и законах, заключающие в себе теории о праве естественном, народном, о первобытном зверском состоянии человека, будто бы естественном, о мнимом составлении первобытных гражданских обществ посредством договоров, о происхождении законной власти не от Бога и т. под." Цензор наблюдает, чтобы в произведениях словесности "сохранялась чистая нравственность и не заменялась бы одними красотами воображения"; что бы в медицинских науках не выражалось сомнения в духовности души, во внутренней ее свободе и в ее высшем определении к будущей жизни.

Цензура была изъята из ведения университетов. Под главным управлением министра народного просвещения учреждаются для надзора за печатью Верховный Цензурный Комитет и несколько местных комитетов.

Цензурная практика

Как же на деле выполняли цензоры сложные обязанности, возложенные на них уставом

Интересные сведения по этому предмету дает история столкновений с цензурой великих русских писателей - Пушкина, Грибоедова, Лермонтова, Гоголя.

О драме Пушкина "Борис Годунов" был представлен Николаю I особый доклад шефом жандармов гр. Бенкендорфом: "Литературное достоинство (пьесы) гораздо ниже, нежели мы ожидали... Все - подражание, от первой сцены до последней. Прекрасных стихов и тирад весьма мало. Некоторые места должно непременно исключить". "Представлено, что народ с воплем и слезами просит Бориса принять царский венец (как сказано у Карамзина), а между тем изображено: что люди плачут, сами не знают о чем... Затрудняюсь в изложении моего мнения насчет сей сцены. Прилично ли так толковать народные чувства" "Сцену в корчме можно бы смягчить: монахи слишком представлены в развратном виде. Пословица: вольному воля, спасенному рай, переделана вольному воля, а пьяному рай. Хотя эти монахи и бежали из монастыря, и это обстоятельство находится у Карамзина, но, кажется, самый разврат и попойка должны быть облагорожены в поэзии, особенно в отношении к званию монахов". "Разумеется, что играть ее (пьесу) невозможно и не должно".

Пушкину было предложено "с нужным очищением переделать комедию свою в историческую повесть или роман наподобие Вальтера Скотта". Он ответил, однако, что не в силах уже переделать однажды написанное. Три года спустя, по новому ходатайству Пушкина, ему было, наконец, разрешено напечатать "Бориса Годунова" "под собственной ответственностью автора".

В комедии "Горе от ума" Грибоедова мы находим множество цензурных поправок. "Он вольность вздумал проповедать" - цензор исправил: "Вот что он вздумал проповедать". Вместо "Да он властей не признает" исправлено: "Он ничего не признает". Слова Чацкого: "Чины людьми даются, а люди могут обмануться", были исключены, как направленные к колебанию доверия к той власти, которая жалует чины.

У Лермонтова в "Маскараде" цензор не допустил слова "небесный" рай (про любовь), заменив его словом "прекрасный". В стихе "Я сам свершу свой страшный суд" цензор нашел более уместным слово "ужасный". Вместо "Но я - не Бог, и не прощаю" - поправка цензора: "Но я,- я нет, я не прощаю"...

А вот образцы цензурных поправок в "Мертвых душах" Гоголя. "Он (полицеймейстер) у нас чудотворец". По цензурной поправке: "чудный человек". "Русь! Русь! Вижу тебя из моего чудного, прекрасного далека, тебя вижу: бедно, разбросано и неприятно в тебе". Цензор нашел неуместной такую характеристику, заменив ее словами: "бедна природа в тебе".

Цензурный террор

Несмотря на строгость цензоров, правительство Николая I находило все еще недостаточным надзор за духом и направлением книгопечатания. В 1848 году учреждается цензура над цензурой: создается особый комитет под председательством Бутурлина для рассмотрения, правильно ли действует цензура. Этот Бутурлинский комитет обращает внимание не столько на "видимую", сколько на "предполагаемую" цель автора,- на междустрочный смысл сочинений. Наступает "эпоха цензурного террора". Подозрительность цензоров доходит до крайних пределов: один цензурный комитет затребовал в свой состав музыканта для рассмотрения нот, действительно ли они содержат музыкальное произведение, а не какое-либо безнравственное и вредное сочинение, написанное в виде нот.

Особое внимание цензуры было направлено на книги для народного чтения. По правилам 1850 г., цензор наблюдает с особенной строгостью, чтобы в книгах этого рода не было "не только никакого неблагоприятного, но даже и неосторожного прикосновения" к правительству "и ко всем поставленным от него властям и законам". "Цензор не должен дозволять описания особенных бедствий или нужд того состояния, к которому принадлежит многочисленный класс читателей этого рода книг, ни современных происшествий, сильно действующих на простонародье с невыгодной стороны". "Сочинения, в которых изъявляется сожаление о состоянии крепостных крестьян, описываются злоупотребления помещиков или доказывается, что пере мена в отношениях первых к последним принесла бы пользу, не должны быть вообще разрешаемы к печатанию, а тем более в книгах, предназначенных для чтения простого народа".

Дарование облегчений

При Александре II последовало у нас некоторое улучшение в положении печати. 6 апреля 1865 года был издан указ "о даровании некоторых облегчений и удобств отечественной печати". От предварительной цензуры были освобождены: в столицах сочинения объемом не менее десяти печатных листов (переводные - объемом не меньше двадцати печатных листов) и повсеместно издания университетов, ученых обществ и нек. др. Повременные или периодические издания могли выходить, под условием внесения издателем залога

в 2500-5000 руб., без предварительной цензуры с особого разрешения министра внутренних дел. Зато в отношении к ним была введена, вместе с ответственностью по суду, и система административных взысканий: министру внутренних дел предоставлялось право делать газетам и журналам, освобожденным от цензуры, в случае замеченного в них вредного направления, предостережения, причем третье предостережение влекло за собой приостановку издания. Эта система, сравнительно с судебной ответственностью, на практике получила преобладающее значение.

Период 1872 1904 г.

В семидесятых годах и в царствование Императора Александра III строгость цензурных мероприятий снова усиливается. Комитету Министров в 1872 году присваивается право уничтожать произведения печати, признанные "особенно вредными". Так были превращены в бумажное тесто книги: Брандеса, "Главные течения литературы XIX столетия"; Гауптмана, "Ткачи"; Геккеля, "Мировые загадки" и др.; Дидро, Романы и повести (издание Неклюдова, который потом был товарищем министра внутренних дел); роман Золя, "Истина"; Лекки, "История нравственности"; Летурно, "Эволюция морали"; Маркса, "Нищета философии"; Спенсера, "Социальная статика"; Л. Н. Толстого, "Народные рассказы", "Карма", "О жизни"; Лоренца Штейна, "История социального движения во Франции", и мн. др. При этом некоторые сочинения были уничтожены уже после выдачи разрешения на выпуск их в свет.

В то же время периодическая печать была связана угрозой административных взысканий не только вообще "за вредное направление", но и за неисполнение многочисленных циркуляров министра внутренних дел. Последнему было предоставлено законом 1873 года право воспрещать, "по соображениям высшего правительства", оглашение или обсуждение в печати вопросов государственной важности, (ст. 140 Уст. о цен.). Свыше пятисот циркуляров, изданных на этом основании министрами внутренних дел в период с 1873 по 1904 год, должны были поставить периодическую печать в совершенную невозможность правильно отражать русскую жизнь. Так, этими циркулярами было предписано не помещать никаких "намеков на необходимость изменения нашего государственного строя, о земском соборе, о центральных съездах представителей земства и т. п." (1881 г.) и четверть века спустя - "ничего не помещать о народном представительстве" (6 ноября 1904 г.); "не помещать никаких статей, сообщений и известий о какихлибо касающихся изменения нашего государственного строя адресах, постановлениях, заявлениях и речах, имевших место в земских, городских или сословных собраниях, в собраниях ученых и иных обществ и частных лиц (так называемых банкетах)" (2 декабря 1904 г.). Циркуляры 1893 и 1897 гг. предписывали не помещать никаких статей и заметок по рабочему вопросу, о заработной плате, рабочем дне и отношениях фабричных рабочих к хозяевам. Циркуляром 11 мая 1901 г. это запрещение было выражено несколько мягче: предыдущие циркуляры не надо понимать, как совершенно исключающие рабочий вопрос из обсуждения печати, Соблюдая их, необходимо лишь, чтобы все статьи и заметки излагались в строгом согласии с действительностью. Поэтому представлять их все в департамент полиции и печатать лишь с его разрешения.

"Не помещать ничего, затрагивающего честь турецкого султана, состоящего главой дружественного России государства" (цирк. 1888 г.). Не помещать о холере ничего, кроме объявляемого в "Правительственном Вестнике" (1892 г.). Не печатать о покушениях на самоубийство, если таковые происходят не в публичных местах (1897 г.). Не помещать никаких известий о проделках хулиганов (1903 г.). Таковы образчики разностороннего содержания вопросов государственной важности, по которым оглашение и обсуждение было найдено неудобным по соображениям высшего правительства.

Современное положение

Современное правовое положение русской печати определяется временными правилами 24 ноября 1905 года о повременных изданиях и 26 апреля 1906 г. для неповременной печати.

Мотивы к изданию этих законоположений указаны в следующем введении к временным правилам 24 ноября:

"Манифестом 17 октября сего года Мы возложили на обязанность Правительства выполнение непреклонной Нашей воли даровать населению незыблемые основы гражданской свободы, одним из условий коей является свобода слова... Ныне, впредь до издания общего о печати закона, признали Мы за благо преподать правила о повременных изданиях, выработанные Советом Министров и рассмотренные в Государственном Совете. Правилами этими устраняется применение в области периодической печати административного воздействия, с восстановлением порядка разрешения судом дел о совершенных путем печатного слова преступных деяниях".

Отмена цензуры

Рассматриваемые законоположения отменяют предварительную, как общую, так и духовную цензуру выходящих в Империй повременных (периодических) и не повременных изданий, включая и всевозможные иллюстрации. Из различных видов цензуры сохраняются, однако, 1) иностранная цензура т.е. просмотр произведений печати, выходящих за границей; 2) театральная цензура, в смысле допущения публичного представления драматических и иных произведений на сцене; 3) цензура всякого периодического издания, выходящего вне городов (но книга и брошюра, напечатанная в деревне, цензуре не подлежит), и, наконец, 4) полицейская цензура афиш и разных объявлений.

Отмена административных взысканий

Далее, временные правила 24 ноября отменяют постановления об административных взысканиях, налагаемых на повременные издания, и правила о залогах для этих изданий.

Министру внутренних дел предоставляется только воспрещать на определенный срок сообщение в повременных изданиях сведений о передвижении войск или морских сил и о средствах обороны. Накладывать же на печать обязанность молчания по каким-либо другим вопросам министр более не в праве (ст. 140 Уст. о ценз. отменяется).

Явочный порядок

Для выпуска в свет нового периодического издания не требуется, как прежде, испрашивать на то разрешения административной власти, но достаточно подать заблаговременно заявление местному губернатору или градоначальнику с означением места издания, его наименования, программы, сроков выхода в свет и подписной цены, личности издателя и ответственного редактора и типографии, в которой издание будет печататься. При этом ответственным редактором может быть только полноправный русский подданный, достигший 25 лет. Не позднее двух недель со дня подачи заявления губернатор (или градоначальник) обязан выдать подателю свидетельство, без представления которого ни одна типография не в праве приступить к набору и печатанию повременного издания. Это свидетельство не выдается только в тех случаях, если заявление не полно или если наименование издания или его программа заключают в себе что-либо противное нравственности или уголовному закону.

Каждый нумер повременного издания и неповременное издание объемом более пяти печатных листов, одновременно с выпуском его из типографии, представляется в узаконенном числе экземпляров местному комитету или инспектору по делам печати (так были переименованы, по указу 26 апреля 1906 г., прежние цензурные комитеты и отдельные цензоры). Брошюры объемом не более одного листа выпускаются из типографии по прошествии двух дней, и книжки объемом от одного до пяти листов - семи дней со времени представления содержателем типографии в местное учреждение по делам печати.

Арест издания

На отдельные нумера повременных изданий и на все экземпляры предназначенного к распространению неповременного издания может быть наложен арест по распоряжению местного комитета или инспектора по делам печати. Арест заключается в отобрании предназначенных к распространению экземпляров вышедшего издания, кроме тех, однако, экземпляров, которые перешли уже во владение третьих лиц для собственного их употребления. Вопрос об аресте, одновременно с его наложением, передается на решение судебного установления, которое утверждает или отменяет арест в первом же распорядительном заседании.

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 22 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.