WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 |

Нельзя провести четкую черту между авторитарностью и демократичностью. В каждом случае принятия решений, в каждом человеке, его поступках можно выделить и элементы авторитарности, и элементы демократичности. Дело именно в том, в какой пропорции они соединяются. Можно, таким об­разом, условно разделить такое поведение по степени возра­стания демократичности — от абсолютной авторитарности к абсолютной демократичности. Попробуем это сделать для того, чтобы лучше каждый понял особенности своего поведения и легче было бы избавиться от конфликтогенных элементов.

Проявлением абсолютной авторитарности можно считать ультиматумы. В деловых взаимоотношениях: "Или Вы прини­маете мои условия, или я подаю на Вас в суд, за то, что три года назад Вы…* В семейных проблемах: "Или я, или твоя ма­ма!" и т.д. То есть ультиматум заключает в себе вариант единственного решения с угрозой наказания при его неприятии. Кстати, не так ли ультимативно многие общаются с детьми:

"Или ты съешь кашу, или не поедешь с нами в зоопарк!" Стоит ли удивляться, что воспитанные на подобных примерах дети, вырастая, обращают это же оружие против самих роди­телей: "Или вы покупаете нам кооператив, или никогда боль­ше не увидите внуков!" Так что ультиматумы используются в нашем повседневном общении гораздо чаще, чем нам кажется. Умея их разглядеть, причем желательно именно в своем соб­ственном поведении, мы уже делаем некий шаг по пути борь­бы с ними, а значит в направлении демократизации своего поведения.

Следующая ступенька — это объявление своего единствен­ного решения, хотя и без угрозы наказанием, но без объясне­ния причин его принятия, не говоря уже о совете с партнером. Такой способ действия еще очень близок к ульти­мативному и при любом сопротивлении со стороны партнеров превращается опять-таки в ультиматум. Например, руководи­тель на собрании коллектива объявляет свое решение: "С се­годняшнего дня наше подразделение переходит на новый график работы". Если никто не станет ему возражать, то это так и останется изложением своего единственного решения без объяснений, хотя и без угроз. Но если хоть кто-нибудь проявит недовольство, тут, же, скорее всего, последует откат к ультиматуму: "А кто не доволен — тех мы не держим". То есть граница здесь очень не прочная.

Подобное поведение очень часто практикуется и в семье. Например, жена заявляет прямо с порога: "Мои родственники собрали нам деньги на годовщину свадьбы. Завтра мы идем покупать ковер". Здесь также очень близок откат к ультимату­му, при малейшем сопротивлении партнера: "Ах, ты не хо­чешь ковер Можешь вообще тогда со мной не жить!"

Следующий маленький шажок, маленькая ступенька, хоть чуть-чуть увеличивающая долю демократичности — сообщение о своем единственном решении с объяснениями. Принципи­альной разницы с предыдущими вариантами здесь нет, однако сами объяснения, особенно данные не после объявления решения, а предварительно, способны несколько погасить неудов­летворенность окружающих авторитарностью лидера. Однако необходимо научиться и в этих случаях отдавать себе отчет о том, что подобное поведение авторитарно в очень и очень зна­чительной мере. Вернемся к нашим примерам. Руководитель:

"Товарищи, давно назрела необходимость пересмотра времени нашей с Вами работы, так как прежний порядок никого не удовлетворял. Было много замечаний и просьб с Вашей сто­роны... и т.д. и т.п... Наступило время решить этот вопрос. За­втра мы переходим на работу по новому графику". Выглядит и звучит такая подача гораздо приличнее, но не будем забы­вать, что принципиальных различий с предыдущими вариан­тами здесь нет. Это тоже авторитарность.

В примере из области семейных отношений это будет вы­глядеть так Жена (с порога): "Невозможно больше ходить по голому полу. Ребенок простужается. Некрасиво. Стыдно перед гостями. Мои родственники подарили нам деньги, наконец-то мы сможем завтра поехать и купить ковер". При таком офор­млении авторитарности она, конечно, меньше бросается в гла­за и вызывает меньшее открытое сопротивление партнера, не меняя, однако, при этом своей унизительной для того сути.

Следующий шаг, следующая ступенька — предложение не­скольких своих решений на выбор. Например, председательст­вующий объявляет: "Мы (комиссия, орг. отдел, секретариат и т.п.) разработали несколько приемлемых вариантов заявления. Пожалуйста, решайте, какой из них мы примем". Выглядит очень демократично. И, конечно же, и по сути уже далеко от полной авторитарности. Однако еще полностью действует внутренняя уверенность в том, что выработать разумные ре­шения больше никто не может. И если я придумал несколько решений и все они меня устраивают, то почему бы не дать другим выбрать одно из них Также рассуждает и властная супруга, которая дает возможность своему мужу как бы поиг­рать в равноправие: "Как ты думаешь, что нам купить на со­бранные родственниками деньги: ковер, сервиз или диван"

Все перечисленные выше подходы содержат все-таки боль­ший процент авторитарности, чем демократичности, поэтому их можно условно считать уровнями авторитарности. На сле­дующем шаге по направлению к демократичности происходит как бы перелом в ее сторону и самой первой ее ступенью бу­дет высказывание своего мнения, а затем вопрос о мнении партнеров.

Руководитель: "Мне представляется, что с завтрашнего дня мы должны перейти на такой-то график работы. Есть Другие мнения" Форма подачи проблемы весьма демократичная, но решение лидера, высказанное вначале, безусловно будет оказы­вать давление на подчиненных. То же самое и в примере с супругами. Если жена заявляет: "Мы получили деньги от род­ственников. Я хочу купить ковер. Как ты думаешь", то хотя она и спрашивает мнение мужа, но каким бы оно ни было, оно уже будет звучать не просто как собственное мнение, а как возражение, что будет порождать некоторую напряжен­ность.

Поэтому более демократичным будет все-таки сначала по­ставить проблему, стимулировать появление ее решений, а за­тем только высказывать свое мнение. В этом случае собственное мнение каждого при его высказывании будет но­сить совершенно нейтральный характер и не будет нести конфликтогенной окраски. То есть, выбирая такой путь поведения, мы сознательно перекрываем сами себе возможно­сти манипулировать окружающими.

И все-таки даже такой "сценарий" имеет свои изъяны. Здесь мы переходим уже к глубинным мотивам авторитарного и демократического поведения. Если ваша демократичность — лишь обертка для вашего желания настоять на своем, лишь красивая тактика при прежней стратегии — навязать свое ре­шение, то все опять вернется "на круги своя". Т.е. дав коллек­тиву поспорить и подискутировать, так сказать выпустить пар и поиграть в демократию, руководитель выскажет свое мнение и поведет линию именно на его принятие. Очень ясно это видно в личных взаимоотношениях: жена, выслушав желания и предложения мужа, с обиженным видом заявляет: "Вот, ты совсем обо мне не думаешь, знаешь же, как я хочу ковер…"

Оговоримся, что поведение, которое мы разбираем на этой ступени — это поведение демократичное и мы ни в коей мере его не отвергаем и не осуждаем, а лишь исследуем все его тонкости.

Следующим, почти последним шагом на пути к абсолют­ной демократичности принятия решений является тактика просто постановки проблемы: "Нам нужно решить такой-то вопрос. Что будем делать" В этом случае все ясно. Партнер (или партнеры) по общению чувствуют себя полноправными участниками принятия решения, самостоятельно управляющи­ми своей судьбой. Но почему же тогда мы говорим, что это — уровень почти полной демократичности, почему "поч­ти", разве может быть еще большая степень демократичности Попробуем представить себе, как она будет выглядеть

Но перед этим еще раз оговоримся. Мы предлагаем все большие и большие степени демократичности не потому, что отрицаем целесообразность предыдущих, а чтобы можно было выбрать поведение, наиболее соответствующее конкретным ус­ловиям в каждом отдельном случае, ну и, конечно, для рас­ширения диапазона поведения и усиления психологической чувствительности.

Итак, попробуем представить себе уровень абсолютной, предельной демократичности. Вспомним для этого, каким был предыдущий. Он заключался просто в постановке проблемы. Какое здесь может быть давление, если ничего, кроме предло­жения темы для принятия решений мы не навязываем А вот ведь все-таки навязываем саму тему, саму проблему. Об этом мы как-то даже и не задумываемся, этого мы практически не осознаем. Происходит это потому, что если даже человеку не свойственна авторитарность и он не считает свои решения единственно приемлемыми, то уж он точно уверен, что он знает, какая на данный момент важнейшая проблема требует своего разрешения. А ведь это далеко не так. Ни один человек не может претендовать на знание истины, в том числе оши­баться можно и в этом вопросе. Нам всегда кажется, что са­мое важное — это то, что происходит с нами, что самые насущные проблемы — это те, над решением которых бьемся мы, что самые неотложные решения должны приниматься именно по интересующим нас вопросам. Это почти постоян­ная иллюзия. Но это всего лишь иллюзия. Таким ограничен­ным представлением мы сами себе сужаем кругозор. Нужно стараться всегда заставлять себя помнить, что проблемы, ин­тересы и задачи, которые волнуют окружающих, ничуть не менее важны, чем наши собственные. Что коллега или даже подчиненный, могут обратить внимание на гораздо более жи­вотрепещущую проблему, чем та, которую собираетесь сегодня поставить на обсуждение вы.

Поэтому стоит познакомиться с проявлением абсолютной демократичности, которое можно выразить в короткой форму­ле "Какую проблему поставим"

В случае с совещанием коллег все ясно — имеет смысл выяснить, какую именно проблему каждый считает самой без­отлагательной на сегодняшний день. Возможно, что вас ждут приятные или неприятные неожиданности, т.к. никто не мо­жет держать в голове абсолютно все и при таком подходе вы наверняка обнаружите то, что сами не учли.

В случае же семейных отношений, будет очень хорошо, если жена не будет прямо с порога обрушивать на мужа град проблем, которые представляются ей самыми важными, а сна­чала осведомиться о том, как прошел у него день, что лежит у него на душе... Вполне возможно, что важность высказанных им тем для обсуждения затмит и для нее то, с чем она пришла, и что ее волновало всего пять минут назад.

Так что избавление от иллюзии, заставляющей нас счи­тать все свое самым важным, может оказать нам самим нео­ценимую услугу.

Итак, по отношению к потребности партнера в демокра­тичности КОНФЛИКТОГЕННОЙ будет авторитарность, НЕЙ­ТРАЛЬНЫМ — стремление исключить из общения знаки авторитарности, а СИНТОННЫМ — демократичное поведение с использованием в различных ситуациях различных степеней демократичности.

10. ПОТРЕБНОСТЬ в СМЕХЕ и ОСМЕЯНИЕ.

Смеяться, право, не грешно над тем, что кажется смешно. И мы смеемся.

Потребность в смехе — одна из важнейших эмоциональ­ных потребностей человека. Во время смеха происходит как физиологическая, так и психологическая разрядка. Сознавая ее необходимость, люди создали огромную смеховую культуру. Положительные эмоции, возникающие со смехом, оздоравли­вающе действуют на психику. Смех заразителен. Веселое об­щение сближает людей.

Честно говоря, в каждом человеке можно найти черты, до­стойные смеха. Есть над чем посмеяться и в самом себе. Но часто ли мы смеемся над собой Да нет! Как-то все больше друг над другом или над отсутствующими.

Вот какой-нибудь остряк потешается над недотепой. Его шутки, скорее всего, плоские, но мы смеемся и плоским, не задумываясь ни на секунду над тем, каково недотепе... А что нам-то, это ведь не над нами — это над ним...

А уж если самому пришла в голову острота, то тут уж "для красного словца не пожалеешь и отца"". Тут уж тянет сра­зу высказаться, нельзя же упустить этот шанс, нельзя не остановить это прекрасное мгновение.

И не подозреваем мы, что это — наша моральная смерть, что это не мы шутим, А Мефистофель с нами дьявольски шутит. Ведь большего огорчения ближнему, чем осмеяние, ни­что доставить не может.

Положа руку на сердце, ответьте: когда над вами смеются, даже если шутка дружеская, доброжелательная, вам скорее приятно или скорее неприятно Мало кто слукавит и скажет, что скорее приятно. Конечно, всем скорее неприятно. Или просто: неприятно. И человек переживает, старается растворить появившийся в душе горький осадок. И даже когда юмор яв­но дружеский, все равно — "пустячок, а неприятно". Но при этом каждый боится, как бы не подумали, что он без чувства юмора. Приходится делать вид, что ему хорошо, когда над ним смеются и смеяться вместе со всеми, но ведь это только внешнее. Вспомним, как в кинофильме "Чучело" героиня впервые появилась в классе — она выстояла под гра­дом насмешек, но чего ей это стоило!

Итак, неприятно. Почему же

Зигмунд Фрейд, глубоко изучавший человеческие бессоз­нательные мотивации, расценивал юмор как символическое уничтожение врага. Вообще, уничтожение — это цель неприк­рытой яростной агрессии. А тут хотя и символическое, при­крытое, замаскированное, но все-таки уничтожение. Другие агрессивные проявления — категоричность, обвинительность, авторитарность — тоже неприятны, но это еще не уничтоже­ние. А вот юмор — уничтожение. Фрейд прав: ведь лучше сквозь землю провалиться, чем подвергнуться осмеянию.

Для того, чтобы спровоцировать дуэль, гусары и дворяне писали на противника эпиграммы. Перед тем, как вступить в военные действия, часто рисуют на противника карикатуры. А знаменитое письмо запорожцев турецкому султану "Що ты за лыцарь, якщо не вмиешь голою…ежа вбити" Попробуй после этого не выставь против этой ватаги лучшую часть своего войска. Ведь дело идет о твоей султаньей чести... Так что ког­да высмеивают, в голове мутится, кровь к ней приливает, а потом, как видите, и чья-то кровь проливается.

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.