WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 41 | 42 || 44 | 45 |   ...   | 58 |

Если бы движущееся настоящее по своейприхоти остановилось на день или два, а затем снова начало бы двигаться вдесять раз быстрее, чем до остановки, что мы стали бы осознавать Ничегоособенного — или,скорее, этот вопрос не имеет смысла. Не существует ничего, что могло быдвигаться, останавливаться или течь, не существует ничего, что осмысленно можнобыло бы назвать «скоростью» времени. Все, что существует во времени, должнопринимать форму неизменных сним­ков, расположенных вдоль временной линии. Это включаетсознатель­ный опытвсех наблюдателей с их ошибочной интуицией, связанной с тем, что время «течет».Они могут представлять, как «движущееся настоящее» перемещается вдоль линии,останавливается и снова начи­нает двигаться, или даже возвращается назад, или совсем прекращаетсвое существование. Но даже если это вообразить, этого все равно не произойдет.Ничто не может двигаться вдоль этой линии. Время не Может течь.

Идея о потоке времени действительнопредполагает существова­ние второго сорта времени, помимо разумного понимания времени какпоследовательности моментов. Если бы «сейчас» действительно двига­лось от одного момента к другому,это происходило бы по отношению к этому внешнему времени. Но серьезное отношениек этой идее приво­дитк бесконечному регрессу, поскольку в этом случае нам пришлось бы представитьсамо внешнее время как последовательность моментов с его собственным «настоящиммоментом», движущимся относительно еще более внешнего времени — и т.д. На каждой ступени потоквреме­ни не имел бысмысла, пока мы не отнесли бы его к потоку внешнего времени, и так до бесконечности. На каждойступени у нас была бы концепция, не имеющая смысла; и вся бесконечная иерархиятоже не имела бы смысла.

Ошибка такого рода происходит из нашейпривычки к тому, что время является внешними рамками любого физическогообъекта, ко­торый мыможем рассматривать. Мы привыкли представлять физи­ческий объект как потенциальноизменяющийся и, таким образом, существующий в виде последовательности вариантовсамого себя в раз­личные моменты. Но сама последовательность моментов на рисунках,подобных рисункам 11.1-11.3, является исключительной категорией. Она несуществует во временных рамках — она являетсяэтими рам­ками.Поскольку вне нее нет времени, нелогично представлять, что она изменяется иличто существует более одного ее последовательного варианта. Это усложняетвосприятие подобных рисунков. Сам рису­нок, как и любой другой физическийобъект, существует в течение какого-то промежутка времени и состоит измногочисленных вари­антов самого себя. Однако то, что изображает рисунок, — а имен­но, последовательность вариантовчего-либо —существует только в одном варианте. Ни одно точное изображение временных рамокне может быть движущимся или изменяющимся рисунком. Оно долж­но быть стационарным. Но впринятии этого есть внутренняя пси­хологическая трудность. Несмотря на стационарность рисунка, мы неможем воспринимать его стационарно. Он показывает последо­вательность моментов одновременнона странице, и чтобы отнести это к нашему опыту, фокус нашего внимания долженперемещаться вдоль этой последовательности. Например, мы могли бы посмотреть наодин снимок и принять, что он представляет «сейчас», а момент спустя посмотретьна снимок справа от него и решить, что он пред­ставляет новое «сейчас». Далее, мысклонны путать истинное движение фокуса нашего внимания по простомурисунку с невозможнымдвижением чего-либо через реальные моменты. Это очень легкосделать.

Однако эта проблема заключается не только всложности иллюст­рациитеории времени. Сама теория содержит независимую и глубокую неопределенность:она не может решить, является ли настоящее объек­тивно одним моментом или многимимоментами — иследовательно, например, изображает ли рисунок 11.1 один момент или много.Здра­вый смыслтребует, чтобы настоящее было одним моментом, чтобы раз­решить поток времени — разрешить, чтобы настоящееперемещалось через моменты от прошлого к будущему. Однако здравый смысл такжетребует, чтобы время было последовательностью моментов с движени­ем и изменением, состоящим изразличий между вариантами какого-либо объекта в различные моменты. А этозначит, что сами моменты неизменны. Таким образом, конкретный момент не можетстать на­стоящим илиперестать быть настоящим, ибо это было бы переменой. Следовательно, настоящееобъективно не может быть одним моментом.

Причина, по которой мы придерживаемся этихдвух несовмести­мыхконцепций —движущегося настоящего и последовательности неизменных моментов, — состоит в том, что они обе нужнынам, или, скорее, мы думаем, что они нужны нам. Мы непрерывно вызываем их всвоей повседневной жизни, хотя и в разных смыслах. Когда мы опи­сываем события, говоря, что что-либопроисходит, мы думаем на языке последовательности неизменных моментов; когда жемы объясняем события какпричины и следствия Друг друга, мы думаем на языке движущегосянастоящего.

Например, говоря, что Фарадей открылэлектромагнитную индук­цию «в 1831 году», мы приписываем это событие определенной цепочкемоментов. То есть мы определяем, на каком наборе снимков в длиннойпоследовательности снимков всемирной истории нужно искать это от­крытие. Когда мы говорим,когда что-либо произошло,поток времени задействуется не больше, чем задействуется «поток расстояния»,если Мы говорим, где этопроизошло. Но как только мы говорим, почемучто-либо произошло, мы вызываем поток времени. Когдамы говорим, что частично обязаны своими электрическими двигателями и динамамиФарадею и что последствия его открытия чувствуются до сих пор, в нашем разумевозникает картина последствий, которые начались в 1831 году и последовательнопронеслись через все моменты остав­шейся части девятнадцатого века, затем достигли двадцатого века истали причиной появления там, например, гидроэлектростанций. Если мыневнимательны, мы посчитаем, что это важное событие 1831 года изначально «ещене воздействовало» на двадцатый век, но затем по­следствия, несущиеся к двадцатьпервому веку и далее, «изменили» двадцатый век. Но обычно мы внимательны иизбегаем этой нелогич­ной мысли, никогда не используя обе части разумной теориивреме­ни одновременно.Мы делаем это только тогда, когда думаем о самом времени, и тогда мы изумляемсязагадочности всего этого! Возмож­но, в данном случае лучше подойдет слово «парадокс», а не«загадка», поскольку в данном случае возникает вопиющий конфликт междудву­мя, на первыйвзгляд, самоочевидными идеями. Обе они не могут быть истинными. Мы увидим, чтони одна из них не является истинной.

Наши физические теории, в отличие отздравого смысла, являются логически связными, и впервые они достигли этого приотказе от идеи о потоке времени. Вероятно, физики говорят о потоке времени точно так же,как говорят о нем все остальные. Например, в своей книге Principles19 излагая свои принципымеханики и гравитации, Ньютон писал:

«Абсолютное, истинное и математическоевремя само по себе и по своей собственной природе течет равномерно, не относясьни к чему внешнему».

Однако Ньютон мудро не пытается перевестисвое утверждение о том, что время течет, в математическую форму, или сделать изнего какие-то выводы. Ни одна из физических теорий Ньютона необращает­ся к потокувремени, как не обращается к нему и не совместима с ним ни одна из последующихфизических теорий.

Так почему же Ньютон счел необходимымсказать, что время «те­чет равномерно» С «равномерно» все в порядке: можноинтерпретиро­вать это,как означающее, что измерения времени одинаковы для всех наблюдателей,находящихся в различных положениях и в различных состояниях движения. Этонезависимое утверждение (которое, как мы знаем со времен Эйнштейна, являетсянеточным). Но его легко мож­но было бы сформулировать так, как я сформулировал его сейчас, неговоря, что время течет. Я считаю, что Ньютон намеренно использо­вал знакомый язык времени, неподразумевая его буквальное значение: точно так же он мог бы свободно сказать отом, что Солнце «всходит». Ему необходимо было передать читателю, опираясь наэту революцион­нуюработу, что в концепции времени Ньютона нет ничего нового или сложного.Principles определяютмножество слов, как-то: «сила» и «мас­са», точные технические значениякоторых несколько отличаются от разумных значений. Однако числа, на которыессылаются как на «вре­мя», это всего лишь общепринятое время, которое мы находим начасах и календарях, и концепция времени в Principles— это общепринятаяконцепция.

Рис. 11.4.Пространство-время, рассмотренное как следующие друг за другом

За исключением того, что время не течет, вфизике Ньютона время и движение выглядят примерно, как на рисунке 11.3. Однонебольшое отличие состоит в том, что я нарисовал следующие друг за другоммо­менты отдельно другот друга, но во всей доквантовой физике это яв­ляется аппроксимацией, потому чтовремя — континуум. Мыдолжны представить бесконечно много бесконечно тонких снимков, непрерывнопоявляющихся между нарисованными моими «я». Если каждый снимок представляет всево всем пространстве, которое физически существу­ет в определенный момент, то можносчитать, что эти снимки склеены Друг с другом своей лицевой стороной и образуютодин неизменный блок, содержащий все, что происходит в пространстве и времени(ри­сунок 11.4)— то есть всюфизическую реальность. Неизбежный недо­статок диаграммы такого родасостоит в том, что снимки пространства в каждый момент показаны как двухмерные,тогда как в реальности они трехмерны. Каждый из них - это пространство вопределенный момент. Таким образом, мы считаем время четвертым измерением,аналогичным трем измерениям пространства в классической геомет­рии. Пространство и время,рассматриваемые совместно, как в этом случае, в виде четырехмерной категории,называют пространством-временем.

Рис. 11.5.Движущийся объект с перспективы пространства-времени

В физике Ньютона эта четырехмернаягеометрическая интерпре­тация времени была произвольной, но с появлением теорииотноситель­ностиЭйнштейна она стала необходимой частью этой теории. Так про­изошло потому, что в соответствиис относительностью наблюдатели, которые движутся с разной скоростью, не придутк согласию относи­тельно того, какие события являются одновременными. То есть они непридут к согласию относительно того, какие события должны появить­ся на одном и том же снимке. Такимобразом, каждый из них воспри­нимает пространство-время как разрезанное на «моменты» различнымобразом. Тем не менее, если бы каждый из них собрал свои снимки, как показанона рисунке 11.4, получились бы идентичные пространства-времена. Следовательно,в соответствии с относительностью, «момен­ты», изображенные на рисунке 11.4.не являются объективными харак­теристиками пространства-времени: они являются всего лишь образомвосприятия одновременности наблюдателем. Другой наблюдатель полу­чил бы слои «сейчас» под другимуглом. Таким образом, объективную реальность, стоящую за рисунком 11.4, аименно: пространство-время и его физическое содержание, - можно было быпоказать с помощью рисунка 11.5.

Пространство-время иногда называют«вселенной, связанной в еди­ный блок», потому что в нем вся физическая реальность - прошлое,на­стоящее и будущее— раз и навсегдапредставлена неизменной в одном четырехмерном блоке. По отношению кпространству-времени ничто не движется. То, что мы называем «моментами»,— это определенныеслои пространства-времени, и когда содержание этих слоев отличается друг отдруга, мы называем это переменой или движением в пространстве.

Как я уже сказал, мы думаем о потокевремени в связи с причинами и следствиями. Мы считаем, что причины предшествуютсвоим следст­виям; мыпредставляем, что движущееся настоящее подходит к причи­нам до того, как подойдет к ихследствиям, а также представляем, что следствия текут навстречу настоящемумоменту. С философской точки зрения, наиболее важными причинно-следственнымипроцессами явля­ютсянаши сознательные решения и последующие действия. Разумная точка зрениязаключается в том, что мы обладаем свободной волей:что иногда мы в состоянии повлиять на будущие события(например, движение своего собственного тела) одним из нескольких возможныхспособов и выбрать этот способ; тогда как на прошлое, напротив, мы никогда не всостоянии повлиять. (К свободной воле я вернусь в гла­ве 13). Прошлое неизменно: будущееоткрыто. Для многих философов поток времени — это процесс постепенного, моментза моментом, пре­вращения открытого будущего в неизменное прошлое. Другие говорят,что альтернативные события в каждый момент будущего являются воз­можностями, а поток времени — это процесс постепенного, моментза моментом, превращения одной из этих возможностей в действитель­ность (так что, в соответствии с мнениемэтих людей, будущее не су­ществует совсем, пока поток времени не достигнет его и непревратит в прошлое). Но если будущее действительно открыто (а оно открыто!),то это не может иметь ничего общего с потоком времени, поскольку в нем нетпотока времени. В физике пространства-времени (которой является вся доквантоваяфизика, начиная с физики Ньютона), буду­щее не открыто. Оно находитсятам, с определенным инеизменным содержанием, так же, как прошлое и настоящее. Если быопределен­ный момент впространстве-времени был «открыт» (в любом смысле), он непременно остался быоткрытым, став настоящим и прошлым, по­скольку моменты не способныизменяться.

Pages:     | 1 |   ...   | 41 | 42 || 44 | 45 |   ...   | 58 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.