WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 58 |

Я не утверждаю, что скоро мы поймемвсе. Это совсем другойво­прос. Я не верю,что сейчас мы близки или когда-то приблизимся к по­ниманию всего, что существует. Я говорю овозможности понимания всего, что понято. Это скорее зависит не от содержания нашего знания, а от егоструктуры. Но структура нашего знания — независимо от воз­можности его выражения в теориях,составляющих понятное целое — безусловно зависит от самой структуры реальности. Если свободныйрост знания должен продолжаться и если мы, несмотря ни на что при­ближаемся к тому состоянию, когдаодин человек сможет понять все, что понято, значит, глубина наших теорий должнаувеличиваться до­статочно быстро, чтобы обеспечить эту возможность. Это можетпро­изойти, еслитолько сама структура реальности настолько едина, что по мере роста нашегознания мы сможем понимать ее все больше и больше. Если это произойдет, то вконечном итоге наши теории станут настолько общими, глубокими и составляющимидруг с другом единое целое, что превратятся в единственную теорию единойструктуры ре­альности.Эта теория не объяснит все аспекты реальности: это недости­жимо. Но она охватит все известныеобъяснения и будет применима ко всей структуре реальности настолько, насколькопоследняя будет по­нята. В то время как все предыдущие теории относились к конкретнымпредметам, это будет теория всех предметов: ТеорияВсего.

Эта теория, безусловно, не будет последней всвоем роде, она будет первой. В науке считается доказанным, что даже нашилучшие теории обречены быть в некотором роде несовершенными и проблематичными,и мы ожидаем, что в свое время их вытеснят более глубокие и точные теории. Иэтот прогресс не остановится, когда мы откроем универ­сальную теорию. Например, Ньютондал нам первую универсальную теорию тяготения и объединил, помимо всегопрочего, небесную и зем­ную механику. Но его теории вытеснила общая теорияотносительнос­тиЭйнштейна, которая включает еще и геометрию (которую раньше считали отрасльюматематики) в физике, и поэтому наряду с большей точностью дает более глубокиеобъяснения. Первая универсальная тео­рия — которую я буду называть ТеориейВсего — подобно всемнашим теориям, которые были до нее и будут после нее, не будет ни абсолютноистинной, ни бесконечно глубокой, а потому, в конечном итоге, ее за­менит другая теория. Но эта заменапроизойдет не через объединение с теориями других предметов, ибо она сама будеттеорией всех пред­метов. В прошлом значительный прогресс в понимании иногда имелместо при значительных объединениях. Иногда прогресс был вызван структурнымиизменениями в понимании конкретного предмета, как, например, когда мы пересталисчитать Землю центром Вселенной. Пос­ле первой Теории Всего уже небудет значительных объединений. Все последующие великие открытия будутпеременами в понимании мира в целом: изменениями в нашем мировоззрении.Создание Теории Всего будет последним большим объединением и в то же времяпервым шагом к возникновению нового мировоззрения. Я считаю, что именно такоеобъединение и изменение происходят сейчас. Подобное мировоззрение и являетсятемой этой книги.

Считаю своей обязанностью сразу подчеркнуть,что я говорю не просто о «теории всего», которую в ближайшее время надеютсяоткрыть специалисты в области физики элементарных частиц. Их «теория всего» стала бы объединеннойтеорией всех основных сил, известных физи­ке, а именно: гравитационных,электромагнитных и ядерных сил. Она также описала бы все типы существующихдробноатомных частиц, их массы, спины, электрические заряды и другие свойства,а также прин­цип ихвзаимодействия. При наличии достаточно точного описания на­чального состояния любойизолированной физической системы, такая теория сможет предсказать будущееповедение системы в принципе. В случае, когда точное поведение системыпредсказать невозможно, теория опишет все возможные варианты поведения системыи предска­жетвероятность их возникновения. На практике нередки случаи, ког­да начальные состоянияинтересующих нас систем невозможно опре­делить точно, да и предсказать ихслишком сложно во всех случаях, кроме простейших. Тем не менее, такаяобъединенная теория частиц и сил вместе с определением начального состоянияВселенной к моменту Большого Взрыва (сильный взрыв, от которого произошлаВселенная), в принципе, содержала бы всю информацию, необходимую дляпредска­зания всего,что можно предсказать (рисунок 1.1).

Рис. 1.1.Неадекватное понимание «теории всего»

Но предсказание — еще не объяснение. «Теориявсего», на кото­руютак надеются, даже совместно с теорией начального состояния, в лучшем случаепредставит лишь крошечную грань истинной Тео­рии Всего. Эта теория сможетпредсказать все (впринципе). Но нельзя ожидать, что она объяснитгораздо больше, чем существующие теории, заисключением нескольких явлений, вызванных особенностями внут­риатомных взаимодействий, как-то:столкновения внутри ускорителей частиц и необычная история трансмутаций частицво время Большо­гоВзрыва. Что побуждает ученых использовать термин «теория всего» для названиястоль малого, хотя и захватывающего отрезка знания Я полагаю, еще одиношибочный взгляд на природу науки, который не одобряют многие научные критики,но (увы!) одобряют многие уче­ные: наука по существу является редукционной. Это все равно, чтоска­зать, что наукасомнительно упрощает все объяснения, раскладывая их на составляющие. Например,сопротивление стены проникновению или сбиванию объясняется тем, что стена— это огромноескопление взаи­модействующих молекул. Свойства этих молекул объясняют на основесоставляющих их атомов, взаимодействия этих атомов друг с другом и так далее домельчайших частиц и самых основных сил. Редукционисты считают, что все научныеобъяснения и, возможно, любые достаточно глубокие объяснения принимают именнотакую форму.

Концепция редукционистов естественноприводит к созданию ие­рархии предметов и теорий в соответствии с тем, насколько ониблиз­ки к «самомунизкому уровню» известных предсказательных теорий. В этой иерархии логика иматематика образуют непоколебимые прин­ципы, на которых строится системанаучных взглядов. Фундаментом станет упрощенная «теория всего», универсальнаятеория частиц, сил, пространства и времени вместе с некоторой теориейначального состо­янияВселенной. Остальная физика образует первые несколько этажей. Астрофизика ихимия займут более высокий уровень, геология — еще более высокий и т. д. Зданиеразделяется на множество башен — пред­метов еще более высокого уровня: биохимию, биологию и генетику. Внетвердых слоях стратосферы примостились такие предметы, как теория эволюции,экономика, психология и вычислительная техника, которые на этой картине почтинемыслимо вторичны.

В настоящее время у нас есть толькоприближения к упрощенной «теории всего». Они уже достаточно точно могутпредсказывать зако­ныдвижения отдельных дробноатомных частиц. Используя эти законы, современныекомпьютеры могут рассчитать движение любой изолиро­ванной группы из несколькихвзаимодействующих частиц некоторого элемента, если известно их начальноесостояние. Но даже мельчайшая частичка материи, видимая невооруженным глазом,содержит трилли­оныатомов, каждый из которых состоит из множества дробноатомных частиц инепрерывно взаимодействует с внешним миром, так что пред­сказать поведение этой частички непредставляется возможным. Допол­няя точные законы движения различными приближениями, мы можемпредсказать некоторые аспекты общего поведения достаточно крупных объектов,например, температуру плавления или кипения данного хи­мического соединения. Большаячасть основной химии была таким об­разом сведена к физике. Для наук более высокого уровня программаредукционистов —всего лишь дело принципа. Никто на самом деле не собирается выводить принципыбиологии, психологии или политики из принципов физики. Причина, по которойпредметы более высокого уровня вообще поддаются изучению, состоит в том, что вопределен­ных условияхнепостижимо сложное поведение огромного количества частиц становится меройпростоты и удобопонятности. Это называет­ся исходом: простота высокого уровня«исходит» из сложности низкого уровня. Явления высокого уровня с понятнымифактами, которые нель­зя просто вывести из теорий низкого уровня, называютсяисходящими явлениями.Например, стена могла быть крепкой, потому что те, кто ее строил, боялись, чтоих враги могут попытаться преодолеть эту сте­ну. Это объяснение прочности стенывысокого уровня невыводимо из объяснения низкого уровня, которое я привел выше(хотя и сопостави­мо сним). «Строители», «враги», «страх», «пытаться» — это исходящие явления. Цель науквысокого уровня —дать нам возможность понять исходящие явления, самыми важными из которых, какмы увидим, яв­ляютсяжизнь, мысль и вычисление.

Кстати, противоположность редукционизма— холизм, идея о том, что единственноправильные объяснения составлены на основе систем высокого уровня, — еще более ошибочна, чемредукционизм. Чего ожи­дают от нас холисты Того, что мы прекратим наши поискимолеку­лярногопроисхождения болезней Что мы откажемся от того, что люди состоят издробноатомных частиц Там, где существуют упрощенные объяснения, они столь жежеланны, как любые другие. Там, где целые науки упрощаются до наук низкогоуровня, мы, ученые, обязаны найти эти упрощения, так же как обязаны открыватьлюбое знание.

Редукционист считает, что наука заключаетсяв том, чтобы раз­ложить все на составляющие. Инструменталист считает, что цельнау­ки — предсказывать события. Длякаждого из них существование наук высокого уровня — вопрос удобства. Сложностьмешает нам исполь­зовать элементарную физику для получения предсказаний высокогоуровня, поэтому мы гадаем, каковы были бы эти предсказания, если бы мы могли ихполучить, — исходдает нам возможность преуспеть в этом — именно в этом предположительнозаключается смысл наук высокого уровня. Таким образом, для редукционистов иинструмента­листов,которые проигнорировали как истинную структуру, так и ис­тинную цель научного знания,основой предсказывающей иерархии фи­зики является, по определению, «теория всего». Но для всехостальных научное знание состоит из объяснений, а структура научногообъясне­ния неотражает иерархию редукционистов. Объяснения существуют на каждом уровнеиерархии. Многие из них независимы и относят­ся только к понятиям конкретногоуровня (например, «медведь съел мед, потому что был голоден»). Многиеобъяснения содержат логичес­кие выводы, противоположные направлению упрощенных объяснений. Тоесть они объясняют вещи, не разделяя их на более маленькие, прос­тейшие, а рассматривают их каксоставляющие более крупных и слож­ных вещей, о которых у нас, тем не менее, есть объяснительныете­ории. Например,рассмотрим конкретный атом меди на кончике носа статуи сэра Уинстона Черчилля,которая находится на Парламентской Площади в Лондоне. Я попытаюсь объяснить,почему этот атом меди находится там. Это произошло потому, что Черчилль былпремьер-ми­нистром впалате общин, которая расположена неподалеку; и потому, что его идеи ируководство способствовали победе Объединенных сил во Второй Мировой войне; ипотому, что принято чествовать таких людей, ставя им памятники; и потому, чтобронза, традиционный ма­териал для таких памятников, содержит медь и т.д. Таким образом,мы объясним физическое наблюдение низкого уровня — присутствие атома меди вопределенном месте —через теории чрезвычайно высоко­го уровня о таких исходящих явлениях, как идеи, руководство, войнаи традиция.

Нет такой причины, почему должносуществовать, даже в прин­ципе, какое-либо более низкоуровневое объяснение присутствия этого атома меди,чем то, которое я только что привел. Предположим, что упрощенная «теория всего»в принципе сделала бы низкоуровневое пред­сказаниевероятности, что такая статуя будет существовать, если из­вестно состояние (скажем)солнечной системы в какое-то более раннее время. Точно также эта теория впринципе описала бы, как эта статуя могла туда попасть. Но такие описания ипредсказания (конечно же, абсолютно нереальные) ничего бы не объясняли. Онипросто описыва­ли бытраекторию движения каждого атома меди от медного рудника через плавильнуюпечь, мастерскую скульптора и т.д. Они также мог­ли бы сформулировать, какоевлияние на эти траектории оказывают силы от окружающих атомов, например, тех,из которых состоят тела шахтеров и скульптора, и, таким образом, предсказатьсуществование и форму статуи. В действительности, такое предсказание следовалобы отнести к атомам по всей планете, вовлеченным, кроме всего проче­го, в сложное движение, которое мыназываем Второй Мировой вой­ной. Но даже если бы вы обладали сверхчеловеческой способностьюследовать таким многословным предсказаниям нахождения атома ме­ди в том месте, вы все равно несмогли бы сказать: «Да, я понимаю, почему он там находится». Вы просто зналибы, что его попадание туда таким образом неизбежно (или вероятно, или чтоугодно еще), если из­вестны начальные конфигурации атомов и законы физики. Если бы вызахотели понять, почему он там находится, у вас по-прежнему не было бы другоговыбора, кроме как сделать следующий шаг. Вам пришлось бы выяснить все, чтокасается этой конфигурации атомов и их траек­торий, из-за которых атом медиоказался именно в этом месте. Такое исследование стало бы творческой задачей,какой всегда является от­крытие новых объяснений. Вам пришлось бы обнаружить, чтоопреде­ленныеконфигурации атомов подтверждают такие исходящие явления, как руководство ивойна, связанные друг с другом объяснительными теориями высокого уровня. Итолько узнав все эти теории, вы смогли бы полностью понять, почему этот атоммеди находится именно там.

Редукционисты уверены, что законы,управляющие взаимодейст­вием дробноатомных частиц, имеют первостепенную важность,по­скольку ониявляются основой иерархии всего знания. Но в реальной структуре научного знанияи в структуре нашего знания в целом такие законы играют гораздо более скромнуюроль.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 58 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.