WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 58 |

Поскольку солипсизм и многие схожие теориилогически совмести­мыс вашим восприятием любых возможных результатов наблюдений из них логическиневозможно вывести ничего, что касалось бы реаль­ности. Как же тогда я мог сказать,что наблюдаемое поведение теней «исключает» теорию о том, что существует толькоодна вселенная или что наблюдения солнечного затмения делают мировоззрениеНьюто­на «рациональнонесостоятельным» Как это возможно Если «исклю­чение» не означает «опровержение»,что оно означает Почему нужно заставлять себя менять свое мировоззрение иливообще любое мне­ниеиз-за чего-то, что было «исключено» таким образом Создается впе­чатление, что такая критикаподвергает сомнению всю науку, любое рассуждение о внешней реальности, котороеобращается к результатам наблюдений. Если научное рассуждение не равносильнопоследователь­ностилогических выводов из того, что мы видим, чему оно равносиль­но Почему мы должны принять еговыводы

Это называется «задачей индукции». Методберет свое название от теории, которая на протяжении большей части историинауки являлась общепринятой теорией того, как работает наука. Теориязаключалась в существовании математически недоказанной, меньшей, но, тем неменее достойной внимания формы доказательства, называемой индук­цией. С одной стороны, индукциипротивостояли предположительно совершенные доказательства, предоставленныедедукцией, а с другой сто­роны, предположительно более слабые философские или интуитивныеформы рассуждения, не имевшие даже результатов наблюдений, кото­рые поддержали бы их. Виндуктивной теории научного знания наблю­дения играют двоякую роль: сначала— при открытиинаучных теорий, затем — при их доказательстве. Предполагается, что теориюоткры­вают,«экстраполируя» или «обобщая» результаты наблюдений. Тогда, если множествонаблюдений соответствует теории и ни одно из них не отклоняется от нее, теориюсчитают доказанной —более верной, вероятной или надежной. Схема индукции показана на рисунке3.1.

Рис. 3.1. Схемаиндукции

Индуктивный анализ моего обсуждения тенейдолжен тогда вы­глядеть примерно следующим образом: «Мы проводим ряднаблюде­ний теней ивидим явление интерференции (этап 1). Результаты соот­ветствуют тому, что следовало быожидать, если бы существовали па­раллельные вселенные, определенным образом воздействующие друг надруга. Но сначала никто этого не замечает. В конечном итоге, (этап 2) кто-тоделает обобщение, что интерференция всегда будет иметь место при данныхусловиях, а следовательно, путем индукции выводит тео­рию, что за это ответственныпараллельные вселенные. С каждым по­следующим наблюдением интерференции (этап 3) мы немного большеубеждаемся в справедливости этой теории. После достаточно большого количестватаких наблюдений и при условии, что ни одно из них не противоречит теории, мыделаем вывод (этап 4), что эта теория истин­на. Хотя мы никогда не можем бытьуверены абсолютно, мы убеждены настолько, что для практических целей этогодостаточно».

Трудно определить, где начать критиковатьиндуктивное пред­ставление о науке: оно настолько глубоко ложно, ложно по-разному.Возможно, самый большой недостаток, с моей точки зрения, — это чистой воды вывод, не соответствующий посылкамотносительно то­го,что обобщенное предсказание равносильно новой теории. Подобно всем научнымтеориям, разным по глубине, теория существования па­раллельных вселенных просто неимеет формы, в которую ее можно облечь, исходя из наблюдений. Разве мынаблюдали сначала одну все­ленную, потом вторую и третью, а потом сделали вывод, чтосущест­вуют триллионывселенных Разве обобщение относительно того, что планеты «блуждают» по небу,создавая одну, а не другую картину, было эквивалентно теории о том, что планеты— это миры,вращающиеся по орбите вокруг Солнца и что Земля — один из них Также не являетсяистиной то, что повторение наших наблюдений — это способ убедиться всправедливости научных теорий. Как я уже сказал, теории — это объ­яснения, а не просто предсказания.Если предложенное объяснение ряда наблюдений не принято, то вряд ли полезнопродолжать вести наблюде­ния. Еще меньше это способно помочь нам создать удовлетворительноеобъяснение, если мы не можем придумать вообще никакого.

Более того, даже простые предсказаниянельзя доказать с помо­щью результатов наблюдений, как показал в своей истории о цыпленкеБертран Рассел. (Во избежание возможных недоразумений позвольте мнеподчеркнуть, что это метафорический, антропоморфный цыпле­нок, представляющий собойчеловека, который пытается понять ре­гулярности вселенной). Цыпленокзаметил, что фермер каждый день приходит, чтобы накормить его. Это говорило отом, что фермер будет продолжать каждый день приносить еду. Индуктивистыполагают, что цыпленок «экстраполировал» свои наблюдения в теорию, и каждыйраз, когда его кормят, эта теория получает все больше доказательств. Затемоднажды пришел фермер и свернул цыпленку шею. Разочарование, ко­торое испытал цыпленок Рассела,испытали триллионы других цыплят. Это индуктивно доказывает вывод, что индукцияне может доказать ни одного вывода!

Однако эта критическая линия недостаточна,чтобы сбросить ин­дуктивизм со счетов. Она действительно иллюстрирует тот факт, чтомногократно повторенные наблюдения не способны доказать теории, но при этом онаполностью упускает (или даже принимает) самое основное неправильноепредставление, а именно: новые теории можно образовать с помощью индуктивнойэкстраполяции наблюдений. На самом деле, экстраполировать наблюденияневозможно, пока их не поместят в рам­ки объяснений. Например, чтобы«вывести» свое ложное предсказание, цыпленок Рассела должен был сначалапридумать ложное объяснение поведения фермера. Возможно, фермер испытывал кцыплятам добрые чувства. Придумай он другое объяснение — что фермер старалсяот­кормить цыплят,чтобы потом зарезать, например, — и поведение было бы «экстраполировано» совсем по-другому.Допустим, однажды фермер начинает приносить цыплятам больше еды, чем раньше.Экстраполя­ция этогонового ряда наблюдений для предсказания будущего пове­дения фермера полностью зависит оттого, как его объяснить. В со­ответствии с теорией доброго фермера очевидно, что доброта фермерапо отношению к цыплятам увеличилась, и цыплятам теперь совсем не­чего переживать. Но в соответствиис теорией откармливания такое поведение — зловещий признак: очевидно, чтосмерть близка.

То, что те же самые результаты наблюденийможно «экстраполи­ровать», чтобы дать два диаметрально противоположных предсказанияв зависимости от принятого объяснения, причем ни одно из них не­возможно доказать, — не просто случайное ограничение,связанное со средой обитания фермера: это относится ко всем результатамнаблю­дений, при любыхобстоятельствах. Наблюдения не могут играть ни одну роль, которую имприписывает схема индуктивизма, даже в от­ношении простых предсказаний, неговоря уже о настоящих объясни­тельных теориях. Надо признаться, что индуктивизм основан наразум­ной теории ростазнания (которое мы получаем из жизненного опыта), и исторически онассоциировался с освобождением науки от догмы и тирании. Но если мы хотимпонять истинную природу знания и его место в структуре реальности, мы должныпризнать, что индуктивизм абсолютно ложен. Ни одно научное объяснение, а вдействительности, и ни одно успешное объяснение любого рода никогда неподходило под описание индуктивистов.

Какова же тогда картина научных рассуждениии открытий Мы поняли, что индуктивизм и все остальные теории знания,направлен­ные напредсказания, основаны на неправильном представлении. Нам необходима теориязнания, нацеленная на объяснение: теория о том, как появляются объяснения и каких доказывают; как, почему и когда нам следует позволить своему восприятиюизменить наше мировоззрение. Как только у нас будет такая теория, отдельнаятеория предсказаний нам больше не понадобится. При наличии объяснения какого-тонаблю­даемого явленияметод получения предсказаний уже не является загад­кой. И если объяснение доказано,то любые предсказания, полученные из этого объяснения, тоже автоматическидоказаны.

К счастью, общепринятую теорию научногопознания, которая сво­ей современной формулировкой обязана главным образом философуКарлу Попперу (и которая является одной из моих четырех «основных нитей»объяснения структуры реальности), в этом смысле действитель­но можно считать объяснительнойтеорией. Она рассматривает науку как процесс решениязадач. Индуктивизм рассматривает список наших прошлыхнаблюдений как некий скелет теории, считая, что вся нау­ка состоит в заполнении пробеловэтой теории путем интерполяции и экстраполяции. Решение задач начинается снеадекватной теории —а не с понятийной «теории», состоящей из прошлых наблюдений. Оно начинается снаших лучших существующих теорий. Когда некоторые из этих теорий кажутся намнеадекватными и мы начинаем нуждаться в новых, это и составляет задачу. Таким образом, в противовессхеме индукции, показанной на рисунке 3.1, научное открытие не должнона­чинаться срезультатов наблюдений. Но оно всегда начинается с зада­чи. Под «задачей» я понимаю необязательно практическую трудную ситуацию или источник трудностей. Я имею ввиду набор идей, ко­торый выглядит неадекватным и который стоит попытатьсяусовер­шенствовать.Существующее объяснение может показаться слишком многословным или слишкомтрудным; оно также может показаться из­лишне конкретным или нереальноамбициозным. Может промелькнуть возможное объединение с другими идеями. Илиобъяснение, удовле­творительное в одной области, может оказаться несовместимым ста­ким жеудовлетворительным объяснением из другой области. Или, мо­жет быть, были удивительные наблюдения,как-то: блуждающие пла­неты, —которые существующие теории не могли ни предсказать, ни объяснить.

Последний тип задачи напоминает первый этапсхемы индукти­вистов,но лишь поверхностно. Неожиданное наблюдение никогда не порождает научноеоткрытие, если только существующие до него тео­рии уже не содержат зачаткизадачи. Например, облака блуждают даже больше, чем планеты. Это непредсказуемоеблуждание, по-видимому, было известно задолго до того, как открыли планеты.Более того, про­гнозыпогоды всегда ценили фермеры, моряки и солдаты, так что всег­да существовал стимул создатьтеорию движения облаков. Тем не ме­нее, не метеорология, а астрономия оставила след для современнойна­уки. Результатынаблюдений метеорологии были гораздо более легко доступными, чем результатынаблюдений астрономии, но никто не об­ращал на них особого внимания иникто не выводил из них теорий относительно холодных фронтов или антициклонов.История науки не была загружена спорами, догмами, ересью, размышлениями итщательно продуманными теориями о природе облаков и их движения.Поче­му Потому чтопри установившейся объяснительной теории погоды было совершенно ясно, чтодвижение облаков непредсказуемо. Здра­вый смысл подсказывает, чтодвижение облаков зависит от ветра. Ког­да они движутся в разныхнаправлениях, разумно предположить, что на разной высоте разный ветер, и этовряд ли возможно предугадать, а потому легко сделать вывод, что объяснятьбольше нечего. Некото­рые люди несомненно переносили этот взгляд на планеты и считали ихпросто сияющими объектами на небесной сфере, которые на большой высоте разгонялветер, или, возможно, перемещали ангелы, и большего объяснения не требовалось.Но других это не удовлетворяло: они пред­полагали, что за блужданием планетстоят более глубокие объяснения. Поэтому они искали такие объяснения и находилиих. В разные времена в истории астрономии появлялись то массы необъясненныхрезультатов наблюдений, то лишь крупицы таких свидетельств, а то их и вовсе небыло. Но выбирая предмет создания теории, соответствующий собран­ным наблюдениям конкретногоявления, они неизменно должны были бы выбирать облака, а не планеты. Тем неменее, они выбирали плане­ты и делали это по различным причинам. Некоторые причины зависелиот предубеждений относительно того, какой должна быть космология, или от споровдревних философов, или от мистической нумерологии. Некоторые основывались нафизике того времени, другие — на мате­матике или геометрии. Некоторые причины оказались объективными,другие — нет. Нокаждая из них означала следующее: кому-то каза­лось, что существующие объяснениятребуют усовершенствования и они должны его получить.

Рис. 3.2.Процесс решения задачи

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 58 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.