WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 23 | 24 || 26 | 27 |   ...   | 58 |

В формуле Достоевского гениально уловленыдва взаимосвязанных момента в переживании свободы современным ему человеком.Вопервых, это мучительность свободы, порождаемая той бездонной пустотой,пропастью одиночества, которая возникает перед человеком, «освободившимся» отпривычного подчинения общественной духовной силе. Во-вторых, сильнейшаявнутренняя потребность заново включиться в другую, но аналогичную по своейструктуре систему такого подчинения. «Бегство от свободы», как скажет ужев середине нашего века Эрих Фромм. Связь этих двух моментов, бесспорная длячеловека традиционного склада, представляется, однако, сомнительной длячеловека современного. Развившаяся у него потребность в самостоятельности, виндивидуальности отнюдь не уменьшила его ужас перед социальным одиночеством, нозначительно ослабила стремление выйти из одиночества обязательно «каквсе», в неразрывной слитности с ними, в общем с ними преклонении передновым идолом (персонифицированным или абстрактным). Скорее, ему хочется как-тосоединить, примирить свободу с человеческой общностью. Из стремления к такомусоединению и возникают многие, подчас еще только намечающиеся, трудно уловимыеновации человеческой жизни.

Развитие и утверждение этих новацийнаталкиваются на трудно преодолимые препятствия. Многие из них коренятся вобщественных отношениях, в которые включен человек, в господствующих над ниминститутах власти. Экономическая, социальная, политическая несвободапродолжает, как и тысячелетия тому назад, питать несвободу духовную.Современный человек все более демифологизирует окружающую его действительность,освобождается от слепой веры в авторитеты, от доверия к мнениям других, онстремится утвердить свою индивидуальность - больше опереться на собственныйразум, «включить» его в формирование общественного сознания. Но, сбрасывая сглаз пелену привычных представлений, становясь более интеллектуально свободным,«рациональным», он обнаруживает, что живет в иррациональном,бессмысленном, возможно, катящемся навстречу своей гибели мире. И он еще незнает, в лучшем случае лишь смутно догадывается, как избавиться от этойбессмысленности, чем заменить не оправдавшие себя ценности, нормы, проекты.Такова природа кризиса самосознания и идентичности человека, пронизывающегодуховную атмосферу современных обществ.

Любой кризис порождает неуверенность,дезориентацию, шараханья. Кто-то в ужасе перед сложностью реальных проблемпытается повернуть вспять, ухватиться за старые мифы, укрепить уже подточенныежизненные устои. Кто-то старается отгородиться от бессмысленного «большогомира» в предельно суженном индивидуальном мирке, жить эгоистическими заботами иутехами сегодняшнего дня. В подобных феноменах нет ничего необычного,поступательное развитие человека никогда не шло по прямой восходящей линии инеизменно

124

сопровождалось колебаниями вбок и назад. Ибыло бы глубокой ошибкой не видеть в современном состоянии общества ничего,кроме всеобщей деморализации и упадка. Нынешний кризис скорее принадлежит кчислу кризисов, способных порождать новый уровень, новое качестворазвития.

Какие альтернативы

Современная индивидуализация порождаетстремление людей к свободному, самостоятельному установлению своих связей,свободному выбору объединяющих их идей, убеждений, вкусов, типов культуры иобщественно-политического поведения. И в то же время - множественностьэтих связей, способность совмещать, интегрировать в своем индивидуальном миресамые разные «продукты» человеческой мысли и культуры. Этот человек нуждается вплюрализме, его потребности отличаются многообразием и динамизмом.

Новый человек все заметнее проявляет себя вразличных сферах современной жизни. Как участник производственного процесса, онотказывается видеть в заработке единственную значимую цель, ищет работу посвоему вкусу. Как потребитель он не хочет подчиняться массовым «престижным»стандартам, пытается найти свой собственный, индивидуализированный стиль. Вобщественно-политической жизни его все менее устраивает однозначнаяприверженность к какой-то определенной «группе интересов» или институциональнойполитической организации, бездумное подчинение ее установкам. На Западе с этимсвязан «кризис доверия», который испытывают многие политические партии,пассивность и возрастающая неустойчивость их состава и массовой базы. И в то жевремя - подъем нетрадиционных массовых движений, ставящих проблемы,действительно волнующие людей, отражающие широкую гамму их интересов ипотребностей, позволяющие им непосредственно участвовать вобщественно-политической жизни.

Одна из важнейших особенностей новогоавтономного человека состоит в том, что он отказывается быть пассивнымматериалом, подчиненным императивам технического прогресса, экономическогороста, институциональных или групповых интересов, далеких от его собственныхиндивидуальных запросов. Напротив, он стремится подчинить этим запросам и саморазвитие техники, и характер труда, и формы групповых сообществ, и деятельностьобщественных институтов. В самых различных сферах жизни он отстаивает принципличной свободы и личной ответственности, свободу выбора и независимость откаких-либо внешних детерминантов. Главными ценностями для него все чащестановится содержание собственной деятельности, взаимообогащающие отношения сдругими людьми и с природой, свободное созидание своей собственной общественнойжизни. В литературе высказывается мнение, что становление такого человекаозначает исторический предел индустриальной (или техногенной) и рождение новой,антропогенной цивилизации.

Движение к антропогенной цивилизации неявляется ни фатально неизбежным, ни безальтернативным процессом. Те ееэмбриональные черты, которые просматриваются в сегодняшней действительности,

125

могут развиваться в разных направлениях.Стремление к личной свободе может обернуться торжеством эгоизма ииндивидуализма, индивидуализация потребностей - более утонченным гедонизмом ипотребительством, освобождение от навязанных социальных связей и зависимостей -углублением атомизации общества, утратой человеческой солидарности,пренебрежением к нуждам обделенных людей, групп и народов.

Из всего сказанного ясно, что воздействиепроцесса индивидуализации на социально-политическую психологию, достаточноамбивалентно, противоречиво. Наиболее общим его знаменателем, очевидно,является ослабление, а в перспективе, возможно, и необратимый распадтрадиционных способов психологической интеграции индивида в большое общество.Таких например, как «замкнутые» идеологические системы, партийная деятельность,национально-государственные или классовые ценности.

Под вопросом во многих странах оказываетсядаже такая в прошлом бесспорная и общепринятая ценность, как патриотизм, в 1981г. около половины опрошенных молодых (в возрасте 20-35 лет) мужчинзападноевропейцев ответили отрицательно на вопрос, согласились ли бы онисражаться за свою родину. Ослабление чувства гражданского долга сочетается собесценением демократических институтов, выполняющих функцию приобщения гражданк общественно-политической жизни. По данным того же опроса, уровень довериязападноевропейцев к парламенту значительно ниже доверия к армии, полиции исудебным учреждениям. Иными словами, государственные институты, выполняющиечисто служебную функцию - охрану безопасности граждан, признаются болееважными, чем тот, который так или иначе позволяет им влиять на политикустраны64.

Общество и его институты рассматриваютсяскорее как неизбежная «среда обитания», чем как поле активнойжизнедеятельности индивида. Отношение к ним преимущественно инструментальное:они должны гарантировать порядок и безопасность (полиция и суды важнеепарламента!) и если человеку плохо, обеспечить ему помощь и защиту. Если же всеобстоит благополучно, главное требование к обществу: «не тронь меня!»,смысл ценности свободы - невмешательство любых социальных инстанций в жизньиндивида. Свобода в таком понимании это уже не просто защита от политическогопринуждения и насилия, от ограничения личной инициативы, как в прошлом веке.Это глубоко интериоризированное стремление индивида жить и думать «по своемувкусу», быть свободным не только от давления институтов власти, но и отнавязанных идей, ролей и стандартизированных мотивов, от социальных норм образажизни и образа мысли. Эта свобода не только инструментальна, она обладаетсамоценностью: «...слово свобода, как отмечал французский социопсихолог Ж.Стотзель, - наполнено в Западной Европе аффективной ценностью»65.

64 Stoetzel. J. Op. cit. P. 57, 65.

65 Ibid. P.81.

126

От новой индивидуальности к новойсоциальности

Описанные здесь принципы взаимоотношениймежду обществом и атомизированным индивидом, несомненно, грозят единству ицелостности общественного организма, его способности к целенаправленномудействию. Грозят они и самому индивиду - утрата социальных связей чреватаобессмысливанием индивидуальной жизни, духовным обнищанием личности. Этиопасности констатировал еще в начале 80-х годов известный американскийсоциопсихолог Д. Янкелович66. Описывая «перевернутый мир», возникший в результатекультурной революции, пережитой американцами в 60-70-х годах, он предупреждал,что индивидуалистический поиск самоосуществления может сделать Америкубезоружной перед лицом «вызовов», которые предъявляет ей современный мир.Вызовов, связанных в частности, с моральным старением американскогопроизводственного потенциала, обостряющейся международной конкуренцией. ВыходЯнкелович видел в формировании новой «социальной этики причастности», длякоторой - что особенно важно для нашей темы - в обществе уже складываютсяпсихологические предпосылки. Янкелович ссылается на охвативший, по егоподсчетам, около половины американцев поиск общности с другими людьми, на новуютрудовую этику, ориентированную на социально полезный и в то же времятворческий труд, на новые религиозные движения. Но «этика причастности» неможет, по его мнению, утвердиться без импульсов, идущих от «большого общества»- от политического руководства, общественных институтов, интеллектуальнойэлиты, призванных обеспечить возрождающееся стремление людей к объединениюкрупными общественными целями.

Современная индивидуализация не означаетфатального и необратимого распада социально-психологических связей индивидов собществом. Она лишь изменяет мотивационную основу этих связей. Одно из ееважнейших последствий - распад психологии групповой исключительности,порождается ли она общностью социального положения или общими верованиями. Наместо жесткому противопоставлению своей группы - «мы» другой или другим - «они»приходит более или менее нейтральное и терпимое отношение индивида ко всемдругим индивидам, относительно свободное как от позитивной, так и от негативнойпредвзятости. В западноевропейском опросе 1981 г. среди добродетелей, ценимыхевропейцами, на одном из первых мест оказались терпимость, уважение к другомучеловеку, а на одном из последних - верность определеннойрелигии67. Подобныйосвобожденный от межгрупповой изоляции и идеологического взаимоотчуждения типмежиндивидуальных отношений отнюдь не препятствует объединению людей, в томчисле и на макросоциальном уровне. Но такое объединение может, во-первых,стимулироваться не социально-культурными нормами, групповыми «предписаниями»или общими идеями, но

66 Yankelovich D.Op. cit.

67 Stoetzel J.Op. cit. P. 40.

127

непосредственно переживаемыми актуальнымипотребностями людей. И, во-вторых, оно может быть только объединением во имявполне конкретных, осязаемых общих целей.

Многие общественно-политические событияпоследних десятилетий показывают реальность такого рода объединений. Людей всечаще объединяют конкретные проблемы их бытия, непосредственно переживаемые имив рамках собственного индивидуального опыта. Это могут быть проблемы жизненногоуровня или доступности образования, экологии или здравоохранения, условий трудаили организации городской жизни, но во всех случаях именно решение даннойконкретной проблемы выступает как мотив психологического и практическогообъединения. С этим связан спорадический, ограниченный по времени, слабоинституционализированный и фрагментарный характер многих современных социальныхдвижений.

Подобные их черты не означают, что новыетенденции социальнополитической психологии сводятся к приземленномупрагматизму, что они вообще чужды каких-либо общих ценностей. Напротив, можноутверждать, что в их основе лежит некая единая ценность, все более глубокопронизывающая психологию современного человека. Это та самая ценность свободы,которая, как говорилось выше, приобретает ныне качество одной из наиболеенастоятельных личностных потребностей. Причем речь идет не только ополитической свободе, реализованной в демократических странах, но о свободеуправления собственной жизнью, о независимости от подчинения чужой воле и чужимрешениям.

Реализация этой потребности сталкивается сдвойным рядом трудностей. С одной стороны, организация жизни любого обществапостроена на системе функциональных социальных и политических институтов, асвойство институтов, по определению современной политологии, есть «правоосуществлять принуждение в отношении индивидов»68. С другой стороны, помимо «внешних»институциональных барьеров для свободы существуют барьеры «внутренние»-ограниченность собственных способностей индивидов и их ассоциаций принимать иосуществлять решения без участия внешней по отношению к ним власти. Подобныебарьеры могут снижаться лишь по мере развития воли и способностей людей ктворчеству в социально-политической сфере и к взаимному добровольномусогласованию своих интересов и стремлений. Этот процесс предполагаеткачественные изменения в психике и интеллекте личности, в общей и политическойкультуре, Пока же между требованием свободы, «предъявляемым» личностью кобществу, и развитием самой личности существует значительный зазор, которыйпорождает кризисные явления в мотивационной сфере социально-политическойпсихологии. Обычные в наше время рассуждения о «вакууме политическихцелей», даже о «конце истории», очевидно, отражают этитрудности.

Применительно к общественно-политическойжизни ценность

68 Boutoul G. Sociologie de la politique.P., 1985. P. 22, 23.

128

Pages:     | 1 |   ...   | 23 | 24 || 26 | 27 |   ...   | 58 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.