WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 11 |

Таким образом, нужно всегда помнить, что диффузный вид, собственно, народ, является большинством человечества и именно он и есть единственный гарант и основа будущего, и если оно — это будущее — и состоится, то только лишь благодаря выходу диффузного вида на неоантропический уровень, и первым шагом на этом пути должен явиться полный отказ от хищного научения. Но к сожалению, удивительные конформно-адаптивные (диффузные) свойства этого вида пока что способствуют ему в хищном научении, под которым понимается подражание поведению хищных видов. Но получается это у них очень плохо (что и хорошо!), и поэтому таких диффузных “выучеников” обычно “видно за версту”, ибо у них нет ни врожденного артистизма суггесторов, ни звериной жестокости и безоглядной смелости суперанималов. А самое важное отличие состоит в том, что того психосоматического наслаждения от содеянного, которое и является, собственно, движителем для хищных, диффузные — хищно ориентированные — люди не получают, больше радуясь, например, золоченым атрибутам власти, с ее такими “бубенчиками”, как спесь, чванство и

[29]

самодурство, чем самой этой предоставившейся возможности уничтожать людей. И в итоге они практически всегда приходят к раскаянию — в том случае, конечно, если остаются достаточно долго в живых, бродя по хищным тропам и успевая, к сожалению, “натворить дел”.

И если бы не было этой способности диффузного человека приобретать — пусть и неумело — облик хищника, то положение суперанималов и суггесторов было бы откровенно незавидным: их отлавливали бы “всем миром” моментально — до такой степени они выделялись бы тогда на общем нехищном фоне своей злобностью и хитростью (“умом животного”). Но наличие таких вот — способных на раскаяние (нередко — предсмертное) — диффузных людей, нравственно деформированных тяжелым детством или же дурацкой “романтикой” лихой бесшабашной юности и приобретших в итоге хищную жизненную ориентацию, заставляет общественное мнение (а его всегда формирует диффузное большинство, и в этом заключен далеко не смешной парадокс утверждения “народ всегда прав”) экстраполировать возможность искреннего раскаяния на всех людей без исключения, тем самым оставляя преступления хищных на их “совести”, в понимании которых все эти представления о совести, морали, нравственности есть нечто вроде степеней безумия, последняя из которых как раз — раскаяние. И весь увещевательный эффект по отношению к хищным наиболее точно выражен в известной пословице: “Как волка ни корми, он все равно в лес смотрит!”

[30]

Суггесторы: псевдолюди.

“Всякая возможность причинить зло своим ближним доставляет им особое, изощренное удовольствие”.

Б. Данэм

“Легко живется тому, кто нахален, как ворона, дерзок, навязчив…”

Дхаммапада: 44

В процессе видообразования суггесторы выделились на втором этапе, уже после образования диффузной группы “кормильцев”. Суггесторы “благополучно” отпочковались от этой явно “неблагополучной” группы, пойдя по пути имитации интердиктивных действий палеоантропов — внутривидовых агрессоров. Суггесторы смогли успешно подражать их агрессивности и смелости, оттесняя при этом свой собственный страх, удачно маскируя его своей противоположностью — видимым бесстрашием. Это все то, что ныне именуется “наглостью”, “нахальством”. На свет божий вслед за “злом” выступило “коварство”. “Хищническая духовная позиция включает в себя две черты: злобность и коварство” (Т. Веблен, “Теория праздного класса”).

На протяжении всей истории человечества суггесторы были единственным видом из четырех, большинство которого жило в свое удовольствие практически в любых условиях. Суггесторы всегда образуют общественный слой так называемых “ликующих” в этом мире. Именно они и составляют подавляющее большинство чудовищного конгломерата “сильных мира сего”, создавая собой прихлебательское и “подсиживающее” обрамление при тех, кто находится “ в силе”, “в законе”. Не имеющие совести, не способные иметь ее изначально, a priori, суггесторы могут переживать и страдать лишь от пресыщения теми или иными “радостями жизни”. Психологическое ядро этого вида по типологии К. Юнга составляют “сенсорные экстраверты”, стремящиеся к рафинированным удовольствиям. Большинство же суггесторов неудержимо стремится к удовольствиям вообще, как к таковым, вплоть до самых грубых и примитивных. Если суггестор

[31]

имеет высокий социальный статус, то он именуется в прижизненных биографиях не иначе как “жизнелюб” (в медицинской терминологии — “биофил”), если же оказывается на опальных социальных позициях, то получает тогда более звучные и к тому же более объективные определения: развратник, потаскун, сволочь и т. д. по нисходящей вплоть до многочисленных нецензурных характеристик просторечья, впрочем сохраняющих свою объективность.

Суггесторы очень часто — в традиционном понимании — талантливы во многих областях, но в особенности — в искусстве притворства, блефа, их частенько именуют “артистами в жизни”. При средних интеллектуальных способностях они, как правило, становятся “жучками” в сфере сервиса, мелкими мошенниками, актерами, согласными играть любые роли, солистами в похабных ревю, “придворными” поэтами и литераторами — одо- и борзописцами, соответственно. Отсутствие совести у них простирается до своей крайней формы: до физиологического бесстыдства, зачастую оказывающегося для них незаменимым техническим приемом в их хлопотной балаганной деятельности. При более высоком уровне интеллекта суггесторы нередко становятся маститыми конъюнктурными писателями, “гибкими” политиками, крупными дельцами-махинаторами. Все они в обязательном порядке безнравственны в той или иной форме: ханжеской или откровенной. При отсутствии же “выпячивающихся” талантов суггесторы стремятся пробраться к власти, пристроиться в ее эшелонах, при этом уже не считаясь ни с какими своими дополнительными “отсутствиями”, как физиологическими, так и умственными, и даже, можно сказать, продвигаясь наперекор им. Именно поэтому в неконтролируемых обществом властных структурах так много всякого рода чудовищно ущербных личностей, наводящих ужас на подчиненных своей уникальной неординарностью и немыслимой подлостью.

Но все же главное для суггестора — это слава и успех, даже неважно на каком поприще и какого качества — вплоть до геростратовой. Поэтому хотя власть для него в общем-то и более приоритетна, но все же власть без славы, тайная власть “кардинала инкогнито” его чаще всего не устраивает. В этом обстоятельстве заключается их главное расхождение в “вопросе власти” с суперанималами, которым зачастую присущ аскетизм фанатического толка. И если суггесгору предоставится возможность добиться быстрого успеха на альтернативном поприще, то он изменит своим прежним устремлениям безо всякого сожаления. Самым свежим примером может послужить массовый — на манер многотысячных юбилейных спортивных забегов — переход в ряды активнейших борцов за перестройку прежних сверхлояльных служителей советского истеблишмента и рьяных гонителей инакомыслящих в бывшем СССР. Не менее

[32]

примечательна и мгновенная перековка бывших партаппаратчиков: выход их из оборотневой роли коммунистов-бессребренников и включение в неподдельную “клондайковскую” золотую лихорадку СП, совместных — с бывшими “врагами” — капиталистами -предприятий.

Суггесторы и суперанималы зачастую отличные ораторы “трибунного” типа. Дело здесь в том, что речь для суперанималов и большинства суггесторов является пределом функционирования их мозга. Многие из них думают только тогда, когда говорят — сами с собой или же при стечении толп. Для них утверждение бихевиористов о том, что мышление — это внутренняя речь, т. е. беззвучное проговаривание мыслей и ничего больше, справедливо в своей предельной, очевидной форме, так что и лабиринтных крыс для доказательных экспериментов не требуется. Слова для них значительны, “огромны”, и они ощущают их физически, с хищной точностью, нередко — с совершенно бессмысленной вкусовой и цветовой атрибутикой. Поэтому они и не могут подняться “выше” слов: при незначительной содержательности высказываемой мысли, а часто — и вовсе при полной ее “пустопорожности”, главные усилия они вкладывают в вербальное оформление своего перла и в обязательную эмоциональность изложения, вплоть до жестикуляции физкультурного или “амсленгового” типа. Но эта смысловая “сниженность” ничуть не мешает им становиться (вот она “польза” наглости и беспардонности!) яркими ораторами-политиками (“пламенными трибунами”), поэтами-декламаторами, специфическими лекторами-шарлатанами. В отличие от суперанималов, лучше справляющихся с непосредственной агитацией, например, организацией мятежной или стяжательной толпы (типа грабителей винных складов), суггесторы способны воздействовать и на аудиторию, успех в которой определяется голосованием или убеждением (— с использованием, как правило, лживой аргументации). Но если эмоциональность распатланных декламаторов похабщины и синих от водки политических агитаторов понятна, то внешне сдержанный треп иных политиков содержит эмоциональность уже в неявном виде, она как бы возводится ими в некую степень и тем самым помещается на более высокий уровень, подразумевается ее включение в контекст важности излагаемой проблемы, тоже, как правило, лживой. Но в отдельных случаях она все же может прорываться у эмоционально невыдержанных вождей и ораторов. Таковы Мирабо, Марат, Гитлер, Гесс, Троцкий, Муссолини, Ленин, Кастро, Горбачев…

К счастью для людей, палеоантропы и суггесторы, точно так же как и всякие хищные в системе трофических цепей Природы, составляют по необходимости “подавляющее меньшинство” и в человеческих популяциях. В противном случае была бы невозможна и недостижима жизнеспособная социальность из-за ее

[33]

нестабильности: любой конфликт в общественном месте с необходимостью перерастал бы во всеобщую поножовщину, подобное можно наблюдать в притонах и злачных местах. Но если в Природе соотношение растительной, травоядной и хищной ступеней биомасс соответствует разнопорядковости (100:10:1), то у людей хищных особей, судя по всему, несколько больше. Ориентировочно в так называемых “цивилизованных” странах их сейчас насчитывается около 15%: “каждый седьмой может стать истинно жестоким”.

Совершенно очевидно, что не может быть никакого разговора об “исправлении” ступивших на преступный путь суггесторов и суперанималов (палеоантропов). Это — как породистой охотничьей собаке дать свежей крови загнанной дичи при натаскивании. Отсюда естественным образом вытекает вывод о неискоренимости преступности в хищной социальной среде. Поэтому тщетны и попросту наивны все попытки “перевоспитания” этих “человекодавов”. Скорее наоборот, тюрьмы делают их еще более жестокими и учат большей предусмотрительности при совершении ими очередных преступлений. Воздействие же подобных наказаний на нехищных людей, причинение им — пусть и “заслуженных” — страданий в первую очередь и главным образом проявляется в нравственной деформации личности: происходит деморализация. Пенитенциарные заведения не только не могут прибавить гуманности, но наоборот, отнимают и все то, что было. Случаи “духовного противостояния” достаточно редки и в общем русле — аномальны, чаще и “естественнее” происходит “хищная переориентация”, нравственное падение: “с волками жить — по-волчьи выть”. Становится совершенно понятной бесполезность жестоких наказаний, и даже их неуместность, в тех случаях, когда действительно ставится цель перевоспитания (точнее бы, спасения) личности. В этом свете видится откровенно и неимоверно жестокой практика совместного содержания и “перевоспитания” рецидивистов и остальных преступников. По логике вещей, следовало бы периодически выбирать паханов и “черных” из общей массы осужденных и формировать из них группы совместного содержания по олимпийской системе: “четвертьфинальные”, “полуфинальные” и т. д. с полнейшим невмешательством в их “образцовый, ударный быт”, за исключением объявления “перемирий для уборки трупов”. Этот метод позволил бы сдержать хищную переориентацию диффузных людей в местах заключения. Ну, а распространение подобной же “неразборчивой” практики содержания и на детские “исправительные” учреждения — это уже проявление неприкрытого зверства со стороны властей, создающих таким образом в обществе хищную среду уже “повышенного качества”, “сеющих ветер” для потомков.

[34]

На численности хищных видов помимо начавшегося “дружного” взаимоистребления сказалось также и своеобразие сексуальных отправлений, которое часто оказывается у них несовместимым с нормативным половым поведением и созданием семьи любой конфигурации в диапазоне от полигинии до полиандрии. Патология, если говорить точно, еще дочеловеческих отношений — противоестественная направленность агрессивности, как хорошо известно, напрямую связанной с эротическим влечением, и ее гипертрофия не могли не затронуть самые глубинные психофизиологические структуры, в результате чего извращенность и сексуальный аномализм стали у хищных видов в значительной степени их нормой. К тому же многие суггесторы в силу своих недюжинных способностей занимать лучшие места в жизни (— в смысле благополучия и присвоения всеми неправдами материальных благ), находясь среди “ликующих”, имеют и больше возможностей для удовлетворения своих изощренных желаний и прихотей, что делает для них диапазон нормативных гетеросексуальных отношений слишком узким, и достаточно быстро — из-за его доступности — перебрав его, суггесторы соскальзывают в “голубое” болото таких перверсий, которые традиционно именуются развратом: юно- и педофилия, групповой секс и иные извращенные формы, мало связанные с функцией деторождения. Даже заводя семью, а то — и несколько, суггесторы, будучи крайне эгоцентричными, относятся к потомству, мягко говоря, без должного энтузиазма, подобные настроения передаются детям, и все это как бы обрекает в итоге продолжение рода — “порождает вырождение”, плодя лишь разврат в обществе. Суперанималы же вообще наименее плодовиты, ибо в силу своей предельной тяги к насилию они являются несокрушимым оплотом таких махровых сексуальных — уже не аномалий, а скорее монстралий, как садизм, некрофилия, так же мало связанных с “задачами продолжения рода”, как убийство — с воспитанием.

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 11 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.