WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 23 |

Когда Фриц умер в 1973 году, я мало что почувствовал. Я пришел на похороны и печальным тоном говорил все, что полагается говорить, но внутри себя я поражался, что я за бесчувственное чудовище: проработав столько с Фрицем, я теперь ничего не чувствую. Годом позже я проводил гештальтистский уик-эндный семинар в Исалене, с Ральстон Уайт и Милл Валли. Многие из группы впервые приобщались к гештальту, так что в пятницу вечером я рассказывал и показывал кое-что из того, чем мы будем заниматься. Когда я рассказывал о "незаконченных делах" и технике пустого стула, кое-кто попросил меня объяснить конкретнее. На стене висела фотография Фрица, я показал на нее и сказал: "Предположим, у меня есть какие-то незаконченные дела по отношению к Фрицу. Я сажаю его на пустой стул и говорю что-то вроде: "Фриц...", - и тут я зарыдал, и несколько минут ничего не мог сказать. Я, наконец, почувствовал все благоговение, а с ним - чувство потери от его смерти. Я никогда не был особенно близок к нему, но он затронул меня со многих сторон, и я благодарен ему за способ бытия в мире, о котором я не знал.

"Строчки" из Фрица

Некоторые воспоминания о Фрице приходят в форме более интеллектуальных, емких фраз, которые остались в памяти и работали во мне в течение длительного времени. Одна из них - его комментарий по поводу жалобы на "чувство одиночества". Фриц ответил этой фразой на длинное описание страха одиночества, сказав: "Чувство одиночества - это быть одним плюс поток дерьма". Фраза (а не работа этого человека) осталась во мне, в конце концов быть одним - это быть одним, бывают времена, когда все мы благодарны возможности побыть в одиночестве. Страх одиночества имеет еще какую-то добавку, поскольку в одиночестве самом по себе много хорошего. Это -"какая-то добавка" - внутренний диалог, разговор с собой, шум, который вы создаете в своей голове, интерпретации, назначающие событию значение, вроде: "Если я один, значит люди не любят меня, если люди не любят меня, они, должно быть, правы, я, наверное, не хорош, если я не хорош, это ужасно и невыносимо..." - одним словом, дерьмо. Как бы ни было болезненно "одиночество", и как бы ни было грубо слово "дерьмо", полезно и ценно увидеть, что боль, в конечном итоге, человек причиняет себе сам. Поскольку же источник боли внутри, а не во внешних условиях, может быть, можно что-то сделать (хотя неприятно может быть то, что я должен делать это, а не ужасные "другие", которые оставляют меня в одиночестве, со всеми моими приятными самосожалениями).

Может быть, наиболее глубокая из фраз, которые я слышал от Фрица (не помню, когда и кому это было сказано): "Боль - это мнение". Я много думал об этом с тех пор, сомневался и искал доводы "за" и "против". Помню, как однажды маленький мальчик споткнулся и ушиб колено, а потом тер его, поглядывая на свою маму, жалобно хныкая и получая утешения. В другой раз я видел маленького мальчика, спешащего за двумя мальчиками постарше, он тоже упал и поранил колено, посмотрел на меня и вздрогнул, потом посмотрел на старших мальчиков, ушедших уже вперед, - и побежал скорее, немного, правда, поглаживая колено. Если перевести их мысли, это может звучать примерно так. Первый мальчик: "Ой, как больно! М-м-м, пожалуй, если мама подумает, что дело плохо, может быть она на минуточку меня пожалеет, она меня торопила, так может быть она почувствует виноватой себя теперь и поддержит меня". Второй мальчик: "Ой, как больно! Хм, им нет дела, хорошо, что они позволили мне пойти с ними - обычно они оставляют меня дома. Если они увидят, что я поранился, они уйдут и будут говорить, что я неженка и больше никогда меня не возьмут. Лучше я как-нибудь обойдусь! Хм, вот так можно бежать".

Ощущение боли - это просто ощущение. Восприятие боли - комплексный акт, требущий оценки всей ситуации. Чувствовал ли боль римский солдат, который на глазах этрусков сунул руку в горящий факел Или это было горькое ощущение хорошо выполненного долга, украшенное гордостью и любовью к Риму Чувствует ли шизофреник, который кастрирует себя, боль или облегчение от того, что, наконец, освободился от этой ужасной угрозы своему бытию Хотя источник боли, по-видимому, всегда определенно локализован, фраза "Мне больно" всегда глобальна, всегда утверждение об организме в целом.

Еще Геммы о Фрице и обо мне

Одна из значительных гемм от Фрица пришла ко мне раньше, чем мы познакомились, раньше, чем я услышал о нем. Будучи уже за 35, я все еще искал теорию или систему психотерапии, которая имела бы для меня смысл и какую-то ценность. Ничто из того, чему я пытался научиться, не стоило многого, хотя определенный опыт в Государственной больнице на Гавайях показал мне, что в психотерапии может быть что-то стоящее. На моем горизонте показалась психодрама, и, казалось, что этим стоит заняться, я начал работать у ассистентом-стажером и психологом в Метрополитен-больнице в Лос-Анджелесе. Время от времени он делал нечто, от чего у меня перехватывало дыхание - красивое, точное, эффективное. Хотя он бых весьма компетентен в психодраме и хорошо делал эту работу, такие моменты выделялись на ее фоне как жемчужины.



В частности, мне вспоминается один инцидент. Женщина пыталась выразить свою ненависть к матери (распространенный момент в психодраме тех времен) и кричала на женщину, играющую роль матери: "Я хочу избавиться, уйти от тебя!" Билл, мой учитель, сказал; "Так уйди". Девочка спросила: "Что вы имеете в виду" Билл показал рукой: "Вон дверь". Девочка поглядела несколько ошарашенно, как бы говоря; "Хмм, действительно..." и нерешительно пошла к двери. У двери она остановилась и осмотрелась, затем, следуя логике своего действия, вышла, несмотря на очевидную амбивалентность. Спустя мгновение дверь снова приоткрылась, и ее голова выглянула из-за косяка. В этом действии она пережила свою амбивалентность по поводу ухода от матери более полно, чем могли бы выразить это любые слова.

Я каким-то образом чувствовал, что такого рода вещи, которые он делает, отличались от обычной работы, и стал расспрашивать его, откуда он это взял. Каждый раз в ответ он говорил; "Фриц Перлс". Хотя в это время Фриц ездил, кажется, в Японию, это оказалось началом нашей связи.

Время от времени, думаю, когда он сам чувствовал утомление, Фриц предлагал упражнение: говорить друг другу какие-нибудь фразы в парах, бормотать что-то и т.п. Он никогда не придавал этому значения, несмотря на это, они часто бывали полезными. Я тогда начал предполагать, что упражнения могут нести основную нагрузку встречи скорее, чем харизма ведущего. Иными словами, я думал об идее Фрица, что учение - это открытие посредством деления и что это может стать сутью гештальтистской групповой встречи. "Ведение и задней части комнаты" - вот фраза-форма, в которой я собирался записать эту идею. Я понимал, что Фриц останется равнодушным к такой форме, поскольку при этом он перестает быть в центре сцены, но я уже начинал видеть, что основы гештальт-терапии следует отделять от личного почерка ее основателя, и эта мысль по-видимому была шагом в этом направлении.

Одно из фундаментальных упражнений такого рода, так сказать, остов такой работы, возник случайно в однодневной встрече по "снам", которую я проводил в Центре Семейной Терапии в Сан-Франциско. Один человек заявил, что никогда не видел снов (почему он пришел на специальный семинар по снам, для меня осталось загадкой, но он был там). По ходу дела выяснилось, что он был фотографом, и меня поразила аналогия сна с фотографией, я попросил его описать мне его любимую картинку, а затем стал ее рассматривать как сон: предложил ему отождествляться с различныии ее частями, создавать диалоги и т.п. Помню, что один из образов на картинке был - белая автомобильная шина. Будучи белой шиной, он был намного лучше и дороже обычной, черной. Этот фон легкого превосходства присутствовал у него все время, когда он действительно это выразил в контекстах картинки, все почувствовали себя легче в его взаимодействии с группой. Через неделю, на группе учащихся медицинских сестер, придумывая что-нибудь интересное, я предложил хозяйке помещения взять статуэтку сиамской кошки с полочки и поиграть с ней, как со сном. Когда она кончила, кто-то еще, затронутый ее отождествлением, захотел проделать это, затем еще кто-то - и так воэникло упражнение "Сыграй это", описанное далее.

"Учение в открытии"

"Учение - это открытие" - частая фраза Фрица, и некоторые моменты моего глубочайшего обучения были моментами, когда я делал что-то и обращал на это достаточно внимания, чтобы учиться. Это не всегда были приятные или поощрительные моменты. Однажды, работая с предположительно шизоидной девочкой в группе, я задал ей технически совершенный гештальтистский вопрос в ответ на что-то, что она сказала. Может быть, я даже подумал мельком что-то вроде: "Фриц гордился бы, если бы услышал это". Она холодно посмотрела на меня и сказала: "Знаете, если бы я думала, что вы действительно ждете ответа на ваш вопрос, я бы ответила". Она была права, я задавал вопрос технически, от умения, а не по-человечески, не от сердца, и ее ответ был по-человечески совершенно правильным. Я оценил ее мужество, нужное, чтобы высказать это человеку, находившемуся в положении авторитета, надеюсь, что с ней все в порядке.

Однажды Ларри Блумберг забрел на трехчасовую группу, которую я проводил в Гештальт-институте в Сан-Франциско. У него была папка для бумаг с прорезями для смотрения сверху, и он не сказал ни слова в течение трех часов. Я видел, что это он, только по огромным размерам и по концу бороды, выглядывавшему из-за папки. Члены группы заинтересовались, пытались вовлечь его, говорили о нем, чтобы физически побудить его к контакту, вообще очень волновались. Около часа меня тревожило его присутствие. Притворившись, что я "использую его действия на пользу группе", в действительности я переживал значительное напряжение. Только открывая рот, чтобы сказать что-то, я думал: "Хотел бы я знать, что подумает Ларри об этом, он подумает, что это тупо. Я думаю, он думает..." Затем я заметил, что так происходило не каждый раз, только время от времени, говоря нечто, я думал о нем. Затем я, конечно, понял, что все суждения были - моими. Теперь я понимаю, что это очевидно, но тогда это было открытием, откровением. Ларри что-то там делал, может быть замечал меня, может быть нет, может быть считал важным те же вещи, что и я, может быть даже (ой, ой) критиковал то, что я не считал плохим. Так или иначе, скоро я с волнением понял, что это была бесценная для меня возможность обнаружить все моменты мыслей и действий, где я чувствовал себя несколько слабым. Ларри - т.е. моя фантазия относительно Ларри - стала барометром любого моего дискомфорта или сомнения, которое возникало у меня относительно чего-то, что я говорил или делал. Спасибо вам, Ларри, за это.





Существует обучение, основанное на внутренней прозорливости. Это действительно было вкладом Ларри, хотя совершенно непреднамеренным. Он ничего не делал для меня, он просто делал нечто, что показалось мне хорошей идеей и, возможно, было смешным. Я сам извлек из этого свою пользу. Лучшая помощь в мире - зто та, которая совершенно не намеренна, а многие деструктивные вещи происходят от намерения помочь. Терапевты, имейте в виду.

Гемма от студента

Однажды в классе обучения сознаванию с медсестрами мы должны были встречаться на квартире одной из участниц. Я пришел несколькими минутами раньше и застал хозяйку квартиры возбужденно рассказывающей 2-3 участникам, что она только что пнула ногой шкаф и ушибла ногу, и показывающей перевязку. Отчасти в шутку, и чтобы убить несколько минут до начала занятий, я предложил обычное гештальтистское упражнение: разыграть диалог между ней самой и ее ногой, как будто нога имела сознание и право голоса. Мы были поражены страстностью ее диалога, который звучал вроде следующего:

Нога: Черт возьми, почему ты так скверно со мной обращаешься

Мэри: Я пну тобой все, что захочу!

Нога: Я тебя ненавижу за то, как ты со мной обращаешься!

Мэри: Ха-ха, ты ничего со мной не поделаешь!

В этой точке беседы я присоединил шкаф, который был ударен ногой, и разговор продолжался еще 1-2 минуты, со значительной враждебностью между участниками и с употреблением весьма соленых выражений (как выяснилось, Мэри была армейской сестрой). Постепенно пришли другие участники группы, началось занятие, и инцидент скоро был забыт.

На следующей неделе Мэри с некоторым удивлением рассказала, что она прекратила грызть ногти - дурная привычка, которая преследовала ее всю жизнь, и, насколько она может вспомнить, это произошло после предыдущей встречи, когда имела место эта беседа. Она шутливо заявила, что ее беспокоит, что теперь придется покупать несессер и учиться заботиться о ногтях. В действительности она была довольна, т.к. давно оставила надежду избавиться от этой привычки. Два года спустя, когда мы встретились опять, я выяснил, что дурная привычка к ней не вернулась.

Примечательны следующие черты этого инцидента.

1. Ясное и определенное изменение произошло относительно долго существовавшего симптома, хотя мы над ним не работали. Мэри никогда не упоминала о нем, и я его не замечал. Задачи, которые ставил перед собой класс, вообще не включали проработку "симптомов" или проблем - хотя и не исключали.

2. Не было никакого намеренного усилия или практики, что требовалось бы, например, бихевиористской терапией. Изменение было спонтанным и непредсказуемым.

3. Не было никакого понимания или концептуального инсайта относительно того, что произошло, хотя предположительно мы могли бы и фокусироваться на этом.

4. Даже прямое словесное сознавание того, что произошло, казалось бы, отсутствовало. В тот момент мы не только не знали, что произошло, мы даже не знали, что что-то произошло.

И все же нечто определенное произошло - некоторый внутренний сдвиг, значимый и устойчивый. Если понятие сознавания можно расширить до включения в него возрастания внутренней коммуникации между частями личности, а не только повседневного эго, которое говорит о себе "я" - то произошло что-то вроде этого. Некоторые ауто-садистические тенденции, которые до того проявлялись в кусании ногтей, нашли выражение и отпускание в более холистическом способе - хотя и не настолько холистическом, чтобы включить сознательное повседневное эго. Ссорящиеся члены компании внутри Мэри пришли к некоторому миру между собой. При этом "председатель" этой компании вышел на минутку и не заметил, как это произошло, так что она была удивлена, когда столкнулась с результатом этой акции впоследствии.

Еще один момент приходит мне в голову. Может быть, что грыэение ногтей постепенно переставало иметь ценность и необходимость в "психоэкологии" Мэри и продолжалось до некоторой степени как частично ослабленная моторная привычка, более поддающаяся изменению, чем могло быть раньше или чем могло быть у другого человека.

Глава 2. Гештальт беглым взглядом

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 23 |





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.