WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 12 |

Чтобы точно обозначить это мы должны провести различие между институтами и общими действиями с одной стороны и специфическими случаями с другой, то есть мы должны отличать между типами (type) и экземплярами (tongue). Доллар может упасть с печатного станка, упасть в щель в полу и никогда не использоваться и не рассматриваться как деньги, но он это будет все еще деньгами. В таком случае отдельный экземпляр – это деньги, даже если никто не думает, что это деньги. Аналогично, в обороте могут быть поддельные доллары, о которых никто не знает, что это было подделка. В таком случае каждый, кто использует этот отдельный экземпляр, будет думать, что это деньги, даже если это не деньги на самом деле. Относительно специфических экземпляров люди могут систематически ошибиться. Но, что касается типа, убеждение, что этот тип является именно деньгами конструирует бытие денег.

Некоторые институциональные явления, типа денег, применимы больше к типам, чем экземплярам другие, например понятие вечеринки, применяются к каждому экземпляру. Например, если никто не думает, что это вечеринка, то это вряд ли может быть вечеринкой.

2. Использование перформативных высказываний в создании институциональных фактов.

Одна из наиболее удивительных особенностей институциональных фактов - то, что большинство из них, могут быть созданы явно перформативнми высказываниями. Перформативность относится к тому, что я называю "декларация". В декларации положение вещей, представляемое содержанием препозиционного речевого действия, переносится в бытие посредством успешной демонстрации истинности речевого действия. Институциональные факты могут быть созданы благодаря перформативности таких предложений, как "Встреча откладывается", "Я завещаю мое состояние племяннику," "Я назначаю Вас председателем," и т.д. Эти высказывания создают положение вещей, которое они представляют; и в каждом случае, положение дел – институциональный факт.

3. Логический приоритет грубых фактов над институциональными фактами.

Интуитивно кажется, что нет никаких институциональных фактов без грубых фактов. Например, любые деньги имеют некоторую физическую форму (бумага, золото, кредитные карточки).

Это истинно и для шахмат, выборов и университетов. Все они могут принимать различные формы, но для каждой из них должны быть некоторая физическая реализация. Это предполагает, что социальные факты вообще и институциональные особенно, иерархически-структурированны. Институциональные факты существуют поверх грубых физических фактов. Часто грубые факты проявляются не как физические объекты, но как звуки, издаваемые ртом человека или как отметки на бумаге или даже мысли.

4. Систематические отношения между институциональными фактами.

Институциональный факт не может существовать в изоляции, но только в целом ряде систематических отношений с другими фактами. Таким образом, например, чтобы в обществе были деньги должна существовать система обмена товаров и услуг за деньги. Но чтобы была система обмена должна быть система частной собственности.

Кроме того, как только мы выдвигаем логические или концептуальные требования взаимосвязи институциональных фактов, то оказывается, что в любой реальной ситуации мы найдем комплекс взаимосвязанных институциональных реалий. Например посещение ресторана, описанное в предыдущей главе включает множество аспектов: деньги, клиент, оплата счета и т.д..

5. Первичность социальных действий над социальными объектами, процесса над продуктом.

Заманчиво думать о социальных объектах как о независимо существующих объектах по аналогии с объектами, изучаемыми естественными науками. Заманчиво думать, что правительство, доллар или контракт являются объектами в том же смысле что и молекула ДНК, тектоническая плита или планета. Однако, в случае социальных объектов грамматическая форма существительного скрывает от нас факт, что здесь процесс является первичным над продуктом. Социальные объекты всегда конструируются социальными действиями; и, в этом смысле, объект только продолжающаяся возможность действия. Двадцать долларов, например, являются постоянной возможностью платы за что-что.

6. Лингвистический компонент многих институциональных фактов.

Относительно особенностей 1 и 2 - следующая очевидная особенность то, что только существа, имеющие язык или подобную языку систему представления, могут создавать большинство, возможно все, институциональные факты, потому что лингвистический элемент является частью установления факта. Но об этом в следующей главе.

2.2. От коллективной интенциональности к институциональным фактам: пример денег.

Самая простая форма социальных фактов включает простые формы коллективного поведения. Как было сказано ранее, способность к коллективному поведению биологически врожденная и формы коллективного интенционлаьность не редуцируется до чего-то еще. Например, не нужно никакого культурного аппарата, соглашений или языка, что бы животные могли двигаться стаей или охотиться вместе. Когда стая гиен нападает на льва, им не нужен ни язык, ни культура, даже если поведение гиен высоко скоординировано и гиены реагируют не только на льва, но и на друг друга. Коллективное поведение дает преимущества в естественном отборе и это очевидно.

Единственная сложность переноса коллективного поведения животных и человека в общую теорию интенциональности происходит от того, что в любой сложной форме поведения, например нападении гиен на льва, вклад каждого животного в коллективное поведение будет иметь интенциональное содержание отличное от коллективной интенциональности. В случае людей, например, если наша команда нападает и моя задача – защищать фланги, моя индивидуальная интенция будет защищать фланги, но она отличается от коллективной интенции играть в нападении, даже если моя защита флангов только часть нашего нападения. Содержание индивидуальной интенциональности может отличаться от содержания коллективной интенциональности, даже если интенциональность индивидуума - часть коллективной.

Первый шаг в разработке иерархической таксономии социальной и институциональной реальности – то, что любой факт, включающий коллективную интенциональность, социальный факт. Таким образом, например, охота гиен на льва и деятельность Конгресса по разработке законов – случаи социальных фактов. Институциональные факты - особый подкласс социальных фактов. Деятельность Конгресса по разработке законов – институциональный факт; охота гиен на льва - нет.

Следующий шаг - введение агентивных коллективных функций. Имея аппарат, который включает как коллективную интенциональность так и интенциональное наложение агентивных функций на физические объекты, нетрудно объединить их. Если понятно как отдельный человек принимает решение использовать некоторый объект как стул или рычаг, то не трудно понять, как два или более людей вместе могут решить использовать некоторый объект как место, на котором они могут все сидеть или использовать что-либо как рычаг, который будут использовать скорее несколько, чем один человек. Коллективная интенциональность может генерировать агентивные функции так же легко как индивидуальная.

Следующий шаг более труден, потому что он включает коллективное наложение функций в случаях, когда назначение объекту функции не может выполняться исключительно на основе присущих объекту физических свойств, случаев отличных от тех когда мы используем палку в качестве рычага. В этом случае сама функция реализуется только как предмет человеческого сотрудничества. Как мы увидим, коллективное наложение функции в тех случаях, когда функция может выполняться только как результат коллективного соглашения или принятия, является определяющим элементом в создании институциональных фактов.

Рассмотрим, например, примитивное племя, которое строит стену вокруг территории. Стена пример функции, наложенной в результате явных физических свойств: она достаточно высокая, чтобы держать врагов снаружи, а членов племени внутри. Но предположим, что стенка постепенно развивается от физического к символическому барьеру. Вообразите, что стенка постепенно разрушается и единственное, что остается – это линия камней. Но вообразите, что жители и соседи продолжают рассматривать линию камней как границу территории, таким образом что это воздействует на их поведение. Линия камней теперь имеет функцию, которая не является результатом явных физических свойств, но результатом коллективной интенциональности. В отличие от высокой стенки или рва остаток стенки не может оберегать людей просто посредством своей физической конституции. Результат, в очень примитивном смысле, символический; потому что ряд физических объектов теперь выполняет функцию лежащую за пределами их непосредственных свойств, а именно, ограничения территории. Линия камней выполняет ту же самую функцию что и физический барьер, но делает это не из-за своей физической конструкции, но потому что ей был коллективно назначен новый статус, статус границы.

Этот шаг кажется наиболее естественным и простым, но он важен в своем применении. Животные могут наложить функции на естественные явления. Например, приматы используют палку как инструмент доставания бананов и некоторые приматы даже развили традиции агентивных функций, которые передаются от одного поколения к следующему. Например, известная всем обезьяна японская макака Ушоу, стала мыть в соленой воде бататы – очищая их от песка и улучшая вкус. Благодаря Ушоу, пишет исследователь Куммер, мытье бататов в соленой воде стало традицией, которую детеныши выучивают от их матерей. Но человек радикально отличается от животных, когда люди через коллективную интенциональность налагают функции на явления, функции которых не могут быть выведены исключительно из их физики и химии, но требуют длительного человеческого сотрудничества и специфических форм признания, принятия и подтверждения нового статуса, которому назначается функция. Это – начальный пункт всех институциональных форм человеческой культуры и он всегда должен иметь структуру X считать за Y в C.

Наша цель состоит в том, чтобы соединить социальную действительность с нашей базисной онтологией - физикой, химией и биологией. Чтобы сделать это, мы должны показать непрерывную линию, которая идет из молекул и гор к отверткам, рычагам и затем к законодательным органам, деньгам и государствам. Центральный пункт на пути от физики к обществу - коллективная интенциональность и решающее движение на пути создания социальной действительности - коллективное интенциональное наложение функций на объекты, которые не могут выполнять этих функций без такого наложения. Радикальным движением, которое поднимает нас от таких простых социальных фактов, как то, что мы сидим на скамейке, к институциональным фактам - деньгам, собственности и бракам, является коллективное наложение функций на объекты, которые в отличие от рычагов, скамеек и автомобилей не могут выполнять функции исключительно на основании их физической структуры. В некоторых случаях, бумажных деньгах, например, так происходит потому, что структура только случайно связана функцией; в других случаях, правах на вождение, например, так происходит потому, что люди не могут выполнять функцию вождения, если они не имеют на это право.

Ключевой элемент в перемещении от коллективного наложения функции к созданию институциональных фактов - наложение коллективно признанного статуса, к которому прикрепляется функция. Так как это особая категория агентивных функций, Серль называет их статус -функциями. В случае границы мы представили как первоначально функционирующий как физический объект стена, развился в символический объект - границу. Граница функционирует таким же образом как стена, но средства, которые выполняют эту функцию - коллективное признание, что у линии камней есть особый статус, к которому прикрепляется функция.

Как иллюстрацию этого, рассмотрим пример денег и особенно бумажных. Обычно в учебниках выделяются три вида денег: товарные деньги, например золото, считающееся ценностью и, следовательно, деньгами, потому что товар тоже ценность; контрактные деньги (векселя) состоящие из бумаги, считающиеся ценностью, потому что на них есть обязательство, что предъявитель получит за них ценный товар, например золото; и бумажные деньги, которые объявляются деньгами некоторым официальными агентствами - правительством или центральным банком.

Товарные деньги средство обмена, потому что они ценность; бумажные деньги ценность, потому что они средство среда обмена.

Первоначальное использование товарных денег - золота и серебра, в действительности, было формой бартера, потому что форма, которую имели деньги сама по себе была ценностью. Таким образом, рассматриваемое вещество выполняет функцию денег исключительно благодаря физической природе, которая имеет некоторую функцию, наложенную на нее Таким образом, золотые монеты ценны не потому что они - монеты, но потому что они сделаны из золота и ценность, присоединенная к монете равна ценности золота. Мы налагаем функцию "ценности" на золото, потому что мы желаем обладать этим веществом.

Так как функция ценности уже была наложена на золото, нужно было просто наложить функцию денег поверх нее. Так как люди уже расценивают золото как ценность из-за его физической природы, они могут принять его средство обмена. Мы, таким образом, имеем систему обмена, где объекты служат для бартера, даже если люди имеющие эти объекты не имеют от них никакой непосредственной пользы. Подобная ситуация существовала, между прочим, в Советском Союзе во время его распада. В Москве в 1990 и 1991 сигареты Marlboro использовались как валюта. Люди принимали оплату в Marlboro, даже если они сами не курили.

Согласно истории средневековой Европы банкиры принимали золото и хранили его, взамен золота выдавая бумажные удостоверения владельцу золота. Удостоверения затем могли использоваться как средство обмена, точно как само золото. Удостоверение было заменой золота. Оно было ценным объектом, потому что в любой момент его можно было поменять на золото. Товарные деньги таким образом были заменены контрактными.

Потом кто-то додумался, что можно увеличивать запас денег, выдавая большее количество удостоверений, чем есть золота. Поскольку удостоверения продолжают функционировать, поскольку они имеют коллективно наложенную функцию, которая продолжает быть коллективно принятой, удостоверения, как решил этот гений, также хороши как золото. Потом все решили, что мы можем забыть о золоте и иметь только удостоверения. Так мы пришли к бумажным деньгам, которые мы имеем сегодня.

2.3. Конструктивные правила: X считать как Y в C.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 12 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.