WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 42 |

Глава 7 завершает теоретическую часть книги.В лучших гештальтистских традициях теория и практика постоянно переплетаются вкниге, подкрепляя и обогащая друг друга. То теория, то практика становятсяфигурой, а затем уходят в фон.

Граница, безусловно, является ключевой темой семейной терапии в целом. Этопонятие часто используют в литературе, но редко дают ему определение. В этойкниге Зинкер предлагает ясные перспективы применения термина “граница” и егороли в построении смысла и поддержания энергии (“энергия” – другой часто употребляемыйтермин и также плохо определяемый). Зинкер показывает, что качество иколичество энергии, необходимые системе для совместного существования, напрямуюзависит от состояния границы системы – границы внутри людей, границмежду ними и между различными переплетающимися субсистемами.

Глава 8 начинает раздел “Практика”. Вотличие от многих других авторов, Зинкер подробно описывает процедурупроведения сессии. Снимая завесу тайны с практической терапии, он позволяетчитателю оставаться в независимой позиции и делать осознанный выбор– снова в лучшихгештальтистских традициях.

Глава 9 продолжает тему практическойтерапии, но уже в более сложном поле большой семейной системы. Здесь, так жекак и везде, основные положения и “ориентирующие принципы” автора помогают нам(как, впрочем, и клиентам) связать теорию с практикой, так, чтобы это былодоступно читателю. Так же, как и в главе 8, Зинкер настаивает на диалектическомвидении человеческих противоречий ("я" и другого, индивидуума и группы, слиянияи автономии). Он избегает упрощения органических процессов и вариантов выбора,предлагая теоретическую систему и методологический подход на том уровнесложности, который соответствует сложностям жизни как таковой.

Глава 10 описывает противоречивые проблемычеловеческих взаимоотношений – обособленность и общение – и исследует эту проблему судивительной простотой и философским толкованием. Однако здесь читатель ненайдет легких ответов, клинических или этических предписаний – скорее, это тщательное описаниевзаимоотношений между правдой и ложью. Как и во многих трудах Зинкера, в даннойработе он также уделяет большое внимание проблеме поддержки. Когда люди занимаютсядеструктивной или самодеструктивной деятельностью, возникает вопрос: почемуникто не поддерживает их, чтобы предотвратить этот процесс Но даже в этомслучае автор избегает категоричных оценок, не определяя поведение как здоровоеили нездоровое, плохое или хорошее. Как клиницист, да и как человек, он хорошознает, что такая категоризация не приносит пользы и не ведет ни к изменениям,ни к улучшению жизни. В таких случаях он предпочитает говорить об эстетичномили неэстетичном поведении.

Зинкер снова и снова обращается к реалиямчеловеческой жизни. И глава 11 посвящена острой проблеме семейной жизни– горя и утраты. Этатема, пожалуй, никогда адекватно не обсуждалась в клинической литературе. Вцентре внимания автора снова контакт, осознавание и поддержка – в контексте веры в присущеечеловеку стремление к воссоединению, творческому созиданию исмыслу.

В заключительной главе 12 Зинкер предлагает“помедитировать” на тему эстетических процессов и над тем, что на протяжениивсего повествования он называет хорошейформой. Заканчивает свою книгу он там же, где иначал, снова перечисляя те важные понятия, которыми руководствовался в работе,– ценности,изящество, развитие, причастность, взаимосвязанность, “бытийность”, ценностьопыта, целостность формы, завершенность, рост, определенность,эстетика.

Так что же имеет в виду Зинкер под терминомэстетика в контексте работыс супружескими парами и семьями Я попробую ответить на этот вопрос в манереЗинкера, вспомнив, как мы собирались вместе с ним идти на свадьбу к нашим общимдрузьям. Тогда я, помню, спросил Зинкера о женитьбе и о том, какой смысл оназаключает в себе. “Женитьба – он уставился взглядом в пространство, точно так, как он описываетэто состояние в главе 1. – Женитьба... — долгая пауза, возможно, для большего эффекта, – это что-то, от чего ты не можешьтак легко уйти”. Затем еще одна пауза. “Да, – добавил он, – думаю, ты мог бы, но это было бы неэстетично”.

Быть “эстетичным” – значит быть причастным кцельности и целостности завершенной формы. В прологе своей книги Зинкер говорито цельной личности своей коллеги Сони Невис, которой доверил центральную роль вразработке многих идей. Он говорит о ее бережном отношении к опыту каждогочеловека. На протяжении всех лет их совместной работы Зинкер никогда не слышал,чтобы она говорила о “болезни” семьи или супружеской пары. Такая чистота,заключает он, встречается редко.

То же самое можно сказать и об отношенииЗинкера к эстетической форме, к видению, приятию и уважению к человеческимпереживаниям, которыми пронизана вся книга. Подобное отношение действительнобольшая редкость. Парадоксально, но, опираясь на терапевтическое присутствие,его “пребывание с”, Зинкердобивается гораздо больших результатов, чем его коллеги с “научным” подходом ктерапии.

В занятиях психотерапией, как и в любыхдругих человеческих занятиях, существуют приливы и отливы. Два поколения назадГордон Олпорт призывал “вернуть в психологию человека”. Сегодня, когда семья исупружество нуждаются в помощи, голоса, призывающие к быстрым решениям, звучатособенно громко. Поэтому именно сегодня нам следует прислушаться и к другим,менее громким голосам, которые напоминают нам, что каждый человек, каждаясемья, каждые человеческие отношения, с их собственной эстетической формой ипотенциальными возможностями раскрытия красоты жизни, - одинаково важны. Когданаступит прилив (который уже начался), который будет направлен на гуманизм ичеловеческое созидание, Джозеф Зинкер всегда будет рядом — таким, каким мы его знаем,– ярким, остроумным,страстным, обаятельным, мудрым и эстетичным. Как терапевт – он артист, а как человек– художникжизни.

Гордон Уиллер

Кембридж, Массачусетс

Июль, 1994

Обавторе

Джозеф Зинкер родился в 1934 году впольском городке Люк. В годы Второй мировой войны он потерял почти всех своихродных. Однако он сам, его родители и брат спаслись, оказавшись беженцами,побывав даже в Узбекистане. После войны он и его семья провели четыре года влагерях для перемещенных лиц в Польше и Германии.

В 1949 году Зинкер эмигрировал в Нью-Йорк.С детства Зинкер демонстрировал художественные таланты. В университетеНью-Йорка он начал изучать изобразительное искусство, а позже психологию илитературу. Он заинтересовался экзистенциализмом и феноменологией и закончиласпирантуру в Вестерн Резерв Университете в Кливленде, сосредоточившись наизучении теории познания и клинической психологии. В 1963 году он получилдокторскую степень за исследование личностного роста при неизлечимыхзаболеваниях. Эта диссертация легла в основу его первой публикации – “Роза Ли: мотивация и кризисумирания” (Rose Lee: Motivation and Crysis of Dying,1966).

В 1958 году, будучи аспирантом, Зинкерначал посещать лекции первых гештальт-терапевтов в Кливленде, его первымиучителями были Фриц и Лаура Перлз, Гудман и Фромм. Эта группа выросла вГештальт-институт Кливленда, где Зинкер вошел в состав руководства, а такжевозглавлял факультет.

В 1976 году Зинкер опубликовал монографию“Творческие процессы в гештальт-терапии” (CreativeProcess in Gestalt Therapy). Эта книга до сих поростается классическим исследованием психотерапии как формы искусства. Журнал“Психология сегодня” признал эту работу Книгой года, и она переведена на триязыка.

Профессиональному гештальт-сообществуЗинкер известен как специалист в области совершенствования концепций взаимногодополнения, работы с супружескими парами и разработки творческого экспериментав индивидуальной, семейной и групповой терапии. С 1980 года он активносотрудничает с Центром семейных систем Гештальт-института вКливленде.

Художник, писатель, поэт и преподаватель,Зинкер с 1962 года также занимается частной психотерапевтической практикой.Популярный лектор и тренер, Зинкер много времени посвящает путешествиям поАмерике, Южной Африке, Европе и Ближнему Востоку. Его клинические интересынаходятся в сфере эстетики и полемики о человеческих взаимоотношениях. Он отецдвух дочерей-художниц. Живет Зинкер в Кливленд Хайтсе, штат Огайо.

Благодарностьавтора

В начале 1980-х годов Эдвин Невисподталкивал меня написать эту книгу, а затем поддерживал до самого еезавершения. Пока я приобретал компьютерное оборудование, Мирна Фридмантерпеливо распечатывала и перепечатывала комментарии и редактуру рукописи,позже ее сменила Мэрилин Айсман. Главная редакционная работа была проделанаШирли Лоффер, которая редактировала также и мою книгу “Творческие процессы игештальт-терапия” (Creative Process in GestaltTherapy).

Мне очень помогала Соня Невис. Онаподготовила материал по гештальт-теории семейной терапии: интервенции, принципыи положения, “действие с сожалением” и соображения по поводу лжи как преграды кблизости. Эти темы были затронуты в интервью, которое Элеонор Уорнер, Соня и ядали для нашего издания “Newsletter” в Центре по изучению семейных систем в Гештальт-институтеКливленда в 1980-е годы.

Большую моральную поддержку и помощь яполучил от многих сотрудников Гештальт-институтов Кливленда, Феникса, Калгари,Чикаго, Нью-Орлеана, Ричмонда и Новой Англии; моих терапевтических групп вБлуминтоне, Индиане и Далласе; моих коллег из Великобритании, Мексики, Франциии Израиля.

Долгие беседы и годы работы с моим близкимдругом Донной Руменик обогатили мое понимание многих проблем. Мы говорили отом, как тайны и “тайная жизнь” формируют семейные и супружеские отношения; отом, что в семьях существуют одинокие преследователи; что гештальт-терапевтнесет большую ответственность перед клиентом; о том, как близость в супружествепорождает любопытство и повторяющиеся вопросы и ответы; о том, чтотерапевтическое “присутствие” является важной составляющейпсихотерапии.

Я хочу назвать своих друзей, которыепостоянно повторяли мне, что я все делаю правильно: Гордон Уиллер, ВенделПрайс, Филипп Розенталь, Томас Рейф, Анни Тичворт, Пенни Бекмен, Джозеф иГлория Мелники, Ричард Боровски, Флоренс Зинкер, Роберт Баркус, Джанин Горбейл,Джудит Гри, Эд Харрис, Эдит Отт, Ира Розенбаум, Клер Страфорд, Роберт Вайскопф,Ирвин и Мириам Польстеры и многие другие.

Многие идеи, касающиеся эстетики, былиизложены мной с подсказки Сони Невис и Донны Руменик, а также взяты из моихтезисов к конференции Гештальт-журнала в 1986 году и Кембриджской (Англия)конференции в 1993 году. Пауль Шейн, человек, опубликовавший мои работы,блестящий писатель, редактор и преподаватель феноменологическогоэкзистенциализма в Сэйбрукском институте добавил ясность и молодую энергию вокончательный вариант моей рукописи. Книга была закончена в атмосфере диалогамежду Паулем и мной.

Тони Скиннер – талантливый художник-график– перенес моинаброски в книгу.

Личные несчастья периодически лишали менятворческой энергии. Я имею в виду развод, а также смерть моих родителей, братаи дяди. Уход старших членов семьи Зинкеров оставил опустошение в моей душе. Замоей спиной исчезла стена. Я сам стал стеной. Но после моего развода все стенырухнули. И я хочу поблагодарить двух выдающихся молодых женщин, вдохнувших вменя желание жить и творить, – моих дочерей Джудит и Карен Зинкер.

Джозеф Зинкер

Кливленд Хайтс, Огайо

Июль 1994 года

Посвящается Соне Невис и Эдвину Невису,

верным коллегам и дорогимдрузьям.

ПРОЛОГ

Более десяти лет назад Соня Невиспригласила меня на работу в качестве сотрудника факультета Гештальт-института вКливленде в Центре малых систем. Это случилось после смерти нашего любимогоколлеги Уильяма Уорнера, с уходом которого в нашей программе образоваласьбрешь. Он был блестящим гештальт-терапевтом, особенно в работе с детьми,супружескими парами и семьями. Заняв место Билла, мы почувствовали себяптичками, занявшими место красивой лошади.

У меня было слабое представление о семейнойтерапии. Я пережил Вторую мировую войну, был беженцем, и в моей семье не былони теток, ни двоюродных братьев, ни сестер, ни племянников, ни дедушек ибабушек. Мои родители, брат и я не составляли единую семью. Сегодня я бысказал, что вырос в “неблагополучной” семье.

Семья, которую я создал со своей женой,была не намного здоровее. И хотя я и писал о супружеских конфликтах и любви, ноне обладал “личным знанием” о святости и красоте супружества, семьи и жизнидетей в семье.

Соня заказала для меня груду книг ипродолжала обучать меня. С каждой лекцией и терапевтической сессией я обучалсяу нее фундаментальным ценностям не только семейного терапевта, но и вообщечеловека, который хочет быть целителем. Они таковы:

● Уважайчеловеческие переживания такими, какие они есть.

● Относиськ каждому “симптому” как к творческому усилию людей сделать свою жизньлучше.

● Любоенесогласие пациентов с терапевтом – хороший признак и утверждение их силы и способности учиться длясебя.

● Оказывайподдержку сопротивлению супружеской пары или семьи.

●Устанавливай четкие и ясные границы междусобственными чувствами и феноменологическим полем пациентов.

●Поддерживай умения пациентов.

● Создавайтакую среду и степень своего присутствия, при которых самый жестокий обидчикможет вступать в контакт со своей болью и уязвимостью.

● Мы всеспособны на плохие поступки – терапевт должен уметь сострадать как жертве, так иобидчику.

● Терапевтсоздает или охраняет границы между членами семьи – каждое переживание человекареально, и его надопринимать в расчет.

●Присутствие терапевта и уважение к семье позволяет каждому ее члену расти иразвиваться.

● Занимайчеткую позицию и не допускай грубого поведения членов семьи – устанавливай четкиеограничения.

● Терапевтмоделирует образ хорошего лидера и учителя пациента.

● Терапевтоказывает поддержку, избегая чувствительности или чрезмернойснисходительности.

● Каждуюсемью характеризует определенная этническую принадлежность, культура быта иповедения. Не пытайся “пичкать” семью своими собственными социальными илиэтическими представлениями: они могут быть неприемлемыми для них.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 42 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.