WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 32 | 33 || 35 | 36 |   ...   | 52 |

Когда член семьи ссылается на конкретныйкомментарий, терапевт может задать еще несколько вопросов, к примеру, “Чем этовас заинтересовало”, “Какие мысли и идеи возникали у вас в отношении этого”,“Вы узнали что-то о себе или ситуации, или пришли к какому-то заключению, думаяоб этом так”, “Как вы думаете, какую роль будут играть эти идеи в вашейжизни” Важно, чтобы все члены семьи получили шанс отреагировать, поэтомутерапевту следует быть экономным в отношении завершающих вопросов.

Кроме того, терапевт можетпрокомментировать то, что ему показалось интересным в работе команды, иупомянуть о том, что в этих комментариях привлекло его внимание.

ОТРАЖЕНИЕ ПРОЦЕССА БЕЗ КОМАНДЫ

Характерная черта нашей терапии— и, вероятно,терапии большинства терапевтов, использующих нарративные идеи — это движение между прямым опытоми размышлением. Даже работая с одним человеком, мы движемся между “ландшафтомдействия” (прямым опытом) и “ландшафтом сознания” (размышления над этимопытом). Это движение между прямым опытом и размышлением характерно для нашейработы не зависимо от того, используем мы команду наблюдателей илинет.

Побуждая к откликам на мыслидругих *[У нас есть некоторые сомнения по поводуприменения таких слов, как “самость” и “другой”, поскольку они обычноиспользуются как указания на эссенциалистские сущности. Мы думаем, что процессыразмышления могут быть значимы и эффективны исключительно по причине множествавозможностей, которые возникают при взаимодействии людей. Другими словами,практика отклика —это особый и мощный случай социальной конструкции самостей идругих.]

Когда мы впервые начали заниматьсясемейной терапией, *[Эти комментарии основаны на нашем прошлом опыте. Мы знаем,что, если мы снова встречались с людьми, с которыми мы обучались в прошлом, ихидеи менялись. Джанфранко Сеччин и Луиджи Босколо, к примеру, сегодняиспользуют команды наблюдателей-участников.] мы научились организовывать беседутак, чтобы члены семьи разговаривали напрямую друг с другом, и мы могли бы либополучать информацию о их “паттернах взаимодействия”, либо дать им возможностьиспробовать новую форму взаимодействия. Этот метод работы имел смысл, когда мыбыли убеждены, что сможем определить или обнаружить то, что лежит “под”проблемой, и когда мы делали упор на изменение поведения. Когда мы просилилюдей поговорить друг с другом в процессе терапии, мы создавали контекст либодля сбора информации, которую использовали для оценок, направляющихвмешательство, либо для вмешательства, предлагая людям испробовать новые формыповедения. В ходе терапии такого рода, люди либо занимались активнойдеятельностью, либо слушали нас. Они, как правило, не имели возможностиозвучить свои размышления в процессе терапии.

Когда мы изучали миланский подход, вместотого, чтобы просить людей поговорить друг с другом, мы научились задавать им поочереди круговые вопросы, которые фокусировались на взаимодействии с другимичленами семьи. В случае нашего первого метода работы, если ребенок отказывалсяходить в школу, мы могли попросить родителей продемонстрировать, как бы ониуговаривали его пойти в школу (при нашей поддержке или без нее). При миланскомподходе, мы скорее бы задали бы брату/сестре ребенка ряд вопросов, к примеру,“Кого больше всего огорчает, что твой брат не хочет ходить в школу Кого ещеКогда твоя мама огорчается, что твой брат не ходит в школу, что делает твойпапа”

Круговой опрос в миланском стилепредлагает людям стать слушательской аудиторией для самих себя, своих семей иситуаций. Слушая ответы других людей, они могут узнать, как их видят другиечлены семьи; они могут поразмышлять над взаимоотношениями между другими членамисемьи, равно как и между ими самими и членами семьи.

В нашей текущей работе, мы все ещевзаимодействуем с одним человеком из семьи, тогда как другие слушают. Находясьпод влиянием идеи, что мы не раскрываем то, что уже есть, а со-творим опыт исмысл через социальное взаимодействие, мы надеемся, что наши вопросы откроютпространство для новых, предпочтительных нарративов.

Итак, имея в виду проблему, описаннуювыше, теперь мы можем спросить мальчика: “В те дни, когда ты ходишь в школу,как ты побеждаешь страх Что ты сделал, чтобы подготовить себя к борьбе сострахом таким образом Как другие члены семьи поддерживали и воодушевляли тебяна то, чтобы ты смог сделать это”

Этот метод работы снова превращает людей вслушателей для друг друга, самих себя и их взаимоотношений, но теперь мыпродвигаемся на шаг дальше. Мы просим людей поразмышлять над тем, что ониуслышали. Мы можем, к примеру, просто обратиться к отцу и сказать: “Какие мыслиприходили вам на ум, пока ваш сын говорил” Или мы можем спросить мать: “Выбыли удивлены, услышав, что ваш сын делал эти приготовления, чтобыпротивостоять страху Теперь, когда вы знаете это, как это меняет вашепредставление о нем” Вопросы такого рода побуждают людей поразмышлять надновым нарративом по мере того, как он развивается. Их размышления затемстановятся частью нарратива, и другие члены семьи могут поразмышлять над“уплотненным” нарративом, тем самым делая его более существенным и болеесложным. Этот процесс — яркий пример социальной конструкции реальности.

Когда мы работаем с группами людей, мыобычно проводим довольно продолжительную беседу с каждым человеком. Мыпредлагаем другим людям выслушать его с размышляющей позиции и, время отвремени, поделиться вслух своими размышлениями.

При побуждении к размышлениям такого рода,первостепенная и наиболее важная задача терапевта состоит в обеспечении того,чтобы люди оставались в позиции слушателя. Иногда этого легко достичь, говоря иподдерживая визуальный контакт лишь с одним человеком одновременно и, еслибеседа включает ссылки на присутствующих в помещении, говоря о них в третьемлице. Этот режим беседы побуждает людей, к которым не обращаются, слушать изнаблюдательной позиции.

Часто в проблемных ситуациях доминирующаяистория влияет на людей таким образом, что они излишне втягиваются в своисобственные восприятия, описания проблемы и событий, ее окружающих. Это, в своюочередь, может подтолкнуть их к тому, чтобы использовать терапевтические беседыв качестве арены для вовлечение других в рассмотрение и принятие их версийреальности. Беседа, используемая таким способом, может закончиться тем, что всебудут говорить, и никто не будет слушать. В такой ситуации колодаперетасовывается таким образом, что это затрудняет обнаружение выходов к новымвозможностям, которые могли бы выстроить новые нарративы.

Кроме того, семейные обычаи, когданесколько людей говорят одновременно, или предыдущие терапевтические инструкцииобращаться друг к другу напрямую, могут осложнить задачу пребывания в позициислушателя.

Мы обнаружили, что, рассказав людям, какимобразом мы хотели бы продолжить работу, мы легко избегаем этих затруднений. Мы,как правило, обращаем наши объяснения к тому человеку или людям, которые хотелибы оставаться в позиции слушателя в первую очередь. Мы говорим примерноследующее: “Что бы я хотел сделать сейчас, это немного поговорить с Фредом оситуации. Затем мне было бы интересно выслушать ваши мысли о нашей беседе сФредом. Позже, к концу часа, я поговорю с вами, и у Фреда будет шанспоразмышлять над нашей беседой. Годится”

Это искренний вопрос. Если у людейесть другие идеи по поводу хода беседы, нам интересно узнать о них.Например, недавно я (Дж. К) работал с мужчиной и женщиной, разведенными втечение нескольких лет, и их семилетним ребенком, который испытывал некоторыезатруднения в школе. Скотт, отец ребенка, настаивал на отдельной встречеродителей без ребенка. На этой встрече Скотт, афро-американец, начал сзаявления, что хочет сказать Бренде, англо-американке, как он пришел кпониманию того, что расизм сыграл свою роль в их разводе. Он сказал, что неразговаривал с ней об этом в те времена, потому что тогда он этого не понимал,но, поскольку теперь они могут доверять друг другу, будучи родителями, он хочетпоговорить об этом. Он сказал, что не хочет, чтобы он говорил со мной, а онаслушала (предыдущие беседы были структурированы), но намерен говорить с нейнапрямую в контексте присутствия другого. В этом случае, следуя просьбе Скотта,я сидел в стороне и слушал, тогда как двое разговаривали, лишь позже добавляясвои размышления.

Большую часть времени, тем не менее, людисоглашаются на структуру, в рамках которой мы разговариваем с одним из них,тогда как другие занимают позицию наблюдателя.

Даже когда люди имеют представление опредложенном формате и согласились с тем, что имеет смысл продолжать в этомрежиме, верх могут взять старые привычки, заставляя их перебивать и предлагатьсвое описание или оценку конкретного события. Когда это случается, мы даем импонять, что мы заинтересованы в том, что им хочется сказать, и что они будутиметь шанс отреагировать немного позже.

Альтернатива, о которой мы узнали отХарлен Андерсон, в особенности полезная, когда верх берут старые привычки,заключается в том, чтобы пригласить тех участников, которым поначалу полагаетсябыть в позиции слушателя, слушать беседу из-за зеркала. Когда наступаетнадлежащий момент, они могут поменяться местами с человеком, который говорилпервым, и предложить свои размышления.

Подготовка структуры для беседы, похоже,ослабляют хватку проблемно-доминирующих нарративов. Возможно, поскольку те, ктонаходятся в позиции слушателя, не имеют возможности привносить в беседудоминирующие нарративы, пока другой говорит, они, похоже, свободнее слушаютдругие описания, что позволяет им придавать смысл событиям, противоречащимпроблемно-доминирующей истории.

Вторая важная задача для терапевта,заинтересованного в поощрении откликов на других, состоит в том, чтобы задаватьвопросы, побуждающие к этому. В этом контексте, мы задаем вопросы, держа в умедве цели. Первая —просто побудить к общим комментариям в отношении беседы. В таких комментарияхлюди удостоверяют реальности друг друга. Вторая цель состоит в том, чтобывызвать размышления о специфических событиях, особенно тех, которые, по нашемумнению, могут открыть менее проблемные ответвления прожитого опыта.

Чтобы побудить общие комментарии, мыобычно обращаемся к кому-то в позиции слушателя и спрашиваем нечто общее, кпримеру, “Какие мысли приходили вам на ум, пока мы с Фредом разговаривали”Простой акт свидетельства, который этим побуждается, имеет очень глубокиепоследствия.

Например, я (Дж. Ф) в настоящее времяработаю с двумя женщинами, которые прожили как пара в течение 14 лет. Карендовольно резко порвала с Дайэн за шесть месяцев до того, как я встретилась сними, и она почти мгновенно увлеклась кем-то еще. Постепенно, по прошествиишести месяцев, все более и более мощные волны горя и смятения стали накатыватьна Карен. Она начала задумываться над тем, не было ли ее решение прекратитьотношения ошибкой. Она попросила Дайэн поработать с ней над взаимоотношениями,чтобы понять, не смогут ли они разрешить те проблемы, которые привели Карен кразрыву.

Карен описала наиболее значительнуюпроблему как “почти никакого секса, что сводило меня с ума, а Дайэн, похоже, непроявляла никакого интереса к этому, за исключением тех моментов, когда онадумала, что я могу уйти от нее”.

Дайэн переживала огромное горе с тех пор,как ушла Карен. Она была весьма заинтересована в исследовании возможности дляних снова стать парой, но каждый раз, когда они начинали разговаривать, междуними вставало столько недоверия, злобы и ревности, что даже возможностьпребывания рядом сметалась чувствами отчаяния. Это особенно проявилось тогда,когда Дайэн услышала намеки на фантастическую сексуальную связь, в которуювступила Карен, пока Дайэн предавалась своему горю. Все эти чувства былинастолько могучими и угрожающими, что они искали в терапии безопасный контекст,в котором они могли разговаривать.

Хотя они много раз пытались побеседоватьдруг с другом как к концу их взаимоотношений, так и в последние недели, лишь напервой терапевтической встрече Карен рассказала историю о том, как она порвалаэту связь и вступила в новую. Она описала, как Дайэн желала заниматься любовьюс ней в начале их отношений, но это все быстро улетучилось. Это привело ксомнениям по поводу чувств Дайэн к ней и к ощущению себя как некрасивой,непривлекательной женщины. Эти переживания превратили видение Карен будущего в“бесцветное и бессодержательное”. Она думала, что “высохнет от недостатка любвии просто постареет”, хотя другие стороны их взаимоотношений были весьмаудовлетворительными и замечательными. Повторяющаяся и продолжительнаянеспособность Карен побудить Дайэн к разговору о их сексуальных отношенияхпривела к тому, что она поняла, что ничего нового произойти несможет.

Когда другая женщина проявиларомантический интерес к Карен, она увидела в этом свой последний шанс бытьлюбимой. Она наслаждалась своей новой сексуальной связью, но по прошествиивремени она поняла, что больше у нее ничего не было. Она поняла, что секс неравнозначен любви, и впервые за многие годы она смогла оглянуться назад иреально осознать, что Дайэн ее любила. Теперь она сожалела, что бросила ее. Онанадеялась, что не отбросила навечно те лучшие взаимоотношения, которыекогда-либо у нее были.

Находясь в позиции слушателя, Дайэнплакала в течение всей беседы Карен со мной. Когда я спросила ее, о чем онадумала, пока мы с Карен беседовали, она сказала: “Я никогда не догадывалась,что ей было так тяжело. Каждый раз, когда она пыталась рассказать мне, ябросала ей в лицо ее другую связь и говорила о предательстве. Я не моглавынести, что она была с кем-то еще. Я никогда не понимала, каково было ей всеэти годы не быть со мной в этом смысле”.

Карен была от всей души благодарна Дайэн,что та делилась своей болью и отчаянием. Когда мы с Дайэн размышляли о новомпонимании Карен в представлении Дайэн, Карен, теперь в позиции слушателя,выглядела все более и более смягченной, расслабленной. То, что я поддерживалафокус на Дайэн, помогло Карен выслушать о чувствах боли и предательства, неуходя в оборонительную позицию. Этот опыт оказался настолько важным для Дайэн,что это расчистило для нее путь рассказать о сексуальном насилии, которое онопережила в детстве и его последствиях для нее, включающих затруднения ссексуальными чувствами в зрелом возрасте. Став свидетелем истории Дайэн, Карен,в свою очередь, позволили ей по-новому интерпретировать затруднения в ихсексуальных отношениях.

Pages:     | 1 |   ...   | 32 | 33 || 35 | 36 |   ...   | 52 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.