WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 52 |

Когда мы переключились на наблюдательнуюкоманду, члены команды представились и сделали небольшое вступительноезаявление. Один из членов сказал что-то вроде: “Я вижу, что этой семье довелосьмногое пережить”. Остальные члены команды согласно закивали головами. Затемкоманда включилась в обсуждение возможных начал нового нарратива.

Это началось с того, что один из членовкоманды отметил, что вся семья явилась на сеанс вместе и вовремя. Затем мыразмышляли и судили, что это означает в контексте родительской компетентностиАннетт и потенциальных сил семьи. Кто-то заметил, что многие люди находят, чтовоспитание четырех детей — это больше, чем постоянная работа. Она удивлялась, как Аннеттудавалось осуществлять это наряду с работой над степенью магистра и выполнениемсвоих обязанностей на работе. Другая женщина из команды рассказала, с какойнеохотой она решила бросить работу, когда у нее родился ребенок, хотя до этогоона планировала, что справится со всем. Ей было интересно, как эта мать делалавсе это, и что это говорит о ней. Еще кто-то отметил, что все дети проводиливремя с соседями, и что один из детей поделился с учителем своими ужасающими искорбными мыслями. Он говорил о том, что, хотя многие люди оказываются визоляции, когда наваливаются трудности, члены этой семьи, похоже, знают, какналаживать связь с другими людьми. Другие члены команды удивлялись тому, какдети научились выходить во внешний мир, и могло ли это принести им пользу впрошлом.

Когда члены семьи воссоединились послеработы команды, они казались покорными и весьма неохотно комментировалиразмышления команды. На следующий день Аннетт позвонила терапевту, чтобысказать ей, что сомневается в полезности этой команды. Она сказала, что ей былоочевидно, что команда не понимает всей серьезности проблем. Она удивляласьтому, что они тратили наше время на разговоры о том, что семья явилась натерапию вовремя, тогда как один из ее детей проявлял суицидальные наклонности,еще один был временно исключен из школы за проявления агрессивности, а другаяпредлагала сломать семью, уехав жить к своему отцу. Она полагала, что командане имела ни малейшего понятия о том, насколько ошеломленной она себячувствовала.

Опыты такого рода привели нас к тому, чтомы стали включать деконструкцию в качестве возможной задачи для командынаблюдателей. Как члены размышляющей команды, мы идем вслед за людьми, которыепришли консультироваться с нами. Если они вместе с терапевтом посвящают большуючасть беседы описанию и деконструкции проблемных нарративов, команда будетбольше фокусироваться на деконструктивных вопросах.

В только что приведенном примере, семьячувствовала бы себя гораздо лучше понятой членами команды, если бы мы говорилио тех же проблемах, что и семья. Например, кто-нибудь из команды мог быупомянуть борьбу Аннетт с чувствами ошеломления и заинтересоваться тем, неиграют ли эти чувства свою роль в некоторых других проблемах, которые людиупоминали. Могли появиться вопросы о последствиях этих чувств. Некоторые членыкоманды могли бы поразмышлять об определенных контекстах, которые оставляютдверь открытой для этих чувств. Члены команды могли бы заинтересоваться, чтоэтому способствовало. Кто-то мог бы рассказать историю о своем собственномопыте невозможности жить в соответствии с имиджем “суперженщины”.

Кроме того, можно было особо обратиться кдругим проблемам. Например, член команды мог бы поразмышлять о влияниисуицидальных мыслей, которые прозвучали — не только на Алекса, но и накаждого члена семьи. Кто-то еще мог бы заинтересоваться тем, насколько сильныэти мысли, и какие конкретные ситуации или люди подготовили их. Другой членкоманды мог бы поразмышлять о том, что часто такие мысли подстегиваютсяобразами и словами, и не нашел ли Алекс такие образы или слова, вторгающиеся вего мысли. Вопросы такого рода подтвердили бы проблемные нарративы семьи,одновременно побуждая к их деконструкции.

Перемежаясь с вопросами этого типа,вопросы, побуждающие к конструированию альтернативных историй, встречались бы сбольшим энтузиазмом. Например, после беседы о чувствах ошеломления, членыкоманды могли бы поинтересоваться, удавалось ли Аннетт когда-либо избегатьвлияния этих чувств. Мы могли бы поразмышлять о том, не служит ли помещение еесемьи в центр в тот вечер примером запрещения ее чувствам править ею. Такойвопрос мог бы быть встречен благожелательно в контексте деконструктивныхвопросов.

НАПРАВЛЯЮЩИЕ ПРИНЦИПЫ ДЛЯ КОМАНДНАБЛЮДАТЕЛЕЙ

В рамках нашей программы супервизорства мыначали размышлять над нашими размышлениями. То есть, после завершениятерапевтической встречи, каждый — терапевт, супервизор, команда и индивиды и семьи, с которыми мыработаем, по их желанию — делятся своими мыслями по поводу процесса в целом. *[В другихслучаях после терапевтических интервью мы задаем вопросы, побуждающие терапевтаи членов команды наблюдателей определить и деконструировать свою работу(Madigan, 1993; Neal, в печати). Мы предлагаем семье включиться в опрос. Этотпроцесс описан в Главе 10.]

Размышления над процессом нашей командывылились в список особых направляющих принципов, который приводится далее. Этипринципы не совсем оригинальны. Настоящий список начинается как выжимки изпредложений других людей, за которыми мы следовали, когда начали изучатьразмышляющие команды. Размышления наших обучающих команд и людей, которыеконсультировались с нами в течение нескольких лет, усовершенствовали их и будутпродолжать совершенствовать их так, чтобы они подходили для нашей локальнойкультуры.

Мы думаем, что для многих людейнаправляющие принципы подобного рода в особенности полезны на ранней стадии ихопыта в качестве членов команды наблюдателей. Направляющие принципы призваныпомогать людям реализовывать особые установки и позиции, и они представляютсобой лишь идеи, а неединственный способиспользования команды. Как только установки и позиции осмыслены, направляющиепринципы уже могут не играть важную роль.

Вот наши сегодняшние направляющиепринципы, снабженные комментариями:

1. Члены команды наблюдателей вместеучаствуют в беседе.

Когда мы впервые начали использоватькоманды, люди, наблюдая интервью, как правило, записывали несколько идей ипотом с нетерпением ждали шанса, чтобы вставить каждую из них в“обсуждение”. То, что, как представлялось, должно быть беседой, превращалось впоследовательность отрывочных идей. Хуже того, комментарии часто сталкивалисьдруг с другом как дисгармонирующие или конкурентные.

Некоторые члены команды пыталисьразговаривать сквозь зеркало — с семьей, а не друг с другом. Если команда располагалась впомещении для терапии, они прямо смотрели на членов семьи, игнорируя участниковкоманды.

Мы обнаружили, что реальная беседа друг сдругом имеет ряд преимуществ. Вероятно, наиболее значительное из них состоит втом, что у семьи появляется ощущение, что она может “подслушать” интригующуюбеседу о самих себе. Люди с наблюдательного пункта за зеркалом говорили нам,что реальную беседу гораздо увлекательнее слушать, чем последовательностьзаявлений, и что затянувшиеся обсуждения нескольких удачно выбранных вопросовгораздо более привлекательны, чем то, что часто ощущалось как бомбардировкамножеством вопросов и тем.

Когда члены команды искренне вовлекаютдруг друга в значимую беседу, у членов семьи есть выбор — реагировать или нет на то, чтоговорится. Прямой взгляд, с другой стороны, может восприниматься какпринуждение к реагированию (Hoffman, 1991).

Еще одно замечательное преимуществореальной беседы состоит в том, что идеи рождаются и развиваются вовзаимодействии членов команды. Члены команды, которые были вынуждены “выходитьхоть с чем-нибудь”, когда размышления состояли из последовательностиразрозненных заявлений, теперь расслабляются и убеждаются в том, что они смогутвнести свой вклад в развивающуюся беседу по мере того, как команда развиваетидеи и вопросы на основе нескольких наблюдений.

2. Члены команды не разговаривают зазеркалом.

Этот направляющий принцип объясняется, покрайней мере, тремя причинами. Во-первых, это помогает сохранять наши беседысвежими и чуткой к разнообразию возможностей. Когда какая-либо идея звучит зазеркалом, она может овладеть всеобщим вниманием и сфокусировать процессвыслушивания таким образом, что вместо многоголосной команды, мы выходим вобласть перед зеркалом с одним единственным голосом. Голос такого рода непредлагает выбора.

Во-вторых, мы хотим, чтобы семья былапривилегированным автором своих историй. Если бы нам пришлось комментироватьдруг друга в течение всего интервью, мы бы склонялись к тому, чтобы развиватьсвою собственную, частную версию истории и оказались бы вовлеченными в нее. Чтокасается команды, то перед ней бы стоял единственный выбор, касающийся такойистории: предложить ее семье или отказаться от нее. Было бы трудно предложитьисторию, в которую “вложились” все члены команды, не пытаясь ее “продать”. Еслиже мы решаем отказаться и не продавать ее, то нам не остается ничего, что бы мымогли предложить. Если, вместо этого, каждая идея, привнесенная в командноеобсуждение, остается частной, члены могут размышлять над ней, подвергать еесомнению, оставляя для семьи выбор: использовать ее для сплетания истории илинет.

В-третьих, разговор за зеркалом можетлегко принять неуважительный или патологизирующий характер. Проведение всехнаших бесед перед зеркалом помогает нам практиковать уважительные ине-патологизирующие способы разговора и мышления. Эти практики языка порождаютреальность, которую мы предпочитаем.

3. Мы пытаемся не инструктировать илинаправлять семью.

Вместо этого, мы стремимся к тому, чтобывыявить многообразие восприятий и конструкций так, чтобы члены семьи могливыбрать то, что им интересно или полезно. Мы задаем вопросы или предлагаем идеипредположительно, говоря отом, что нам хотелось бы знать (Мне интересно было быузнать...), или используя сослагательное наклонение(мог бы, возможно, может быть). Мы стремимся к тому, чтобы наши комментарии оставалисьбезоценочными. Мы интересуемся различиями или новыми происшествиями, вокругкоторых члены семьи по желанию могут представить смысл.

4. В основу наших комментариев мы кладемто, что действительно происходит в комнате для терапии.

Мы интересуемся и персонально реагируем навещи, которые действительно произошли в ходе интервью. Мы начинаем новые темы,ссылаясь на то, чему мы были свидетелями (“Я заметил, что Эрнестинсказала...”). Если у кого-то есть идея, но он не знает, какой ключ дала емусемья, чтобы навести на нее, команда побуждается поразмышлять о том, что втерапии могло вывести на эту идею.

5. Мы ориентируем свои идеи в пространственашего собственного опыта.

Мы описываем то, что в нашем личном ипрофессиональном опыте поддерживает наши идеи и заставляет нас выделять особыесобытия. Члены команды говорят как индивиды, а не как представители “знания”или “авторитета”. Это позволяет членам семьи понять, из чего мы исходим, исвободно приспособить наши идеи к своему опыту (White, 1991). Наширазъясняющие комментарии помогают сгладить иерархию и способствуют прозрачностипроцесса. Как пишут Дэвидсон, Лэкс, Луссарди, Миллер и Рато (1988, стр. 77),“не устанавливая рамок клинической нейтральности, команда наблюдателейвыдвигает на первый план осознание личной субъективности”.

6. Мы пытаемся реагировать накаждого члена семьи.

Опыт научил нас тому, что люди проявляютбольшую заинтересованность, если некоторые из комментариев команды касаются их.*[На первой терапевтической встрече с большой семьей, учебной группе в ЭЦСТ неудалось упомянуть в своих откликах семилетнего мальчика. Насколько намизвестно, он никогда больше не слушал размышления команды.] И мы не хотим,чтобы кто-то ощущал, что его оставили в стороне.

7. Мы нацелены на краткость.

В особенности, если в семье присутствуютмаленькие дети, важно, чтобы комментарии были краткими, интересными исодержательными. Но даже если наблюдение проводится над одними взрослыми,представляется, что членам команды лучше ошибаться, придерживаясь краткости,чем подолгу разглагольствовать без перерыва.

ПРАГМАТИКА КОМАНДЫ НАБЛЮДАТЕЛЕЙ

Мы проявляем достаточную гибкость вотношении числа людей в команде. Если ли мы работаем вместе лишь вдвоем, тотерапевт, который интервьюирует семью, интервьюирует другого терапевта поповоду его соображений. Мы видели, как команды из не менее чем дюжины людейфункционируют вполне хорошо, хотя не все высказываются каждый раз, когда такаякоманда отражает процесс. Том Андерсен (1987) писал, что он обнаружил, чтохорошо работает команда из трех человек потому что, пока двое обсуждают идею,третий может выдвинуть другую идею, внося свой вклад в беседу. Наши команды,как правило, состоят из 3-6 человек.

Команда может использоваться для однойконкретной встречи, в ходе всего терапевтического курса или время от времени.Мы считаем, что семьи почти всегда находят команды наблюдателей весьма ценными.Фактически, мы понимаем Майкла Уайта (1993), который спрашивал семьи сколькихвстреч стоит встреча с командой. Средний ответ был — четырех!

Прежде чем начинается встреча (это можетбыть одна из ранних встреч, первое интервью или разговор по телефону), мыпредлагаем возможность участия команды наблюдателей и объясняем, что это такое.Если семья соглашается, мы продолжаем работу. Мы приветствовали ли быиспользование команд каждый раз, когда мы проводим терапию, однако экономика иконфликты с расписанием не позволяют это осуществить. Вместо этого, мыиспользуем команды, (1) когда люди просят об этом (этот запрос обычно связан спрошлым опытом или рекомендациями друзей), (2) для обучения, (3) когда у насимеется терапевт со стороны, который тоже применяет нарративные идеи, и (4) дляконсультирования.

Если команда будет присутствовать в том жепомещении, что и семья, в начале первой встречи мы представляем семью членамкоманды. Если команда находится за зеркалом, мы обычно спрашиваем, желают личлены семьи встретиться с командой до начала встречи, или во времяпроцесса обсуждения. Некоторые люди чувствуют себя более комфортабельно, еслиони видели людей за зеркалом до начала интервью. Другие предпочитают невстречаться с членами команды, пока те не начнут делиться своимиразмышлениями.

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 52 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.