WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 41 | 42 || 44 | 45 |   ...   | 47 |

Согласно ее рассказу, мать ненавидела ее ссамого детства. Мать всегда пользовалась отсутствием отца, чтобы шлепать ее.Мать все время говорила ей, что она уродливая и у нее нет будущего, а ее отецнехороший и эгоистичный человек. Мать утверждала, что в молодости она былаочень красивой, но этот несчастный ребенок совершенно испортил всю ее красоту.Моя проблема состояла в том, чтобы научить девушку осознавать тот факт, что онабыла хорошенькой и она не должна переедать. Я выразил свое любопытство поповоду того, что за прекрасные бедра могут скрываться в этой обертке из жира.Поговорив с матерью, я узнал, что она не хотела ребенка и, когда оназабеременела, это не понравилось ни ей, ни ее мужу. Мать давала понять дочери,насколько нежеланным ребенком она была. Она даже смеялась, когда купала девочкуи называла ее при этом жирным и уродливым ребенком. Беседуя с дочерью о матери,я назвал мать жирной неряхой. Я спросил ее, почему бы, черт побери, ее отцу неприструнить эту жирную неряху, которая так пронзительно орет и бьет ребенка,который должен был быть порождением того, что называется счастливымисексуальными отношениями. Пока я говорил все это, пациентка напрягалась, когдаона напряглась в достаточной мере, я отвлек ее внимание, я спросил: "Удобно лилежит ваш локоть на поручне кресла" Таким образом я запускал поисковоеповедение. "Да, конечно, вы не можете найти поручень кресла, вы можете найтиего только лишь локтем. Поскольку вы можете найти его локтем, вы можете простонаслаждаться. Локоть может найти поручень кресла, а вы можете найти свойлокоть". Таким образом, я продолжал развивать ее способность к тактильнымощущениям.

Чтобы мобилизовать ее эмоции, я критиковалее мать, и, когда она в ответ на это достаточно напрягалась, я расслаблял ее,переключая ее внимание. Я не хотел возбуждать ее эмоции и поэтому позволял ейразрядить их так, как она этого хотела. Я мог мобилизовать эмоции, затемотвлечь ее и, таким образом, эмоции у нее появлялись только там, где мне этобыло нужно. Затем я снова начал критиковать ее мать, интенсифицируя ее эмоции,а затем снова отвлекал ее. Я мог сказать, что если бы ее отец хотел завестилюбовницу, когда жена отвергала его в сексуальном плане, я посчитал бы этотпоступок достойным одобрения.

Я мобилизовал ее эмоции и она могла связатьих с потребностями ее отца, а также с ее правами. Вся напряженность ее эмоцийсосредоточилась на праве ее отца вступить в сексуальные отношения с любойженщиной, которую он выберет, включая ее мать. В действительности, конечно, ееотец никогда не изменял жене, но мать не раз говорила пациентке, что он делаетэто постоянно. Возбуждая ее эмоции и упоминая затем права ее отца, я хотел,чтобы внутренне она встала на его защиту и на защиту его прав, идентифицируясьс ним таким образом. С матерью ей было трудно идентифицироваться, разве что вплане избыточного веса и других нехороших вещей. Но ее отец был хорошимчеловеком, и когда она начала защищать его права, то начала тем самымидентифицироваться со всеми его достоинствами. Вы начинаете защищать мои праваи что же происходит Вы становитесь моим союзником. Вы становитесь частьюменя.

При чтении этого описания представляется,что Эриксон сосредоточивается только на дочери, как могли бы это сделать идругие психотерапевты, игнорирующие семейный контекст. В той мере, в какой дочьбыла связана со своими родителями, она не могла достигнуть автономии, ненарушая жизни своих родителей. В подобных случаях, если состояние пациента илипациентки улучшается, родители обычно прерывают лечение, заболевают илиразводятся. И это не вопрос восприятия родителей дочерью, а их реальныежизненные реакции на ее выздоровление, которое привело бы к тому, что онаперестала бы быть средством коммуникации между ними. Однако Эриксон не простоработает с одной лишь дочерью. Работая с ней, он продолжает взаимодействовать сродителями, помогая им тем самым пережить выздоровление дочери. Он продолжалсвое описание так:

Я сказал отцу, чтобы он пока пожил отдельноот жены. Он мог время от времени возвращаться к ней, когда она находилась вхорошем расположении духа, и вступать с ней в сексуальные отношения. Он могоставаться даже неделю или две, если отношения оставались хорошими. Матьпрекрасно играла в гольф и во многих отношениях была прекрасным партнером. Яустроил так, что мать регулярно мне звонила, пока я лечил ее дочь. Онаиспользовала меня как некоторую фигуру отца, который мог разговаривать с нейстрого, но объективно. Когда она делала что-то плохое, она звонила мне ирассказывала об этом, а я должен был дать ей розг по телефону. Таким образом,работая с дочерью, я поддерживал контакт с ее родителями.

Я проделал большую работу, чтобы датьдевушке понять, что ее завернутое в жир тело прекрасно. Я мог хвалить ее тело,рассказывать, как оно прекрасно, хотя оно до сих пор было скрыто не только пододеждой, но и под слоем жира. Она не видела красоты своего тела, и ярассказывал ей об этом, потому что это было нечто абстрактное, о чем я могговорить свободно. Я дал хорошую нарцистическую оценку ее грудей, живота,бедер, бугорка Венеры, гладкой, мягкой кожи на внутренней поверхности бедер,скрытой под слоем жира. Я был очень заинтересован, чтобы обнаружить, что запрекрасная девушка скрывается под слоем жира. Сейчас она замужем, причемсчастливо, и летом у нее должен родиться ребенок. Она вышла замуж за приятногомолодого человека, и ее выбор я одобрил. Девушка спросила меня: "Должна ли япригласить на свадьбу мать" Она боялась, что мать устроит на свадьбеистерическую сцену с рыданиями. Она может начать поносить жениха и родителейжениха, а также собственного мужа. Но она считала, что должна пригласить мать.Я ответил: "Выложите матери все, как есть. Скажите ей, чтобы она села, заткнуларот и слушала вас: Затем с абсолютной решимостью вы объясните ей, что выприглашаете ее на свадьбу, но там она должна показать себя хорошей матерью, нохорошей согласно вашему определению, уравновешенной, прилично себя ведущей,вежливой". Девушка действительно выложила матери все как есть и та пришла вужас. На свадьбе мать вела себя превосходно.

Совершенно ясно, что подход Эриксона вданном случае состоит в том, чтобы провести семью через эту фазуразвития.

Вместо того, чтобы сосредоточитьсяисключительно на девушке, и заставить тем самым родителей прервать лечение,когда ей станет лучше, он сосредоточивается также и на ситуации родителей.Вместе с тем, он работает над недостатками девушки, устанавливает длительныеотношения с матерью и отцом, поддерживая их таким образом, и реорганизуетсупружеские отношения, заставляя отца выехать из дома, а затем появляться вдоме тогда, когда ему захочется. Вместо того, чтобы позволить родителямспонтанно разъехаться, когда девушка выздоровеет, что происходит во многихслучаях, Эриксон заранее устраивает разъезд, изымает девушку из семьи иустраивает ее брак, а затем снова соединяет родителей уже на новыхоснованиях.

Эриксон не собирает всю семью на регулярныевстречи, как это делают многие другие психотерапевты. Иногда он собирает всюсемью вместе, иногда нет. У истоков семейной психотерапии и они не достигнутвзаимопонимания. Когда этот подход оказался несостоятельным, многие семейныепсихотерапевты рекомендовали изымать ребенка из семьи, помещая его в нормальныеусловия жизни, например в отдельную квартиру или пансион (но не впсихиатрическую больницу) пока продолжался курс семейной терапии. Оказалось,что кризис, вызванный необходимостью отрыва юноши или девушки от семьи,невозможно разрешить простыми совместными беседами, если ребенок при этомостается жить дома. Эриксон учил в этих ситуациях выбирать подход, при которомсплоченность семьи не становилась главной целью в данной ситуации. В 1968 годуЭриксон опровергнул идею о том, что во время семейной психотерапии ребенкуследует жить в семье, "чтобы он мог научиться иначе взаимодействовать со своимиродителями". Он тогда сказал: "Может молодой человек или молодая девушкаоставаться жить в такой семье и при этом действительно научитьсявзаимодействовать со своими родителями по-другому В течение всей своей жизнион учился тому, как не взаимодействовать с ними продуктивно и успешно. Ведь онприобрел столько тонких навыков и овладел таким огромным количеством способовнепродуктивного взаимодействия с ними. Обычно я организую ситуацию так, чтомолодой человек покидает семью в то время, как я продолжаю иметь дело сродителями".

Иногда Эриксон встречается со всей семьейдля того, чтобы изменить способ взаимодействия ребенка и родителей, хотя чащевсего он встречается с ними отдельно и очень редко — вместе. Из примера, в которомЭриксон работал сразу с несколькими членами семьи, решая при этом относительнолегкую проблему, видно, как быстро он заставил родителей и молодую девушкувзаимодействовать более зрелым образом, уважая при этом друг друга.

Ко мне пришли отец, мать и дочь и япригласил их всех вместе зайти в кабинет. Остальные дети в этой семье выросли ижили отдельно. Это была самая младшая дочь и она обладала самым бурнымтемпераментом, какой только можно представить. Родители тоже выражали своиэмоции самым бурным способом и все трое были совершенно не способны слушатьдруг друга.

Когда я увидел все это, я попросил их сестьи говорить по одному. Я добавил, что когда говорит один человек, у остальныхдвух должны быть закрыты рты. Я попросил дать полный отчет по ситуации, сначалаотца, затем мать и дочь. Сейчас я не помню в точности порядок, в котором язахотел их выслушать —иногда я варьирую этот порядок. Но в данном случае мне было нужно, чтобы дочьвысказалась последней.

Итак, каждый из них выразил свои чувства, аостальные двое слушали. Затем я сказал: "Хорошо, дайте мне подумать". Черезпару минут я повернулся к дочери и сказал: "А сейчас я даю тебе пять или десятьминут, ты можешь понаблюдать за минутной стрелкой на часах. Продумай все, чтоты хочешь сказать своим родителям, приятное, неприятное, нейтральное и продумайтакже, в каком порядке ты будешь все это говорить. Выскажись откровенно, прямои честно. Я тоже буду наблюдать за часами. Это займет у тебя около десятиминут. Я считаю, что для размышления тебе будет достаточно этого времени. Тогдаты будешь знать, как ты используешь последующие десять минут".

Предполагалось, что я заставил ее подумать,что она хочет сказать, но в действительности я менял ситуацию. Фактически ясказал: "Когда истекут десять минут, ты будешь знать, что ты, будешь делать впоследующие десять минут". И девушка изменилась именно таким образом.

По истечении десяти минут она сказала: "Яуже сказала все, что хотела им сказать, а они даже не слушали меня. Но онизнают, что я это сказала, и я тоже знаю об этом. Нет смысла все это повторять".Я сказал девушке: "Не возражаете ли вы против того, чтобы выйти и подождать вдругой комнате" Она вышла, а я обратился к родителям:

"Совпадает ли с вашим мнением то, чтосказала ваша дочь Она сказала, что уже высказала все, что имела сказать, вы еене слушали и потому нет смысла это повторять". Затем я добавил: "А сейчасоставайтесь спокойными и продумайте это. Когда истекут пять минут, вы будетезнать как вести себя в течение последующих пяти минут". Девушке я дал десятьминут, а родителям только пять, как бы соглашаясь с ними, что они ужевзрослые.

После того, как пять минут истекли, они всущности сказала: "Если только как следует подумать, каких мы тут глупостейнаговорили и каких эмоций навыражали, то станет ясно, что ни один из нас неуважает остальных. Никто из нас в этом кабинете не проявил никакого уважениядруг к другу. Вы оказались единственным человеком, проявившимуважение".

Я ответил: "Должны ли мы сообщать вашемнение дочери" Они сказали, что она это знает так же, как это знаютони.

Я позвал дочь и сказал: "Твои родителисчитают, что сейчас вам всем стоит пойти домой. Они сказали, что знают теперь,что им следует делать, а ты знаешь, что следует делать тебе. Они считают тебятакой же умной, как и они сами".

Я встречался с этой семьей единственныйраз. Но из других. источников я знал, что с тех пор у девушки было все в.порядке.

Преувеличенная забота и сверхпротективностьродителей обычно мешают ребенку достичь независимости и начатьвзаимодействовать с ними, как с равными. Наиболее деструктивными родителямиявляются не те, кто плохо относятся к ребенку, а те, кто относятся к немуслишком снисходительно и протективно, в таких условиях ребенку очень трудностать независимым. Чем более благожелательны родители и чем больше они помогаютребенку на этой стадии жизненного цикла семьи, тем более трудной становитсяпсихотерапевтическая задача отучения детей и родителей друг от друга. Следующийнеудачный случай вмешательства иллюстрирует типичную проблему.

Мне позвонил один врач и попросил, чтобы япосмотрел его сына, который учился в старших классах и с которым родителиперестали справляться. Они купили ему машину, стереоустановку, цветнойтелевизор, давали ему большие суммы денег на карманные расходы, но мальчикстановился все более требовательным, эгоистичным и деструктивным по отношениюко всей семье.

Я пообещал встретиться с мальчиком хотя быраз в присутствии родителей. Они привели его ко мне. Я попросил его сесть,закрыть рот и услышать от родителей все самое худшее, что они могли о немсказать. Они неохотно рассказали мне о его плохом поведении. Пока они говорили,лицо мальчика выражало полнейшее удовлетворение. Я спросил его:

"Были ли они честны и точны, рассказываявсе это"

Мальчик ответил: "Да нет, черт побери, онипропустили массу вещей, потому что им было стыдно об этом рассказывать. Яразорвал панталоны матери, выкрикивал все непечатные слова, которые толькомогли прийти мне в голову, и я пописал в кастрюлю с ужином. И знаете, что вответ на это делает мой старик Он дает мне пять или десять долларов, а матьплачет".

Я ответил: "Видишь ли, твои родители хотят,чтобы я взял тебя на лечение. Я не твой отец и не твоя мать. И я не могусправиться с тобой в физическом отношении. Но ты сможешь обнаружить, что моймозг работает гораздо лучше и быстрее, чем твой. А сейчас, если ты хочешь бытьмоим пациентом, ты должен будешь принять некоторые условия. Я совершенно несобираюсь относиться к тебе по-доброму, как это делают твои отец и мать. Онихотят уехать в отпуск. Они уедут на две недели, а ты останешься и будешь моимпациентом. Ты будешь жить в хорошем отеле, недалеко отсюда. Ты будешь платитьза жилье 145 долларов в месяц и заказывать там любую еду, которую ты захочешь.Ты сможешь жить, Райли. Но каждый день ты будешь приходить ко мне на час, надва. И посмотрим, сможешь ли ты вынести некоторые вещи, которые я тебе скажуспокойно и объективно. Я не считаю, что тебе что-либо из этих вещей понравится.А сейчас я хочу знать, сможешь ли ты вытерпеть со мной две недели, пока твоиродители будут в отпуске"

Он ответил: "Я могу попытаться. С жильем ис едой понятно, а как быть с остальными деньгами"

Pages:     | 1 |   ...   | 41 | 42 || 44 | 45 |   ...   | 47 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.