WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 39 | 40 || 42 | 43 |   ...   | 48 |

В «Толковом словаре» В. И. Даля понятиеодаренности не определяется, что заставляет думать о более позднем егопроисхождении, но в объяснении слова «обдарить» Даль приводит примеры именно кпонятию одаренности: «Бог одаряет каждого по потребе. Он одарил человекаразумом и совестью. Не все одарены равными способностями», замечая, что этотглагол «принадлежит к речи более высокой». Слово «даровитый» Даль определяетименно как «одаренный способностями», «человек с дарованием», а «даровитость»— как «свойство,качество даровитого, талант». «Дарование» прямо отождествляется Далем сословами: «талант, способность к чему, природная наклонность и уменье».«Способность» определяется как качество: «способный — умственно одаренный илиразвитой; способный к математике, живописи — склонный к сему и понятливый,умственно одаренный или развитой...» Склонность же производится от глагола«склоняться», как «готовый, способный к чему-либо».

В появившемся на 60 лет позднее «Толковомсловаре русского языка» под редакцией проф. Д. Н. Ушакова способностьопределяется как «природное дарование, склонность же определяется как«расположение к чему-нибудь, влечение, отличающееся постоянством»(1940).

У Даля так же, как и у Ушакова,способность в значительной степени отождествляется со склонностью, что требуетспециального освещения вопроса о соотношении склонностей и способностей. ВБольшой советской энциклопедии Б. М. Теплов определяет способность какиндивидуальную особенность человека, являющуюся условием успешного выполнениякакой-либо деятельности.

Основатель дифференциальной психологии В.Штерн различал способности (Fahigkeit) и готовности к реализации тех или иныхсторон деятельности (Fertigkeit) как осуществленные в опыте возможности. Онговорил о способностях и одаренности как о «диспозициях оснащенности»—Rustungsdispositionen и о диспозициях направленности — Richtungsdispositionen каксклонностях характера. Все это значительно отразилось на последующейлитературе. Однако В. Штерн не установил генетической, логической ифизиологической связи между перечисленными понятиями.

50 лет спустя вышла монография крупнейшегосовременного зарубежного психолога Г. Ревеша, посвященная проблеме таланта игения (G. Revesz, 1952). В ней имеется много разносторонних, отчастифактических, отчасти умозрительных, данных по этому вопросу, но почти совсем неуделено внимания проблеме соотношения способности и склонности. [См.критический анализ работы Г. Ревеша в статье А. В. Ярмоленко(1957).]

В этой крупнейшей из монографий последнеговремени по проблеме личности — «Гений и талант» — Ревеш определяет одаренность как «врожденную, развитую вупражнении способность превзойти средние достижения в определенной областидеятельности, достичь успехов выше средних». Не разделяя понятий одаренности испособности, он делает акцент на врожденности одаренности, на ограничении ролиприжизненного опыта лишь развитием и упражнением (1952, с. 19). В этомопределении важно сравнение достижений одаренного человека и человека среднихспособностей.

Один из крупнейших русских психологов ихарактерологов А. Ф. Лазурский также отождествлял способность и наклонность,рассматривая то и другое как возможность проявления того или иного свойствахарактера (1908). Очевидно, способность бралась им в самом широком смысле,далеком от общеупотребляемого понимания и не отличающем наклонностей (илисклонностей) от способностей.

В наиболее полном советском руководстве попсихологии С. Л. Рубинштейна тоже почти не уделено внимания этому вопросу. Оспособностях упоминается между прочим, причем указывается, что склонностиобычно совпадают со способностями, но иногда и не совпадают с ними.

В своей работе «Бытие и сознание» (1958)С. Л. Рубинштейн детально исследует понятие способности. Существеннымпредставляется то, что он говорит: 1) о психических свойствах как оспособностях; 2) о способности как о «комплексе психических свойств, делающихчеловека пригодным к определенному, исторически сложившемуся виду общественнополезной деятельности»; 3) о способности как о закрепленной в индивиде системеобобщенных психических деятельностей; 4) как об одном из двух регулятивныхаспектов психики. С. Л. Рубинштейн считает, что природная способностьпредставляет «не просто возможность», а «реальную способность», что«психический процесс переходит в способность» и, наконец, что «для формированиясколько-нибудь значительной способности нужно прежде всего создать жизненнуюпотребность».

Наконец, коснемся последних изданийучебников психологии под ред. А. А. Смирнова (см.: Психология: Учебник для пед.институтов / Под ред. А. А. Смирнова, 1956) и Г. С. Костюка (см.: Психология /Под ред. Г. С. Костюка, 1957). В первом проблема способностей являетсяпредметом социального рассмотрения. Указывая на частое совпадение способностейи наклонностей, автор главы (Н. С. Лейтес) отмечает и их расхождение,объяснимое тем, что при отсутствии способности склонность обусловлена внешнимимотивами, например, надеждой выдвинуться в данной деятельности.

В украинском учебнике психологии разделспособностей написан редактором Г. С. Костюком, определяющим способности как«одну из основных черт личности человека», как «стойкие особенности человека,выявляющиеся в его учебной, трудовой и других видах деятельности, будучинеобходимым условием успеха». Характеризуя способности человека, автор «судит оних, исходя из тех требований, которые ставит ему учебная, трудовая, научная ивсякая другая деятельность, оценивая человека как активного деятеля, создателяматериальных и духовных ценностей».

Резюмируя кратко современные научныеданные, можно сказать, что вопросы о способностях и склонностях нередкосмешиваются. В психологической литературе этому соотношению достаточноговнимания не уделяется или только указывается на частое совпадение склонностей испособностей, однако детального анализа внутренней связи того и другого понятияне дается.

Разрабатывая вопросы психологии на основепринципа единства индивида и условий, нельзя рассматривать проблемуспособностей вне системы отношений человека как субъекта деятеля к объективнойдействительности. Человек является частью природы, наиболее активно исозидательно преобразующей природу в соответствии со своими потребностями. Ноотдельный человек как часть целого человеческого общества, коллективаопределяется в его отношениях и в его связи с коллективом, местом в коллективе,причем его потребности возникают и проявляются в соотношении с требованиямиколлектива. Иногда в жизни, художественной литературе, психологии говорят отребованиях жизни, но нет надобности особенно доказывать, что требования жизнивыражают требования общества, т.е. коллектива. Соответственно этому ипотребности отдельного человека определяют его деятельность и поведение в связии в соотношении с требованиями окружающего. Мы рассматриваем потребностикак вид отношений, в которых наиболее активнопроявляются импульсы человека к преобразующей деятельности. Этот инициативный вид отношений, являясь следствием условий жизнии деятельности человека, наряду с требованиями жизни представляет существенныйисточник проявления и развития всех видов деятельности человека.

В связи с этим возникает вопрос,развиваются ли способности человека Зреют ли они, формируются ли На первыйвзгляд необычность этого вопроса заключается в том, что все развивается, аследовательно, развиваются и способности.

Если исходить из того, что слово«способность» происходит от прилагательного «способный», т.е. «годный илиподходящий для того или иного дела», то нет никакого сомнения в жизненнойоправданности этого понятия и в его нужности. Очевидно, в обиходе и даже в рядетеоретических исследований это понятие и нужно, и полезно. Но когда возникаетвопрос о его психологическом или физиологическом понимании, естественно,необходимо ответить, насколько и каким фактам жизни соответствуют понятияспособности и ее развития.

Несмотря на то, что психология преодолеластарую теорию способностей, и сейчас возникает вопрос, насколько преодоленыметафизика и «робинзонада» в понимании способностей. Может быть, подобнопонятию о душе, не исключается пользование этим понятием в обиходе так же, каки терминами «душевный» или «духовный», но требуются определенные оговорки ипояснения для пользования ими в науке.

Установлен факт образования потенциальныхпонятий из процессуальных. Вся система характерологии представляет отвлечениесвойств характера от реальных поступков и реакций. Практика, выдвинувшаядифференциально-психологические задачи, потребовала ответа на вопрос, чегоможно ожидать от данного человека в смысле его продуктивности, а это привело копределению процессуальных особенностей его поведения как потенциальныхвозможностей. Так, человек, проявляющий энергичную деятельность, определен какдеятельный или способный к энергичной деятельности, обнаруживающий высокиепродуктивные результаты деятельности, как способный и т.д.

Как известно, В. Штерн разделялпсихологические понятия на феномены, акты и диспозиции. Способности он относилк диспозиции. Развитие способностей определял как их созревание. Однако иотнесение к диспозиции, и представление о созревании являются ошибочными.Представление о диспозиции в отрыве способностей от объективных условий так же,как растительно-биологическое представление о созревании, не соответствуетприроде изучаемых явлений. Даже понятие о развитии как функционально-опытномросте подходит только для биологических объектов.

Развитие человека и всех сторон егопсихики, в том числе и способностей, не ограничивается созреванием ифункционально-опытным ростом и, включая их, не исчерпывается ими. Характерным испецифичным для развития является рост преобразовательного овладениядействительностью, доступный только человеку.

При любом понимании развития, определяяпонятие способности, мы основываемся только на фактах продуктивнойдеятельности, на динамике процесса овладения деятельностью, иначе, науспешности усвоения умений и знаний. Понятие способности возникает лишь присопоставлении результатов деятельности с усилиями индивида и соответствия ихрезультата с общественными требованиями, возникшими в процессе историческогоразвития этой деятельности.

Отсюда и возникает опасность прямогоумозаключения от свойства процесса к свойству способности. Так, метафизикиутверждали, что дерево горит потому, что в нем сила или способность горения.Старое учение о способностях представляло яркое выражение этоговербально-схоластического подхода к жизненным фактам.

Распространенное в психологиипротивопоставление способностей знаниям, умениям, навыкам заставляет соотноситьпродуктивность и уровень деятельности с условиями и ходом приобретения опыта(навыков, знаний, умения). При этом сравнение способностей разных лиц, споправкой на роль знаний и умений, и абстракция от реальных условий,определяющих дееспособность личности или препятствующих ей, дает основание длязаключения о способностях. Совершенно очевидно, что способность выступает некак непосредственный отражаемый сигналами психологический факт, а как сложныйопосредованный результат сравнения и оценки.

Поэтому нужно подчеркнуть, что способностьне является обычным психологическим фактом, отражающимся в непосредственномпереживании. В отличие от психологических процессов — восприятия, внимания, мышления идр. — способности неимеют непосредственного субъективного отражения, не переживаются, а являютсяпродуктом опосредованного заключения. Это умозаключение в метафизическиидеалистическом плане основывается на приписывании внешних объективных фактоввнутренним духовным силам или на отнесении их непосредственно за счет свойствмозга в механической метафизике наивной фенологии или психоморфологии. Всякийпродукт психической деятельности является показателем не, только внутреннихданных, но и их соотношения с внешними объективными условиями, которые лежат воснове этих внутренних данных в прошлом и соотносятся с ними в процесседеятельности.

Степень способности человека признаетсянами тем выше, чем более неблагоприятны были обстоятельства, вопреки которымчеловек обнаружил те или иные успехи. Этот важный факт не опровергает, однако,того, что человек получает возможности развития в своей среде. Он показываетлишь огромную пластичность психики и мозга, настойчивость и продуктивность, скоторой даже в самых скудных и неблагоприятных условиях талантливый человекизвлекает из минимума внешних возможностей максимум эффекта.

Таким образом, наше суждение оспособностях строится на успешном развитии деятельности и высоких еепоказателях. В этих и только в этих реальных фактах и достижениях деятельностизаключается психологическая основа убеждения в способностичеловека.

Если от психологических фактов перейти кпредположению о физиологических свойствах мозга, то и здесь можно сказать, чтодеятельность мозга в одном случае обеспечила, а в другом не обеспечила высокихпоказателей деятельности. Но это является, скорее, не фактическим, а логическимзаключением об особенностях мозга, которые, в свою очередь, зависят от общихвнешних жизненных условий, от состояния всех физиологических систем организма.Односторонне морфологические попытки понимания вопроса остались, как известно,без успеха. Но и в физиологии не имеется определенных неврофизиологическихданных.

В сравнительно-генетическом плане можноговорить и о способностях животных. Так, И. П. Павлов, уделив много вниманиявопросу о типах высшей нервной деятельности животных и человека, хотя и малоостановился на важной типологической проблеме способностей, однако в егобогатом материале можно найти и некоторые данные по этому вопросу. Животные,изучавшиеся в лабораториях И. П. Павлова, обнаруживали разную успешность врешении задач. И. П. Павлов охарактеризовал одну из собак, легко разрешавшуюлюбую задачу, как «гиганта нервной силы». Здесь понятие силы не совпадает спонятием выносливости как работоспособности, прямым образом характеризующейсилу нервных процессов. Можно ли сказать, что способность соответствуетподвижности нервных процессов Мерой подвижности является легкость образованиясвязей и перестройки нервных процессов, прежде всего превращение условноговозбудителя в тормоз, и наоборот. Однако, как показывают опыты школы И. П.Павлова, затруднения в ряде испытаний зависят от соотношения процессоввозбуждения и торможения, и для возбудимых животных оказывается трудной задачавнутреннего торможения, тогда как для маловозбудимых она оказывается болеелегкой.

Pages:     | 1 |   ...   | 39 | 40 || 42 | 43 |   ...   | 48 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.