WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 39 | 40 || 42 | 43 |   ...   | 49 |

Конечно, все это имело непосредственноеотношение к разочарованию в матери. В детстве она с определенного моментаоставляла его без внимания, плохо обращалась, часто била. Нередко случалось,что мой будущий пациент ожидал от матери чего-то очень хорошего, а происходилонечто прямо противоположное. Теперь стала понятна его осторожность. Он никомуне верил, он не хотел быть пойманным. Вот какова была глубочайшая причина егоповерхностности, его страха перед преданностью делу, перед взятием на себяделовых обязательств и т. д. Когда мы проработали эту связь, сущность больногоизменилась поразительным образом. Его поверхностность исчезла, он сталсерьезен. Серьезность проявилась внезапно во время одного сеанса. Пациентсказал буквально следующее: «Я ничего не понимаю, все стало вдруг такимсмертельно серьезным». Это не было, к примеру, воспоминанием о серьезнойэмоциональной позиции, занятой когда-то в детстве, — он действительно изменился отповерхностности к серьезности. Стало ясно, что его болезненное отношение кженщинам, то есть страх соединиться с женщиной, проявить преданность ей,был связан со страхом, ставшим элементом егопсихической структуры и коренившимся в характере.Женщины усиленно искали расположения этого мужчины, чем он пользовался наудивление редко.

С этого момента быстро и заметно усилилисьтелесные импульсы «течения» сначала в животе, потом в ногах и верхней частитела. Он описывал ощущения не просто как течение, а как нечто сладострастное,«сладкое». Такое случалось особенно в тех случаях, когда сильные и быстрыесокращения живота следовали друг за другом.

Здесь надо задержаться на некоторое время,чтобы обрести ясность относительно ситуации, в которой находилсяпациент.

Сокращения живота представляли собой не чтоиное, как выражение снятия тонического напряжения мускулатуры брюшной стенки.Все действие в целом имело рефлекторный характер. При легком ударе по брюшнойстенке сразу же начинались сокращения. После нескольких сокращений брюшнаястенка была мягкой и глубоко вдавливалась, до этого она была жестко напряженнойи характеризовалась явлением, которое я хотел бы назвать брюшной защитой, пока еще не вкладывая вэто понятие четкого смысла. Оно констатируется у всех людей, страдающихневрозами, когда больных просят сделать глубокий вдох и при этом брюшная стенкаслегка вдавливается у отверстия обеих реберных дуг на расстоянии 3 см нижеконца грудного хряща. При этом ощущается жесткое сопротивление внутри живота,или же больные говорят о боли наподобие той, которую вызывает давление наяичко. Взгляд на положение кишечника и солнечного сплетения вегетативнойнервной системы показывает нам в связи с явлениями, которые еще предстоитназвать, что напряжение живота имеет функцию окружения солнечного сплетения.Возникает давление, действующее с брюшной стенки насолнечное сплетение. Ту же функцию выполняетнапряженная и опустившаяся диафрагма. Типичен и этот симптом. У всех безисключения невротиков можно обнаружить тоническую контрактуру диафрагмы.Она выражается в способности пациента дышатьтолько плоско и прерывисто. При выдохе диафрагма поднимается, изменяется давление на органы,лежащие под ней, в том числе и на солнечное сплетение. С расслаблениемдиафрагмы и мускулатуры брюшной стенки связано, очевидно, новое освобождениевегетативного сплетения от давления, обременяющего его. Это выражается ввозникновении ощущения, подобного испытываемому при качке, подъеме на лифте илипадении на надчревную область.

Основываясь на своем опыте, я долженпредположить, что речь идет в данном случае о чрезвычайно важном явлении.Большая часть пациентов вспоминала, что они детьми упражнялись в сдерживании иподавлении ощущений, особенно сильно дающих себя знать вместе со страхом илияростью.

Они спонтаннонаучились сдерживать дыхание и втягивать живот. Понимание напряжения солнечного сплетения необходимо длядальнейшего хода лечения нашего пациента. То, что последовало теперь, полностьюсогласовывалось с вышеописанным предположением и подтверждало его. Чемнастойчивее я заставлял пациента наблюдать за положением мускулатуры в верхнейобласти живота и описывать его, тем интенсивнее становились сокращения, темсильнее становились ощущения течения после прекращения конвульсий, тем болеераспространялись волнообразные, змееподобные движения тела. Но таз все ещесохранял неподвижность до тех пор, пока я не начал доводить до сознаниябольного судорожное сокращение тазовой мускулатуры. При сокращениях вся нижняячасть тела подавалась вперед, но таз все еще оставался неподвижен. Я призвалбольного обратить внимание на торможения, препятствовавшие движению таза.Прошло примерно две недели, прежде чем он полностью постиг мышечное торможениетаза и преодолел препятствие. Пациент постепенно научился включать таз всокращение. Теперь и в гениталиях появились ощущениятечения, которых он раньше ни разу не испытывал. Вовремя сеанса больной испытал эрекцию и мощный импульс к эякуляции. Теперь сокращения таза, верхней части туловища и живота стали темиже, которые возникают и переживаются при оргастическом клонусе.

С этого момента работа концентрировалась намаксимально точном описании позиции больного во время полового акта. Выяснилосьто, что встречается не только у всех невротиков, но и у большинства людейобоего пола: движение при половом акте искусственнофорсируется, причем партнеры этого не знают. Обычнодвигается не таз сам по себе, а одновременно живот, таз и бедра. Это несоответствует естественному вегетативному движению таза при половом акте ивызывает торможение оргастического рефлекса. Оно, в отличие от рефлекторногоакта, произвольно. Его функция заключается в снижении или полном подавленииоргастического ощущения течения в половых органах. Исходя из этого опыта, я могтеперь быстро продвинуться в работе с пациентом. Оказалось, что он постояннодержал дно таза сильно напряженным. Только теперь я понял ошибку, в которуювпал прежде. Пытаясь до сих пор устранить оргастические торможения, я, правда,лечил конграктуру дна таза и пытался снять ее, но это вновь и вновь вызывало уменя впечатление о недостаточности сделанного, о том, что результат в чем-то неполон. Теперь я понял: диафрагма давила сверху насолнечное сплетение, брюшные стенки — спереди и сжатие всего дна тазаимело целью существенно сузить снизу брюшное пространство. Позже я вернусь к значению этого факта для возникновения изакрепления невротических ситуаций.

Прошло еще несколько недель, и мне удалосьполностью снять с пациента мышечный панцирь. По мере того как в гениталияхусиливались ощущения течения, изолированные сокращения живота слабели.Увеличивалась серьезность его эмоциональной жизни. В этой связи пациентвспомнил о переживании, которое он испытал на втором году жизни.

Лето. Они с матерью одни на даче. Светлаялетняя ночь. Мать глубоко дышит во сне, снаружи слышится равномерный плескволн. Было то же самое очень серьезное, печально-меланхолическое настроение,которое чувствовалось и сейчас. Можно сказать, что он вспоминал об одной изситуаций самого раннего детства, когда еще допускал вегетативную(оргастическую) тоску. После разочарования в матери, происшедшего в пять лет,он боролся против своей предшествующей вегетативной жизни, стал холодным,поверхностным, короче говоря, сформировался тот характер, с которым я имелдело, начиная анализ. После этого рассказа усилилось чувство «странногоконтакта с миром». Он уверял меня в полной тождественности той эмоциональнойсерьезности, которая владела им теперь, с ощущением, испытанным им совсеммаленьким мальчиком рядом с матерью, особенно в ту ночь. Он описывал этоощущение следующим образом: «Я был словно непосредственно связан с миром.Казалось, будто колебалось все во мне и вне меня, будто все привлекательноепоявлялось медленно, наподобие волн. Я ощущал нечто вроде защитной оболочкивокруг ребенка. Просто невероятно, как я чувствую теперь глубину мира». Мне непонадобилось даже объяснять пациенту то, что он понял: связь с матерью — то же, что связь с природой. Отождествление матери с Землей или мировым пространствомприобретает глубокий смысл, если его понимают, исходя из вегетативного созвучиямежду «Я» и миром.

В один из следующих дней пациент пережилтяжелый приступ страха. Он вскочил с болезненно распахнутым ртом. На лбувыступили капли пота, а мускулатура была очень сильно напряжена. Вгаллюцинациях он воображал себя животным — обезьяной, при этом рукабольного полностью уподобилась скрюченной обезьяньей руке и из груди онисторгал такие звуки, как сам потом сказал, «будто у него не было голосовыхсвязок». Он чувствовал себя так, словно кто-то подошел совсем близко и угрожалему. Потом больной крикнул, как в трансе: «Да не злись, я хочу толькопососать». Приступ страха постепенно прошел, пациент успокоился, и затем мыпроработали случившееся. При этом он вспомнил наряду со многим прочим, чтопримерно в два года он впервые увидел «Жизнь животных» Брэма. Он не помнил,возникал ли тогда тот же страх, но страх, несомненно, соответствовал тогдашнемупереживанию: он рассматривал гориллу с большим восхищением и удивлением.

Страх, не получивший тогда развития, тем неменее господствовал над ним всю жизнь. Теперь он вырвался. Горилла представляласобой отца —угрожающий образ, который хотел помешать сосанию. Следовательно, его отношениек матери оставалось фиксированным на определенной стадии и в форме сосательныхдвижений рта прорвалось сразу же при начале лечения, но только после осмысленияситуации всего мышечного панциря, в который был заключен характер пациента, этоспонтанно стало ему понятным. Не было необходимости в течение пяти лет искать спомощью следов воспоминаний источник этого переживания. В момент лечения передомной предстал младенец с соответствующим выражением лица, только что испытавшийстрах.

Я могу сократить описание. Послеосвобождения от разочарования в матери и следовавшего отсюда страха передсамоотречением генитальное возбуждение резко возросло. Прошло всего несколькодней, и недавний больной познакомился с милой молодой женщиной, с которой унего быстро и без затруднений установились самые близкие отношения. Совершиввторой или третий половой акт со своей возлюбленной, он, сияя, пришел ко мне иудивленно сообщил, что при этом таз «гак странно двигался сам собой». При более точном описаниивыяснилось, что пациент еще испытывал легкое торможение в моментсемяизвержения. Но, так как движение таза стало свободным, ликвидацияпоследнего признака болезни стоила совсем небольших усилий. Все дело былотеперь в том, чтобы он в момент семяизвержения не останавливался, а могполностью ввериться вегетативной моторике. Пациент ни мгновения не сомневался втом, что сокращения, которые охватывали его во время лечения, были не чем иным,как сдержанными вегетативными (оргастическими)движениями при совокуплении.

Но, как выяснилось позже, рефлекс не сталпроявляться совершенно беспрепятственно. Сокращения еще оставалисьтолчкообразными, сохранялся сильный страх перед непроизвольным откидываниемголовы назад, то есть перед позицией самоотречения. Прошло еще немного временидо тех пор, пока пациент сменил сопротивление на мягкие гармоничные движения.Теперь было покончено и с остатком нарушений, который прежде не проявлялся стакой отчетливостью. Жесткая, напоминавшая удары форма сокращений сопутствовалапсихической позиции, которая формулировалась следующим образом: «Мужчина жестоки неуступчив, всякая готовность отдаться — женское свойство». Вслед заосознанием ошибочности этой позиции ликвидировался и уходивший корнями вдетство конфликт с отцом. С одной стороны, больной чувствовал, что отецзащищает его и обеспечивает ему безопасность. При любой сколь угодно труднойситуации он имел возможность «отступления» в родительский дом. Но одновременноон стремился к самостоятельности и независимости от отца, ощущая своюпотребность в защите как нечто женственное и желая избавиться отнее.

Так друг другу противостояли стремление ксамостоятельности и пассивно-феминистическая потребность в защите. Обапроявлялись в форме рефлекса оргазма. Разрешение психического конфликта последовалоодновременно с устранением жесткой, подобной удару, формы рефлекса и его«разоблачения» как отпора мягкому отдающемуся движению. Когда пациент сампережил в рефлексе самоотречение, его охватило сильное замешательство. «Яникогда бы не подумал, — сказал он, — что мужчина может отдаваться. Я всегда считал такое действиепризнаком женской сексуальности». Следовательно, его собственная женственность,которой он давал отпор, была связана с естественной формой оргастическогосамоотречения, из-за чего это последнее и нарушалось. Интересно, как впсихической структуре больною отражалась и закреплялась двойная общественнаямораль. В официальных общественных воззрениях «отдаваться» — эмоциональная характеристикаженщины, а быть «неуступчиво жестким» — мужчины. Общественная идеологияне в силах представить себе самостоятельного человека отдающимся, а отдающегосячеловека —самостоятельным. Подобно тому, как женщины в соответствии с этимотождествлением хотят протестовать против своей женственности и бытьмужественными, так и мужчины защищаются от своего естественного сексуальногоритма из страха показаться женственными. Отсюда и черпает свое мнимоеоправдание различный подход к сексуальной жизни мужчины и женщины.

В последующие месяцы произошлосовершенствование каждой черты характера пациента. Он перестал пить без меры,но в компании, бывало, не отказывался от спиртного. Сначала ему удалось сделатьболее сносными отношения со своей женой, но потом он связал жизнь с другойженщиной и, полный интереса к жизни и воодушевления, приступил к новойработе.

Поверхностность полностью исчезла. Теперьэтот человек не мог, как раньше, вести праздные беседы в ресторанах илипредаваться другим столь же бессодержательным занятиям. Я хотел бы со всейнастоятельностью подчеркнуть, что мне и в голову не приходило осуществлятьморальное руководство пациентом или как-то влиять на него. Я сам был ошарашенспонтанным изменением его сущности в направлении к серьезности и деловитости.Теперь он постиг основные понятия сексуальной экономики не столько в результатесвоего действительно длительного лечения, но — и это можно утверждать соспокойной совестью —стихийно, благодаря изменению структуры характера, новому телесному ощущению,встав на точку зрения вновьобретенной вегетативной подвижности.

Я практикую технику вегетотерапии уже напротяжении шести лет, применяя ее по отношению к студентам и больным, и могуконстатировать, что она представляет собой важное завоевание при леченииневрозов характера. Результаты лечения лучше, чем прежде, а само оно занимаетменьше времени. Некоторые врачи и педагоги уже овладели техникой вегетотерапии,основанной на анализе характера.

4. Создание естественногодыхания.

Pages:     | 1 |   ...   | 39 | 40 || 42 | 43 |   ...   | 49 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.