WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 37 | 38 || 40 | 41 |   ...   | 49 |

Напрасны будут попытки громко и звучноговорить в таком состоянии. Такие состояния формируются у детей уже в раннемвозрасте, если они принуждены подавлять резкие импульсы плача. Длительнаяконцентрация внимания на определенной части тела всегда имеет своим следствиемфиксацию соответствующей иннервации. Если соответствующая поза совпадает с той,которая принимается в другой ситуации, то часто возникает соединение двухфункций друг с другом. Я особенно часто встречал соединение тошноты с импульсом плача. Более детальныеисследования показывают, что оба эти явления обусловливают примерно одинаковоеположение мышц дна рта. Совершенно бесперспективной будет попытка устранениятошноты, если не снять напряжения дна рта. В этом случае тошнота являетсяследствием торможения другого импульса, а именно: желания и невозможностизаплакать. Только полное снятие торможения плача позволит устранить хроническоеощущение дурноты.

Особое значение в области головы и лицаимеют языковые формы выражения. Они объясняются большей частью судорогамимускулатуры нижней челюсти и глотки. У двух пациентов я смог обнаружить резкийоборонительный рефлекс на шее, быстро дававший о себе знать даже при легкомприкосновении к шейно-головной области. В обоих случаях наблюдались фантазии— представлялосьповреждение шеи вследствие захвата или разреза.

Общее выражение лица следует учитывать независимо от его отдельных частей. Мызнаем депрессивное лицо меланхолика. Удивительно, как выражение сонливостисоединяется с тяжелейшим длительным напряжением мускулатуры. Существуют люди спостоянно и неестественно сияющим лицом. Можно увидеть «жесткие» или «висячие»щеки. Пациенты большей частью находят соответствующее выражение лица, если импостоянно указывают на определенную позу и если на протяжении длительноговремени точно описывают или воспроизводят ее. Пациентка с «жесткими» щекамисказала: «Мои щеки тяжелы, будто от слез». Сдерживание плача легко приводит ксудорожному сокращению мускулатуры лица, что делает его похожим на маску. Уже вочень раннем возрасте дети начинают бояться гримас, которые они прежде охотностроили. Следствие торможения соответствующих импульсов заключается в том, чтолюди жестко держат лица «в порядке».

2. Напряжение живота.

Теперь я перехожу к симптомам,проявляющимся на груди и плечах, так как более целесообразно рассматривать ихтолько после обсуждения позиций мускулатуры живота. Не существует людей,страдающих неврозами, которые не чувствовали бы «напряжения в животе».Расположение симптомов в определенном порядке и их описание имеет мало смыслабез понимания их функций в невротических заболеваниях.

Сегодня мне кажется непонятным, как можнобыло хотя бы в какой-то степени снимать неврозы, не зная симптоматикисолнечного сплетения, — ведь напряжение живота имеет столь большое значение в нашейработе. Нарушения дыхания при неврозах являются следствиями напряжения живота.Попробуйте представить себе состояние испуга или ожидания большой опасности— в таком случаепроисходит непроизвольное лишение дыхания, которое задерживается именно вживоте. Так как дыхание не может полностью прекратиться, то вскоре придетсяснова выдохнуть, но выдох будет неполным, неглубоким, плоским. Он не будетнепрерывным, а произойдет толчками, с интервалами. В состоянии ожидания испугаплечи непроизвольно выдвигаются вперед, и в таком положении человек судорожнозастывает. Иногда плечи поднимаются. При длительном сохранении такой позыначинает ощущаться давление во лбу. Я лечил многих пациентов, у которых мне неудалось устранить это давление до тех пор, пока я не установил наличие вгрудной мускулатуре позы боязливого ожидания.

Какова функция описанной позы «плоскогодыхания» Если мы рассмотрим положение внутренних органов и их отношение ксолнечному сплетению, то сразу же поймем, о чем речь. Непроизвольный вдохпроисходит при испуге. Подумайте о непроизвольном вдохе при утоплении, которыйможет привести к смерти. Диафрагма сокращается и давит на солнечное сплетение.Полностью понятной функция этого мышечного действия становится только в томслучае, если принять во внимание результаты исследования прежних инфантильныхзащитных механизмов, предпринятого с помощью анализа характера. Дети обычносправляются с длительными и мучительными состояниями страха, ощущаемыми внадчревной области, с помощью задержки дыхания. Они делают то же, испытываяощущение удовольствия в животе или гениталиях и боясь этого.

Задержка дыхания и фиксация диафрагмы всокращенном состоянии — одно из первых и важнейших действий, имеющих целью как подавлениеощущения удовольствия в животе, так и ликвидацию в зародыше «страха в животе».К задержке дыхания прибавляется действие брюшного пресса. Вегетативные ощущенияв животе известны каждому. Обычно их описывают по-разному. Мы слышим жалобы наневыносимое «давление» в животе или на «стесняющий» пояс вокруг надчревнойобласти. У других пациентов особенно чувствительным оказывается определенноеместо в животе. Все люди опасаются получить удар в живот. Этот страх передударом в живот превращается в центр обильных фантазий. Другие чувствуют, чтоони оказались в животе или в их животе оказалось что-то: «В животе что-то, чтоне может выйти», «Я чувствую в животе как бы тарелку», «Мой живот мертв», «Мненадо закрепить живот» и т. д. и т. п. Фантазии маленьких детей о беременности иродах группируются большей частью вокруг их вегетативных ощущений вживоте.

Если медленно вдавить двумя пальцамибрюшную стенку примерно на 3 см ниже конца грудного хряща, не пугая пациента,то раньше или позже можно заметить подобное рефлексу напряжение сопротивленияили длительное противодействие. Содержимое животазащищается. У пациентов, жалующихся на хроническоенапряжение в поясе или чувство давления, мускулатура надчревной областиоказывается жесткой, как доска. Следовательно, отсутствует давление как спередина солнечное сплетение, так и сверху на диафрагму. Электрический потенциал кожиживота падает, как я обосновывал ранее, в среднем на 10—30 мви при прямом надавливании, и при глубокомвдохе.

Одна моя пациентка находилась на гранитяжелой меланхолии. Ее мускулатура была очень сильно напряжена, женщинастрадала депрессией, и целый год мне не удавалось вызвать в ней даже малейшееаффективное побуждение. Я долго не понимал, как она оказывалась способнареагировать без аффекта на тяжелейшие ситуации. Наконец положение началопроясняться. При самом малом проявлении аффекта она «приводила живот впорядок», задерживала дыхание и устремляла взгляд за окно — будто смотрела вдаль. При этомглаза приобретали пустое выражение, как бы обращенное внутрь. Брюшная стенканапрягалась, и ягодицы втягивались. Позже она говорила: «Я умерщвляю живот итогда ничего больше не чувствую. Иначе у моего живота нечистая совесть». Этоозначало: «Сексуальное удовольствие и поэтомунечистая совесть».

Наши дети «блокируют ощущения в животе» спомощью дыхания и брюшного пресса типичным общепринятым образом. Вегетотерапииприходится вести тяжелую борьбу против этой техники господства над аффектами,характерной для универсальных культур йоги.

Как может задержка дыхания подавить илисовсем ликвидировать аффекты Этот вопрос имел просто решающее значение. Былоясно, что торможение дыхания в качестве физиологического механизма подавления ивытеснения аффектов является и основным механизмом возникновения неврозов.Простое размышление показывало: функция дыхания заключается в подаче в организмкислорода и выведении из него углекислого газа. Кислород из поступающеговоздуха сжигает переваренные в организме питательные вещества. Сожжение вхимическом смысле означает любой процесс, в ходе которого происходит соединениевеществ с кислородом. В результате этого вырабатывается энергия. Без кислороданет сожжения и, следовательно, выработки энергии, биоэлектричества. При этомвозникают тепло и кинетическая энергия движения. При ограниченном дыханииподается меньше кислорода — собственно столько, сколько необходимо для поддержания жизни.Если в организме вырабатывается меньше энергии, то вегетативные возбужденияслабее и, следовательно, с ними легче справиться. Следовательно, торможениедыхания невротика имело, с биологической точки зрения, функцию снижениявыработки энергии в организме, а тем самым и снижения страха.

3. Рефлекс оргазма. историяболезни.

Чтобы показать процесс прямоговысвобождения сексуальных (вегетативных) энергий из болезненных мышечныхпозиций, я выбрал случай, когда мне удалось особенно быстро и хорошо создатьоргастическую потенцию. Я хотел бы предпослать изложению замечание, чтодемонстрация этого случая как примера не является претензией на то, чтобыпоказать те значительные трудности, которые возникают при преодолении нарушенийоргазма.

Меня посетил 27-летний техник, страдающийалкоголизмом. Он страдал от того, что уступал своему влечению и напивался почтиежедневно «до положения риз», боясь в то же время полного разрушения своегоздоровья и потери трудоспособности. Встречаясь с друзьями, он предавалсябеспробудному пьянству. Его жизнь осложнялась очень несчастным браком сженой-истеричкой. Несмотря на несчастливый брак, он не мог решиться связатьсвою судьбу с другой женщиной. Было нетрудно увидеть, что убожество бракаявлялось одним из мотивов бегства в алкоголизм. Он жаловался, что «не чувствуетжизни». Не радовала и работа, которую он выполнял механически, безжизненно, безкакого бы то ни было интереса. Пациент утверждал, что, если такая ситуацияпродлится, с ним вскоре все будет кончено. В этом состоянии он пребывал ужечетыре года, и за последние месяцы оно существенно ухудшилось.

Среди серьезных патологических особенностейхарактера бросалась в глаза неспособность к агрессии. Он чувствовал в себепринуждение, заставлявшее его постоянно быть «милым и вежливым», соглашаться совсем, что говорят люди, даже если речь шла о мнениях, полностью противоречившихего собственному. Больной страдал от поверхностности, владевшей им. Он не мог сполной серьезностью предаться никакому делу, никакой работе, никакой мысли ипроводил свободное время в кафе и ресторанах, пробавляясь пустыми,бессодержательными разговорами и остротами. Правда, мой собеседник чувствовал,что речь шла о болезненном состоянии, но тогда ему еще не был в полной мереясен именно болезненный смысл этих черт его характера и образа жизни. Онстрадал от широко распространенного заболевания, которое в форме ложно понятойбесконтактной общительности превращается в жесткое принуждение и опустошаетвнутренний мир многих людей.

Для него была характерна манера неувереннодвигаться, входить в комнату быстрыми, большими шагами, отчего походкапроизводила впечатление некой грубости. Больной не был напряжен, но казалось,что он все время настороже. Его лицо было лишено выражения и каких-то особыххарактерных черт. Кожа лица, слегка блестевшая, была сильно натянута ипроизводила впечатление маски. Лоб казался «плоским». Маленький, судорожнонапряженный рот едва двигался, когда пациент говорил. Тонкие губы казалисьплотно сжатыми. Глаза были лишены выражения.

Несмотря на очевидное тяжелое нарушениевегетативной подвижности, за всем этим чувствовалась очень живая,интеллигентная натура. Этому можно было приписать и собственные, весьмаэнергичные, попытки больного преодолеть свое состояние.

Последовавшее лечение продолжалось в целомшесть с половиной месяцев, занимая час ежедневно. Я хочу попытаться показатьего важнейшие этапы.

На первом же сеансе я столкнулсяс вопросом о том, начинатьли с воздействия на психическую «зажатость» или на бросавшееся в глазавыражение лица пациента. Я решился сделать второе и предоставить дальнейшемуходу лечения решение вопроса о времени и форме ликвидации психическойзамкнутости. За последовательным описанием его судорожно напряженного ртаначалось сначала слабое, а затем все более заметное клоническое дрожание губ.Он был ошеломлен непроизвольностью этого дрожания и защищался от него. Япризвал пациента следовать каждому импульсу. Затем губы начали ритмичновытягиваться и на несколько секунд застывать в таком положении, как притонической судороге. При этом лицо пациента приобретало совершенно очевидноевыражение младенца, что ошеломляло его. Охваченный страхом, он спрашивал, кудавсе это может привести. Я успокаивал больного, прося только последовательноподдаваться каждому импульсу и рассказывать мне о торможении импульса, если онощущал таковое.

На следующих сеансах все отчетливеестановились разные проявления на лице, постепенно будившие интерес больного. Онполагал, что этот процесс должен означать что-то необычное. При этом казалосьочень странным, что его психическая сфера оставалась незатронутой, более того,после такого клонического или тонического возбуждения лица он мог спокойноразговаривать со мной. Во время одного из следующих сеансов сокращение ртаусилилось до сдерживаемого плача. При этом он издавал звуки, похожие на долгоподавлявшееся и наконец прорвавшееся всхлипывание. Мой постоянный призывподдаваться каждому мышечному движению возымел успех. Описанная активность лицаусложнялась. Правда, рот искажался в судорожном плаче, но это выражение непропало со слезами, перейдя, к нашему изумлению, в выражение ярости, исказившеелицо. При этом пациент, как ни странно, не ощутил никакой ярости, хотя и знал,что испытывал именно ее.

Если эти мышечные действия особенноусиливались, так что лицо синело, то больной становился боязлив и беспокоен. Онвновь и вновь хотел знать, куда все это приведет и что же с ним происходит. Яначал обращать его внимание на то, что страх перед неожиданным событием вполнесоответствовал общей характерологической позиции пациента, что над нимгосподствовал неопределенный страх перед чем-то неожиданным, что внезапно моглообрушиться на него.

Так как я не хотел отказываться от начатойпоследовательной разработки одного стереотипа физического поведения, надо былообрести ясность насчет отношения действий его лицевых мышц к общейоборонительной позиции характера. Если бы мышечная судорога не была выраженатак четко, то я сначала воздействовал бы на характерологическую защиту,представшую передо мной в форме замкнутости. Напрашивалось соображение о том,что владевший больным психический конфликт был, очевидно, разделен. Защитнаяфункция в этот момент осуществлялась благодаря его общей психическойзамкнутости, тогда как то, против чего он оборонялся, то есть вегетативное возбуждение, раскрывалось вдействиях лицевых мышц. Достаточно своевременно меня посетила мысль о том, чтов позиции мышц был представлен не только аффект, от которого оборонялсябольной, но и сама эта оборона. То, что рот оказывался маленьким и судорожносжатым, не могло быть ничем иным, кроме выражения прямой противоположности — вытянутого, подергивающегося, плачущего рта. Теперь дело было за тем, чтобыпоследовательно провести эксперимент по разрушению защитных сил не спсихической, а с мышечной стороны.

Pages:     | 1 |   ...   | 37 | 38 || 40 | 41 |   ...   | 49 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.