WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 27 | 28 || 30 | 31 |   ...   | 49 |

Начиная отсюда, следовать за Фрейдом былоуже нельзя. Более того, необходимо было сделать все возможное для решительнойборьбы против таких воззрений, хотя и высказанных великим человеком. Я знал,что все злые духи —приверженцы страха перед жизнью — примутся ссылаться на Фрейда. Таким способом нельзя было решатьпервостепенную проблему человечества. Было нельзя допустить, чтобы продолжалисуществовать самоотречение китайского кули или хилость индийских детей вусловиях жестокого патриархата, только что потерпевшего первые поражения. Самойжгучей проблемой юности и опустошающего детства было умерщвление стихийныхжизненных побуждений в ходе воспитания, осуществляемое ради интересовсомнительной «культурности». С этим прогрессивная наука никогда не могласогласиться. Такого удобства она не могла себе позволить, тем более что самФрейд не ставил под сомнение вопрос о преобладающей роли стремления человека ксчастью и принципиальную правильность этого стремления.

Стремление к позитивному осуществлениюсчастья, направление жизни, ставящее любовь в центр жизни, ожидающееудовлетворения от любви и ответа на нее, по мнению Фрейда, достаточноестественно для всех. Половая любовь дает наиболее сильное ощущениеудовольствия и является, тем самым, прообразом стремления к счастью вообще. Ноу такого взгляда была и слабая сторона, иначе никому не пришло бы в головусойти с этого пути, предпочтя его другому. Никто более любящего не являетсянезащищенным от страданий, никто не является более несчастным и не испытываетбольшей беспомощности, чем человек, потерявший любовь или ее объект. Программапринципа удовольствия — стать счастливым — невыполнима. Перед глазами Фрейда были в этом случае примерыреакции разочарования со стороны женщин, зависимых в душевном и материальномотношении.

Процесс преодоления этой точки зренияФрейда и выработки ответа с позиций сексуальной экономики распался на двечасти. Для начала стремление к счастью должно было быть воспринято в своейбиологической сути. Так егоможно было отличить от вторичных искажений человеческой природы. Далее возниксерьезный вопрос о социальной осуществимоститого, чего люди желают всей душой и одновременно такбоятся.

Жизнь, а с ней и стремление к счастьюразвиваются не в безвоздушном пространстве, а при определенных природных исоциальных условиях. Для начала пришлось столкнуться с биологической целиной. Никто еще непредпринимал биологического исследования механизма удовольствия. Затем последовало освоениесоциологической — точнеесексуально-политической — целины. Если люди естественнымобразом стремятся к чему-то общепризнанному и не могут достичь своей целипотому, что этому препятствует социальный образ жизни, то отсюда снеизбежностью следует вопрос о средствах, которые необходимо рассмотреть, и опутях, на которые надлежит вступить, чтобы все-таки достичь цели естественныхстремлений.

Это касается сексуальной жизнерадостноститочно так же, как и экономической сферы. Только носители особого «лозунгового»мышления способны в данной связи отрицать то, что обычно готовы без долгих словпризнать, когда речь идет, например, о зарабатывании денег или о подготовке квойне. Обеспечение распределения материальных благ требует проведениярациональной экономической политики. Сексуальнаяполитика и является не чем иным, как такойрациональной политикой, если перенести само собой разумеющиеся принципы сэкономических потребностей на сексуальные. Немногое требовалось для того, чтобыосознать сексуальную политику как ядро культурнойполитики, отделяя ее от пошлых устремленийприверженцев сексуальной реформы и порнографического образа мыслей, иотстаивать ее простые научные основы.

Вся культура буржуазного общества,находящая свое выражение в литературе, искусстве, танце, фольклоре и т. д.,несет на себе отпечаток интереса к любовной жизни.

Не существует интереса, который влияет начеловека сильнее, чем сексуальный.

Патриархальные законы о религии, культуре ибраке в подавляющем большинстве своем направлены против сексуалъности.

Фрейдовская психология распознала в либидо,энергии полового влечения, главный двигатель душевного процесса.

История первобытного общества и мифологияпредставляют собой, в строгом смысле этого слова, воспроизведение сексуальнойэкономики рода человеческого.

Больше нельзя уклониться от вопроса о том,является ли сексуальная несостоятельностьнеотъемлемой составной частью формирования культуры вообще. Если бы научное исследование могло однозначно положительноответить на этот вопрос, то любая попытка проведения положительной культурнойполитики была бы бесперспективна. Тем самым неизбежно оказались бынесостоятельными и все психотерапевтические усилия.

Это не моглобыть правильным, ибо противоречило всем человеческимстремлениям, результатам научных исследований и духовных исканий. Так как явынес из клинической работы неопровержимое убеждение в том, что в культурномотношении более продуктивен сексуально полноценный человек, то больше нельзябыло думать о решении вопроса в духе Фрейда. Место вопроса о необходимостиподавления детской и юношеской сексуальности занял другой, гораздо болееважный: о мотивах, побуждающих человека столь последовательно и до сих порстоль успешно избегать ясного ответа. Я искал в поведении такого человека, какФрейд, неизвестные мне мотивы, побудившие его со своим авторитетом встать воглаве приверженцев консервативной идеологии и с помощью теории культурыопрокинуть то, что он разработал в качестве естествоиспытателя иврача.

Конечно, он действовал так не изинтеллектуальной трусости и не по консервативным политическим соображениям. Ондействовал в рамках науки, которая, как и любая другая, зависела от общества.Социальный ограничитель просматривался не только в лечении неврозов, но и висследовании происхождения вытеснения сексуальности.

В ходе работы в консультациях мне сталоясно, что функция подавления детской и юношескойсексуальности заключается том, чтобы возможно легче обеспечить родителямпослушание детей.

В самом начале экономического патриархатасексуальность детей и юношества преследовалась с помощью прямой кастрации илиуродования половых органов каким-либо способом. Позже общеупотребительнымсредством стала душевная кастрация посредством привития сексуального страха ичувства вины. Функция сексуальною угнетения заключается в том, чтобы возможнолегче обеспечить послушание людей, равно как и кастрация жеребцов и быковдолжна превратить их в покорных тягловых животных. Никто, естественно, и недумал об уничтожающих последствиях душевнойкастрации, и никто не может предсказать, какчеловеческое общество справится с ними. Фрейд подтвердил позже связь междусексуальным угнетением и подчиненностью, после того как я в своих публикацияхотстаивал эту позицию12.

«Страх перед восстанием угнетенных толкаетна все более строгие меры предосторожности... С психологической точки зрениявполне оправданно, что наша «западноевропейская культура» начинает с осужденияполовой жизни детей —ведь блокирование сексуальных влечений взрослых окажется бесперспективным, еслив детстве не было соответствующей предварительной работы. Но никоим образомнельзя оправдать то обстоятельство, что культурное общество дошло до отрицанияэтих легко доказуемых, более того, бросающихся в глаза явлений...»

Формирование структуры характера,включающей негативное отношение к сексуальности, является, собственно,неосознанной целью педагогики. Поэтому больше нельзябыло рассматривать проблемы психоаналитической педагогики без решения вопроса оструктуре характера, а тот, в свою очередь, — без определения общественнойцели воспитания. Воспитание служит определенному общественному строю. Если этотстрой противоречит интересам ребенка, то воспитание должно не считаться сребенком, а обратиться против его интересов, то есть оказаться неверным поотношению к самому себе, и открыто отказаться от поставленной перед собой цели«блага ребенка» или лицемерить, заявляя о следовании ей. Это воспитание не делает различий между«принудительной семьей», угнетающей ребенка, и семьей, основанной на глубоких любовныхотношениях между родителями и детьми. Такой воспитательный подход оставляет безвнимания огромные социальные изменения, происходящие с начала века как всемейной, так и в сексуальной жизни людей. Он со своими «идеями» и «реформами» отставал и отстает отреальных изменений. В целом этот подход сам запутался в свойственных емуиррациональных мотивах, о существовании которых он ничего не знал потому, чтобоялся знать.

Невротическая эпидемия сравнима с чумой.Она разрушает все, что создается стремлениями,усилиями, мыслью и трудом. В борьбе с чумой было проще потому, что при этом незатрагивались интересы подавляющего потребности людей общества и эмоции.Гораздо труднее бороться против невротической эпидемии. В ее сохранениизаинтересованы все те, кто извлекает выгоду из мистицизма и обладает властью.Кто мог бы согласиться с аргументом о невозможности борьбы против душевной чумыпод тем предлогом, что меры умственной гигиены требуют больших затрат Ссылкана недостаток средств — всего лишь отговорка. Сумм, которые за неделю растранжириваютсяна войну, хватило бы для удовлетворения гигиенических потребностей миллионовлюдей. Мы охотно недооцениваем и огромные силы самих людей, требующие выраженияи признания, но не находящие применения.

Сексуальная экономика постиглабиологическую цель стремлений человека, которым противоречат структура его характера и некоторыеобщественные институты. Фрейд принес цель человеческого счастья в жертвунынешней структуре характера и существующему сексуальному устройству. Неоставалось ничего другого, как, придерживаясь этой цели, изучить законы, всоответствии с которыми возникает и исчезает этаструктура характера. Я долго не чувствовал масштаба данной проблемы и преждевсего того обстоятельства, что невротическая душевная структура сталателесной иннервацией, таксказать «второй натурой». Для Фрейда при всем его пессимизме было недопустимокоснеть в безнадежности. Его последний вывод гласил: «На мой взгляд, вопроссудьбы рода человеческого заключается в том, удастся ли, и в какой мере,культурному развитию справиться с конфликтом существования, вызванным влечениемчеловека к агрессии и самоуничтожению... Следует ожидать, что другая «небеснаясила», вечный Эрос, предпримет усилие, чтобы утвердиться в борьбе против своеготочно так же бессмертного противника».

Это было нечто гораздо большее, нежелипросто оборот речи, отнюдь не только остроумное замечание, хотя аналитикиименно так и понимали сказанное. «Эрос» предполагаетполную способность к сексуальному наслаждению, а она,в свою очередь, —всеобщее жизнеутверждение и общественную заботу. Мне казалось, что Фрейд в 1930г., пережив тяжелые конфликты и дискуссии, втайне желал успеха моемуначинанию.

Ведь только высвобождение естественнойспособности людей к любви может справиться с глубоко укоренившейся в нихсадистской деструктивностъю.

2. Социальные истоки вытеснениясексуальности.

Вопрос об осуществимости всеобщегочеловеческого счастья в земной жизни в то время, конечно, не поддавалсяпрактическому решению.Прочитав эти строки, беззаботное дитя человеческое спросит, нет ли у высокойнауки иных забот, кроме постановки глупых вопросов о «желательности» или«необходимости» земного человеческого счастья. Это, по его мнению, разумеется само собой. Но дело обстоитсовсем не так просто, как представляют себе исполненные жизненных сил иэнтузиазма молодые люди и бодрые счастливцы. В европейских центрах формированияобщественного мнения стремление масс к земному счастью не учитывалось как самособой разумеющееся, и недостаток его не был предметом обсуждения. Тогда не былобуквально ни одной политической организации, которая считала бы достаточноважным занятие столь «банально-личными», «ненаучными» и «неполитическими»вопросами.

Тем временем общественные события,разыгравшиеся около 1930 г., поставили именно этотвопрос со всей силой. Фашизм, угроза которого подобнонеистовому потоку или урагану обрушилась на Германию, вызвал всеобщее удивлениетем, как такое вообще могло произойти. Экономисты, социологи, специалисты покультурной политике и приверженцы разного рода реформ, дипломаты игосударственные деятели пытались найти ответ в старых книгах. Ответа в них небыло. Ни одна политическая схема не подходила к тому взрыву иррациональныхчеловеческих аффектов, который представлял собой фашизм. Да и сама высокаяполитика никогда не ставилась под вопрос как иррациональноеобразование.

Я хотел бы в этой работе только выделить теобщественные события, которые резко высветили спор, происходивший в квартиреФрейда. При этом я должен пренебречь широким социально-экономическимфоном13.

Открытие Фрейдом детской сексуальности ивытеснения сексуальности было, с точки зрения общественного развития, всеголишь началом осознания процесса отрицания сексуальности — процесса, измеряемоготысячелетиями. Это осознание еще казалось облеченным в крайне академическиеформы и не доверяло самому себе. Человеческая сексуальность требовалаперемещения с черной лестницы, где она, сочась гноем, на протяжении многихвеков влачила грязное и болезненное существование, к фасаду блестящего здания,замечательно называвшегося «культурой» и «цивилизацией». Убийства насексуальной почве, криминальные аборты, агония юношеской сексуальности,умерщвление живого начала в детях, массовое распространение извращений,порнография и неотделимая от нее полиция нравов, использование пошлой ипохотливой промышленной и торговой рекламой стремления человека к любви,миллионы случаев телесных и душевных заболеваний, одиночество и повсеместноедушевное уродство, а сверх того — невротическое политиканство спасителей человечества — все это отнюдь не украшаетцивилизацию. Моральная и социальная оценка важнейшей человеческой функциинаходилась во власти старых дам, потерпевших сексуальное фиаско, и тайныхсоветников знатного происхождения с отмершей вегетативной системой.

Pages:     | 1 |   ...   | 27 | 28 || 30 | 31 |   ...   | 49 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.