WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 38 | 39 || 41 | 42 |   ...   | 47 |

Вскоре план был выполнен на 200 %. Славакоммуны Сорокина распространилась по всему заводу. Теперь коммунаров уже безпросьбы систематически ставили на все трудные участки. Они повсюду увлекалирабочих за собой. Случалось, что коммунары трудились по 20 часов в сутки. Этанапряженная деятельность крепко связывала их друг с другом. Им удалосьобзавестись двумя палатками, где коммунары вместе жили и питались. Так трудоваякоммуна превратилась в полную коммуну. Их пример оказал зажигательноевоздействие. Когда Сорокин со своими товарищами прибыл на строительство, тамбыло 68 ударных бригад, в которых трудился 1 691 ударник, коммуны же, кромеСорокинской, не было ни одной. Через полгода существовало уже 253 ударныебригады и 7 коммун, а весной 1931 г. численность ударных бригад дошла до 339,ударников — до 7023,а коммун — до 13.Заслуги бригадира Сорокина были отмечены орденом Красного Знамени.

Эти коммуны напоминают нам околлективистских группах в некоторых отделениях Союза красных фронтовиков вГермании (организация рабочей самообороны, руководимая компартией Германии идействовавшая в 1924 — 1933 гг. — Прим. пер.).Хотя исключение женщин нехарактеризует коммуну как образец будущих коммунистических коллективов. Ееструктура чужда психологической структуре среднего человека. Героическиетребования, которые коммунары предъявляли к себе и своим друзьям, несомненно,необходимы для трудной борьбы в переходное время, но они, безусловно,непригодны при выработке перспективных взглядов на процесс образования коммун.(Необходимо различать коммуны, возникающие под действием крайней необходимости,как это бывало среди ударников, и такие, которые создаются на основе обычныхжизненных потребностей.)

Развитию многих коммун в Советском Союзебыл свойствен именно переходный характер. Совместный труд и совместнопереносимые трудности становились краеугольным камнем таких коллективов назаводе, в колхозе или армии. Ударники так же привыкали друг к другу, как этопроисходит с солдатами в окопах. Именно примитивность жизни затушевываларазличие между элементами своеобразия.

Трудовой коллектив становился коллективомв полном смысле этого слова, если к совместному труду прибавлялось и общеежилье. Но такой коллектив еще не является подлинной коммуной, так как в общуюкассу вносится только часть индивидуального заработка. В некоторых коллективахвсе, независимо от величины заработка, делают одинаковый взнос "в общий котел".Есть и другие правила, согласно которым все члены коллектива платят минимальныйвзнос и сверх того определенные проценты со своих доходов.

В "полных коммунах" дело обстоитпо-другому. Коммунары берут на себя обязательство отчислять в кассу коммунывесь свой заработок. Полная коммуна рассматривается как "высшая формасовместной жизни людей". Однако при создании таких полных коммун оказалось, чтоотсутствие внимания к вопросам структуры коллектива и личности привело кпоявлению авторитарных форм связи, характеризующихся известной долейпринуждения.

В Государственной библиотеке в Москвесложилась полная коммуна, в которой всем коммунарам предоставлялись одинаковыепальто, обувь и даже нижнее белье. Если кто-нибудь из коммунаров хотел носитьсобственное пальто и белье, это осуждалось как проявление "мещанства". Личнойжизни не было вовсе. Было запрещено, например, поддерживать более тесную дружбус каким-либо одним из коммунаров. Любовь же считалась чем-то предосудительным.Если замечали, что девушка находила особое удовольствие от общения с однимкоммунаром, их обоих клеймили на заседании как "разрушителей коммунистическойэтики". Просуществовав недолго, по свидетельству Менерта23, коммунараспалась.

Если коммуну одобряют в качестве "будущейформы семьи", будущей единицы общества, если есть намерение сохранять иподдерживать ее, то особенно важно внимательно проследить за ошибочнымитенденциями в развитии таких коммун. Любаястранность, противоречащая природе человека и его потребностям, любого родаавторитарное, моральное или этическое регулирование жизни должны ее разрушить. Основная проблема заключается в том, какимобразом должна была бы развиваться коммуна, если бы она была основана наестественных, а неморальных условиях.

В качестве примера того, как противоречиемежду структурой и формой существования может обостриться до гротеска, стоитпривести коммуну Горной академии в Москве. Там было решено планировать нетолько расходы своих членов, но и их время. Был составлен график, посвидетельству Менерта, выглядевший следующим образом:

7.30

Подъем,одевание,

7.30-8.45

Завтрак,уборка

8.45-14.00

Лекции

14.00-15.30

Обед иотдых

15.30-21.00

Лекциии самостоятельная работа

21.00-21.30

Ужин

21.30-23.00

Отдых,чтение

23.00-24.00

Чтениегазет

Всего:

24 часа 00мин

Коммуна завода АМО на основе длительных итщательных наблюдений подготовила даже следующий статистический материал о том,как каждый коммунар использует 24 часа (средние данные):

1. Работа напредприятии

6 ч 31мин

2. Сон

7 ч 35 мин

3. Учеба

3 ч 1 мин

4. Принятиепищи

1 ч 24мин

5. Общественнаяработа

53 мин

6.Чтение

51 мин

7. Отдых (кино,клуб, театр, прогулка)

57 мин

8. Работа подому

27 мин

9. Посещениегостей

25 мин

10. Личнаягигиена

24 мин

11. Неустановлено

1 ч 32мин

12.Всего:

24 ч 00мин

Перед нами случай одержимости статистикой.Такие явления носят явно выраженный патологический характер, будучи симптомаминевроза принуждения, возникающего в условиях "обязаловки", против чего должнобыло бунтовать все существо коммунара. Вывод, который следует сделать из такойситуации, принадлежит не Менерту, вообще ставящему под вопрос возможностьорганизации жизни на коллективистских началах. Он заключается в следующем:придерживаясь коллективистских форм жизни, необходимо найти путь, к которомуструктура психологии человека может приспособить эти формы.

До тех пор пока мысли и чувства коммунаровпротиворечат коллективу, общественная необходимость будет волей-неволейпытаться пробить себе дорогу с помощью совести и принуждения. Необходимозакрыть "ножницы" между психологической структурой человека и формойсуществования, причем сделать это не с помощью принуждения, а естественнымобразом.

Трудовая коммуна ГПУ для беспризорных "Болшево"

Речь идет о первой трудовой коммуне длябеспризорных детей, основанной в 1924 г. по инициативе председателя ГПУДзержинского. Принцип, положенный в основу ее деятельности, гласил, чтопреступники должны воспитываться в условиях полной свободы. Главной проблемойявлялась организация бывших правонарушителей. Она была решена следующимобразом: перед началом реализации замысла два основателя коммуны "Болшево"побеседовали с заключенными Бутырской тюрьмы в Москве. Это были подростки июноши, осужденные за грабеж, воровство, бродяжничество и т.д. Предложение ГПУгласило: мы даем вам свободу, возможность культурного развития, учебы/участия встроительстве, которое ведет Советская страна. Хотите ли вы идти с нами иосновать коммуну

Поначалу беспризорники были недоверчивы.Они не хотели и не могли понять, как это вдруг то самое ГПУ, которое арестовалоих, теперь собиралось дать им свободу. Они предполагали, что за этимпредложением кроется какая-то хитрость и решили перехитрить ГПУ. Как выяснилосьпозже, они договорились осмотреться на месте, а потом сбежать, чтобы сновапромышлять грабежом и воровством. 15 парней получили одного руководителя, деньги наэлектричку и пропитание. Им дали также полную свободу уходить и возвращаться,как и когда им будет угодно. Оказавшись на территории, где еще предстоялосоздать коммуну, вчерашние заключенные обшарили все кусты и закоулки в поискахспрятавшихся солдат. Наткнувшись на железную решетку, они подумали, что этоограждение, почувствовали недоверие и решили убраться подобру-поздорову. Но ихуспокоили, убедив, что ничего подобного и не планировалось. Они остались и неразочаровались. С помощью только этих 15 "первооткрывателей" численность членовкоммуны была доведена сначала до 350, а потом и до 1000 человек. Например, онисоставили список, в который внесли имена 75 своих товарищей, сидящих в тюрьме,и поручились за них. Затем сами же отправили делегацию в тюрьму и привезли этихребят.

Теперь возникла проблема наилучшейорганизации работы. Решили наладить производство обуви для окрестногонаселения. Парни все урегулировали сами. Они создали коммуны, которые решаливопросы быта, труда, проведения вечеров культурного досуга. Заработок составлялпоначалу примерно 12 рублей в месяц при бесплатных питании иразмещении.

Сельские жители запирались, охваченныестрахом, и резко протестовали против создания коммуны беспризорников. Чтобывоспрепятствовать этому, они направляли петиции в адрес советскогоправительства.

Но постепенно началась культурная работа.Был построен клуб, создан театр. И в их работу вовлекались крестьяне изблизлежащих сел и деревень. С течением времени взаимопонимание между бывшимибеспризорниками и жителями окрестностей наладилось настолько, что ребятам сталиотдавать в жены девушек из деревень и городков, расположенных пососедству.

Шаг за шагом маленькие предприятияпревращались в фабрики по производству спортивного инвентаря. В 1929 г.существовала обувная фабрика, на которой производились ежедневно 400 пар обувии 1000 пар коньков, а также одежда. Теперь заработок составлял от 18 рублей длявновь пришедших до 100 — 130 для старожилов. Рабочие отчисляли 34-50 рублей на организациюотдыха, питание, жилье, одежду, 2% уходило на оплату учрежденийкультуры.

Проблема, с которой сталкивались новички,заключалась в том, как поддержать свое существование. Ответ гласил: мыпредоставим вам кредит до тех пор, пока вы не начнете зарабатывать в полномобъеме.

На предприятии существовала такая жесистема самоуправления, как и на предприятиях всего Советского Союза.Действовали избиравшееся коллективом правление, состоявшее из трех человек, иорган представителей коллектива, имевший своей задачей наблюдение задеятельностью правления.

В состав культурно-политического отделавходило несколько комиссий, к работе которых привлекались вновь прибывавшиеправонарушители. Численность членов коммуны постоянно росла. Если в 1924— 1925 гг.беспризорники еще опасались вступать в свободную коммуну, то несколько позже ихнаплыв так возрос, что коллектив предприятия выдвинул блестящую идею— перед приемомновичков в сообщество устраивать им экзамен.

Этот экзамен должен был доказать, чтоиспытуемый —действительно беспризорный преступник, а не, скажем, рабочий, не находившийся вконфликте с законом. "Экзаменаторы" самым тщательным образом разузнавали, гдебыл арестован испытуемый, какие преступления он совершил, как он их планировал,с какими тюрьмами он познакомился, каково их внутреннее устройство и т.д. Еслиновичку не удавалось удовлетворительно ответить на эти вопросы — а члены проверочной комиссииочень хорошо разбирались в том, о чем шла речь, — то в приеме в коммуну емуотказывали. Следовательно, не принимали тех, кто не был в заключении. Списоккандидатов предлагался общему собранию коммуны. На собрании новичок должен былрассказать о себе. Если его не знали, два члена коммуны получали заданиезаботиться о своем новом товарище. Кандидатский стаж продолжался шесть месяцев.Если испытуемый достойным образом проявлял себя, его окончательно принимали вкоммуну. Если он оказывался неприемлемым, то мог беспрепятственноуйти.

Постепенно образовались библиотека,шахматный клуб, маленькая коллекция произведений искусства, был созданкинотеатр. Вся эта сеть учреждений культуры не руководилась сверху — ею управляли коммунары,избранные на соответствующие должности. Возникли и так называемые конфликтныекомиссии. Тот, кто допускал упущения в работе или опаздывал, получал публичныйвыговор. Повторные нарушения наказывались вычетами из зарплаты. В случаях самыхтяжелых нарушений использовалось следующее средство: коммуна осуждалапровинившегося на один или два дня ареста. "Арестанту" давали записку с адресомсоответствующей тюрьмы в Москве. Он ехал туда без какого бы то ни былосопровождения или наблюдения, сидел день-два взаперти и, радостный, возвращалсяназад.

В течение первых трех лет к 320 юношамприсоединились 30 девушек. Но это не вызывало проблем сексуального характера,так как юноши поддерживали отношения с девушками из окрестностей. В ответ намой прямой вопрос об этой проблеме руководитель коммуны заявил, что членыкоммуны испытывали в отношениях друг с другом трудности сексуального свойства,но грубые эксцессы были редкостью. Жизнь упорядочилась сама собой благодарявозможности наслаждаться любовью без каких-либо ограничений.

Pages:     | 1 |   ...   | 38 | 39 || 41 | 42 |   ...   | 47 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.