WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 49 |

Советский закон явственно обнаруживает,таким обра­зом, с однойстороны, элементы, предвосхищающие в идео­логическом отношении желаемоеконечное состояние, с другой стороны, элементы, свидетельствующие об учетепе­реходного характераситуации. Только прослеживая с самого начала динамическое развитие этихпротиворечий между желаемой целью и действительным положением в данный момент,можно разгадать загадку торможения сексуальной революции в Советском Союзе, всесильнее дающего себя знать.

Лицемеры, рассуждающие на темы культуры и ополовых проблемах, часто призывают на помощь Ленина для поддер­жки своих реакционных позиций.Полезно поэтому будет услышать, сколь ясно Ленин видел, что с помощьюзаконо­дательстваположено только начало культурной революции, а с ней и революциисексуальной.

Дискуссии среди населения о "переустройствеличной и культурной жизни", о так называемом "новом быте", дли­лись годами. Этим дискуссиям былисвойственны такие воодушевление и активность, которые могли проявить лишь люди,только что сбросившие тяжелые оковы и ясно поняв­шие, что им надлежит совершеннозаново строить свою жизнь. Дискуссии о "половом вопросе" продолжались с началареволюции, пока в конце концов не затихли. Мы как раз и пытаемся понять, почемуони затихли и уступили место попятному движению. Характерно, что в 1925 г.,когда, согласно сообщению Фанины Халле17 дискуссия о половом вопроседостигла кульминации, тогдашний народный ко­миссар (юстиции. — Прим. пер.) Курский должен былначать новый проект кодекса о браке и семье словами Ленина:

"Конечно, с помощью одних только законоввсего не сделаешь, и мы ни в коем случае не удовлетворимся одними декретами. Нов области законодательства мы уже осущест­вили все, что от нас требовалось,чтобы уравнять положение женщины и мужчины, и мы можем по праву гордиться этим.Положение женщины сейчас таково, что оно, с точки зрения даже самых развитыхстран, может быть названо идеальным. Но мы говорим себе, что это, конечно,только начало".

"Начало" чего Если понаблюдать за дискуссиями,столь будоражившими тогда все умы, то можно сказать, что кон­серваторы располагали всейсокровищницей старых аргу­ментов и "доказательств". Революционеры же, хотя и точночувствовали, что на место "старого" должно прийти что-то "новое", но не моглинайти слов, чтобы верно выразить суть этого нового. Они боролись смело инеутомимо, но в конце концов ослабели и оказались несостоятельными в дискуссиипотому, что им самим приходилось с большим трудом ковать свое оружие, искатьаргументы в бурной жизни революции, а также потому, что они сами, в известноймере, были пленниками старых понятий, которые обхватывали их, как водорослипловца.

Любое усилие, направленное на раскрытиепротиворечий советской культурной революции, осталось бы напрасным, если бы неудалось таким образом понять смысл наиболее трагической битвы за новое во всейистории борьбы за эту цель, с тем чтобы противодействовать сексуальной реакции,лучше вооружившись, если общество однажды вновь осоз­нает свое бытие и приступит кпереустройству своей жизни.

В Советском Союзе отсутствует кактеоретическая, так и практическая подготовка к встрече с трудностями,порож­деннымипереустройством культурной жизни. Попытаемся сначала составить представление обэтих трудностях, про­истекавших отчасти из незнания глубоких психических структур родачеловеческого, унаследованного от патриарха­та, существовавшего при царизме, аотчасти являвшихся трудностями переходного периода революции. Сопоставим жемоменты, вполне соответствовавшие революционным замыслам, будь то в форметребований или реальных шагов, с теми, которые выражали неуверенность и позжевынудили к отступлению.

2. Рабочиепредупреждают

Повсеместно считают, что самые важные чертысексуаль­ной революции вСоветском Союзе можно увидеть на при­мере изменений, проявившихся в законодательстве. Мы, однако, имеем правотолько в том случае придавать обще­ственное значение законодательным или каким-либо другим внешним,формальным изменениям, если они действитель­но "овладевают массами", то естьпреобразуют их психиче­скую структуру.Только таким образом, то есть единственно посредством глубоких изменений в чувствах иинстинктив­ной жизнимасс, идеология или программа может стать силой, осуществляющей историческийпереворот. Ведь "субъективный фактор истории", который так частоупоми­нают и так малопонимают, заложен только и исключительно в психической структуре масс. Он имеетрешающее значение для развития общества независимо от того, терпят ли массыпассивно произвол и угнетение, приспосабливаются ли к процессам техническогоразвития, начатым господствующи­ми силами, или сами активно вмешиваются в ход обществен­ного развития, как, например, вовремя революции. Поэтому никакой способ рассмотрения общественного развития неможет назвать себя революционным, если в соответствии с ним психическоесостояние масс воспринимается просто как результат экономических процессов, ане как их двигатель.

При нашем подходе последствия советской сексуальнойреволюции следует оценивать не в соответствии с изданными законами (онисвидетельствуют лишь о тогдашнем духеболь­шевистскогоруководства), а по революционным потрясени­ям, которые масса русского народапережила после издания законов, и по итогам этой борьбы за "новуюжизнь".

Какова была сексуально-политическая реакциямасс на коренные изменения в законодательстве Как реагировали низовыепартийные функционеры, теснее всего связанные с массами Какую позицию занялопозже партийное руковод­ство

Ознакомимся сначала с отчетом АлександрыКоллонтай, которая очень рано задумалась над проблемами бушевавшегосексуального кризиса:

"Чем дольше длится (сексуальный. — В.Р.) кризис, чем более хронический характер онпринимает, тем безысходнее представляется положение современников и тем сбольшим ожесточением набрасывается человечество на всевозможные способыразрешения "проклятого (! — В.Р.) вопроса".Но при каждой новой попытке разрешить проблему пола запу­танный клубок взаимных отношениймежду полами лишь крепче заматывается, и как будто не видать той единственноправильной нити, с помощью которой удастся наконец со­владать с упрямым клубком.Испуганное человечество в исступлении бросается от одной крайности к другой, нозаколдованный круг сексуального вопроса остается по-преж­нему замкнут... "Сексуальный кризис"на этот раз не щадит даже и крестьянство. Подобно инфекционной болезни, непризнающей "ни чинов, ни рангов", перекидывается он из дворцов и особняков вскученные кварталы рабочих, загля­дывает в мирные обывательские жилища, пробирается и в глухуюрусскую деревню... От сексуальных драм "нет защи­ты, нет затворов". Было бывеличайшей ошибкой вообра­жать, что в его темных безднах барахтаются однипредстави­телиобеспеченных слоев населения. Мутные волны сексу­ального кризиса все чаще и чащезахлестывают за порог рабочих жилищ, создавая и здесь драмы, по своей остроте ижгучести не уступающие психологическим переживаниям "утонченно-буржуазного"мира"18.

Разразился кризис скромной частнойсексуальной жиз­ни,жизни семейной. Новый закон о браке, провозгласивший "упразднение брака", лишьвнешне проложил дорогу этому процессу. Действительная же сексуальная революцияпроис­ходила в реальнойжизни. Для начала один только факт, что руководители государства занялисьполовыми проблемами, означал революцию, важность которой не следовалонедо­оценивать. Затемэтим вопросом занялись функционеры более низкого уровня. Поначалу крах старогопорядка вызвал лишь хаос. Простые, непросвещенные носители революциимужественно и бесстрашно подошли к задачам невероятной сложности,"образованные" же и благородные представители интеллигенции, напротив,предавались "размышлениям", если они вообще догадывались о сути процессов,происхо­дивших вобществе.

В своей небольшой книге "Вопросы быта"Троцкий при поддержке московских партийных функционеров обратил вниманиесоветской общественности на скромную повсед­невную жизнь. Он не поднимал половыепроблемы! Он просто дал функционерам возможность высказаться по ак­туальным проблемам повседневности. Ите, будто они уже разбирались в сексуальной экономике, говорили почтииск­лючительно о"семейном вопросе". Речь шла, однако, не о правовых или социологическихвопросах семейной жизни, а о неопределенности и неуверенности, касающихсяпреобра­зованиясексуальной жизни, то есть отом, что прежде было связано с семьей как экономической единицей, а теперь, сее распадом, породило вопросы, неизвестные ранее.

В первые годы революции поведение низовыхфункцио­неров былообразцовым для каждой будущей революции. Подход к сексуальной революции (как кядру всякой куль­турнойреволюции) был правилен не только с точки зрения законодательства, но и в том,что касалось способов рассмот­рения трудностей и постановки вопросов. Вот некоторыепримеры.

Функционер Казаков высказывался следующимобразом:

"С внешней стороны переворот в семейнуюжизнь вне­сен, то естьстали смотреть на семейную жизнь проще. Но коренное зло не изменилось, то естьоблегчение семье от повседневных семейных забот не получается и остаетсяпреобладание одного члена семьи над другим. Люди стремят­ся к общественной жизни, и когдаэтим стремлениям нет достижения из-за семейных нужд, получаются склока,бо­лезнь неврастенией, итот, который уже с этим не может мириться, или бросает семью, или мучает себя,пока не становится сам неврастеником".

В нескольких фразах Казаков осмыслилследующие про­блемы:

1) ситуация в семье внешне основательноизменилась, внутри же семьи все осталось по-прежнему;

2) семья оказывала тормозящее воздействие нареволю­ционный порыв,устремленный к созданию коллектива;

3) препятствия, имеющиеся внутри семьи,отрицательно сказывались на психическом здоровье ее членов, что равнозначноснижению трудоспособности и радости труда, а также возникновению душевныхзаболеваний.

Следующие высказывания раскрываютвоздействие глу­бокихэкономических изменений на прогрессирующий рас­пад семьи.

Кобозев: "Несомненно, революция внеслабольшие из­менения всемейно-бытовую жизнь рабочих; в частности, если работают на производстве муж ижена, то последняя считает себя материально независимой и держит себя какравноправная; с другой стороны, изживаются такие предрас­судки, как то: что муж есть главасемьи и т.д. Патриархальная семья распадается. Под веянием революции как врабочей семье, так и в крестьянской возникает большое стремление к разделу, ксамостоятельной жизни, как только она почув­ствует материальную базу своегосуществования".

Кульков: "Революция, несомненно, внеслаизменения в семейную жизнь, даже в отношении раскрепощения жен­щин. Мужчина привык себя чувствоватьглавой в семье... далее идет религиозный вопрос, отказ жене в мещанскихзапросах, а так как по наличным средствам многого провести нельзя, тоначинаются скандалы. Со своей стороны, жена тоже предъявляет требования бытьболее свободной, сдать куда-либо детей, чаще быть с мужем там, где он бывает.От этого и начинаются всякие скандалы и сцены. Отсюда раз­воды. Коммунисты, отвечая на такиевопросы, обыкновенно говорят, что семья, в особенности ссоры мужа с женой,— это частноедело".

Трудности, охарактеризованные здесь как"религиозный вопрос" и "отказ жене в мещанских запросах", мы можем понять, безсомнений, как выражение противоречия между привязанностями членов семьи друг к другуи сексуальными стремлениями к свободе. Недостаток материальныхвозмож­ностей, напримерпомещений, должен был привести к скан­далам. Представление о том, что"сексуальность —частное дело", имело вредные последствия. Члены коммунистиче­ской партии оказались перед задачейосуществления рево­люциив личной жизни, но очень часто отходили под защиту формулы закона, не имеяответа на возникшие проблемы.

Это понял партработник Марков: "Япредупреждаю, что на нас надвигается колоссальное бедствие в том смысле, что мынеправильно поняли понятие "свободной любви". В результате получилось так, чтоот этой свободной любви ком­мунисты натворили ребятишек... Если война нам дала массу инвалидов,то неправильно понятая свободная любовь на­градит нас еще большими уродами. Имы должны прямо сказать, что в этом направлении в области просвещения мы ничегоне сделали, чтобы рабочая масса правильно поняла этот вопрос. И я вполнесогласен, что если нам зададут этот вопрос, то мы не в состоянии будем на негоответить".

О том, что у коммунистов тогда не быломужества для решениявопроса, речь и не заходила. Далее будет видно, что это мужество оказалось ни кчему, так как они не могли справиться с трудностями, которые вызывало обращениек унаследованным богатствам.

Тот же, кто рассматривает эти высказывания сучетом позднейшего развития событий, должен прийти к такому выводу: все былопохоже на великолепную симфонию, в которой аккорды и темы финала были слышныкак бы случайно, едва заметно уже в первых звуках. То были темы, возвещавшиетрагедию.

Партийный функционер Кольцов предупреждал:"Вопро­сы эти нигде необсуждаются, как будто их избегают поче­му-то. До сих пор я никогда их непродумывал... Сейчас для меня это новые вопросы. Я считаю их в высшей степениважными. Над ними стоит призадуматься. По этим же, правда, неопределеннымпричинам, думаю, они и не выно­сятся на страницы печати".

В свою очередь, функционер Финковский ранообнару­жил определенныйаспект сути сексуального страха: "Разго­воры на эту тему редко поднимаютсяпотому, что они слиш­комблизко всех касаются... Не поднимали их до сих пор, по моему мнению, чтобы непортить себе кровь... Все понима­ют, что выходом из положения может быть взятие государ­ством на себя целиком воспитания исодержания всех детей рабочих (держа их где-то рядом с родителями),освобождение женщины от кухни и пр. Коммунисты на это прекрасное будущее обычноссылаются, тем самым снимая острый воп­рос с дальнейшего обсуждения...Рабочие знают, что в семье у коммуниста этот вопрос обстоит ещехуже".

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 49 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.