WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 41 | 42 || 44 | 45 |   ...   | 58 |

Это приводит нас непосредственно к проблеметак называемого «государственного капитализма», которая не была известна в XIXстолетии и стала приобретать зримые очертания лишь после первой мировой войны(1914—1918гг.).

СОЦИАЛЬНАЯ ФУНКЦИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГОКАПИТАЛИЗМА

До конца первой мировой войны в России и доначала мирового экономического кризиса (1930г.) в Соединенных Штатах междусистемой частного капитализма и государственной системой существовало простоеотношение. Для Ленина и его современников «капиталистическое государство» былопросто орудием власти «класса частных капиталистов». В русских революционныхфильмах простота этого отношения изображалась приблизительно следующимобразом.

Владелец завода стремится снизить заработнуюплату; рабочие требуют повышения заработной платы. Капиталист отказываетсяудовлетворить это требование, после чего рабочие объявляют забастовку.Капиталист звонит по телефону комиссару полиции и поручает ему «восстановитьпорядок». В этом случае комиссар полиции выступает в качестве орудиякапиталиста и в качестве такового свидетельствует о том, что данное государствоявляется «капиталистическим государством». Комиссар полиции направляетполицейских на завод и арестовывает «зачинщиков». В результате этого рабочиеостаются без руководителей. Спустя некоторое время рабочие начинают голодать ивольно или невольно возвращаются к работе. Капиталист одержал победу. Этоозначает, что рабочим нужна более совершенная организация. По мнениюсоциологов, симпатизировавших рабочим, такой фильм отражает взаимосвязь междугосударством и капитализмом в Америке. Но в последние двадцать лет существеннаяперестройка социальной структуры вызвала изменения, которые не соответствуютэтому простому представлению. На основе частнокапиталистической системывозникло множество корпораций, которые можно охарактеризовать как«государственно-капиталистические». Российское общество заменило частныйкапитализм безграничной властью государства. Как бы это ни называлось, но встрого марксистском смысле государственный капитализм занял место частногокапитализма. Как уже отмечалось, концепция капитализма определяетсясуществованием не отдельных капиталистов, а рыночной экономики и наемноготруда.

Мировой экономический кризис 1929—1933 годов вызвал в Германии иАмерике социальные процессы, ориентированные на установление государственногокапитализма. В качестве структуры, возвышающейся над обществом, государствотакже занимает независимую позицию по отношению к системе частного капитализма.Оно отчасти берет на себя функции, которые прежде выполнялись частнымикапиталистами. Например, место филантропии занимает социальное обеспечение.Кроме того, для частного капитализма в некоторых областях государство вводитрегулирование ставок заработной платы. Все это происходило под нажимом масснаемных работников. При этом организации трудящихся не брали на себяадминистративно-социальные функции. Они оказывали социальное влияние совершенноиным путем, а именно посредством необходимого давления на государственныйаппарат с целью побудить его ограничить интересы частного капитализма изащитить права рабочих и служащих.

Другими словами, революционные события вСоветском Союзе и экономический спад в других крупных обществах привели кострому кризису, а вместе с ним и к необходимости использовать существующийгосударственный аппарат для предотвращения распада. В качестве независимойсоциальной силы «государство» вновь выдвинуло на первый план своюпервоначальную задачу — предотвращение распада общества любой ценой.

В Германии этот процесс проявился наиболееярко. В годы острого кризиса 1929—1939 годов потребность в сохранении единства была настолькосильна, что идея авторитарно-тоталитарного государства без труда получилаширокое признание. Если удается предотвратить распад общества, тогда все равноостаются нерешенными проблемы, которые ускорили социальный кризис. Это нетруднопонять, так как идеология государства неспособна обеспечить фактическое ипрактическое разрешение конфликтующих интересов. Этот процесс позволяет понятьмногие из принятых фашистами антикапиталистических мер, которые настолько ввелив заблуждение некоторых социологов, что они стали рассматривать фашизм какобщественно-революционное движение. Но фашизм был чем угодно, только нереволюционным движением. Он знаменовал лишь стремительный переход от автократиичастного капитализма к государственному капитализму. Слияние государственного ичастного капитализма произошло на предприятиях Геринга. Поскольку в средерабочих и служащих всегда были сильны антикапиталистические тенденции, этотпереход можно было осуществить только с помощью антикапиталистическойпропаганды. Благодаря этому противоречию победоносная борьба фашизма сталаобразцом социального иррационализма. Поэтому так трудно понять победу фашизма.Действия фашистов следует считать противоречивыми, непостижимыми и бесплодными,потому что, обещая осуществить революцию против частного капитализма, фашистыодновременно обещали капиталистам спасти их от революции. В значительной мереэто позволяет понять и те факторы, которые привели государственный аппаратГермании к участию в империалистической войне. В немецком обществеотсутствовала возможность объективного регулирования условий жизни. Применениеполицейских дубинок и пистолетов для создания видимости порядка вряд ли можноназвать «решением социальных проблем». «Объединение нации» носило иллюзорныйхарактер. Мы научились приписывать процессам, опирающимся на иллюзии, такую же(если не большую) эффективность, как и процессам, опирающимся на суровуюдействительность. Бесспорным доказательством этому служит тысячелетнее влияниецерковной иерархии. Даже при отсутствии практического решения реальных проблемобщественной жизни иллюзорное объединение государства произвело такоевпечатление, будто это было фашистским достижением. Время показалонесостоятельность такого решения. Несмотря на дальнейшее усиление общественныхразногласий, иллюзорное единство государства позволило в течение десяти летпредотвращать распад немецкого общества. Право на фактическое разрешениесуществующих разногласий было оставлено за другими, более фундаментальнымипроцессами.

Задача приведения к некоему единствуобщественных разногласий остается неизменной как в капиталистическом, так и впролетарском государстве. В то же время необходимо учитывать различие висходной постановке цели. При фашизме авторитарное государство превращается впрототип идеи государства, причем народным массам постоянно отводится рольподданных. Пролетарское государство ленинского типа ставило своей цельюпостепенное самоуничтожение государства и установление самоуправления. В обоихслучаях, однако, суть остается одинаковой — «государственный контроль надпотреблением и производством»

Вернемся к нашему общему знаменателю, т. е.неспособности трудящихся масс к самостоятельному ведению своих общественныхдел. Тогда мы лучше поймем логичность превращения частного капитализма вгосударственный капитализм, которое произошло в течение последних двадцати пятилет. Трудящиеся массы в России смогли свергнуть царский государственный аппарати заменить его государственным аппаратом, руководители которого были выходцамииз рабочей среды. Но они не смогли перейти к самоуправлению и взять на себяответственность за управление государством.

Трудящиеся других стран имели крепкиеорганизации и все же не смогли осуществить на практике самоуправление, котороевходило в состав идеологии их организаций. Поэтому государственный аппарат былвынужден брать на себя функции, фактически возложенные на массы. Так, например,в Скандинавии и Соединенных Штатах государство фактически заняло место народныхмасс.

Историческое развитие России, Германии,Скандинавии и Соединенных Штатов обусловило основные различия в государственномконтроле над общественным производством и потреблением. И тем не менее в этихстранах оставался один общий знаменатель — неспособность народных масс кобщественному самоуправлению. Опасность возникновения авторитарных диктатурлогически и непосредственно проистекает из этой общей основы перехода кгосударственному капитализму. В данном случае представляется несущественным,какой ориентации придерживается государственный чиновник — демократической илиавторитарной. С точки зрения психологии и идеологии трудящихся масс вдействительности не существует никакой гарантии от возникновения диктатуры наоснове государственного капитализма. Поэтому в борьбе за подлинную демократию иобщественное самоуправление необходимо выделять и подчеркивать роль личностнойструктуры в переносе ответственности личности в область процессов любви, трудаи познания.

Сколь бы тягостным и неприятным это ни было,мы должны признать, что здесь мы имеем дело со структурой личности, котораяформировалась в течение тысячелетий на основе механической цивилизации ипроявляется в форме социальной беспомощности и сильного стремления подчинятьсяфюреру.

Немецкий и русский государственный аппаратвозникли на основе деспотизма. Поэтому в Германии и России раболепный характерпсихологии масс проявился наиболее отчетливо. Таким образом, в обоих случаяхиррациональная логика революции привела к установлению нового деспотизма. Вотличие от государственных аппаратов Германии и России, американскийгосударственный аппарат был создан группами лиц, бежавших от европейского иазиатского деспотизма в незаселенный край, который был свободен отнепосредственного влияния существующих традиций. Этим объясняется, почему досих пор в Америке не возник тоталитарно-государственный аппарат — в то время как в Европе каждоесвержение правительства под лозунгом свободы неизбежно приводило к деспотизму.Это утверждение справедливо не только для Робеспьера, но и для Гитлера,Муссолини и Сталина. Для непредвзятой оценки этих явлений необходимо отметить,что европейские диктаторы, чья власть опиралась на миллионы людей, всегда быливыходцами из угнетенных сословий. Я убежден, что этот факт, при всей еготрагичности, содержит больше материала для социальных исследований, чем факты,связанные с деспотизмом какого-нибудь царя или кайзера Вильгельма. В отличие отфакта происхождения диктаторов, эти факты нетрудно понять. Основоположникамамериканской революции приходилось строить демократию практически на голомместе. Те, кто выполнял эту задачу, были противниками английского деспотизма. Сдругой стороны, русским революционерам пришлось унаследовать уже существующий,весьма жесткий государственный аппарат. Если американцы смогли начать на голомместе, то русские, сколько они ни противились, вынуждены были тащить за собойстарый государственный аппарат. Этим, вероятно, объясняется и тот факт, чтоамериканцы, в сознании которых были еще свежи воспоминания о своем бегстве отдеспотизма, заняли по отношению к беженцам 1940 года совершенно иную, болееоткрытую позицию, чем Советская Россия, закрывшая перед ними свои двери. Этимобъясняется также и то, почему стремление к сохранению старого демократическогоидеала и развитию подлинного самоуправления в Соединенных Штатах былозначительно сильнее, чем в других странах. Мы не упускаем из виду многиенеудачи и задержки, вызванные традицией, и тем не менее возрождение подлиннодемократической деятельности произошло именно в Америке, а не в России. Можнолишь надеяться, что американская демократия осознает (пока еще не поздно) одинважный момент: фашизм не ограничивается какой-либо нацией или партией. Мынадеемся, что ей удастся преодолеть склонность к диктаторским формам в самихлюдях. Время покажет, смогут ли американцы устоять под нажимомиррациональности.

Я хотел бы подчеркнуть, что мы рассматриваемне проблему вины или злой воли, а некоторые явления, вызванные определенными,уже существующими условиями.

Теперь мы вкратце рассмотрим связи,существующие между психологией масс и формой государства.

При определении формы государства важная рольотводится влиянию структуры характера масс, независимо от активности илипассивности ее проявлений. Благодаря этой структуре массы не только терпимоотносятся к империализму, но и оказывают ему активную поддержку. В то же время,хотя эта структура позволяет массам свергнуть деспотизм, тем не менее она неспособна предотвратить возникновение нового деспотизма. В своей подлиннодемократической деятельности государство опирается на эту структуру. Когдаподлинно демократическое интернациональное движение за свободу терпит неудачу,эта структура приводит к возникновению национально-революционных движений. Онанаходит убежище в иллюзорном единстве семьи, народа, нации и государства, еслидемократия терпит неудачу. Но эта же структура способствует развитию процессалюбви, труда и познания. Поэтому только эта структура способна ассимилироватьподлинно демократические стремления государственной администрации, постепенноперенимая «высшие» административные функции и обучаясь выполнять их посредствомсвоих рабочих организаций. При этом не имеет существенного значения,осуществляется переход от государственного управления к самоуправлению быстроили медленно. Для всех будет лучше, если этот переход будет осуществлятьсяорганически и без кровопролития. Но это возможно только тогда, когдапредставители возвышающегося над обществом государства вполне понимают, что ониуполномочены трудящимися выполнять функции исполнительных органов,существование которых обусловлено невежеством и нищетой миллионов людей. Строгоговоря, исполнительные органы должны выступать в роли хороших воспитателей, т.е. воспитывать вверенных их попечению детей так, чтобы они сталисамостоятельными взрослыми. Стремящееся к подлинной демократии общество никогдане должно терять из вида принцип, согласно которому государство должнопостепенно самоупраздняться, аналогично тому, как самоупраздняется воспитательпосле выполнения своих обязанностей по отношению к ребенку. Можно избежатькровопролития, если помнить об этом принципе. Рабочая демократия можеторганически развиваться лишь в той мере, в какой государство ясно и определенносамоупраздняется. Напротив, общество вынуждено напоминать государству о том,что оно возникло в силу необходимости и должно прекратить свое существованиетакже в силу необходимости, когда государство стремится увековечить своесуществование и забывает о своей воспитательной задаче. Таким образом,государство и народные массы в равной мере несут ответственность в хорошемсмысле этого слова. Государство обязано не только поощрять страстное стремлениенародных масс к свободе, но и делать все возможное для воспитания способностинародных масс к свободе. Если государство не выполняет эту задачу, если оноподавляет стремление к свободе или даже злоупотребляет им и становится на путиразвития самоуправления, тогда, очевидно мы имеем дело с фашистскимгосударством. В этом случае необходимо потребовать от государства отчета о томвреде и опасности, которые оно причинило в силу нарушения своегодолга.

Pages:     | 1 |   ...   | 41 | 42 || 44 | 45 |   ...   | 58 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.